I've got the magic dick.

Глава третья, в которой Чанёль знакомится с ведьмаком Чондэ, участвует в увлекательном ритуале по рентгену кармы, подвергается психоанализу и узнает, что истинная любовь подобна динозаврику в киндер-сюрпризе. Да здравствует заработавший фикбук!:) - Как это, нельзя? – взревел Чанёль, делая шаг по направлению к Ву. - Как это, мне до скончания веков придется разговаривать с этим идиотом? – возмутился Мини-Ёли. – Кёнсу, бери дубинку, будем объяснять этому уроду популярно, почему нельзя накладывать на людей дебильные проклятья! До с готовностью схватился за лежащий неподалеку шест. Ифань попятился назад и вытянул руки вперед: - Стойте, стойте! Ну, ничего, что нельзя, но я могу наложить другое заклинание! - Какое? – вытаращил глаза Чанёль, ощущая в себе невероятное желание стукнуть Криса чем-то очень тяжелым по светловолосой макушке. – От которого у меня вырастет член на лбу?! - Нет, такое, чтобы Мини-Ёли разговаривал на турецком, который никто все равно не смог бы понять, - оторопело отозвался Крис, опасливо отодвигаясь к Лухану. Чуть помолчав, он добавил: - Ну, впрочем, если тебе хочется член на лбу, то я могу… Пак издал воинственный клич и, схватив хулахуп, бросился к заоравшему Ву. Сехун схватил его за плечи, удерживая на месте, а Мини-Ёли довольно заржал: - Здорово, Крис, сделай его говорящим для полного счастья! Будет с кем поговорить холодными зимними вечерами! И заодно вагину ему на груди наколдуй, давно мечтал о подружке! Тао громко захихикал. Чанёль застонал, схватившись руками за голову и отпихивая от себя сопящего О. Чонин сочувственно покосился на Пака и повернулся к прячущемуся за Луханом Ифаню: - Ты что, совсем не можешь ничего сделать? - Ничего, - покачал тот головой, тяжело вздыхая. – Любовная магия – это очень тонкая и хрупкая материя. Один неверный шаг, и заклинание моментально меняет свои свойства и оказывает совершенно противоположный эффект на человека. Нет ничего более коварного, чем любовная магия. Разве что заговоры против импотенции… - А что там такое бывает? – внезапно заинтересовался апатично молчавший Исин. Крис зарделся и пробормотал: - Резкое увеличение… - О… - хором протянули Лухан и Сехун. - Или уменьшение… - добавил Крис, выразительно двигая бровями. - Мхм, - контуженно пробормотал О, а Лухан скосил глаза на свой пах, обтянутый синими шортами. - А бабушка мне рассказывала, что один раз писька вообще превратилась в… - вдохновленно продолжал Ву, но его перебил громкий вопль Мини-Ёли: - Хватит, я не могу больше этого слушать! Кто-нибудь, заткните этого идиота! Кёнсу, бери биту! До с готовностью кивнул и хрустнул пальцами. Ифань попятился назад и внезапно громко воскликнул: - Стойте! У меня есть идея! Кёнсу разочарованно вздохнул и отступил назад, не сводя с Ву внимательного испепеляющего взгляда. Крис поправил на себе лямку трико и повернулся к Паку, переругивающемуся с продолжавшим ворчать Мини-Ёли. Чанёль невольно вздрогнул: глаза Ву горели лихорадочным огнем, и внешне Крис очень напоминал Бэкхёна на распродаже в обувном магазине. Ифань поднял палец вверх и торжественно возвестил: - Я не знаю, как справиться с последствием этого заклинания… - Мы уже поняли, что ты волшебник-неудачник, у которого любое заклинание выходит через задницу, - любезно отозвался Кёнсу. Ифань сделал вид, что пропустил мимо ушей это милое замечание, и радостно добавил: - Но я знаю, кто может нам помочь! - Вам, ребята, не поможет даже психушка, - хмыкнул Ёли. - Естественно, - вздохнул Чонин. – Мы разговариваем с чужим членом. - Ким Чондэ, мой старый знакомый, - возбужденный Ифань вскочил на ноги, едва не сшибая Лухана и размахивая длинными руками. – Он ведьмак, экстрасенс, шаман и медиум! - Сколько у него талантов! – скептически отозвался Кёнсу. – И работает он как ты, гадалкой на ярмарке? - Нет, - покачал головой Ифань. – У него совершенно нормальная профессия. Он гинеколог. - Гхм, - контуженно отозвался До. – Гхм. Крис повернулся к Паку и настойчиво повторил: - Ким Чондэ! Вот кто нам поможет. Надо немедленно поехать к нему и показать тебя и Мини-Ёли. Уверен, он сможет подсказать тебе, что делать! - Не хочу я больше никому показываться! – закапризничал Ёли. – Надоело, что все на меня пялятся как на что-то ненормальное! Пак намекающе кашлянул. Мини-Ёли осекся и хихикнул: - Ах, да… - В таком случае, поехали к этому Чондэ, - заявил Лухан, подтягивая трико. - Точно, - закивал Сехун, косясь в его в сторону и опуская глаза ниже поясницы. – Мне очень интересно, как будет работать этот ведьмак! Может, он будет посыпать Мини-Ёли тертой редькой! Или исполнять вокруг него шаманские танцы… - Погодите, вы что, поедете вместе с нами? – с ужасом переспросил Пак, оглядывая целую толпу всклокоченных китайцев в синих трико. - Конечно, - серьезно ответил Тао. – Мы что, дураки, упустить такую возможность? - Но у вас же работа на ярмарке! – простонал Чанёль. – И у Сехуна, и у Кёнсу, и у Чонина! - Да положить хуй на эту работу! – весьма легкомысленно отмахнулся До. – Работу можно новую найти, а