Во всём виноват Колобок

Прошло два дня с тех пор, как Джон предложил остаться, но я всё ещё не дала точного ответа, всё время переводя разговор на другую тему. Мои новые друзья и не торопили, ожидая ответа, но мне кажется, что они уже и так поняли. Хотя, если бы не метель, затянувшаяся на несколько дней, а то и недель, бушевавшая за окном всё время, то я, скорее всего, ушла бы. Но Джулия говорила, что я слишком слаба, чтобы выдержать длинный переход, тем более во время вьюги. Да я и сама это прекрасно понимала. Вот и приходилось сидеть тут. Признаюсь, что эти два дня показались мне равными долгим двум неделям. Да, мои новые знакомые очень хорошо относились ко мне. Я же в ответ старалась помогать всем, чем только смогу, и в то же время не мешать. Несмотря на то, что ни Джон, ни Джулия старались не упоминать о моей прошлой жизни и не интересоваться ей, иногда что-то такое проскальзывало в наших разговорах, и тогда у меня пропадало настроение, и я закрывалась в комнате. Каждую ночь я не могла сдержать слёз и чувствовала на себе сочувствующие взгляды, но ничего не могла поделать. За эти два дня я очень сильно сдружилась с Томом. Он рассказывал множество интересных историй, связанных с лесом, в котором находился их, а теперь, похоже, и мой, дом. Но иногда он как-то странно смотрел на меня, будто бы с жалостью. Тоже, наверно, сочувствовал. С ним мы проводили почти всё время, так как старшие всё время выходили по каким-то делам, не обращая внимания на бушующую стихию. Мы в очередной раз сидели в комнате, которую отдали мне, и болтали о чём-то, как вдруг Том предложил почистить, а заодно и просто рассмотреть мой меч, ведь он, наверно, тоже запачкался в саже, раз ножны так сильно пострадали. Я не заставила себя долго упрашивать. И почему до меня раньше не дошло? Я вообще не доставала своё оружие из ножен. Может я его того, боюсь? Да нет, бред. Если бы боялась, то не стала таскать его с собой. Да и чувствую я себя с ним более уверенно, спокойней, что ли. Ой, а, может, я перед тем, как потерять помять, была великим воином? Вряд ли. Может, тогда оруженосцем великого воина, и я на самом деле погибла, но боги сжалились надо мной и дали второй шанс на жизнь, но вдалеке от всего, к чему я привыкла. Я мечтательно вздохнула и улыбнулась. Ну а что? Мне нравится. Да и на правду это больше похоже! — Феникс! Я вздрогнула. — Ну вот, ты в который раз витаешь в облаках и совершенно не слушаешь меня, — улыбнулся юноша, чуть погрустнев. А затем терпеливо повторил, — я говорил, чтобы ты вытаскивала меч. Чистить будем. — Прости. Просто мне показалось, что я вспомнила, кто я. Но просто показалось. Хорошо, сейчас достану… — я вытащила меч из ножен. По самую рукоять он был чёрным. Это очень странно. Будто кто-то намеренно его в грязи испачкал. — Н-да. Думаю, это надолго. На самом деле оказалось, что не всё не так уж и страшно. Сажа оттиралась довольно легко, и мы управились меньше чем за час. Но зато вся чернота, которую мы оттёрли с клинка, оказалась на нас: наши лица, руки, а у меня ещё и одежда (я обнаружила привычку вытирать руки об штаны) были чёрными. Вернее, сначала запачкались только руки, но потом и у меня, и у Тома резко и одновременно зачесались носы, шея и всё остальное. — Ладно, ты пока тут посиди, а я отмоюсь пойду. А потом твоя очередь, — отчего-то счастливо улыбаясь, сообщил Том. Ему помыться было нужнее. Я, в отличие от некоторых, не тёрла глаза. Дождавшись моего кивка, он убежал из комнаты, а я решила убрать последнее пятно. Взглянув на чёрные руки, я задумчиво почесала лоб и принялась за дело. Мне нравилась монотонная работа, и чем дольше она длилась, тем было лучше, ведь тогда я с головой погружалась в занятие и старалась вообще не думать ни о чём. Вот почему Джулия очень радовалась, когда я вызывалась ей помочь в чём-нибудь. Если я и бралась за что-то, то работала тщательно, переделывая всё по несколько раз. От блестящих тарелок меня буквально отрывали, пока я не протёрла в них дырку. Хотя мне казалось, что раньше я была той ещё лентяйкой. Меня и посуду-то