«Гламурный» Хогвартс

Обыкновенный октябрьский вечер. На улице было холодно, дул сильный ветер, лил колючий дождь. Однако в Хогвартсе, где сейчас проходил ужин, было тепло. В Большом Зале тут и там раздавался весёлый смех, звон посуды и громкие голоса. Всё было тихо-мирно... Директор Хогвартса — Альбус Дамблдор — встал и, постучав ложкой по фужеру, провозгласил: — Уважаемые учащиеся! У нас... — он покосился на Амбридж. — Э-э-э... Вернее, у профессора Амбридж есть к вам какое-то объявление. Будьте так любезны её выслушать. — Ага, небось опять будет что-то молоть про нашу дружбу и «прогресс ради прогресса», — буркнул Рон. — А может, она объявит сейчас о своём уходе из Хогвартса, — с надеждой в голосе сказал Невилл. — Жди-дожидайся, — мрачно усмехнулся младший из братьев Уизли. Тем временем Амбридж вышла из-за своего места и прошла к трибуне, за которой обычно стоял Дамблдор. — Кхе-кхе, — тихо кашлянула она, явно призывая учеников к тишине. Впрочем, этого и не требовалось, ибо почти все сидели неподвижно и молча на нее смотрели. — Кхе-кхе, — повторила она. - Итак, друзья, у меня, как верно выразился профессор Дамблдор, есть объявление. Но касается оно не только вас, учеников, а ещё и весь преподавательский состав, включая директора. Учителя в изумлении уставились на Амбридж. Впрочем, ребята тоже были немало удивлены. Что же это за объявление такое?.. — Клянусь Мерлином, это опять какой-нибудь декрет, — прошипел Рон. — Или что похуже... — Погоди, Рон, — прервала его Гермиона. — Дай послушать. Уизли лишь недовольно пожал плечами и начал пить тыквенный сок. Между тем Долорес продолжала: — Эта идея посетила меня с самого первого дня пребывания в Хогвартсе. Не скрою, что я сомневалась, нужна ли она, но, посовещавшись с министром магии, пришла к выводу, что это вам всем просто необходимо. Видите ли, ваша школа, она довольно мрачновата. Тёмная, серая, унылая... Впрочем, и форма учеников тоже отнюдь не ярких цветов... — Простите, Долорес, но это все-таки школа, — решился перебить её Дамблдор. — Я знаю, — скользнула она по нему взглядом. — Именно это меня и беспокоит. Школа — она должна быть яркая, светлая, как весенний день... — Что за ерунду она тут несёт? — нахмурился Джордж. —...И поэтому я официально объявляю: весь замок, а также стиль одежды учеников и преподавателей с завтрашнего дня радикально меняется! Декрет после ужина повесит в специально отведённом месте Аргус Филч. Повисла звенящая тишина. Спустя минуту Дамблдор осторожно поинтересовался: — Простите, профессор... а как это — радикально меняется? — А так, — ответила Долорес, — что больше никаких тёмных цветов! Жёлтый, красный, оранжевый, зелёный, розовый... От гриффиндорского стола послышался звон, после чего сильный кашель. Это Рон, допивавший свой сок, поперхнулся и, уронив стакан (вследствие чего он разбился), закашлялся. Сидевшая рядом с ним Гермиона похлопала его по спине, после чего достала свою волшебную палочку и, направив её на осколки стакана, произнесла «Репаро». Стакан был восстановлен. — Но я не хочу быть похожей на гламурную жабу в котятах! — вдруг выкрикнул кто-то. Кто - осталось тайной. Было понятно только, что реплика исходила от стола пуффендуйцев. По Залу пронеслись смешки. Кое-кто из преподавателей тоже заухмылялся. Амбридж же сделала вид, будто ничего не услышала. Более того, она спокойно изрекла — Нарушители нового порядка будут строжайше наказаны. Гарри при этих словах непроизвольно поморщился. Ему уже удалось испытать на себе, что за наказания у Амбридж. — Но, профессор, не забывайте, что здесь директор всё-таки я и, может, мне решать, какую форму будут носить ученики? — вопросил Дамблдор. Долорес в ответ ему улыбнулась, от чего стала ещё больше походить на жабу. — А вы, Дамблдор, не забывайте о том, кто я. — Ох и стерва! — вырвалось у Джинни. — Что за выражения, сестрёнка! — притворно возмутились близнецы Уизли. Та в ответ им показала язык.

***

Вскоре ужин закончился, и каждый факультет разбрелся по своим башням. — Что за ерунду она выдумала! — сердилась Гермиона. — Видите ли, стиль одежды учеников и преподавателей ей не по нраву! Здесь учебное заведение, а не... — Гермиона, не забывай, она решила и само здание школы на свой лад переделать, — напомнил Гарри. — Отлично! — она все больше распалялась. — Пусть тогда уж и Хогвартс переименуют! Мерзкая, старая, гнусная, уродливая, противная, скользкая жаба! — Жаба-то жаба, — кивнул Фред. — Только, похоже, с завтрашнего дня у нас будут радикальные перемены. — А по мне, так это здорово, — неожиданно сказала Лаванда. — Хогвартсу действительно не хватает яркости и перемен. — Вот уж что-что, а перемены наш Хогвартс терпит немаленькие, — проворчал Рон. — А вообще, Лаванда, не говори глупости. Не одно тысячелетие школа была такой, как она есть, и никому не мешала, а тут, видите ли, какой-то дуре из Министерства взбрело в голову тут всё поменять. — Вы меня не поняли, — улыбнулась Лаванда. — Я о том, что будет интересно посмотреть на, скажем, Малфоя, когда Амбридж заставит его одеваться так, как угодно ей. Или Снейп. Представьте его в розовой мантии с котятами. Гриффиндорцы переглянулись и захихикали. Даже Гермиона улыбнулась. — А представляете, что будет, если Снейпа... — Симус зашёлся от смеха. — Если его заставят вымыть голову и изменить цвет волос с чёрного... — На розовый, — грянул Дин, и все расхохотались.