посмотреть на то, как расколдовывают говорящий член… Такой шанс выпадает один раз в жизни! - Не зарекайся, - радостно загоготал Чонин. – Быть может, Крис опять налажает, и ты сможешь вдоволь пообщаться с каким-нибудь Мини-Тэмином! Или Мини-Джиёном. - Типун вам на язык, - кисло отозвался Ву, складывая пальцы в малоприличную конструкцию и гордо демонстрируя ее Киму. – Если бы не темная аура твоего любимого хёна, то никакого сбоя бы и не было! - Если бы у кого-то заклинательная жила не находилась в жопе, то и у Чанёля не было таких проблем! – подбоченился До, нехорошо прищурившись. Стекла под потолком жалобно тренькнули. Лухан вздрогнул и примирительно поднял руки: - Да хватит вам. Вы оба налажали, долбоебы. Как ни странно, сие восхитительное замечание моментально сгладило обстановку. Тао повернулся к сердито сопящему Ву и спросил: - А в каком месте конкретно работает этот Чондэ? - В женской консультации, - ответил тот, слегка щурясь. – Совсем недалеко отсюда, кстати. Рядом с больницей и магазином штор. - Тогда срочно поехали туда! – скомандовал Пак, делая шаг вперед и едва не падая. Кёнсу выразительно посмотрел вниз и вздохнул: - Штаны надень. И трусы. - Опять эти штаны! – заворчал Мини-Ёль. – Опять духота, запах твоих потных ног и рисунок в виде бегемотиков на твоих трусах! Как же мне надоели бегемотики! Ты не можешь выбрать что-то более оригинальное? - Завтра же куплю тебе трусы с динозавриками, - виновато отозвался Пак, наклоняясь и берясь за джинсы. - Не хочу, - не сдавался Мини-Ёли. – Штаны меня удручают! - Ёли, боюсь, если Чанёль-гэгэ пойдет по улице без брюк, то его заберут в полицию, - внезапно подал голос Исин. Чуть подумав, он добавил: – Или в психушку. Или изнасилуют. Пак посинел и с крейсерской скоростью натянул на себя белье и брюки. Мини-Ёли сердито засопел, но промолчал: видимо, вдохновленная речь Исина подействовала и на него. - Отлично, значит, можно ехать, - подытожил Ифань и сделал шаг в сторону дверей. - Нет, нельзя, - покачал головой Кёнсу. – Вас просто туда не пустят. - Почему это? – возмутился Ву. – Это потому что мы китайцы?! - Потому что вы в синих трико и блестящих носках, - охотно отозвался До. – Обтягивающих, безумно гейских трико. Знаешь, что будет с несчастными женщинами, когда они увидят вас в таком виде? - Они возбудятся и накинутся на нас, не в силах сдержать свою похоть? – самодовольно хмыкнул Тао. Лухан расправил плечи и выпятил грудь, а Исин громко зевнул и поковырялся в носу. - Родят, все разом, - радостно ответил До. – Причем даже те, кто не беременные! Тао открыл рот, чтобы сказать что-то колкое в ответ, но вовремя осекся. С До Кёнсу шутки были очень плохи даже, когда он был в приподнятом настроении. Чревато заиканием, сединой и выпадением волос на ногах. - Переодевайтесь и поехали, - нетерпеливо сказал Чанёль, подпрыгивая на месте. – Ну же, нельзя терять ни минуты! Настроение уже было не настолько отвратительным, как прежде, потому что у Пака появилась надежда на то, что вскоре его член будет молчалив как постовой у лондонского Тауэра. Ради этого можно было вытерпеть даже очередной магический ритуал, его новых странных приятелей и целую толпу китайцев в трико. - Кёнсу-хён, а ты никогда не думал купить себе такое трико? – донесся до него жаркий шепот Чонина. – Оно бы так прекрасно смотрелось на твоем мужественном теле… И даже клоунов с пугающими флюидами и аниматоров-геев. Ради молчания дражайшего Мини-Ёли Пак Чанёль был готов на любые жертвы. ***** - Почему они так странно на нас смотрят? – громко прошипел Чонин, затравленно косясь на сидящих в приемной женской консультации дам. Женщины всех возможных возрастов смотрели на их честную компанию в упор, так что Пак невольно ощутил себя стриптизершей на съезде благообразных домохозяек. - Не знаю, - пожал плечами Кёнсу, отодвигаясь подальше от милой дамы средних лет, буравящей его внимательным взглядом. Дама смущенно улыбнулась и, немного замявшись, спросила: - Простите, а разве геи ходят к гинекологу? Я думала, что вы больше по проктологам… Крис вытаращил глаза, а Кёнсу позеленел, широко открыв рот и уставившись на даму так, что та невольно поежилась. - Мы не геи, - отмер Сехун. – У нас просто здесь важные дела. Мужские. Очень мужественные. Просто у Чанёля говорящий чле… Лухан ловко подскочил к нему и быстрым движением руки заткнул О рот первым предметом, что попался ему под руку. Первой почему-то попалась старая панама Цзытао, и Сехун протестующе замычал, гневно сверкая глазами. - А я их понимаю, - внезапно подал голос Исин, который до этого мило дремал на стуле, прикрывшись красочной брошюрой о венерических заболеваниях. – Я бы тоже обалдел, если бы на прием к какому-то мужскому врачу пришла кучка странных женщин подозрительного вида. О, генитальный герпес… - Где? – вздрогнул Чанёль. – У кого? - Да тут в журнале пишут, - отозвался Исин, демонстрируя страницу с какими-то омерзительными иллюстрациями. – Увлекательная статья, даже очень… - Перестаньте так на меня смотреть, - пискнула дама, затравленно глядя на Кёнсу. – Пожалуйста, я