сложно было заставить помыть. Вот и сейчас я сосредоточенно оттирала остатки сажи. Моему удивлению не было предела, когда я нашла под пятном тонкую выгравированную надпись, гласившую: "Насте на память от Ягирла. Вспомни меня когда-нибудь". Не припоминаю, чтобы когда-то её видела. Точно, я же никогда и не вытаскивала своё оружие из ножен! Насте? Это имя такое что ли? Или же... Настя! Так это же моё имя! Я Настя! Меня зовут Настя! Ягирл, хитрый гоблин, так вот зачем ты спрашивал моё имя. Мало того, что, считай просто так, отдал мне амулет, так ещё и помог мне сейчас. Интересно, знал ли он развитие событий заранее? Знал, как сильно он поможет мне? Увы, вряд ли я его ещё встречу. Но, мне кажется, он всё-всё знал, всё предвидел. Но как я могла всё забыть? Как я могла забыть, что амулет очень нужен Ордену, как могла забыть, каким образом он попал ко мне?! А фигурка, фигурка изображала не просто какого-то воина, а… Джерса! Да, я помню это! Помню! Джерс. Так звали одного из воинов, с которыми я долго путешествовала. Второго, кажется, звали Гарт. Нет, не кажется, а именно так и звали! Да, я почти в прямом смысле слова, свалилась им на голову из другого мира. Точно, я из другого мира... А ещё с нами был маг, его звали Кевин. Он оставил меня с воинами, а сам отправился в Орден. Да, я хорошо помню всё это. Сначала воины совсем не хотели со мной разговаривать и вообще игнорировали меня, но потом я смогла достать часть амулета. Она до сих пор лежит у меня в кармане. Это ведь и есть тот камешек, явившийся мне во сне. Именно его я держала в руке. Потом мы снова все встретились и отправились дальше. Джерс учил меня фехтовать. Потом на нас кто-то напал, и Гарта ранили. По моей вине. Он едва не погиб, но какая-то магесса его спасла и оставила у себя в пещере. Мы пошли дальше. Ночью я говорила с Джерсом, а потом... Что потом? Потом на нас летел огромный огненный шар. Я прыгнула, закрывая собой Джерса, а дальше... Дальше были жар, огонь, сильная боль в груди. Пустота. Я... я умерла! Никто бы не выжил при такой ситуации. Все эти события с невероятной скоростью проплывали передо мной. Я судорожно вздохнула и вытерла выступивший пот со лба, оставив при этом чёрную полосу. Если верить Колобзанку, шарику, по вине которого я тут оказалась, то я должна была вернуться в свой мир, погибнув в этом. Но я явно ещё не в своём. Я бы узнала местность, даже с потерянной памятью. Да и имена тут всё ещё немного непривычные для страны, в которой я жила в своём мире. Значит, я либо всё ещё здесь, либо меня выкинуло ещё куда-то. Искренне надеюсь, что я ещё в том же мире, где была неделю назад. Хотя, если бы я оказалась в своём родном, то было бы ещё лучше, но, похоже, тут не всё так просто. Но если я всё в том же мире, то почему сейчас лежит снег? А может, во время удара я так надолго потеряла сознание, что пролежала тут до зимы? Да не, бред. Тогда бы Кевин как-нибудь понял это и вылечил меня. А может, меня посчитали мёртвой и ушли? А я пролежала до зимы и неожиданно воскресла? Не, тогда бы меня или похоронили, или просто забрали бы шкатулку с амулетом. Он нужен Ордену, и его бы не стали оставлять мне. Значит, я ещё в этом мире, но где-то в другом месте. Там, где сейчас зима. Фух. Уже хорошо. Память вернулась и я, похоже, ещё даже жива, что не может не радовать. А если я всё правильно поняла, то Кевин меня, наверно, ищет. Хотя, почему "наверно"? Ордену нужен амулет, а он у меня, и чтобы его найти, надо найти и меня заодно. Тогда мне надо как можно скорее уйти от этих гостеприимных людей и отправиться на поиски спутников. Жаль, конечно, покидать людей, которые так хорошо отнеслись ко мне, но я должна найти своих друзей! И всё же, почему моё отражение назвало меня Фениксом? Разве я похожа на огненную птицу, которая возрождается из пепла? Ай, ладно, сейчас не время думать об этом. Жива и ладно. Надо найти Кевина и Джерса. Только вот знать бы, где я... Я услышала тихое покашливание и подняла голову, осознав, что всё это время сидела и смотрела на меч с довольно глуповатой улыбкой на лице. В