Тот, другой парень

Утро в Нью-Дели всегда красиво. С первыми лучами солнца рабочие отправляются на фабрики. Женщины спускаются к реке для стирки. Дети бегут в школы или за матерями. Рассвет наполняет жизнью улицы этого города. Каждый луч света — некий отголосок вчерашнего дня, который напоминает, что мир продолжает существовать, как и до этого. Хотелось бы посмотреть на определённые красоты этого города. Эта страна третьего мира оказывается очень популярной среди туристов. С местными жителями смешиваются также иностранцы. Интересное разнообразие. Но каждый раз, когда агент Романофф оказывается в красивом городе, ей необходимо срочно выполнить задание. Всё никак не удаётся взглянуть даже глазком на то великолепие, о котором она постоянно слышит от Старка. Приходится скрывать, что ей тоже хочется отдохнуть от миссий. Иногда деньги реально решают всё. Пожилая женщина разместила свой маленький отель в трущобах. Каждому местному понятно, что это самое невыгодное расположение. Никто из туристов даже случайно не забредёт сюда. Здесь слишком много преступников. Ни один здравомыслящий представитель человеческого рода не сунется сюда. Именно поэтому Романофф выбрала этот отель. Номер достаточно мал, чтобы разместиться даже одному человеку. Наташа не ожидала такого, хм, простора. Трудно будет сосредоточиться на задании, когда Беннер так близко находится. Они сели на кроватях напротив друг друга. Ноги соприкасаются. И если думать об этом достаточно долго, то можно почувствовать распространяющийся жар в коленях. А это может привести к очень нехорошим последствиям. Брюс кажется спокойным. Он сегодня уже набегался. Видимо новую попытку совершать не собирается. И если честно, Наташа рада этому. Столько долгих месяцев прошло. Кажется, что вся жизнь. Непостижимо то, что творилось всё это время в её голове. Тогда казался важным каждый момент, каждая мысль и догадка. Сейчас это можно назвать хламом. В пепел превращается вся её прежняя жизнь. Лишь взглянет в карие глаза Брюса и вспомнит, с чего всё у них начиналось. Тогда всё было достаточно легко. Нашёл — привёл. Но сейчас... Это словно та самая встреча, о которой пишут в книжках. Сердце замирает, а дыхание спотыкается. Неправильно, что сбивают с толку такие примитивные эмоции. Но Наташа ничего не может поделать с собой. В её воображении сейчас рисуется только то, как она валит Брюса на кровать и долго смотрит в его карие глаза. Можно назвать это бредом, конечно можно. Однако по-другому Наташа не существует в данный момент. — Ты ведь не привыкла вот так спокойно разговаривать, — произносит Брюс, заставляя вздрогнуть от неожиданности Наташу. — Зачем же сейчас пытаться из себя что-нибудь выдавить? Она смотрит на него и не видит того Брюса, что поцеловала год назад. Он тогда был настоящим Мстителем. Был готов ко всему и сдерживал зверя. Доверчивый Брюс. Наивный, раз решил, что Наташа ничего ему не сделает. Сейчас же перед ней сидит сосредоточенный спокойный Брюс. Он контролирует не только зверя, но и ситуацию. В любой момент течение происходящего пойдёт в нужном для него русле. — Ты прав, — соглашается. — Но не набрасываться же на тебя. Снова. — Беннер издаёт грудной смех. Это несколько выводит из колеи. Нужно начать с чего-нибудь простого. — Что ты здесь делаешь? — По части вопросов мы с тобой слишком одинаковые, — вздыхает доктор. — Возобновив свои исследования, я понял, что некоторая информация мне недоступна. — Наташа хочет задать появившийся вопрос. Но Брюс не даёт себя перебить, отвечая заранее на все вопросы, которые только могут возникнуть в голове Наташи. — Я разрабатываю антидот от, ну ты знаешь кого. До Нью-Йорка я бросил попытки. Но сейчас появилась надежда, что мне удастся излечиться. А здесь находится именно тот человек, который согласился поделиться со мной некоторыми знаниями для доработки сыворотки. Не может быть! Избавиться от Халка? Директор Фьюри будет крайне разочарован такой инициативой. — Я читала твоё дело. В прошлый раз тебе не только антидот понадобился. Тебя пришлось связать и держать под напряжением. — Вот то самое, что Наташа готова обсуждать серьёзно, забыв все остальные