уже поняла, что вы не геи… Я сделаю все, что вы хотите, только не смотрите на меня так! До неопределенно хмыкнул. Лампочка в люстре под потолком громко звякнула, и свет резко погас. Женщины притихли и уставились на Кёнсу с благоговейным трепетом. До ткнул Чонина в бок и отрывисто спросил: - Ты чего-то хочешь? - Да нет, - пожал плечами Ким. Чуть подумав, он неуверенно пробормотал: - Разве что пирожок. С вишней. - Он хочет пирожок с вишней, - заявил До, не сводя взгляда с подрагивающей дамы. – А это значит, что и я его хочу. - Ты хочешь Чонина? – округлил глаза Сехун. Кёнсу смешался и поспешно сказал: - Нет, я хочу пирожок. То есть Чонин хочет пирожок. Точнее, Чонин хочет пирожок, а значит, я его хочу. Тьфу, я… - Простите, - раздался рядом мелодичный женский голос. Пак поднял голову и увидел подошедшую к ним симпатичную девушку в форме медсестры. Она очаровательно улыбнулась и прощебетала: - Доктор Ким ждет вас в кабинете. - Значит, пирожка не будет? – огорченно пробормотал Чонин. Кёнсу похлопал его по плечу и ободряюще сказал: - Не переживай, сейчас разберемся с чьим-то говорящим пи… - Кха-кха, - намекательно кашлянул Ифань, выразительно кивая в сторону уставившихся на них женщин. До осекся и туманно закончил: - С нашим загадочным делом. Половина собравшихся дам позеленела от обуревавшего их любопытства, а другая половина выжидательно посмотрела на Ифаня. Тот нервно сглотнул и, дав зазевавшемуся Сехуну пинка под задницу, буквально вломился в кабинет доктора Чондэ. Дамы разочарованно вздохнули, а одна из них пробормотала себе под нос: - И все-таки они геи… К счастью, Кёнсу на тот момент уже успел зайти в кабинет, посему дама облегченно вздохнула и продолжила читать увлекательный журнал для домохозяек «Домашний камин». Там как раз была очень захватывающая статья о трехстах способах приготовления маринада к селедке. - Почему у нас опять треснула лампочка? – негодующе заорал подошедший завхоз, удрученно оглядывая светильник. Аура До Кёнсу была поистине беспощадна. Особенно к несчастным лампочкам. ***** Ким Чондэ оказался совсем молодым парнем с взъерошенными каштановыми волосами. Чанёль разочарованно вздохнул: вопреки своему гордому статусу шамана, ведьмака и экстрасенса, сидящий за столом доктор Ким был облачен в серый свитер, очки и помятый белый халат, и никаких тебе бархатных мантий, загадочных шляп и гигантских янтарных амулетов на груди. Крис сделал шаг вперед и радостно воскликнул: - Чен-чен! Я так рад тебя видеть! - Я вас тоже, - не поднимая глаз, отозвался Ким, что-то торопливо заполняя в разлинованном бланке. – Раздевайтесь и ложитесь в кресло. Лухан вытаращил глаза, а Тао зарделся. Сехун одернул свитер и неуверенно пробормотал: - Нам всем? А зачем? - А как, по-вашему, я узнаю, в чем проблема? – возмутился Чондэ, доставая из ящика большую синюю печать. Смачно на нее плюнув, он поставил оттиск на бланке и потянулся за следующим. Чанёль наклонился к Кёнсу и шепотом спросил: - Ну ладно я, но вам-то всем зачем раздеваться? - Черт его знает, - настороженно отозвался тот. - Может, так положено для экстрасенсорного ритуала? - Чен, мне кажется, ты что-то путаешь… - начал было Крис, но Чондэ затряс головой. - Я понимаю, что вы стесняетесь, но для меня все вагины на одно лицо. То есть, не на лицо, ну, вы все равно поняли? Так что снимайте трусы и ложитесь, что там у вас? Беременность? Гонорея? Сифилис? Вам нужно направление к венерологу? - У меня нет вагины, - отмер Исин и потянулся к ширинке брюк. Чонин вздохнул и схватил его за руки, а Крис подошел к Чондэ и, поколебавшись, отвесил ему подзатыльник. Тот вздрогнул и поднял голову, глядя на Ву обалдевшим взглядом. Ифань широко улыбнулся и похлопал его по плечу: - Мне кажется, что ты немного тут ебнулся, друг… - О, Крис-хён! – радостно вскричал Ким, за какое-то мгновение превращаясь в адекватного здравомыслящего человека. – Я так давно тебя не видел! Последний раз, по-моему, мы виделись целых полгода назад, когда твоя бабушка учила меня варить средство от запора из кишок дикой мартышки! Чанёль ощутил, как к горлу подкатила тошнота, а Ву наморщился и закивал головой: - Точно! Только кишки вроде были змеиные. На лице Сехуна появилось выражение заинтересованности. Лухан ткнул Ву локтем в бок, тот моргнул и поспешно добавил: - Но вот только мы здесь совершенно по другой причине, Чондэ. Мне нужна твоя помощь как сильного ведьмака. - Ага, - изрек Чен, поднимаясь со стула и внимательно оглядывая Ифаня. – Опять с заклинанием накосячил? - На этот раз виноват не я, - насупился Ву. – Это все Кёнсу и его темная ау… - Нет у меня никакой темной ауры! – взревел До, подскакивая и потрясая в сторону Криса маленьким кулачком. – Почему вы все время выдумываете?! Хоть раз видели проявления моей ауры?! Люстра под потолком в очередной раз тревожно замигала, но на этот раз это вызвало замешательство лишь у непривычного к подобным вещам Чондэ. Раздался громкий звон: это упали с окна горшок с цветущим фикусом и толстый медицинский справочник. - Конечно, нет, Кёнсу, - хором