дверном проёме стоял мрачный Том. Очень мрачный. Он стоял, скрестив руки на груди, прислонившись плечом к косяку, и не сводил с меня внимательного взгляда. Дождавшись, когда я обращу на него внимание, он подошёл поближе и сел на ковёр рядом со мной, пытаясь посмотреть мне в глаза, но я упорно продолжала отводить взгляд. — Ты всё вспомнила, да? — тихо и очень грустно спросил он. — Можешь не отвечать, по тебе и так всё прекрасно видно. Лучше бы ты ничего не вспоминала, — с сожалением в голосе добавил мой друг. Хотя после этих слов я уже начала сомневаться, друг ли он. Я непонимающе взглянула на него, убирая меч в ножны. После его слов во мне проснулись все подозрения, спавшие с тех пор, как Джон предложил остаться. Ой, как мне всё это не нравится... — Если у тебя был шанс выжить с потерей памяти, то теперь они просто убьют тебя, — тихо сказал парень, поймав, наконец, мой взгляд. — Но мне кажется, что выход всё-таки есть. Если мы постараемся извернуться, то они ничего не заподозрят, и ты сможешь продержаться до появления твоих друзей. Не смотри на меня так. Да, я знаю, что тебя ищут. И они, — он кивнул на дверь. — Тоже это знают, но ещё медлят. Я впала в небольшой ступор, и суть дела доходила до меня очень медленно. — Что вспомнила? Кто "они"? — переспросила я, так ничего и не поняв, но решив испугаться заранее. — Да всё. Всё вспомнила. То, как ты привязала амулет к себе! Они не хотели убивать тебя, так как если ты погибнешь, то и амулет исчезнет. Они думали, что когда ты вспомнишь, то сможешь рассказать, как ты это сделала, но теперь я понял... Они хотели, чтобы ты перенаправила силу амулета на одного из них, — он как-то странно засмеялся и отвернулся от меня. Мне стало совсем-совсем не по себе. — Они последователи Менкара. Одна часть амулета у них. Им нужны все части, чтобы их покровитель обрёл свои силы. Я обязан был втереться тебе в доверие. Но не могу. Не могу и не хочу тебя обманывать. Нам говорили, что придётся сражаться с сильными воинами или магами. Я был готов к этому. Но я не могу. Не честно это, сражаться с тем, кто и не знает-то толком, что происходит. Н-да, какое неожиданное благородство. Нет, правда, это странно, но приятно. И совершенно непонятно. Только вернула себе память, как тут такое навалилось. Может, хоть Том просветит меня? Он, кажется, объяснять даже начал. Последователи Менкара? Менкар... Где-то я слышала это имя. Это же, вроде, Бог Тьмы в этом мире, нет? Ох, во что же ты вляпалась, Настя? — Ты должна бежать и бежать немедленно, — тем временем продолжал Том, не глядя на меня. — В Снежной долине есть несколько поселений. Одно из них совсем рядом, ты сможешь дойти до него. — Тогда бежим вместе. Они, наверное, захотят и тебя убить, ведь ты помогаешь мне, — не зная зачем, предложила я, запоздало подумав, что это могла быть ловушка. Он вновь посмотрел на меня и усмехнулся. — Я, считай, и так уже мёртв. От его слов и от осознания всего происходящего меня затрясло. Двое суток я жила с теми, кто желал мне смерти. Двое суток моя жизнь зависела от того, вспомню я своё прошлое или нет. Вернее, от того, что я вспомню. А я не вспомнила то, что надо. Кто сказал, что я привязала к себе амулет? Откуда они это знают, если даже я ничего не помню? Лично я ничего не делала. Хотя, если хорошенько вспомнить, то когда я только попала в эту, как сказал Том, Снежную долину и рассматривала свои вещи, то камень пульсировал в такт моему сердцу. Но как я могла сделать это, сама того не подозревая? Нет, у меня, конечно, бывало так, что делала что-то, а потом не могла толком объяснить, как это получилось, но чаще всего из-за этого происходило что-то плохое. Но кто сказал, что сейчас происходит что-то хорошее? Эх, где сейчас этот чёртов Колобок с его объяснениями?! За то время, пока я шатаюсь по этому миру, можно было бы уже много чего узнать и сделать, особенно если ты сине-зелёный разумный шарик, способный с лёгкостью перемещаться между мирами. Если уж его так интересует моя судьба, то мог бы и потратить своё драгоценное время ради спасения меня. И снова я