История Джигоку 2: Восстание грешников

— Что за девушка? — внезапно произнёс Король Ада, резко размыкая веки, которые раньше были прикрыты, чтобы не отвлекаться ни на какие телодвижения подчинённых. Тщеславие, стоящий у окна и терпеливо ожидающий, когда бывший временный шинигами вынырнет из странного погружения, вопросительно изогнул брови и обернулся: он не понял, о ком говорил Повелитель, который бессмысленным взором таранил определённую точку напротив. — Когда Улькиорра показывал воспоминания через Солита Виста, я заметил хрупкую девушку, которая и произносила большинство заклинаний, хоть и выглядела физически слабой. Кто она? Её нужно найти, ведь, несомненно, именно она и является лидером всей этой группировки грешников, — Ичиго нахмурился пуще прежнего. — Гриммджоу, — попытался окликнуть он отсутствующего арранкара, кинув обеспокоенный наличием грешницы взгляд на место, где ранее стоял Джаггерджак. Обнаружив, что хозяина Пантеры давно нет, как и отмороженного напарника, Вайзард обратился к демону, чтобы уничтожить недоумение, которое прослеживалось на озадаченном лице: — А где все? — Время повёл арранкаров на перерождение. Теперь вы увидите их только через несколько дней. А до того времени никому не стоит нарушать их покоя, — ровным голосом отозвался Тщеславие, скучающе выглядывая в окно и сожалея, что Цербер не поместится в тронном зале. А то он волновался за смертоносную зверушку. — Когда всё закончится, они либо станут верными вам демонами Голода и Войны, либо столь же преданными Стражами Джигоку, — заметив ошарашенный взгляд Эммы Дай-О, он решился добавить: — Ритуал нестабилен. Хоть он и был придуман ещё Люцифером и использовался многократно, но не был выполнен успешно ни разу. — Какого чёрта я узнаю это в самый последний момент? — гневно рявкнул Ичиго, озлобленно вскакивая с трона, хватая безучастного демона за грудки и чуть приподнимая над землёй, потому как разница в росте позволяла такое проявление агрессивности. — А если они не смогут? — Это неважно, — перебил хозяин Цербера, равнодушно глядя в яростные янтарно-карие глаза Верховного Судьи и искренне не понимая, чего юноша завёлся. — В любом случае они будут повиноваться вам. К тому же, вы говорили, что они были вашими врагами, так что какая вам разница, что с ними произойдёт? Вопрос повис в воздухе. Куросаки разжал руки, позволив порой безумствующему парню выскользнуть из «объятий» и поправить одежду. Бывший проводник душ замер на месте, а после прошептал: — Были врагами. Я не виню их за то, что они встали тогда на моём пути, — демон мгновенно навострил уши и приготовился внимательно слушать любые слова, касающиеся прошлого Ичиго. Все демоны, как уже говорилось раньше, мало знали о жизни третьего Царя в Генсее, поэтому старались найти информацию любыми средствами. Но тот снова замолчал, погрузившись в глубокие раздумья, не желая вспоминать те дни сражений с армией Пустых Айзена Соуске. *** — Зан-сан, что это ещё за хмырь? — в лежащего на чём-то твёрдом Улькиорру «вежливо» потыкали ногой, проверяя, жив ли. — Что-то я его не помню, — противный дребезжащий голос заткнулся, когда арранкар внезапно распахнул зелёные глазищи, пристально посмотрев на нарушителей спокойствия. — А нет, помню. Стояла ночь, если можно было так выразиться, ведь Шиффер и не знал толком, куда занесло. Или сумерки. Кругом — темно, над головой мрачно сиял алый серп гигантского месяца, задорно подмигивали растерянному хозяину Мурсьелаго рассыпавшиеся на чёрных небесах разноцветные звёзды, а над телом нависал сильно изменившийся Куросаки Ичиго, как показалось вначале. Уже после, проанализировав реатсу, экс-Куатро вздрогнул, вспомнив, что ранее встречал пугающую и подавляющую духовную силу незадолго до