отозвались Чанёль, Тао и Лухан. – Никакой темной ауры, ты что! - Это ты его заколдовал? – с нескрываемым трепетом тихо спросил Чондэ Ифаня. – Какой пугающий парень, я почти физически чувствую исходящие от него флюиды зла! Он черный маг? - Он детский клоун на ярмарке, - вздохнул стоявший неподалеку Чанёль. Ким поперхнулся воздухом и выдохнул: - Ооооо! - На самом деле проблема в Чанёле, - Крис почесал переносицу и выразительно кивнул в сторону паха Пака. – Точнее, в одной его важной части тела. - Понимаю, - протянул Чен, уставившись на ширинку Чанёля с таким интересом, с каким турист смотрит на какую-нибудь редкую достопримечательность. – Наслал на него импотенцию? Так это же легко нейтрализуется! Берешь три кило ягод вишни, какашку летучей мыши, кровь лошади, уксус… - Нет-нет, все намного сложнее, - поспешно прервал его Ву, косясь на зеленеющего Пака. – Чанёль, сними штаны, пусть Мини-Ёли пообщается с Ченом. Пак тяжело вздохнул, но подчинился. Остальные моментально развернулись и дружно уставились на него широко распахнутыми глазами, полными нетерпения и предвкушения. На мгновение Чанёль ощутил себя элитной стриптизершей, выступающей сразу перед толпой озабоченных мужчин среднего возраста, и инстинктивно прикрыл рукой ширинку. - Да ладно, что мы там у тебя не видели, - фыркнул Сехун. – И с кем мы там у тебя не разговаривали. - Мини-Ёли? – недоуменно переспросил Чен. – Это кто-то из твоих друзей? Вон тот, который спит на моем кресле, уткнувшись в носом в жестяной лоток? - Нет, это я, - любезно отозвался Ёли. Чен подпрыгнул и едва не упал на лежащего на стуле Исина. Тот недовольно причмокнул губами, но продолжил спать, несильно пнув Чондэ ботинком в колено. - Он разговаривает! – ошарашенно выпалил Чен, весьма невежливо тыкая пальцем в главное мужское достоинство Чанёля. - Я тебе даже больше скажу, - вздохнул Пак. – Он еще и поет! - Я и рэп, кстати, неплохо читаю, - похвастался Мини-Ёли. – Хотите послушать? - Да! – загорелся Тао. - Нет, - протестующе замотал головой Крис. – Никакого рэпа, нам нужно как можно скорее заставить тебя заткнуться! - Хам, - обиженно отозвался Мини-Ёли. – Если бы я мог, я бы показал тебе средний палец. Почему ты притесняешь мой талант? Это потому, что я корейский член, а не китайский? Лухан громко захихикал. Чен громко крякнул и подошел ближе к Паку, склоняясь к Ёли: - Первый раз в жизни вижу говорящий член. Как у тебя вообще такое получилось?! - Я накладывал на него заклинание привлечения любви, - вздохнул Крис. – А то его уже десятая девушка за год бросила. - Десятая, - округлил глаза Чондэ. – Вот неудачн… - Достаточно, - поспешно перебил его Чанёль, не желавший в очередной раз выслушивать приятные эпитеты в свой адрес. – Лучше скажи, что можно с этим сделать. Ты же, как сказал Крис, маг, ведьмак и крутой чародей! - А еще гинеколог, - подал голос Кёнсу. Чондэ зарделся и смущенно хихикнул: - Что вы, перестаньте! Он наклонился к Мини-Ёли и некоторое время буравил его сосредоточенным взглядом. Пак невольно вспотел от подобного пристального внимания и едва удержался, чтобы не прикрыться. Чен пожевал нижнюю губу и внезапно, не говоря ни слова, кинулся к своему письменному столу. Склонившись над ящиками, он стал, бормоча себе что-то под нос, выуживать оттуда какие-то многочисленные смятые бумажки. - Что это с ним? – громким шепотом спросил Чонин. Лухан пожал плечами и благоговейно прошипел: - Третий глаз! Тем временем Чондэ распрямился и повернулся к Паку. Тот невольно попятился назад: в руках Ким держал остро заточенный топор. - Мама! – пискнул Чанёль и стремглав бросился к двери. По дороге его перехватили бдительные Сехун и Тао, а Чен захихикал: - Не переживай, мне это нужно для ритуала. Ты что подумал, что я что-то сделаю тебе топором? - Я вам, магам, уже вообще не доверяю, - отозвался Пак, затравленно косясь на топор. – Мало ли, что вам придет в голову сделать с моим пенисом. Еще вообще его от тела отделите и ноги наколдуете! - Я был бы не против! – оживился Мини-Ёли. Чанёль негодующе шикнул на него: - Нет уж, спасибо! - Я буду проводить особый ритуал, - Чондэ многозначительно задвигал бровями и понизил голос до интимного шепота. – Я призову древних духов, и мы сделаем рентген твоей кармы! - А это не опасно? – осторожно спросил Пак, наблюдая за тем, как глаза Чена загораются лихорадочным, сулящим новые магические аномалии огнем. - Да нет, - пожал плечами Крис. – Разве что третий сосок появится, но это легко можно исправить хирургическим путем. Тем временем Чондэ вытащил из стола пучок каких-то трав, несколько переливающихся камней и пузырек с ярко-синей жидкостью. Разбросав травы по столу, он щедро облил топор содержимым сосуда и, что-то нараспев бормоча себе под нос, стал перекатывать камни по столу. - В транс входит, - пояснил Крис, абсолютно спокойно наблюдая за тем, как выпучивший глаза Чен издает полузадушенные вопли, раскидывая камни в разные стороны. – Связывается с высшими силами. Сейчас включит в себе внутренний рентген и будет сканировать вашу карму. Неизвестно, что за