мысли. — Мне кажется, что не нужно рисковать второй раз. Не известно, что случится. — В этом ты права, конечно. Но меня поджимают. Кто-то наступает мне на хвост постоянно. — Брюса передёргивает, будто он вспомнил что-то страшное. Наташа ждёт, что он всё ей расскажет. Боится показать свою заинтересованность в его чувствах. Поэтому просто ждёт. — Мы договорились встретиться 16 апреля. Но я приехал раньше, потому что был уверен, что иначе мне будет не вырваться. Пока что он говорит правду. Утаивает имя профессора, но не врёт ни о чём. Интересно становится — кто его преследует? Если Фьюри послал кого-то за доктором, то почему опять же ей ничего не сказал. Он знал, что ей не всё равно. И всё же действовал за её спиной? Если так, то он уже знает, что Беннер в Нью-Дели. Хотя есть вероятность, что кто-то другой настроен поймать доктора. — Зачем тебе это? Зачем избавляться от Халка, если он может нам помочь? — Романофф задаёт рисковые вопросы. А иначе она не умеет. Пусть лучше потом прижмёт его к стене и наставит пистолет к горлу. Сведения нужно вытаскивать быстро. — Ты же контролируешь его. — Ты знаешь, я не называл его так очень долго. Иногда мне кажется, что не произноси я его имя, он скоро исчезнет. — Брюс трёт переносицу, будто часами носил очки. Привычка, наверное. — Но думая о большом парне, я понял, что моя реальность именно в нём и заключается. А это значит, что остается вероятность срыва, — он запинается, под конец фразы говорит всё тише. — Как в Африке. Машинально рука тянется к нему, пальцами прикасается к колену. Если бы Наташа заметила свою реакцию на страх Брюса и отвращение к самому себе, она бы моментально прекратила разговор. Это непрофессионально, напомнила бы она себе. Отдёрнула бы пальцы, будто обожглась. Кричала бы на себя до потери пульса за проявленное сочувствие. Ведь нельзя расслабляться ни на одно мгновение. Но она не замечает. Никто в комнате не замечает, как белые длинные пальцы легко поглаживают колено мужчины. — Расскажи, как ты сбежал. По моим данным в Щ.И.Т.е сейчас большой переполох. — Немного приврать стоит, чтобы себя не выдать со всеми потрохами. — Что ты сделал? — Хех, значит это действительно Фьюри меня гоняет по всему материку, — вдруг веселится Беннер. Его самобичевание сменяется на грустную улыбку. — До Фиджи я не долетел. Автопилот направил на острова, а сам выпрыгнул в районе Австралии. По Индонезии пробирался к Вьетнаму. Там меня и нашли в первый раз. Я сбежал, так и не понял: меня отпустили или упустили. Не уверен во втором. Передвигался сначала к Китаю, но в один момент понял, что убежать от преследователей невозможно. Они слишком хорошо натасканы на вынюхивание следов. — Всё это время Брюс смотрит на свои сжатые руки. А потом переводит взгляд на Наташу. Его открытость немного пугает её. Ведь она всё выясняет ради себя. Эгоизмом она всегда болела. — Я пустил их по ложному следу. В Лаосе я нашёл человека, похожего на меня, дал ему денег и отправил в Китай. Сам подождал пару дней и уехал в Бангкок. — Он останавливается. Молчит некоторое время. Наташа не перебивает эту тишину. Она тоже слушает отголоски его непростого путешествия. Страх, вот что стучит эхом в голове. — А потом я узнал, что они убивают всех, с кем я сталкивался. В Бангкоке мне удалось задержаться дольше всего. Пять месяцев они искали меня в Китае. Видимо вернулись к началу, — шепчет. Хватает тонкую руку на своём колене. Сжимает её. — Они перерезали горло одному ребёнку. Отрубили голову другому. А их матери прострелили мозги. Они не заметают мои следы. Они хотят меня довести до ярости. Хотят увидеть его. — Сглатывает. — Халка. Его рука трясётся. Вероятно, он только что пришёл к такому выводу. Иногда собеседники помогают раскрыть истину. Наташа сжимает его ладонь, и только тогда они оба обращают внимание на своё подсознательное стремление друг к другу. Они оба застывают и смотрят друг другу в глаза. Хочется что-то сказать, но Наташа сдерживает давящие горло слова. Освобождает руку, встаёт и отходит к столу. Наливает в стакан холодную воду из кувшина и передаёт Брюсу. Держится от него на расстоянии вытянутой руки. Голод. Просыпается. Нельзя