второй кончины. Это был Пустой третьего Эммы Дай-О собственной скалящейся персоной. Он стоял, легонько прислонив похожий на шикай бывшего и. о. шинигами «тесак», только белый с чёрной обмоткой, к беззащитному горлу бывшего Четвёртого Меча. Чересчур белый, до боли похожий на «носителя» внешностью, но — куда более свирепый, олицетворяющий скрытые инстинкты, привыкший выгрызать победу у жертв, что было отлично продемонстрировано на примере Улькиорры. Горящие в темноте чёрно-жёлтые глаза «минуса» смотрели в упор, будто прикидывая, как он будет потрошить тушку. Шиффер встал, а Пустой убрал меч за спину и скрестил руки на груди, всей позой желая получить объяснение. Но это было не в стиле арранкара начинать разговор первым. Словно почувствовав это, раздался новый голос, куда более приятный и завораживающий басистой глубиной: — Улькиорра Шиффер. Я помню тебя. Ты убил Ичиго однажды и чуть не убил во второй, — высокий, сливающийся с окружающей темнотой силуэт мужчины возвышался над низким Шиффером, как колокольная башня. Суровое лицо со щетиной, тёмно-коричневый рваный внизу плащ, оранжевые защитные очки, из-под которых смотрели карие с красным отливом глаза, длинные вьющиеся каштановые волосы, почти полностью повторяющая реатсу Куросаки духовная энергия — всё это говорило Улькиорре лишь об одном, что он и озвучил: — Ты занпакто Куросаки Ичиго, — он напрягся, вспоминая чужое имя, наверняка вскользь брошенное в пылу схватки. — Зангетсу. Тогда ты, — это было адресовано Широсаки, стоящему сзади, — его внутренний Пустой. Хичиго скупо похлопал, признавая, что у «летучей мыши» великолепная память, после чего обманчивое спокойствие сменилось звериной ухмылкой, когда он молниеносно вытянул меч из-за спины и, замахнувшись, направил удар на эволюционировавшего Пустого. Улькиорра по привычке выставил блок рукой, уверенный, что атака не повредит, а Иерро отразит сотню таких, но лезвие оружия чуть не отрубило кисть, если бы не реакция умудрённого тысячью боёв воина. Хотя экс-Куатро было всё равно, лишат кисти или всех конечностей — главное, чтобы не повредили внутренние органы и мозг. Но тело среагировало быстрее, на полном автопилоте уходя в Сонидо. — А ты — тот ублюдок, который нас всех чуть не угробил! Дважды! — яростно рыкнул Широсаки, раскручивая меч за бинты. На лице больше не было привычного оскала, зато в безумных жёлтых глазах с лёгкостью читалась всепоглощающая ненависть к нежданному гостю. — Эволюта! — рыкнул он, кидая занпакто в арранкара и, словно мгновенно предвидев, что атака обречена на провал, переместился и врезал ногой в живот, попутно перехватывая долетевшее точно в руки оружие за рукоять. — Не думай, что я такой же слабак, как Король! — Улькиорра с небывалой мощью врезался в соседнее здание, поднимая пыль. Чёрные осколки стёкол разлетелись в разные стороны, многократно отразив удивлённо распахнутые зелёные глаза Шиффера. Он ожидал, что Пустой будет сражаться похоже на Ичиго (получилось наоборот, ведь даже нормальную Гетсуга Теншоу в банкае Ичиго подсмотрел у Альтер Эго), но стиль сражения кардинально отличался. Отдалённая схожесть была, но экс-Куатро Эспада сразу понял, что-то, что он видел в исполнении Куросаки — лишь ничтожная копия того величия, сокрытого в душе, пародия, не достигшая даже половины пути самосовершенствования. — Хватит, — слова занпакто с орлиным взором гулко разнеслись по внутреннему миру, как догадался хозяин Мурсьелаго. И принадлежал странный мирок третьему Эмме Дай-О. Мысленно Четвёртый Меч ужаснулся: что же могло случиться с юношей такого, что душа в столь юном возрасте так сильно искорёжена? Но он тотчас дал ответ, вспомнив, как тот ввязывался в битвы со многими сильными арранкарами, спасая Иноуе Орихиме. — Ты