одна. И вновь пытаюсь выбраться из ситуации самостоятельно. Вроде бы я не так уж и долго торчу в этом мире, но уже не первый раз рискую жизнью ради этих частей амулета. Что же мне так везёт?! Теперь даже помереть не могу спокойно! Ну а хотя, если я погибну, то, как говорится, - ни тебе, ни мне. Амулет исчезнет вместе со мной и никто его не получит, а я окажусь дома. Наверно. Если Колобок ничего не перепутал, а то с него станется. Вот покаталась на велосипеде, называется. — Ну вот, ты опять задумалась, — грустно улыбнулся Том. — Даже в минуту опасности. Ты всегда так задумчива. Я тряхнула головой и серьёзно посмотрела на него. — Я всегда продумываю свои планы, а когда я их продумываю, я всегда задумчива, — гордо заявила я, вспоминая (ох, как же здорово, когда всё помнишь!), как я получила дубиной по голове из-за своего гениального плана. К слову сказать, задуманное удалось, только немного не так, как я предполагала. Может, прокатит и в этот раз? — Ну ладно, дело твоё. Продумывай, только быстрее. Они уже идут, им надоело ждать, — совсем тихо сказал он. И продолжил нарочито громко, — Какой ужас! Ты вспомнила?! Рассказывай! На секунду я было решила, что это действительно была обыкновенная ловушка и что я так глупо в неё попалась, но Том подмигнул мне и продолжил: — Так ты говоришь, что вспомнила, какое домашнее животное было у тебя раньше? Я непонимающе посмотрела на своего друга, но тот шепнул что-то вроде "подыграй, если хочешь жить". Почему бы и нет? Хуже всё равно быть не может, верно? В дверях появились Джон и Джулия. Именно появились, даже не подошли. Что-то мне кажется, что ничего у нас не получится. Не нравятся мне их взгляды, в которых интерес тесно переплетается с явной угрозой. — Да-да, я вспомнила, что раньше у меня была черепашка, — стараясь не глядеть на них, проговорила я, чуть заикаясь. Не умею врать. Зачем я вообще эту черепашку приплела сюда? — А потом она убежала. Вот так вот. Оказывается, черепашки такие быстрые! Вы представляете?! — воскликнула я, изображая возмущение и обращаясь к стоящим в дверях последователям Менкара. Те явно не ожидали такого поворота и ошарашено помотали головой. — Да ты что! Я вот не знал, что черепашки такие быстрые! — поддержал меня Том, вставая. Я последовала его примеру. Приблизившись ко мне, он шепнул, — Ври убедительней. И иди к дверям, к выходу. Я послушно стала передвигаться к выходу, не сводя взгляда с удивлённых Джона и Джулии. Да, такой тупостью кого хочешь ошарашить можно. Быстро надев на ноги сапоги, я рискнула перевести взгляд на замолчавшего Тома, который ещё только что болтал что-то о черепашках и о том, какие они удивительные создания. Он кивнул. — А ещё я, вроде как, вспомнила, что меня ждут в деревне. Она тут, рядом. Для этого я и шла через лес. Помнишь, ты ещё спрашивала меня, зачем я шла по лесу в метель, а, Джулия? Так вот, я шла в деревню, так как в лесу искала подснежники. Во-от... — довольно глупо улыбаясь, сказала я и застегнула плащ. Почти прокатило. Вдруг мне повезёт? Наверно, я допустила главную ошибку именно здесь. Когда сказала, что меня ждут в деревне. Или когда отвела взгляд от Джона и Джулии, лица которых стали удивительно однообразными, с глазами, полными странного и страшного блеска. А может, и всё это было заранее ошибкой, и они всё знали или предвидели, но дали мне почувствовать хоть какую-то надежду на спасение. Нет, последние несколько дней были одним большим промахом. Я должна была погибнуть ещё тогда, в лесу, заметённая снегом? Или ещё раньше, от огненного шара... А сейчас они просто ставили всё на свои места. Только сейчас я осознала, что ещё там, в поле, где я закрыла собой Джерса, должно было исполниться предсказание той старушки. Ещё там я должна была умереть, но почему-то выжила. Или воскресла? Словно феникс. Прежде чем заново родиться, эти птицы сгорают в огне. Похоже, моё отражение было право. Я действительно Феникс. Забавно, ведь и моё настоящее имя означает "воскресшая". Но сейчас это мне явно не поможет. — А ведь мы почти поверили, что ты ничего не