О любви.

      Журавль       “Небо, что же я делаю?” – этот вопрос не покидал меня. Поймите меня правильно, сначала мне невероятно хотелось оставить птенца у себя. Все-таки птицам лучше воспитываться среди птиц. Но совесть не позволяла мне разлучить эту весьма странную пару. То подталкивая, то подзывая птенца я двинулся по следу Кабана, который был очень хорошо виден.       Кабан       Ну где же он! Когда он свалился? Я так несся, что удивительно, как с меня щетина не свалилась. Наверное, дальше, ближе к той поляне, на которой Журавль остался. Надо дальше по следу смотреть, благо след этот только слепой не заметит. Я уже полчаса топаю, под каждый кустик заглядываю. Вот ведь скорость была! Сколько мне еще идти до той поляны? Надо только получше все кусты вокруг проверять. Мало ли куда его могло отшвырнуть на такой то скорости. А вдруг я его пропустил?! Может вернуться, еще раз посмотреть? А вдруг он там впереди, и его кто-то раньше меня найдет?! Нет, только вперед!       Кто это там? Да это же Журавль! А с ним птенец!       Журавль       Продвигаться вперед таким манером получалось медленно. Догнать Кабана в этом темпе нечего было и рассчитывать. Оставалось лишь надеяться, что он не ушел слишком далеко, как вдруг из-за очередных кустов вывернула эта несравненная коричневая гора.       Сначала я подумал, что он нас обоих раздавит – так быстро он рванул в нашу сторону. Но к моему удивлению Кабан виртуозно затормозил в каких-то сантиметрах от наших клювов и стал со всех сторон осматривать птенца. Спустя некоторое время, по-видимому, удовлетворившись осмотром, он повернул свою морду ко мне. На ней так явственно, так откровенно читалась смесь смущения, благодарности и счастья.       - Спасибо, - Кабан произнес это так просто и при этом так искренне, что я не нашел, что ответить и просто пожал крыльями, мол, не за что.       Кабан, стоял передо мной, явно не зная, что ему теперь делать. Видимо, он не решался уйти просто так, и не мог придумать, что же сказать.       -Простите, а где вы обнаружили это чудо природы? – я решил прервать паузу.       И тут Кабана прорвало.       Кабан       Я бросился к ним. Подскочил к птенцу, осмотрел его аккуратно, и только потом вспомнил о Журавле. Он все это время скромно стоял в стороне. Он, который плюнул на все и поперся догонять несчастного идиота, который с лошадиной скоростью припустил от куста, со страху позабыв о самом важном. Я не знал, что сказать, и просто сказал:       - Спасибо.       Надо было, наверное, как-то его поблагодарить, но я не знал, как. Поэтому стоял и смотрел. А он просто так, почти по-приятельски произнес:       -Простите, а где вы обнаружили это чудо природы?       И я начал рассказывать.       Журавль       Оказалось, этот парень знает о Белых цаплях столько, сколько не снилось профессору орнитологии. Похоже, он мог бы говорить до следующего утра. Правда, в его познаниях обнаружились странные, я бы даже сказал неожиданные, пробелы. Например, он понятия не имел, где они зимуют. Так что мне тоже было, где вставить слово.       В конце концов меня снова разобрало любопытство, и я повторил свой первый вопрос:       - Так где же вы нашли птенца?       Кабан задумался.       - А прилетай-те завтра, я вам все покажу, а то вечер уже.       Я кивнул. Он чуть помедлил и произнес:       - И, это, давай на «ты», что ли?       Я снова кивнул.       Кабан       Я долго рассказывал Журавлю все, что знал о Белых цаплях – все, что видел. Он слушал, удивлялся, что я не знаю, где они зимуют. А откуда мне знать, я же с ними не летал. Вообще, Журавль оказался приятным собеседником.       - Так где же вы нашли птенца?       Сказать? Только объяснять долго. А я вот что, я ему покажу!       - А прилетай-те завтра, я вам все покажу, а то вечер уже.       Он кивнул, как будто каждый день ко мне заходит. Ну и правильно, чего там церемониться. Надо нам как-то попроще. Не обидится он? Да не должен.       - И, это, давай на «ты», что ли?       И не обиделся. Ну и правильно. Классный он парень.       Журавль       Я летел к болоту у деревни и думал о Кабане. Вечер был такой, что думать ни о чем не хотелось. А о Кабане хотелось. Странно.