высшие силы сейчас беседовали с Ким Чондэ, но смотреть на него было действительно жутко. Он размахивал в воздухе ногами, ерзал по стулу, выпучивал глаза и всем своим видом напоминал скорее буйно помешанного, нежели мага и ведьмака. Чанёль покрылся мурашками и инстинктивно отступил назад, а Чонин подкрался ближе и аккуратно отодвинул топор подальше от Чена. - А то еще швырнет им в трансе куда-то не туда, - шепотом пояснил он. – Например, в окно. Или в Сехуна. Внезапно, Чондэ резко обмяк и дернулся, громко завизжав. Лухан спрятался за спиной Криса, а Тао издал громкий испуганный вопль и ловко запрыгнул прямо на тумбочку, на которой лежали какие-то многочисленные скляночки. Те жалобно тренькнули, но устояли, правда, тумбочка опасно накренилась под тяжестью мужественного китайского акробата. Наконец Чен открыл глаза и изрек: - Высшие силы сказали мне, что в этой комнате есть сразу несколько геев. Кёнсу вытаращил глаза и закашлялся. Чонин смущенно почесал нос и, покосившись в сторону До, тихонько отошел к тумбочке, на которой продолжал восседать Цзытао. Сехун быстро взглянул на Лухана, и, переведя взгляд на слезающего с тумбочки Тао, фальшиво удивился: - Да ты что! Что за глупости! Да я, например, натуральнее, чем все натуральные натуралы! Как тот же Вонбин или Рики Мартин! - Рики Мартин – гей, - подал голос как всегда вовремя проснувшийся Исин. Сехун зарделся и почти сравнялся по цвету со своей ярко-красной футболкой, а Чанёль нетерпеливо спросил: - А по поводу меня? Что они сказали про меня и Мини-Ёли? - Я тщательно просканировал твою карму, и духи сказали мне, что заклинание можно отменить… - серьезно заявил Чондэ, оттирая синюю каплю с испачканного носа. - Слава Богу! – выдохнул Пак, ощущая, как с души падает даже не камень, а целая Килиманджаро. – Наконец-то можно будет хоть писать без дурацких шуточек? Что для этого нужно?! - Ничего особенного! – радостно возвестил Чен, убирая топор обратно в ящик. – Для того, чтобы снять неправильно наложенное любовное заклинание, тебе всего-то и надо, что найти свою вторую половинку! Как только ты найдешь свою истинную любовь, то Мини-Ёли сразу станет прежним, и ты больше никогда не услышишь его голоса! Чанёль растерянно моргнул и поник, ощущая, как душа наполняется горьким разочарованием. Крис покосился в его сторону и, наклонившись к Чондэ, возвестил громким шепотом: - Чен-Чен, ты что, забыл? Его же десятая девушка бросила за полгода! Да для него найти истинную любовь, как тебе станцевать брейкданс, не сломав при этом всю мебель вокруг себя и не покалечив все живое в радиусе трехсот метров. - Ты танцуешь так же плохо, как и я! – вяло возмутился Чондэ, глядя на поникшего Пака с нескрываемой жалостью. – И все-таки как-то неловко вышло… В комнате воцарилось напряженное молчание, прерываемое лишь громким храпом Исина. Чонин шмыгнул носом, а Сехун неожиданно всхлипнул и заревел в голос: - Бедненький Чанёль! Что же он теперь будет делать? Чанёль, хочешь, я буду до скончания веков кормить тебя своей фирменной сахарной ватой? Вдруг это как-то подсластит тебе твою горькую пилюлю? - У человека и так горе, а ты его добиваешь! – укоризненно покачал головой Кёнсу. – Как тебе не стыдно, шепелявая скотина! - Как врач, могу тебе посоветовать обратиться к психологу, - участливо сказал Чондэ, поправляя белый халат и усаживаясь обратно на стул. – Вдруг причина твоих неудач заключается в твоих комплексах и внутренних противоречиях? - Какой врач, ты ковыряешься в женских пиписьках! – возмущенно воскликнул Чанёль. – И ты что, намекаешь на то, что я какой-то псих? - Не обязательно, - спокойно пожал плечами Чен. – Может, ты просто фетишист. Или в душе ты не человек, а говорящий бобер! Пак открыл рот, дабы высказать практикующему магу и ведьмаку все, что он о нем думает, но его перебил оживившийся Кёнсу: - А ведь правда, почему бы нам не обратиться к психологу? Чанёль, у тебя есть знакомый специалист? - Нет! – воскликнул Пак, энергично тряся головой. До сощурился и хрустнул кулаками. С подоконника упал еще один фикус, а за окном тревожно закаркали вороны. - То есть, да, - поспешно поправился Пак, ощущая, как темные флюиды Кёнсу медленно завязывают его внутренности в морской узел. – Но он еще учится в университете, и… - Отлично, тогда поехали к нему! – радостно заявил Чондэ и вскочил со стула, едва не опрокинув его на пол. Остальные согласно закивали, а Чанёль вытаращил глаза и с ужасом спросил: - Погодите-ка, вы снова поедете вместе со мной?! И ты тоже? А как же твои пациентки?! Они же ждут тебя в приемной! - Ты от них никогда не отвяжешься, смирись с этим, - радостно заржал Мини-Ёли. Чен покачал головой и назидательно сказал: - Ты теперь в каком-то роде тоже мой пациент. Я давал клятву Гиппократа, и я не смогу спокойно спать, пока ты не будешь полностью излечен! - Ты гинеколог, - взвыл Чанёль. – Ты лечишь женские пиписьки! - Ты не виноват, что у тебя другая пиписька, и к тому же говорящая, - отбил подачу Чондэ. – И потом, у каждого свои недостатки. На подобное высказывание у Пака просто не