слышал его слова, Пустой, — одёрнул он вновь улыбающегося, как последний конченый маньяк. — Он хочет помочь. — Мало ли чего хочет эта «летучая мышь»! — рявкнул Хичиго в ответ, накапливая энергию для первой в сражении Гетсуга Теншоу. – Я, к примеру, жажду мести и его крови! Так почему бы мне не удовлетворить это желание? — лихорадочно горящие глаза остановились на мрачном лице Зангетсу. Тот решил сохранить молчание ровно до того момента, как арранкар выкарабкается из-под завалов, а Широсаки двинется с новой атакой: — Ичиго. — Вот весь кайф обломал! — фыркнул Пустой, скривившись, будто целиком запихнул в рот недозревшую хурму, но меч в крепление вернул, успокоившись и подавив накатившую волной агрессию. — Да, сопля эта потом ныть будет. Не могу я нашего Короля понять, Зан-сан, вот просто не могу, — парень снова скрестил руки на груди. — Зачем защищать того, кто тебя убил и едва не совершил то же самое во второй раз? И даже если он чувствует вину (чего я не понимаю: они же были врагами!) за то, что я всё-таки прихлопнул Шиффера (как видишь, безрезультатны были мои старания и потуги), то что теперь-то его не устраивает? — Улькиорра Шиффер может стать демоном, — объяснил занпакто, в то время как «сломавший маску» гипнотизировал колыхающиеся полы плаща, хотя ветра не было. — Ичиго чувствует ответственность за него, как Царь Джигоку. Это великий пост, но и великая ноша на его плечах. — Ты в курсе, что чуть не процитировал дядю Человека-Паука? — усмехнулся Альтер Эго, по привычке не забывая вставлять язвительные ремарки, которые шикай успешно игнорировал. Заметив это, Хичиго переключился на вторую жертву: — Как тебя вообще сюда занесло? Это внутренний мир Короля — и уж тебе-то тут делать нечего. — Ритуал, — односложно отозвался Улькиорра. — Я должен сделать здесь что-то, после чего стану демоном и уйти отсюда. — Может, помереть? — радостно предположил Пустой, потянувшись правой рукой к рукояти занпакто, которая выпирала из-за спины. — Тогда я просто счастлив предложить свои профессиональные услуги. Мне не жалко даже банкая для такого торжественного момента, — меч удобно лёг в руки, поднятые параллельно земле и крепко держащие оружие навесу; чёрная лента, словно живая змея, обвилась вокруг руки, а кругом взметнулось бело-алая духовная энергия, звенящая в воздухе. Губы растянулись в сумасшедшей усмешке, когда он открыл рот, чтобы озвучить название техники, когда Зангетсу перевёл устрашающий взгляд: — Угомонись, Пустой, — весь запал Широсаки испарился, глаза забегали, а реатсу вернулась к прежнему состоянию; Шиффер с еле прослеживаемым уважением глянул на занпакто. – Но, что бы ты там ни говорил, может случиться так, что ты прав, — рот Хичиго от удивления приоткрылся. Карие глаза духовного меча остановились на низкой фигурке арранкара. — И если выясниться, что это правда, то я выполню это без единого вопроса и секунды промедления. *** — Что это такое? — неожиданно пробормотал Вайзард, останавливаясь (до этого он в компании телохранителей в виде Гнева и Тщеславия держал путь на тренировочный полигон под Коко Генрё Ринью, где проходило испытание со Временем). — Улькиорра? — Что-то случилось? — недовольно прогудел Гнев, которому не понравилась внезапная и непонятная остановка. — Чего ты встал-то? Преемник Мугетсу смежил веки, пытаясь понять, почему на долю мгновения показалось, что где-то недалеко промелькнула знакомая до боли реатсу Шиффера. Ощущение духовной энергии до сих пор было слабое, но вот чувствовать друзей и подчинённых (а бывший Четвёртый Меч на пару с Шестым должны были стать таковыми при любом возможном раскладе) мог превосходно. Перепутать было сложно, проще сказать даже, что невозможно. — Нет, ничего такого. Просто показалось.