помнишь, — сказал Джон, подходя ко мне. Я отступила на шаг назад. — Но ты сама проговорилась, тем самым решив свою судьбу. Зря я сказала про деревню, в которой меня кто-то ждёт. Я отступила ещё на шаг и, по закону жанра, упёрлась спиной в стену. В страхе я зажмурилась. Страшно, всё-таки, умирать. Даже если и знаешь, что домой вернёшься. Всё равно закрадывается мысль: "а вдруг Колобок что-то перепутал? Вдруг я не вернусь таким способом домой?" Слуга Менкара хрипло рассмеялся. — Думаешь, что мы тебя так просто убьём? И не надейся так просто отделаться! Сначала ты расскажешь нам, как ты привязала к себе амулет, когда этого никто не мог суметь за много лет! Как ты, девчонка из другого мира, в которой магии меньше, чем в обычной табуретке, смогла привязать к себе часть могущественного артефакта?! — меня уже с табуреткой сравнивают. Ну спасибо. — А вам что, завидно?! — не выдержав, воскликнула я, искренне пытаясь сдержать дрожь в голосе. Вместо ответа Джон взмахнул рукой, и стена сзади меня исчезла. Как, собственно, и весь дом. Потеряв равновесие, я рухнула в снег, быстро вскочила на ноги и, выхватив меч из ножен, встала в стойку, как учил меня Джерс. Не хочу стоять и ждать, когда меня убьют! Теперь рассмеялась и Джулия. — Это железяка не поможет тебе второй раз! — прошипела она, и мой меч разлетелся на кучу маленьких осколков, несколько из которых задели меня. Один царапнул по лбу, и я сразу же почувствовала тёплую кровь, а второй резанул меня по шее, к счастью не сильно, но довольно болезненно. Что произошло потом, понять я не успела. Какая-то сила с размаху кинула мена на землю и не дала подняться, вдавив в снег. Я даже пошевелиться не могла. Кажется, я уже испытывала на себе подобное. Парализующее заклинание. Даже кровь, стекающую мне на глаза, не могу стереть. — Стойте! — это был голос Тома, но его самого я не видела. — Она правда не знает, как это произошло. Я успел прочитать её мысли, пока мы были в одной комнате, прежде чем сработала её защита. Повисло молчание, во время которого я упорно пыталась перебороть заклятье, но безуспешно. — Ах, тем лучше. Пускай он никому не достанется! — воскликнула Джулия и жутко захохотала в лучших традициях киношных злодеев. В ту же секунду что-то сдавило мне горло, перекрывая воздух. Из лёгких вырвался хрип, в глазах потемнело. Вот теперь мне точно каюк. Вдруг, удущающая сила исчезла так же неожиданно, как и появилась. Я принялась судорожно хватать ртом воздух, попыталась потрогать рукой шею и с изумлением поняла, что получается щевелиться. Оттерев кровь с лица, я села и закашлялась. Что было дальше, я помню очень плохо. Видимо, мне повредили что-то ещё, а при падении на землю я сильно ударилась затылком, так как у меня просто раскалывалась голова, перед глазами всё расплывалось, и всё тело болело. Я помню, как два каких-то человека появились из неоткуда и сразу же стали кидаться огненными шарами и молниями. Похоже, шары были очень горячими - снег сразу же плавился от их приближения. Помню, как хотела закричать, когда молния летела в Тома, растерянно и немного удивлённо глядящего на всё происходящее. Хотела остановить магов, но вновь закашлялась и упала в красный от крови снег. Неожиданно осознала, что это моя кровь. Я чувствовала липкую кровь, стекающую по лбу, текущую по шее и понимала, что сил не осталось даже на то, чтобы просто стереть её. Я увидела, как ко мне подошли эти маги. Помню, что один из них был очень старый с длинной белой бородой, а в руке у него лежало нечто в форме листика, но, похоже, сделанное из какого-то твёрдого материала. Помню, что светлые волосы и голубые глаза второго мага показались мне до боли знакомыми. Он посмотрел на старого мага, а потом вновь перевёл обеспокоенный взгляд на меня: — Вартус, она жива? Мы успели? — чуть дрожащим от волнения голосом спросил он. — Да, принц Кевин, если бы мы не успели, то ни её самой, ни её части амулета мы бы уже не нашли. Но, признаюсь, мы едва не опоздали, — ответил старший, и это было последнее, что я услышала, прежде чем окончательно потерять сознание.