нашлось аргументов. Мини-Ёли вздохнул и ободряюще пробормотал: - Ну же, выше нос! Знаешь ведь старинную китайскую мудрость? - Какую? – безнадежно пробормотал Чанёль, наблюдая за тем, как Лухан и Тао будят намертво уснувшего Исина, а Крис задумчиво вертит в руках справочник по женской половой системе. - Если у тебя говорящий член и к тебе пристала целая толпа из корейских и китайский придурков, и отбиться от них нет никакой возможности, то просто расслабься и получай удовольствие, - серьезно возвестил Ёли. – Правда, они забавные, особенно тот шепелявый гей с сахарной ватой. Чанёль перевел взгляд на Сехуна, застенчиво вертящего в руках пожеванную панамку Тао, и тяжело вздохнул. Стыдно было признаваться, но Ёли был прав окончательно и бесповоротно. Отбиться от целой толпы дружелюбно настроенных энтузиастов-долбоебов было невозможно, и, что самое странное, они даже постепенно начали ему нравиться. Побочное действие заклинания, не иначе. ***** - Итак, - изрек Чунмён, с видом настоящего профессионала поправляя очки на носу. – Когда Вы поняли, что разговариваете с собственным членом? Вошедший в комнату Минсок сдавленно захихикал, покосившись на сидящего в кресле Пака, радовавшего взоры окружающих полным отсутствием штанов и нижнего белья. Чанёль испытал невероятное желание швырнуть в Кима чем-то тяжелым и, сжав зубы, ответил, буравя старого приятеля уничтожающим взглядом: - С тех самых пор, как этот долбоеб Ифань наложил на меня заклятие. Черт возьми, хватит разговаривать со мной как с психом, ты полчаса назад сам визжал при виде говорящего Мини-Ёли, а потом мы откачивали упавшего в обморок Минсок-хёна, которому Ёли внезапно решил прочитать матерный стишок! - И откуда твой писюндр таких вещей понабрался? – задумчиво протянул Чонин, гордо восседающий на диване и доедавший уже третью конфету. – Стыд да срам! - Я не долбоеб! – внезапно отмер Крис, негодующе округляя глаза. – Это все темная ау… - Мы же собрались здесь, чтобы проанализировать душевное состояние Чанёля, - поспешно сказал Лухан, не желавший в очередной раз видеть разрушительные последствия «никакой-не-темной-ауры-что-вы-врете» Кёнсу. – Доктор Чунмён, что вы можете сказать по поводу пациента? Ким Чунмён, широко известный среди друзей под кличкой Сухо, троечник, истеричный меланхолик и просто сын очень богатого папы, услышав слово «доктор», горделиво приосанился и возвестил: - Мне кажется, что у пациента было трудное детство. Вполне возможно, что его обижала его старшая сестра, отбирая у него конфеты и заставляя надевать бантики на волосы. Сестра морально над ним доминировала, и потому наш несчастный больной подсознательно боится женщин и не может полностью реализовать свою доминирующую роль как самца в отношениях с противоположным полом! - Вы поняли это, лишь поговорив с ним несколько минут? – восхищенно выдохнул Крис, глядя на Чунмёна широко распахнутыми глазами. Сухо совершенно по-гейски жеманно хихикнул, а Пак негодующе воскликнул: - Нет, он это понял потому, что мы знаем друг друга с пяти лет, и Юра-нуна в свое время тоже надевала на него юбку и заставляла… - Это все неважно и не имеет никакого отношения к твоему диагнозу, - поспешно сказал Чунмён, неловко взмахивая руками и едва не роняя очки на пол. – Важно другое: ты совершенно не умеешь прислушиваться к своему внутреннему «я». И именно поэтому ты не в состоянии построить отношения с женщинами. – Он отпил глоток чая из принесенной Минсоком чашечки и добавил: – В данном случае в роли твоего альтер-эго выступает Мини-Ёли, который является экстраполированным сублимированным репрезентатором твоих подсознательных девиантных сексуальных желаний. - О как! – впечатленно крякнул Мини-Ёли. Чонин подавился чаем, а Исин нараспев протянул: - Ре-пре-зен-та-тор… Это что, двоюродный брат Терминатора? - Что за херню ты только что сморозил? – отмер Чанёль, угрожающе щурясь. Сухо поежился, а Кёнсу одобрительно улыбнулся. – Какой еще рефрижератор?! Мне что, надо разговаривать с холодильником? Думаешь, выучил несколько умных слов и теперь можешь выеживаться? - Он говорит о том, что тебе надо прислушиваться к мнению своего говорящего пениса, потому что в данном случае он лучше понимает, что тебе нужно для полного личного счастья, - спокойно пояснил его сосед по квартире и однокурсник Минсок, в отличие от вдохновленного троечника Чунмёна отличавшийся редкостным умом, сообразительностью, а главное, здравомыслием. – Говори с писькой, и будет тебе счастье! - Это как? – обалдело переспросил Чанёль, глядя на невозмутимого Минсока. – Мне вести с ним беседы долгими холодными вечерами? Вышивать вместе крестиком? Разгадывать кроссворды? - Нет, просто Мини-Ёли поможет тебе выбрать подходящую для тебя девушку, - серьезно ответил Сухо, снявший наконец очки и переставший корчить из себя великого специалиста. – Как я понял, изначально заклинание было направленно на то, чтобы Чанёль пробудил в себе внутренний голос, который подсказал ему, когда на горизонте покажется его вторая половинка. Но из-за каких-то там флюидов… - Не было