Семь кругов ада или семь оттенков твоего настроения

Исчерпывающего объяснения мне вчера не дали. Повелительница лишь мягко протянула руку к пакетику, выудила таблетку, возвращая в руки пакет, сунула ее в рот, так же мягко приняла стакан с водой и, ограничившись лишь "спасибо" и "спокойной ночи", улеглась обратно спать. Как я потом узнал, проверив содержимое холодильника, она вчера не ела. Ничего. Оставленную ей порцию гренок я схомячил на ужин. Понимая, что и завтра приготовление завтрака на мне, я не стал менять время будильника и просто улегся спать, решив, что есть гренки второй день подряд не так уж и плохо. Они выходили у меня лучше всего остального. 6.30 утра. Ох... Пора сменить мелодию... Серьезно, я уже ненавижу ее. А ведь когда-то меня, этакого дебила, посетила "гениальнейшая" мысль: если поставлю на будильник любимую песню, то просыпаться будет легче. Как же я был наивен... Каким идиотом был... Я добился лишь того, что теперь у меня любимых песен на одну меньше. Эх, ладно, не время валяться, в академию опоздаю. Не хочется выслушивать упреки Маки, которая, между прочим, по-царски останется дома валяться в постели. Тем более не хочется висеть на стене пригвожденным скальпелями Штейна... Если честно, не могу дать четкого ответа, чего из этого мне не хочется больше. И к тому, и к другому я постепенно немного привык, но правда в том, что разная у них не только "сила" действия, или "эффект", но и продолжительность. У Штейна висеть посмешищем 40 минут, при этом ты и слова не услышишь, даже поспать можно. А вот Мака мозги всякой ерундой консервирует долго и упорно, подходя к вопросу как можно изобретательнее с разных сторон и ракурсов, каждый раз умудряясь находить новые пути издевок. Что сложного в том, чтобы сказать один, максимум два раза, и отстать? Я же прекрасно ее слышу, прекрасно понимаю. Ну, подумаешь, замешкался где-то, подумаешь, опоздал на пару минут. С кем не бывает? Форс-мажор, не более! У тебя, умничка-разумничка Мака, они тоже бывают. Правда, чаще всего не в обычной жизни, а в битвах, напомню, где ошибки и жизни могут стоить. Ай, кому я это говорю...? Даже не тебе, а собственному сознанию... Совсем крышей поехал... Стоя перед плитой и придерживая ручку сковородки одной рукой и переворачивая поджаривающийся хлеб другой, я потихоньку досыпал свое. Большая часть моего внимания витала где-то в воздухе и лишь жалкие несколько процентов напоминали мне о готовящемся завтраке. Чтобы - Упаси Шинигами! - не спалить ничего, я поминутно переворачивал свое творение, просыпаясь на пару секунд и выкладывая готовый завтрак на тарелку. Когда пожарить оставалось всего один кусочек хлеба, сзади послышались медленные шаркающие шаги и сонный приглушенный голос: - О! Соул, ты чего так рано проснулся, суббота же? - Чего...? Тут работа моего мозга окончательно застопорилась. - Повтори-ка. - Ты чего так... - Не надо, я понял. Чего?! Как суббота?! - Так. Вчера была пятница. Сегодня - суббота. Это нормально. Это называется хронология. - Твою-ж мать! - Соул. - Чего? - Горит что-то... - Твою-ж мать! Совсем не круто! Последняя гренка была наилучшим образом спалена! Принимаю поздравления! Повелительница в это время отыскала пакетик, врученный мне вчера Штейном, и проглотила очередную таблетку. - Ставь свои гренки в холодильник. Можешь спокойно досыпать упущенное время. - Как ты себя чувствуешь? - Скажу честно, ощущение, будто на мне Блэр колдовать училась и ненароком превратила в одноклеточное. Но все же лучше, чем вчера. - Это радует. Будешь еще спать? - Нет, я вчера рано легла, но я бы поела. Соул, принеси мне в комнату несколько гренок и меда побольше. И чай. Яблочный. - Вот это наглость... Я спать собирался. Но мои слова уже никто не услышал. Ничего не поделаешь. Рассуждая о проблемах бытия, а именно, о каждодневной критической нехватке сна, я поставил чайник и заварил чай, ровно такой же, какой делал вчера. Выложил на тарелку четыре крупных гренки, обильно облил медом, как и просила моя повелительница, и порезал рядышком оставшееся после приготовления чая зеленое яблоко, предварительно удалив сердцевину, составил все это на поднос и побрел к комнате. Благо, дверь напарница оставила открытой. С подносом в руках открывать ее было бы проблематично. Мака, все еще бледная с немного кислой миной полусидела-полулежала в кровати, укрыв ноги одеялом, и читала какую-то книженцию. Конечно же, это была наиболее ожидаемая картина. Увидеть что-то другое было бы по меньшей мере странно. - Ваша овсянка, сэр. - Спасибо. Тогда уж не "сэр", а "миледи". И не овсянка, а гренки. - Как пожелаешь. Я спать. - Соул, подожди. - Чего тебе еще? - Покорми меня... - Чего?! - Не удивляйся так! Сколько раз ты уже сказал это слово за сегодняшнее утро? Покорми. - А сама - никак? - Никак. Покорми. Я такого поворота событий никак не ожидал. Тогда, в больнице, я, конечно, кормил ее буквально с ложки. Как сейчас помню, мясом и картошкой. Но тогда она была под действием заклинания Арахны, не могла двигаться, следовательно, поесть сама не могла бы. Сейчас делать это... это смущает... Несмотря на это и вопреки уже почти забывшемуся желанию отправиться спать, я нарезал гренки на маленькие кусочки. Как следует обваляв золотистый кубик в меду и покатав его по тарелке, я наконец черпнул ложкой, обтер ее дно, чтобы лишний мед не капнул на постель, и, держа столовый прибор точно над рукой, поднес к лицу напарницы, не забыв наиграно и шуточно поиздеваться. - Самолетик летит в ротик, открывай его скорей... - Эй... Я же не ребенок... Щеки смущенной моими словами напарницы немного потеплели, предавая тонкую кожу румянцу подступившей крови. Но лишь немного. Сама она, довольно приоткрыв рот, чуть подалась вперед и выхватила кусочек. При том она решила мне немного отомстить: укусила ложку, не давая мне забрать ее. Конечно же, она сопроводила это движение озорной, игривой улыбкой. Какой-то даже чуть победной что-ли... Но в этом вся она. Она иначе не может. И как я могу остаться в долгу? - Не отдашь ложку, не буду кормить тебя. Это не в твоих интересах. - Злой ты... Все еще бледная, несмотря на недавний румянец, она шутливо ответила, громко и аппетитно чавкая гренками с медом. Она не жаловалась и выглядела довольной. Гренки наверное удались.