Истории Вирии

       Николая Владимировича, мужчину сорока трёх лет от роду, постоянно на работе, да и друзья иногда, подкалывали на счёт лишнего веса. Ну, подумаешь, табуретка сломалась, когда он на неё сел, так ей сто лет в обед. Но вот когда в офис завезли новую мебель и его любимый, мягкий стульчик, с металлической рамой, поменяли на пластиковый офисный стул, и у того отпали почти все колёсики, вот только тогда мужчина задумался. Попытка сесть на диету провалилась, жена готовит просто чудесно, от одних только запахов аппетит просыпался зверский, мама тоже любила покормить, побаловать сына вкусной выпечкой, да и тёща относилась по-доброму, да ещё и по профессии кондитер. Два дня мужик честно ел по расписанию, но на третий не выдержал, заперся на кухне и восполнил все что потерял, да ещё и с запасом. На зарядку время выделять не получилось, утром рано на работу, приходилось выезжать пораньше, чтобы не попасть в пробку, да и вечером тоже, пока приедешь уже и ужин.        Непонятно с чего он стал прислушиваться, как новенькая стажёрка рассказывала о том, как похудела, что-то про массаж, и то, что он был жуть, какой болючий, но помог.        В обеденный перерыв то краснеющий, то бледнеющий Николай Владимирович выспрашивал у стажёрки всё про этого массажиста, что она знала. Захватив с собой пару котлет из обеда, приготовленного супругой, он решил подойти к этому специалисту, благо, что его дом был в паре минут от офиса.        Елизавета всегда принимал своих пациентов на дому. В её квартире всегда было приготовлена кушетка, очень старая, но крепкая. Николаю Владимировичу очень понравилась обстановка, успокаивающая, она очень хорошо расслабила напряжённые нервы мужчины. Массажист согласился и даже предложил сегодня сделать коротенький подготовительный приём, времени как раз хватало. Николай успевал на работу.        Мужчина почти плавился от удовольствия под сильными руками мастера. Но все хорошее, когда не будь, заканчивается и прозвенит будильник, зовущий на работу. Николай Владимирович с нетерпением ждал завтрашний день.        Еле как досидел до перерыва, Николай схватил пирожок и, жуя на ходу, покинул офис. Некоторые коллеги проводили его удивлёнными взглядами, ещё больше удивление вызвал отставленный на столе роскошный обед, из приоткрытой крышки которого по повешению распространялся умопомрачительные ароматы. Сглотнув набежавшие слюни коллеги, усердно принялись за свои обеды, надеясь перебить возникший голод, но, в конце концов, сдались и честно поделили оставшийся без присмотра обед.        Пришедший на массаж мужичок выпил кружечку успокаивающего чая предложенного хозяйкой квартиры. Раздевшись, он, лег на кушетку, нет, нет, но иногда поглядывающий в сторону массажиста. Елизавета была в тонких коротких свободных шортиках и такой же маечке. Ещё молодая женщина тихо намурлыкивала какую-то мелодию пока растирала тело. И Николай постепенно таял под этими не по-женски сильными руками, мало по малому он провалился в сон.        Мужчина проснулся от звонка своего будильника, Елизаветы рядом не было, но где-то недалеко шумела вода, так что Николай оделся, оставил плату за массаж и убежал на работу, с удивлением ощущая непривычную легкость в теле.        Уже вечером готовился ко сну его жена, наблюдая, как муж переодевался ко сну, с ужасом заметила, как тело её мужа покрыто множеством синяков. С трудом успокоив супругу, муж смог лечь спать, но в отличие от спокойного сна своей жены, он спал беспокойно, периодически вспоминая о массаже, после которого он смог застегнуть ремень потуже, чем обычно. Когда ему надоело ворочаться, Николай бросил это дело, и накинул халат прошел на кухню, заглянул в холодильник, и закрыл, ничего не взяв. Ни вкусные котлетки, ни нежные печенье и прочее что обычно готовит для него супруга не вызывали ни малейшего желания съесть. Вздрогнув, он, взял книжку оставленную женой на кухне, но и она не смогла отвести его от мыслей о Елизавете. Немного ещё посидев, он пошел снова спать и на этот раз смог проспать до будильника, не просыпаясь.        Утром, съев как обычно превосходный завтрак, который раньше вызывал отличное настроение на целый день, но не сегодня. Николай уехал на работу стремясь избежать пробок, хоть это и означало, что рабочий день для него начнётся раньше. В надежде отвлечься от предстоящей процедуры мужчина переделал всю свою работу за день и теперь не знал чем себя занять, просто смотрел в монитор своего компьютера. Наконец часы показали время перерыва, открытый обед очутился на общем обеденном столе и, бросив через плечо “вымойте, как съедите” убежал из офиса.        Елизавета уже ждала его. Почему-то сегодня она казалась еще более красивой, чем раньше. Но предложенный чай, а потом и массаж быстро вынесли все посторонний мысли. Когда мужчина проснулся, массажиста уже рядом не было, но судя по шуму воды, та была в ванной. К синякам добавилась легкая, но приятная боль, тело стало еще легче, да и одежда стала немного свободней.        Так продолжалось две недели. Утром мужчина старался съесть все что готовила супруга, но иногда пока женщина не видела он часть складывал отдельно после скармливая вместе с обедом коллегам. Постепенно доставал старую одежду которую до этого складывал в дальний ящик после того как “вырастал” из неё. Синяки почти прошли, но изредка появлялись новые. На работе начальство не могло нахвастаться, вся работа сделана в срок, да ещё и перепроверена на несколько раз. Коллеги потихоньку начали добреть на обедах его супруги. А в перерывах Николай бежал к массажисту на сеанс.        Сегодня был предпоследний сеанс. Как обычно взяв кружку чая, мужчина нечаянно пролил половину, и пока хозяйка не заметила, быстро вытер все улики своего преступления. Начало массажа было как обычно расслабляющим, но сон всё не приходил, лишь появлялась легкая полудрема. Как вдруг вместо теплых надавливаний он почувствовал ужасную боль. Он дернулся, но Елизавета это почувствовала и поняла, что сегодня усыпить свою жертву ей не удалась. У оглянувшегося мужчины от ужаса расширились глаза, но закричать она ему не позволила. Волосы двигались словно змеи, обвившие его шею чуть сдавливая, и также удлинившись, приковали его руки и ноги к кушетке. Милое лицо было обезображено ужасным ртом с множеством длинных, тонких и невероятно острых зубов. Отбросив всякую осторожность, женщина впилась в плоть мужчины и начала что-то высасывать. Она кусала и кусала, пока сыто не отвалившись, счастливо упала на пол, довольно улыбаясь. Её волосы медленно, тягуче соскользнули с тела Николая Владимировича.        Пока девушка на полу дрожала от удовольствия, широко открыв глаза и смотря в потолок, с кушетки поднялось истощенное тело мужчины. Он с трудом двигался, казалось, что его кожа прилипла к костям. Укусы стремительно меняли свой цвет с красного на синий, а сами ранки исчезали. Пока Николай приходил в себя, Елизавета поднялась с пола, оделась, взяла какую-то сумку и вышла из квартиры, оставив дверь открытой.        Из пышущего жизнью, довольного толстяка, Николай Владимирович превратился в этакого кощея. Казалось, что вместе с лишним весом из него были высосаны и годы жизни, и все доступная ему радость.