А что, если?..

      Весна наступала стремительно, отвоевывая у зимы одну позицию за другой. Пролетели быстрой ласточкой Пасхальные каникулы, привычно выросла гора домашних заданий, Гермиона стала еще более дерганной и психованной, чем всегда, и Катерина догадывалась, в чем было дело.       В расписании Грейнджер часто стояло по нескольку уроков одновременно, а это значило, что совместить их она может только с помощью маховика времени.       Впрочем, маховик времени не мешал когтевранке привычно гонять своих друзей, несмотря на ворчание последних, особенно со стороны Катерины, у которой были частые квиддичные тренировки.       Но, как оказалось, их капитан еще был лоялен к своим подопечным.       — Вуд спятил, — пожаловался один из близнецов Уизли за три дня до решающего события. — Он гоняет нас каждый вечер по нескольку часов, как ненормальный. А у нас, между прочим, в этом году С.О.В. А у него Ж.А.Б.А. И ему хоть бы что!       — Как будто вы готовитесь, — насмешливо фыркнув, заявила Джинни, присаживаясь рядом. — Оболтусы.       — Мы готовимся! — возмутился второй из близнецов.       — Иногда…       — По ночам…       — Когда никто не видит.       — Паяцы, — младшая из Уизли утащила со стола булочку и блаженно зажмурилась. — Счастье есть.       — Его не может не быть, — Катерина захлопнула учебник по рунам и тяжело вздохнула. — Но иногда мне кажется, что я умру от перегрузки раньше, чем оно меня отыщет.       — Кстати, Альфард вызвал Кормака на дуэль, — хихикнула Джинни. — Сказал, что защищает твою честь. Вега и Синистра его секунданты.       — Ооо… — только и смогла выдавить пуффендуйка, не зная, что принято отвечать в таких ситуациях. — Ладно, я пойду. У нас тренировка скоро, а мне еще перевод делать.       Тренировка прошла как по маслу, но, судя по всему, кто-то наверху твердо решил, что стандартному окончанию финального матча не бывать, соперники снова сыграли в ничью, так как ловцы схватили снитч одновременно, а после этого охотники минут пятнадцать не могли забить решающий гол до тех пор, пока Дамблдор не отдал приказ разделить победу поровну между двумя колледжами сразу.       Недовольным остался только Вуд, но ненадолго — Седрик умудрился донести до сознания гриффиндорского капитана, что половина победы лучше, чем поражение.       Над полем стояла звенящая тишина — двойная победа случилась впервые с момента его основания, и все понимали, что это значит.       Если и были раньше какие-то разрозненности, то сейчас, когда Вуд и Диггори ликующе сжимали квиддичный кубок в своих руках, сияя от счастья, когда мимо все еще выходящих из оцепенения студентов пронеслась с сияющими глазами Гермиона Грейнджер, а за ней — Драко Малфой и Рон Уизли, когда ликующе засвистели на трибунах близняшки Блэк, когда Альфард Блэк взорвал маггловскую хлопушку, здорово перепугав окружающих, когда заплясали танец дикарей Луна Лавгуд и Джинни Уизли, все это отступило куда-то в прошлое, пусть пока еще робко, нерешительно, но уходили во тьму времен старые дрязги и предрассудки, медленно, неохотно, с громким скрипом, как старая дверь с несмазанными петлями, которой давным давно никто не пользовался, но, но…       Если бы кто-то оказался неподалеку от стадиона, то он решил бы, что там разорвалась атомная бомба. Тишина уступила место бешенному восторгу, нашедшему выражение в буре оваций и громких выкриков.       Дамблдор улыбнулся себе в усы.       Конечно, этот миг единения скоро пройдет, уступив место повседневности, но треснувшее много лет назад полотно хогвартского единства начало снова срастаться, и теперь ему не помешает ничто, и те немногие, кто остался недоволен происходящим, ничего не смогут сделать.       Лед тронулся. Плотина прорвалась.       И осознание этого факта грело директорскую душу более всего на свете.

***

      После матча по квиддичу настроение у всей четверки было на высоте, и даже экзамены, которых все так боялись, пролетели как один миг.       А может быть, дело было и не в настроении вовсе, а в том, что солнце заливало своим светом все, до чего могло дотянуться, что не было в этом году никаких смертельно опасных потрясений, что краски вокруг школы чародейства и волшебства были ослепительно яркими, а птичьи трели — звонкими и чарующими, вода в озере — обволакивающе теплой, и сама атмосфера в Хогвартсе стала… иной.       Словно лопнул какой-то пузырь, и дышать стало легче, хотя внешне все вроде осталось как было — и стычки между колледжами, и студенческая лень, и ворчание преподавателей… А на Прощальном Пиру пуффендуйцев посетила еще одна радость — в этом году именно их факультет набрал больше всего очков, и посему весь Большой зал пестрел солнечно-желтыми знаменами с красующимся на них барсуком.

***

      В Хогвартс-экспресс садились одной большой галдящей толпой.       Катерина с улыбкой смотрела на сидящих вместе с ней в купе друзей и родных, и на душе у нее было тепло, как и несколько лет назад, когда на свой одиннадцатый день рождения она проснулась в своей кровати на площади Гриммо.       — А ведь скоро финал чемпионата мира по квиддичу, — заметил Рон, просматривая спортривную хронику Ежедневного Пророка. — Англия, конечно, уже не выйдет, но что позор, то позор.       — А что не так с Англией? — поинтересовалась Гермиона, критически оглядывая себя в карманное зеркальце.       — Продули мы Трансильвании со счетом 390:10. Кстати, Кэт, тебе это понравится — единственный гол в этом матче забила эта ваша… как ее… она тебя еще Железным Кулаком нарекла, помнишь?       — Хейди? — Катерина радостно захлопала в ладоши. — Как круто! Что-то я совсем забыла про квиддич с этими экзаменами…       — Бладжер забыла про квиддич, — в притворном ужасе прижал руки ко рту Драко. — Спасайтесь все, конец света близок!       — Заткнись, Хорек!       Когда они приехали, ало-золотые лучи заката растеклись по небу, придав ему восхитительной красоты оттенок, в свете которого Хогвартс-экспресс казался еще более ослепительным и ярким и едва ли не светился алым светом.       На платформе их уже ждали. Регулус Блэк выглядел сердитым, Нарцисса Малфой — виноватой.       — Потом поговорим, — бросил он ей, когда увидел подбегающих к ним детей. — Зайдешь в ближайшее время. — Здравствуйте, мои… уй!..       Вега и Синистра в радостном порыве сшибли отца с ног и повалили его на землю.       Остальные рассмеялись.       Катерина помахала рукой нескольким окликнувшим ее сокурсникам и внезапно осознала, что внутри у нее сидит четкая уверенность: скоро случится нечто совершенно восхитительное.       И жизнь ее отныне никогда не станет прежней.