возбуждать аппетит. Второй стакан стоит на столе нетронутым. Наташа подходит к окну и выглядывает на мало оживлённую улицу. Она восстанавливает ощущение реальности дыханием. Медленно и ровно. Сердцебиение находит свой привычный ритм. Это уже хорошо. Стоит сосредоточиться на деле. — Из Бангкока ты также скрылся, как и из Лаоса? — Да. В Калькутту самолётом улетел мой друг, а я отправился машиной, автобусом, самолётом сюда. Но боюсь, что в этот раз обмануть их не получится. — Голос его охрип. Слышится усталость после дороги и погони. — Мне нужен душ, ты не против? — Конечно. Звук льющейся воды окончательно выводит Наташу из оцепенения. Всё, что Брюс говорил про своих преследователей, ужасает каждый дюйм её сознания. Неужели Фьюри действительно способен на такое зверство? Наташа не верит. Она пытается всё выкинуть из головы. Забыть каждое слово. Сделать реальность лишь сном. Можно притвориться. Никто никогда не узнает, в каком она ужасе была, когда услышала такое о директоре Щ.И.Т.а. Если это действительно правда, то Фьюри задумал что-то серьёзное. Да, у него определённо есть большой план, в котором участвуют и она, и Беннер. Может остальные из Мстителей тоже. Нужно держаться этой версии. Потому что на данный момент у неё нет ни одной хорошей догадки. Телефон звонит. Романофф даже немного подпрыгивает на месте. Она совершенно забыла про Эйка. Этот мальчик ещё не успел глубоко засесть в её памяти. Или же доктор Беннер своим присутствием отвлекает от всего на свете. — Ты где? — энергично осведомляется Эйк. Как обычно. — Отель "Лотос". Номер 14, — на автомате отвечает агент Романофф. — Надеюсь у тебя хорошие новости. Не дожидаясь ответа, она завершает разговор. Конечно, есть вероятность, что Эйк мог рассказать и сейчас про свои успехи. Мог ввести её в ситуацию, чтобы она начала работать со своей стороны. Но Наташа честно себе призналась, что не хочет сейчас забивать голову профессором Джонс. Если Беннер случайно узнает, в чём именно заключается её задание, он уйдёт. И Эйк помешает его поймать. Потому что, чёрт возьми, как она объяснит молодому агенту, что это за мужчина в её номере принимает душ, да ещё стратегически важен для поимки Джонс. Если Наташа назовёт его имя, всё полетит к чертям собачьим. Это будет полный провал двух миссий одновременно. Эйк не дурак. Хоть он и предупреждён, чтобы он не сболтнул лишнего, надеяться нельзя, что он будет петь под дудку Наташи. Нужно что-то делать. На ум приходят одна идея за другой. Так много вариантов. Наташа теряется, что же выдать за действительность. Можно сказать, что Беннер её любовник. Все вопросы тут же отпадут. А можно соврать, что она случайно сбила неизвестного мужчину и по доброте душевной предложила ему умыться в своём номере. Может быть, она даже занялась с ним сексом. Наташа улыбается. Любая версия сводится к одному. Входная и душевая двери открываются одновременно. Наташа не успевает среагировать правильно. Удастся только крикнуть: — Стой! Мужчины замирают. Пока что они не видят друг друга: их отделяет стена прихожей. Чёрт! Это самая нелепая ситуация, в которую агент Романофф могла попасть. — Я нашёл её, — выпаливает Эйк, так и не поняв, зачем остановился посреди прихожей. — Кого? — вторит Беннер из своего укрытия. — Профессора Джонс. Хочется убить этих двух идиотов. — Джонс? — Брюс выходит из своего укрытия. Он успел одеться. Но с волос продолжает струиться вода, впитываясь в чёрную рубашку. — Так вы ищете Камиллу Джонс? Дьявол! И как теперь выпутаться из этой ситуации? — Брюс, послушай... — Хватит! — кричит на неё Беннер. — Ты достаточно лгала мне и скрывала информацию. Ты говорила, что готова всё оставить. Но продолжаешь слушать песенки Николаса, продолжаешь видеть только цель и решение. — Он подходит к ней достаточно близко, чтобы прикоснуться. Протягивает руку и тут же роняет. Видно, как растёт его ярость. Челюсть уже сжата до предела. — Я думал, что после нашего разговора я уйду только на время, чтобы доделать начатое. Но, видимо, мне придётся уйти насовсем. Мне надоели твои игры. Ты никогда не примешь реальность. Брюс обходит кровать по узкому проходу. Хватает свою сумку. И