никаких флюидов, эти мудилы зачем-то на меня клевещут! – вновь вызверился Кёнсу, едва не роняя свою чашку на пол. Со стены с грохотом упала висевшая на ней картина в дорогой резной раме, подаренная Сухо его любимой тетей и изображавшая тучную женщину с багетом в руке, восседающую на ожирелом единороге. Чунмён невольно вздрогнул, а Минсок, на дух не переносивший сей шедевр изобразительного искусства, не сдержал радостной улыбки. - Но из-за каких-то там флюидов, которых не было и которые никак не связаны с Кёнсу-ши, - осторожно продолжил Сухо, опасливо косясь на До. Тот милостиво хмыкнул и взял со стола печенье, и Чунмён, мысленно перекрестившись, продолжил: – Заклинание дало сбой, и потому внутренний голос Пака переселился в Мини-Ёли. И именно Ёли должен помочь Чанёлю наконец-то перестать быть одиноким неудачником и встретить свою любовь! Аллилуйя! Ведь любовь – она как киндер-сюрприз! Ты никогда с первого раза не найдешь заветного динозаврика, пока тебе не попадется куча пластмассовых страшных фиговин или какие-нибудь идиотские куколки! - Как вы вообще себе это представляете? – негодующе воскликнул Пак, пытаясь прожечь испепеляющим взором воркующего с Сухо Криса. Незадачливый маг и чародей немного поежился, но, видимо, дьявольской ауре Чанёля не хватало той сокрушительной мощи, что была у ауры Кёнсу, поэтому Ву спокойно продолжил переговариваться с Сухо, застенчиво хихикающим и всем своим видом напоминающим влюбленную ученицу младших классов. «Сраные педики!» - с тоской подумал Пак и вслух продолжил: - Я что, должен буду расстегивать ширинку перед первой встречной женщиной и орать: «Эй, красотка, это мой магический член, погоди, он посмотрит на тебя и подскажет мне, ты ли моя прекрасная принцесса или нет»? - Тебе это не понадобится, - пожал плечами Чондэ. – Суть в том, что Мини-Ёли сам почувствует, когда на горизонте покажется тот, кто предназначен тебе судьбой и подаст тебе знак. Это, не знаю, как Лунная Призма в «Сейлор-Мун», которая начинала светиться, когда остальные сейлор-воины были неподалеку. - Или как Кольцо Всевластия, которое светилось, когда они приближались к Мордору, - вставил Лухан, громко зевая. - Или как шрам Гарри Поттера, который начинал болеть, когда Воландеморт творил свои грязные делишки! – оживился Сехун. - Сколько эпитетов вы подобрали для меня, ребята, - крякнул Мини-Ёли. – Я просто польщен! - Как только ты прислушаешься к своему внутреннему голосу, так сразу дела с девушками пойдут намного лучше, - наставительно произнес Чондэ. – И не переживай, я специально сегодня вечером проведу специальный ритуал по привлечению к тебе удачи, и вам с Мини-Ёли завтра точно подфартит! - Не надо никаких ритуалов! – покрылся мурашками Чанёль. Я и без магии справлюсь, честное слово! - Главное, постарайтесь поменьше привлекать к себе внимание, - вздохнул Минсок, косясь в сторону валяющихся на полу семейников Пака с разноцветными бегемотиками. – Просто молодой парень, разговаривающий со своей ширинкой, как мне кажется, вызовет неоднозначную реакцию у окружающих. В лучшем случае Чанёля просто заберут в психушку. - А в худшем? – с любопытством поинтересовался Чонин. Минсок сделал большие глаза и драматическим шепотом возвестил: - Кастрируют! Лухан и Тао дружно вздрогнули и инстинктивно прикрыли руками ширинки. Сухо отвлекся от разговора с Крисом и сурово нахмурился: - Только ничего не говори Бэкхёну, слышишь? Ни за что! - Но почему? – возмутился Чанёль. – Бэкхён-хён – мой лучший друг! Он всегда меня поймет и поддержит во всем! - О, ты про того истеричного коротышку, который маячил вместе с тобой возле моей палатки, - задумчиво протянул Сехун. – Вот ему точно не стоит ни о чем говорить. Тут же закатит истерику прямо на месте, и о твоей проблеме станет известно всему населению Сеула и близлежащих городов. - Он прав, - кивнул Чунмён. – Бэкхёна лучше вообще лишний раз не нервировать. Это чревато последствиями. - Но почему вы все знаете о Мини-Ёли, а мой лучший друг должен оставаться в неведении? - Ты можешь нам доверять, - послышался дружный гул голосов, и на Пака уставилось десять пар доброжелательных, участливых глаз. Чанёль едва сдержался, чтобы с воплем не убежать из комнаты, а Мини-Ёли успокаивающе прошептал: - Получай удовольствие, Чанёль! Ты же и сам понимаешь, что от десяти сразу, среди которых двое еще и с третьим глазом, ты ни за что не сбежишь. «Знаю, - мысленно ответил ему Пак, тяжело вздыхая. – Но почему-то упорно продолжаю надеяться». - Отлично, тогда собираемся здесь послезавтра, а Мини-Ёли и Чанёль отчитаются нам о проведенной работе, - оживленно заявил Чондэ. Сухо согласно закивал: - Мы все проанализируем полученную информацию и составим план дальнейших действий. - Вы же не оставите меня в покое? – чисто риторически спросил Пак, натягивая штаны. – Вы не дадите мне самому разобраться со своим заклинанием и будете по-прежнему лезть в мою жизнь и жизнь моего говорящего члена? - Конечно, - синхронно прозвучало в ответ из разных концов комнаты. – Мы поможем тебе, и даже не пытайся от нас