DEAR MR. K.

- Отлично, я понял, что ты не художник и не кто-то еще в этом роде, но мне на самом деле очень, очень нужна твоя помощь, - приставал к Джастину Хантер. - Я до сих пор так и не понял, что я должен сделать-то? – Джастин нервно расхаживал по комнате, взволнованный тем, что он должен будет нарисовать что-то. – Это твой учебный проект, ты его и делай! - Я и собираюсь его делать. Мне просто нужна твоя помощь. Я ведь ни хера не умею рисовать, и я подумал – если мы сделаем фотографии, я мог бы использовать их. И если я посмотрю на них собственными глазами, то проект будет как бы более индивидуальным. - Черт тебя побери, Хантер, это же просто собаки! Кто угодно может нарисовать гребаную собаку. – Джастин сердито посмотрел на Хантера. - А я не могу. Вот, смотри, - он показал Джастину несколько очень, очень плохих рисунков. – Я должен сделать маркетинговую презентацию для собачьего корма. Она не должна выглядеть, как детсадовский рисунок. Мне нужно, чтобы она смотрелась отлично. - Хорошо, хорошо, сходим в собачий приют и сделаем тебе гребаные собачьи фотографии, - сдался Джастин, шлепнулся на диван и сердито уставился на урну. Словно это именно Итан был во всем виноват. - Пойдем сейчас, немедленно, пока ты в настроении, - Хантер бросил ему куртку. – Поднимайся. - Я ни хуя не в настроении, - проворчал Джастин, но оделся. – И не собираюсь ехать на автобусе. Поедем на машине. - Какой машине? – Хантер осмотрелся вокруг, словно желая увидеть автомобиль прямо в гостиной. - Машина на долговременной парковке в подвальном этаже. Вот какая машина. Я не собираюсь тащиться в приют на автобусе, да еще и с пересадками. - У нас есть машина? А какая? – обрадовался Хантер. – Научишь меня водить? Я хочу получить права! - Не у НАС, а у МЕНЯ. И нет, я не собираюсь учить тебя водить. Если хочешь получить права, я найду тебе автошколу. Моих нервов не хватит учить тебя. И это – внедорожник Мазда. - Ни хрена себе! Позвони в автошколу прямо сейчас, узнай, когда они смогут принять меня! – Хантер просто подпрыгивал от возбуждения. - Я-то думал, мы собирались пойти и сфотографировать стаю собак. - Ох, да, конечно. Но ты позвонишь, когда мы вернемся? - Господи, да позвоню я, позвоню! Это же просто чертова тачка! - Ага, но если я получу права, то у меня будет гораздо больше возможностей на работе! - Шевелись, я не собираюсь тратить на тебя весь день, - Джастин открыл дверь. - Да, не собираешься, - усмехнулся Хантер. – Ты все равно ничего не делаешь. - Но ведь мог бы? Если бы мне не пришлось тащиться через весь Питтсбург, чтобы сфотографировать каких-то дурацких собак. - Знаешь, ты в последнее время такой брюзга, - прокомментировал Хантер, выходя на улицу.

20 февраля 2001 года.