направляется к выходу. Около Эйка он останавливается. Смеряет взглядом, оценивает. Смотрит на Наташу, которая от безвыходности и слова проронить не может. — Если Джонс вдруг исчезнет, ты почувствуешь весь мой гнев. Я не запугиваю тебя. Просто большой парень тоже ждёт конца моей работы. И он выходит из номера. Эйк всей душой стремится понять, что здесь только что произошло. Но ни одна здравая мысль не приходит в голову. Одно безумие. Если оценивать, как посторонний, то можно отметить огорчение Наташи, её бессилие перед ситуацией. В таких случаях говорят о ссоре пары. Скорее это не в первый раз. Супруги или любовники на почве одной ситуации вечно выясняют отношения по любому поводу, стремясь как можно наглядней показать свою правоту на одном и том же примере. Но как агент, Наташа не имеет ни мужа, ни постоянного партнёра. Она может быть эмоционально привязана к этому мужчине. Но никакие отношения их не связывают. Скорее всего, они работали вместе. И не очень хорошо сработались. Это явно не первый встречный в этом городе. — А кто это был? — спрашивает Эйк. И в ту же секунду осознаёт, что именно он натворил. Глаза Романофф излучают дикое бешенство. Это очень плохо. Она предупреждала. — Я ничего не сливал, клянусь. — Ты упустил его! — орёт Наташа. Если верить мифам, то она сейчас очень похожа на фурию. Её грудь вздымается и опускается от частого дыхания. Она точно на пределе. — Теперь я не смогу найти его очень долго. Он сейчас очень осторожен. — Да. Я сглупил. Есть такое. Мне его догнать? — Эйк надеется на положительный ответ. Он не хочет находиться с разъярённой женщиной в одной комнате, да и вообще где бы то ни было. Но Наташа мотает головой. — Так кто это был? — Это был контакт Джонс. Они встречаются здесь. — Обречение. Определённо Наташа устала за ним гоняться. — Он был нашей единственной возможностью уговорить Джонс отправиться с нами. — Есть цель, есть и решение, — замечает Эйк. Наташа вдруг застывает, вспоминая собственное отношение к любой миссии. Верно. Всегда есть решение. — Я нашёл Джонс. Она снимает домик недалеко отсюда. Если этот парень тебе так нужен, то можно подождать момента их встречи. Брюс слышал, что профессор здесь. Он тоже начнёт поиски. Если Эйк справился за пару часов, то и для опытного беглеца не составит труда отыскать начинающего. — Ты просто гений! — Романофф вешается на шею Эйку и целует его в щёку. — Не думала, что ты сможешь что-то такое выдать. Молодец. Наташа подхватывает свои вещи, выходит из номера и оборачивается. Эйк идёт за ней. Этот день будет весёлым. Погода только изредка может меняться в этом городе. В основном жара и солнце. Укрываться в тени почти бессмысленно: всё равно жарко. Беннер вспотел. Он не знал, побежит ли в этот раз Наташа за ним. Поэтому не останавливался, не оборачивался и ускорял шаг, как только чувствовал прилив сил. Снова нужно скрываться. Ну почему так сложно остановиться на одном месте? Всё это выводит из себя. Чувствуется... Ничего не чувствуется. Сердце бьётся в ушах, норовясь выскочить. Бум, бум, бум. Немного раздражает, но всё-таки это лучше, чем повторяющиеся слова той, ради которой он готов рисковать своим убежищем. Она пела свои песенки, надеясь затмить его бдительность. Она возродила в нём надежду на их взаимопонимание. Теперь понятно, что надежда сбивает с толку. Зря он поддался этой лгунье. Сколько можно попадаться на одну и ту же уловку? Она не та, за кого себя выдаёт. Ложь в каждом слове. Но как она искусно выдаёт ложь за правду. Хочется верить, когда она наклоняется и гладит по колену. Смотрит в глаза со всем сочувствием. Она притворяется. Ей нужно только одно. Не ты. Ей нужен я. Если Джонс уже приехала в город, то Наташе с её напарником не составит труда увезти её, для чего бы она им не нужна была. У него нет информации, где профессор могла остановиться. Это похоже на соревнование, в котором просто нет желания участвовать. Есть самый надёжный способ расставить всё на свои места. Брюс возвращается обратно в отель "Лотос". Номер 14 закрыт. Идёт обратно к выходу и сталкивается с Наташей. Интересное совпадение. Или нет. Может она всё-таки побежала за ним. Удивлена. Она