Эх, папа

Не верится, уже почти месяц прошел с того момента, когда мы, устав рукоблудить в одиночку и тайком облизываться друг на друга, наконец переспали. Андрюха сам мне признался, что «ваньку» своего почти каждый день гонял, представляя такого прекрасного меня. А свои грешки я и так знаю. Но вот какое дело, кроме того раза так ничего и не было. Ну, почти ничего… Андрюша, однажды, минетом меня решил порадовать — это было ммм… занимательно. Такого рвения, такого старания я давно у людей не замечал, он же, словно экзамен по дисциплине «минетоведение» сдавал: хмурился периодически, будто что-то вспоминая, делал губки буквой «О», преданно заглядывал в глаза, что с членом во рту выглядело несколько чудновато. Ясно было, он впервые этим занимается, насмотрелся порнушки и пытается воплотить в жизнь увиденное, только одного не учел — натренированной глотки, как у порноактера, у него нет. Эх, Андрюша мой, Андрюша! Всему-то тебя учить надо! Была ни была — вспомню молодость, ведь, как никак, она была бурная — все бывало, даже посасывали друг другу, только что не трахались. Тогда это казалось чем-то новым, будоражащим и в нашей компании было круто именовать себя бисексуалом. — Андрейка, ты там заканчивай, мой хороший, давай лучше я тебя поласкаю. — Ты же не кончил, — смотрит растерянно, а губки блестят и так соблазнительно выглядят. Но все-таки послушался и завершил «процедуру». Сразу приступить к делу не удалось — эти губы, которые, как я знаю, могут так вкусно целовать, манили, и я не удержался и приник к ним. Но времени как всегда было в обрез, если не успеем уложиться в двадцать минут, то можем быть застигнуты малолетним цербером, который вроде как не против наших отношений, но упорно следит, чтобы мы как можно меньше времени проводили наедине. Штаны с Андрюшки снимать не пришлось — этот хулиган уже сам обнажил свою плоть и тихонечко поглаживал, мне оставалось лишь присесть перед ним на колени и взяться за дело. Какой же он красивый, и я сейчас не о парне, а о его члене говорю. В меру длинный, ровный, без всяких там бугрящихся вен, с бледно-розовой головкой, а завершают великолепный вид сего образца тугие, поджавшиеся и, о боже, абсолютно безволосые яички. Именно с них я и начал свои ласки, бережно касаясь языком, увлажняя, попутно ловя кайф от стонов партнера и приятного ощущения в своей руке его подрагивающего члена, но долго это продолжаться не могло, время поджимает! Несколько раз широкими влажными мазками провел языком по всей длине и, наконец, вобрал в рот, неглубоко, помогая рукой. Черт, не ожидал, что так заведусь, делая минет парню, раньше такого не было, а сейчас я прекрасно понимаю, почему Андрей, не дожидаясь моей помощи, принялся рукоблудить, у самого уже рука на причинном месте старается. Много времени не понадобилось, чувствуя, что его разрядка близка, усилил свои старания, активнее двигая головой, пытаясь взять глубже. Но вдруг, он резко меня оттолкнул. Я сначала не понял этой борзоты, но буквально спустя секунду, мне в лицо прилетела хорошая такая струя спермы. Удивительно, но я от этого тут же кончил. Бля… Я извращенец! — Клим, извини пожалуйста, я не мог сдержаться. Сейчас салфетки принесу, а уж потом умоешься, — засуетился прям. Ладно, пусть несет, а то я один глаз открыть не могу, тоже мне, снайпер! Только успели привести себя в порядок, как в двери заворочался ключ — Митька явился. Сидим тихонько с Андрюхой, прислушиваемся: один или нет? А то повадился в последнее время с подружками являться, закроются в комнате и сидят по два часа. Я даже скатился до низменного подслушивания со стаканом возле его двери, но ничего подозрительного не услышал. — Андрюх, а ты как думаешь, — назрел у меня неожиданный вопрос, — Митька уже теребонькает маленько? — У него спроси, — а сам еле сдерживается, чтоб не заржать. — Я дома! Один! Так что хватит шкериться, — проорало дите. — Митя, что за выражения? И мы не шкеримся, а сидим кино смотрим. — Ага, а ничего, что по телевизору матрац показывают? Профилактика называется, — ехидненько так поинтересовался. Ну да, подловил. — А, я вот чего зашел-то! — хлопнул себя по лбу Андрюха, — поможете мне с переездом? — Какой переезд? — в один голос спросили мы с Митькой. Я знаю, что Андрей живет с родителями, у него есть старший брат, но тот давно благополучно женат и имеет свое жилье. А про переезд вообще впервые слышу, сомневаюсь, что он, не спросив, к нам решил перебраться. — Сюрприз мне предки сделали — квартирку прикупили! Говорят, что жилье мне дали, в институте выучат и смогут, наконец, жить в свое удовольствие. Мама уже мечтает, как они переедут за город, а отец подкалывает, что сбагрит с глаз своих бракованного сына. Кстати, это отдельная история: оказалось, каминг-аут у Андрея случился в семнадцать лет, он тогда тайком встречался с парнем и, как в плохом анекдоте, был застигнут не вовремя вернувшимися родителями. Все было: и разбор полетов, и слезы матери, и напрягающее молчание отца, но через какое-то время все успокоились, поговорили, и мудрые родители решили, что нельзя отказываться от ребенка из-за его предпочтений. Теперь же Андрей достает меня и уговаривает познакомиться с ними. Нашел невесту без места! «Здрасте, я Клим, старше вашего сынули на пятнадцать лет, но вы не переживайте, у меня тоже есть сын, и он младше Андрюши всего на пять! И вообще, хоть мы и гомики, но вполне нормальные ребята! Можно я буду называть вас папа и мама?» - так, да? Что за бред? Мне дорог Андрей, и сейчас я с трудом представляю себе жизнь без него, но не хочу осложнять положение. Да, они приняли сына таким, какой он есть, но это не значит, что они будут рады взрослому мужику, который хоть и выглядит как тинейджер, но за плечами не только опыт-брак-развод, но еще и довольно взрослый ребенок. — Ого, это круто, поздравляю! А когда планируешь переезжать? — очнулся я от размышлений. — В выходные. Сможете? Здесь недалеко, десять минут ходьбы от вас. Будем в гости друг к другу чаще ходить. Здорово, правда?! — эх, молодость! Энтузиазм так и плещет, как-никак начало новой взрослой жизни. — Ага, очень здорово, — прогундосил Митька, губенки поджал, бровки свел, видимо, соображает на тему, как контролировать меня будет. — Ну раз всем здорово, то тогда договорились — в выходные по плану переезд, а потом огромная вредная пицца и, гулять так гулять — кола! — Пицца? Да еще с колой? — оживился ребенок, тут же забыв про тотальный контроль. Я конечно не изверг, но все же не поощряю частое потребление общепитовских «изысков». Заморочив сыну голову вредной едой, мы спокойно договорились о времени переезда.