Дорогой мистер К. Ну, я пережил этот грандиозный Валентинов день. Вроде как пережил. Меня уволили после того, как примерно миллиард жалобщиков потребовал компенсации за их испорченную одежду. И почему никто из них не увидел в этом высшую справедливость? Сердца, взрывающиеся от сладости момента и все такое. Конечно, есть и что-то положительное в том, что меня уволили из этого пончикового ада. Мне никогда не придется больше видеть их снова. Я приходил домой – мне снились кошмары о пончиках. Я даже пах пончиками, а это не тот запах, который мне хотелось бы чувствовать двадцать четыре часа, семь дней в неделю. А теперь, если мне удастся отучить мальчишку таскать мои соли для ванн, я буду пахнуть чертовски приятно, если такое можно сказать обо мне. Моим приключением на этой неделе стало то, что мальчишка пожелал, нет, потребовал отвезти его в приют для животных, чтобы он смог сфотографировать собак. И для него стало открытием, что у меня есть машина. Конечно, я же до сих пор ездил на общественном транспорте. Я хочу сказать – а почему бы и нет, меньше хлопот, не надо искать парковку. Это мой муженек хотел иметь чертову тачку, а не я. Я не сказал мальчишке, что спортивная машинка рядом с Маздой – тоже моя. А то он рисковал получить оргазм прямо там. Кто же знал, что мальчики-натуралы могут так возбуждаться от хороших машин? В конце концов, мы все же поехали в приют, но только после остановки сначала на заправке, а потом - на мойке, чтобы убрать накопившуюся в машине пыль. Мальчишка все время трогал и нажимал все рычажки, дисплеи и кнопки, пока я не пригрозил выкинуть его из машины. Блять, он может быть весьма раздражающим засранцем! Потом мы проехали через МакАвто – естественно, мальчишка почувствовал острую необходимость купить еду именно там. Которая, хочу заметить, абсолютно ничем не отличается от той, что можно купить внутри. На самом деле, в результате мы проехали там дважды, потому что мальчишка заявил, что он все еще голоден. Но я уверен, ему просто захотелось сделать это еще раз. Мы доехали до приюта, и там нас уже ждали. Оказывается, он уже с ними заранее договорился. Они даже прибрались там заранее. Еще бы – не так часто к ним являются, чтобы сфотографировать собак. Мы пошли по центральному проходу того, что можно назвать только тюрьмой для собак, и никак иначе, высматривая подходящую псину, которую можно будет выпустить на волю хотя бы на пятнадцать минут. И в самой последней тюремной камере мы увидели медового цвета пса, сжавшегося в комок. И я клянусь богом, он плакал, как ребенок! Мальчишка настоял, что это была именно та самая собака, которую он хотел увековечить в своих цифровых снимках. Так что мне практически пришлось залезть в клетку, чтобы вытащить эту задницу наружу. И будь я проклят, если этот пес сам не прыгнул на руки и не положил голову мне на плечо. Он дрожал и был чертовски напуган. Все остальные собаки на него лаяли. Я уверен, они его проклинали его, кричали ему что-то вроде «Йо, ты будешь моей сучкой сегодня ночью!». В общем, чтобы долго тут не расписывать, у мальчишки теперь есть собака, а у меня есть ребенок с собакой. И кошелек, который стал на шесть сотен баксов легче. Конечно, Псу понадобилась собственная кровать, и не какая-нибудь, а та, что выглядит сделанной из замши. Ему понадобилась миски, еда и игрушки, и еще игрушки, и еще игрушки… И шампунь, и три вида ошейников с подходящими поводками, и собачий жетон. Естественно, мальчишка пообещал выгуливать Пса каждый раз, когда ему это понадобится. До сих пор, а прошло уже несколько дней, у него не было такой возможности. Так что мы в связке с Псом бродим по улицам Питтсбурга в поисках новых интересных мест, где можно поссать и нагадить. И конечно, мальчишка сфотографировал эту собаку миллиард раз. Я вложил одну фотографию в конверт. Как вы можете убедиться, это не самая красивая собака, но он умеет очень симпатично улыбаться для фото. Теперь у меня есть ребенок и собака, и все, что мне еще нужно – маленький белый коттедж, со всех сторон окруженный розами. И да – моему муженьку, похоже, понадобится страховка от Пса. Он же пытается задрать ногу каждый раз, когда проходит мимо урны. Кажется, я готов переселить его в шкаф. Думаю, это будет довольно уместно, а муженьку будет куда спокойнее в уединении. Это намного лучше, чем быть обоссаным каждый день (тут я хихикаю). С уважением. Д. Брайан перечитал письмо несколько раз, пока ожидал клиента. Он улыбнулся, посмотрев на изображение небольшой лохматой собачонки, прежде чем убрать фото обратно в конверт. Он услышал шум из приемной «Киннетика» и встал взглянуть, что же такое там случилось. В лобби небольшая толпа разглядывала фотографии, которые принес Хантер. То и дело слышались охи и ахи. - Мистер Кинни, хотите посмотреть фото моей собаки? - Хантер протянул их Брайану. - Нет, - ответил Брайан, и собирался уже было вернуться в кабинет, когда собака на фото привлекла его внимание. Это был тот же пес. На самом деле, это была точно такая же фотография, как та, что лежала в конверте у него на столе. - Симпатичная собака, - сказал он. - Да, мы взяли его из приюта, - улыбнулся Хантер. - Он самое лучшее, что я когда-нибудь приобретал. Я потратил на него свои собственные деньги*, зато Джастин купил целую кучу барахла, совершенно необходимого этой собаке. Пес был бы счастлив спать на одеяле на полу, но Джастин настоял, что у него должна быть своя собственная шикарная кровать. Черт, да она лучше, чем у Джастина! Я бы привел его показать вам, но Джастин каждый день берет его с собой на свои марафонские прогулки. Я их теперь вижу только тогда, когда они слишком устают, чтобы двигаться. - Может быть, тебе надо купить собаку для Джастина? - предложил Брайан. - Я вроде как это и сделал, - засмеялся Хантер. - Я хотел, чтобы он начал чаще выходить из дома, и теперь так оно и есть. Если я еще смогу заставить его снова начать рисовать, все будет совсем отлично. - О, так Джастин - художник? - спросил Брайан. Он хотел как можно больше знать о нем. - Он отличный художник. Я разглядываю его картины, каждый раз, когда он не видит. У него есть целая комната, заваленная всеми этими художественными штуками, и вся стена спальни покрыта рисунками. Я их, правда не видел вблизи, у нас есть определенные правила, я не должен входить в его комнату. Но они великолепны. Если бы только он не был так одержим тем засранцем, на котором был женат. Парень был полным придурком. Он сделал Джастину больно, не просто задел чувства, а очень глубоко ранил его. Но мы с собакой собираемся вылечить его. - Если я могу сделать что-нибудь, чтобы помочь, скажи мне, хорошо? - Брайан улыбнулся и отдал Хантеру фотографию собаки. Он повернулся и пошел в свой кабинет. Он должен был о многом подумать.

Конец 2 части.

************************ * Вот тут я не поняла - разве собаку из приюта надо покупать?