не ожидала его увидеть. Хорошая игра. Ей бы в актрисы. Поэтому Беннер не ведётся. Считает секунды до момента, когда полностью убеждает себя, что сейчас польётся ложь. — Что за игру вы ведёте с Фьюри? — шипит он, сам не ожидая. — Клянусь, он не знает, что ты здесь. Брюс предотвращает попытку Наташи прикоснуться к нему. Вместо этого он хватает её за горло и тащит в узкий коридор. Придавливает к стене, перекрывая воздуху путь к лёгким. Наташа не сопротивляется. Только держится за запястье Беннера, что так сильно сдавливает. Обида очень крепко засела в докторе. — Не надо мне лгать, — сердится ещё больше. — Где Джонс и зачем она вам? — Она арендовала себе домик недалеко. Три улицы вниз. Сейчас она внутри, — искренне отвечает агент. Ей трудно говорить. Поэтому хочется верить. Честно. Но опыт подсказывает, что правда — это не её фишка. — Она последняя из группы ядерщиков, которые разрабатывали новое оружие. Щ.И.Т. хочет использовать это оружие для истребления ГИДРЫ. Ещё не всех уничтожили. — А зачем вам я? — рычит прямо в лицо. Упоминание ГИДРЫ заставляет сердиться ещё больше. Если эту тварь ещё не уничтожили, значит будет новый сбор. — Почему ты за мной следила? — Ты нужен только мне. Фьюри за тобой отправит других. Со мной он не делится мыслями о тебе. — Заглатывает воздух, как только Брюс ослабляет хватку. Но всё ещё не отпускает её. — Если тебе нужна Джонс — иди к ней. Я не смогу долго сдерживать Эйка. Он не должен знать, кто ты такой. Наташа падает на пол. Хватается за своё горло и растирает его. Брюс отворачивается от неё. Сжимает и разжимает свою руку, возвращая ей человеческий цвет. Она уже начала зеленеть. Ещё бы чуть-чуть, и Наташа не успела бы спеть свою колыбельную. Больно. От того, что эта женщина снова врёт. Доказать её правоту невозможно. Равносильно смерти. Тёмная мысль убить эту женщину, чтобы самому спокойней было жить, рождается внезапно. Это плохо. Такое желание пугает. Брюс хватается за бешено колотящееся сердце. Её смерть означает конец спокойной жизни. Как-никак, а Чёрная Вдова держала равновесие в этом хаосе. Она и Роджерс. В основном эта парочка. Все остальные — подтанцовка. Бьёт кулаком в стену. Гнев никак не проходит. Это плохо. Сердцебиение не замедляется. Нужно срочно уходить отсюда. Туда, где можно успокоиться. А пока что все эмоции можно скрыть за маской безразличия. Наташа не видит его лицо. Голосом он пока ещё владеет. — Я приду к ней сегодня ночью, — уже безразлично говорит Беннер. — Сделаю вид, что мы с тобой не разговаривали. Это даст тебе время и возможность удержать своего Эйка. — Нам велено привезти её в Нью-Йорк, — хрипит Романофф. Сил у доктора, чтобы задушить, хватает. — После нашего разговора делайте с ней, что хотите. Я устал от всех вас. — Опускает руку, поправляет мятую рубашку и направляется к выходу. — Прощай, Наташа. Нет, — с ужасом думает Наташа. Он не может вот так попрощаться. Хотел совместного побега. Желал избавить её от Фьюри. Что же заставило его сейчас отказаться от своей мечты? Она дышит. Дышит глубоко и ровно. Сейчас её тело думает о восстановлении. А мозг кипит от мысли, что всё сейчас рушится в привычном мире. Это не тот случай, когда она может просто встать, уйти к Эйку и ждать наступления ночи. Будет ещё долго вспоминаться эта встреча. Если остаться наблюдать за Джонс, увидеть Беннера будет не проблема. Наташа от него не отстанет. Будет преследовать, сколько потребуется. Пока сама не вырвет из себя то, что колотится внутри. Эти чёртовы мысли о душевной близости с очень хорошим человеком. Поддаться панике - позволить тьме поглотить всё приличное, что от Наташи ещё осталось. Предоставить свои тело и душу целиком Чёрной Вдове. Чтобы угодить кому-то. Сама Наташа не понимает, кому именно она служит: Фьюри, Щ.И.Т.у или самой себе. Телефонный звонок выводит агента Романофф из минутного состояния шока. На автомате она поднимает трубку, не смотрит на номер входящего вызова. Как странно. Она становится рассеянной. — Эйк, я скоро буду. Нет, это был не агент Дэниел Эйк. Голос женский. Неживой. Робот, что вечно указывает на новую цель. Изменения в задании. Джонс. Камилла. Ликвидировать.