***

Так называемых грузчиков было немного: я, Андрей, водитель грузового форда Иван и Митька — тот еще помощничек! Да и вещей оказалось не прорва: кое-что из кухонной и бытовой техники, диван, стол и пара баулов с личными вещами. Управились быстро, буквально час — и готово. При том разгрузка проходила очень весело, мы смеялись, обменивались шутками, Митька кривлялся и путался под ногами, чем провоцировал меня на периодические подзатыльники, от них ему еще веселее становилось, и он старался показать все свои «таланты», паясничая и запевая «Катюшу», говорил, что с песней работа идет легче. — Клим, а что это за орел молодой нам помогает? — поинтересовался Иван, мужчина лет сорока пяти с лучиками морщинок в уголках глаз: сразу видно, любит человек посмеяться и в целом излучает какой-то особый позитив. И потрепал «орла» по макушке. — Сын мой — Митька. — Вот это да! — присвистнул Иван, — я-то думал тебе от силы лет двадцать пять! — мне оставалось лишь пожать плечами, уже привык к такому. — Так, нам нужно вещи раскладывать, — встрял в нашу беседу Андрей. — Все-все, ухожу, — поднял руки вверх Иван, — приятно было познакомиться, Клим, и малец у тебя чудный. Пока! — Пока! Дверь за веселым грузчиком захлопнулась, но, спустя минуту, вновь открылась, являя в появившуюся щель голову Ивана и его поднятый вверх большой палец. — Одобряю, сын! — и тут же исчез. — Сын?! — Андрюша, лучше беги! Тебя сейчас уже ничего не спасет!