избавиться. - Я верю, что скоро, с нашей поддержкой, Чанёль найдет свою идеальную женщину, и в его жизни наконец-то наступит мир и покой! – патетично заявил Кёнсу. Чонин согласно закивал, а проснувшийся Исин тихо пробормотал себе под нос: - Женщину ли? Чжан Исин не умел варить отвар из жабьих кишок, не обладал способностью угадывать будущее и карты Таро путал с обычными географическими картами, но при этом почему-то был намного проницательнее, чем практикующие маги и экстрасенсы. Но, к несчастью, его так никто и не услышал, и Исин печально вздохнул, вновь закрывая глаза и укладываясь спать. - Если хотите, можете прийти ко мне в палатку, я погадаю вам на кофейной гуще, - игриво протянул Крис, посылая Чунмёну томный взгляд, полный убийственной пикаперской мощи. Сраженный Сухо громко выдохнул и ответил, кокетливо прикрываясь справочником «Наследственные психические заболевания»: - Я с радостью! Ах, вы такой загадочный! Сразу видно, что ваши магические способности безграничны! - Не соглашайся, глупец! – загробным шепотом заявил Сехун, качая головой. – Он не маг, он полный долбое… Договорить он не успел, потому что Ифань ловким движением руки сдернул с макушки Чонина бейсболку и заткнул ей рот слишком болтливого О. Тот негодующе замычал, дергая руками и изрыгая бессвязные проклятия как в адрес Ву, так и в адрес всех головных уборов вместе взятых, а Крис вновь ослепительно улыбнулся зардевшемуся Чунмёну: - Итак, на чем мы там остановились? О, я рассказывал вам, как однажды вылечил одну старушку от сглаза и аллергии на чеснок? Так вот, я взял раствор на основе редьки и лунного камня, и… В тот самый момент, когда Ву увлеченно повествовал о том, в какое место следует заливать раствор, чтобы вылечиться от аллергии и других опасных заболеваний, в куртке Чанёля резко завибрировал телефон. Он вытащил его из кармана и невольно покрылся испариной: звонил Бэкхён, и, судя по многочисленным пропущенным вызовам и непрочитанным сообщениям, он пытался с ним связаться ровно сорок третий раз за день. Пак нервно сглотнул и поднес трубку к уху: - Алло? - Ты вообще соображаешь, что творишь? – ворвался в его сознание оглушительный голос Бёна. Пак невольно пошатнулся, а Бэкхён продолжил орать, щедро перемежая свою речь отборными ругательствами: - Ты, мать твою, чертов долбоеб, соображаешь, как я перепугался?! Ты почему весь день не подходишь к телефону, я думал, что ты решил покончить с собой из-за неудавшейся личной жизни, заперся в квартире и порезал себе вены ножом! Я даже приехал к твоей квартире и с помощью службы спасения выломал тебе дверь! Где ты шляешься, я сижу у тебя в прихожей на табуретке и даже не могу уехать домой, потому что боюсь, что кто-то сопрет твое никому не нужное барахло! - То есть как это, дверь выломали?! – обалдело переспросил Чанёль, невольно облокачиваясь на стену и чувствуя легкое головокружение. – Из трубки раздалось виноватое сопение, и Бэкхён пробормотал: - А почему ты не отвечал на звонки? Ты хоть понимаешь, как я волновался? Тебя же, идиота, вообще нельзя оставлять одного ни на секунду, ты обязательно впутаешься в какую-нибудь историю! Пак оглядел столпившихся в комнате магов, экстрасенсов, акробатов и клоунов, оживленно переговаривающихся между собой, и тяжело вздохнул: - Знаешь, а ведь ты действительно прав. Почему-то при мысли о том, что Бён так искренне и отчаянно о нем беспокоится, вся та тревога и напряжение, что скопились в нем за весь этот суматошный и воистину очень странный день, развеялись, как морской песок на ветру. Незаметно для самого себя Чанёль улыбнулся и сказал, наблюдая за тем, как Кёнсу методично избивает ойкающего Сехуна справочником «Как научиться управлять своим гневом и немотивированной агрессией за десять дней»: - Прости меня, хён. У меня был очень трудный день, и я не могу тебе всего рассказать, но поверь, это просто какой-то пиздец. - С тобой все хорошо? – голос Бёна моментально потерял все раздражение и наполнился искренним беспокойством. Пак развернулся к двери и подтянул спадающие штаны. - Да как сказать… Жди меня, я скоро буду и привезу что-нибудь вкусное. Например, шоколадные пирожные. - В задницу засунь себе эти пирожные, я устал сидеть на этой жесткой табуретке! И эклеры прихвати, с кремом, только свежие, а то… Продолжая говорить с Бёном, Пак вышел из комнаты, и как раз вовремя, потому в захлопнувшуюся за ним дверь врезался брошенный Кёнсу тяжеленный справочник. Чанёль шел по оживленной улице и не услышал, как Мини-Ёли мечтательно пробормотал, протяжно вздыхая: - Какой же у этого Бёна красивый голос… И руки у него такие изящные, возмутительно совершенные! Пак Чанёль не услышал его, потому что на улице, как назло, было слишком шумно, Бэкхён громко частил в трубку, а мысли Пака были поглощены шоколадными эклерами и почему-то синими трико с блестящими носками. Завтра Пака ждал трудный и очень волнительный день. Даже несмотря на то, что Ким Чондэ полночи прыгал в костюме из перьев над малахитовым алтарем, пытаясь привлечь на его сторону вселенское везение и редкую удачу.