Во всём виноват Колобок

Снежинки медленно опускались на заснеженную землю. Ветра не было, по крайней мере, я его не ощущала. Так же как и холода. Я стою на небольшой поляне. Вокруг меня деревья, ветви которых клонятся к земле под тяжестью снега, а стволы растут настолько близко друг к другу, что кажется, будто между ними нельзя пройти. Не знаю, что это за деревья, да и не пытаюсь понять. Где я? Оглядываюсь по сторонам. Не знаю почему, но мне тут нравится. Я не чувствую боли, и тут мне не страшно. Что бы это ни было за место, но уходить отсюда я не хочу. Странный шелест заставляет меня обернуться. На ветке одного из деревьев я вижу птицу. Вернее, её силуэт. Чем-то она напоминает павлина. Но хвост длиннее, чем у него, и свешивается с ветки, едва не касаясь снега. Пускай это и полупрозрачный силуэт, но цвет оперения можно различить. Золотой с багряным отливом. Где-то в глубине подсознания я понимаю, что знаю эту птицу. Кажется, я её раньше видела где-то. Не задумываясь над тем, что я делаю, я шагнула навстречу к созданию. Она, в свою очередь, взмахнула крыльями и исчезла. Разочарованно вздохнув, я сделала ещё несколько шагов по направлению к деревьям. Вдруг заросли резко поредели, будто расступились, и меня ослепил яркий свет. От неожиданности я зажмурила глаза… Первое, что я почувствовала, проснувшись — я не могу дышать. Но вот то, что это просто сильный насморк, а не я задыхаюсь, и что можно более-менее спокойно дышать ртом я поняла, только окончательно сбросив с себя остатки такого хорошего сна и в панике открыв рот. Чуть успокоившись и сделав глубокий вдох, я открыла глаза. Итак, где я? Судя по тому, что вокруг царит полумрак — сейчас ночь. Хотя, может, и не ночь. Кто знает? Прислушавшись к ощущениям, я поняла, что лежу на чём-то мягком, вроде дивана или кровати. Даже несмотря на тёплый плед, которым меня кто-то заботливо укрыл, меня колотило от холода. Так и хочется закутаться ещё в пару одеял. Поджав под себя ноги, я попыталась сильнее завернуться в плед и тут же поморщилась от нахлынувшей сильной боли во всём теле. Лучше бы меня там сразу добили, чем мне сейчас всё это терпеть. Горло нестерпимо болело, будто я долго и упорно ела, как минимум, три кактуса внушительных размеров, и их колючки сейчас застряли внутри. Я глубоко вздохнула, опять поморщилась и раскашлялась. Каждый приступ кашля отзывался режущей болью в груди, отдавал в конечности. Лоб сильно болел. Нехотя, я вытащила правую руку из-под пледа и с удивлением обнаружила, что она забинтована. Хотя оно и ясно, когда мой несчастный меч рассыпался на кучу осколков, они явно задели меня. Проведя пальцами по лбу, я поняла, что и он перевязан. Слабо улыбнувшись, я подумала, что не в первый раз со мной происходит со мной нечто похожее. Только тогда удача была на моей стороне. А сейчас… сейчас я едва выжила. И я даже не знаю, где нахожусь! Может, вот прямо сейчас произойдёт ещё что-нибудь? Может, опять последователи Менкара придут за мной? Нет, в комнате всё так же оставалось тихо. Даже слишком тихо. Будто тишина давит мне на уши, хотя, может, это просто от сильной головной боли. Я уже решила было вновь закрыть глаза и попробовать уснуть (а вдруг опять окажусь в том лесу, где было так спокойно, где у меня совершенно ничего не болело?), как в дверь тихонько постучали. От неожиданности я вздрогнула. Несмотря на то, что стучавший явно не хотел специально стуком будить меня и только чуть-чуть задевал дверь, звук всё равно показался мне очень и очень громким. И вообще, зачем было стучать, если знаешь, что я вряд ли отвечу. Кто мог знать, что именно в этот момент я не буду спать? Откуда этот кто-то знал, что я не сплю? Первой мыслю было просто накрыться с головой пледом и сделать вид, будто никого нет. Но я сразу передумала. Но отзываться на стук никак не стала. Пускай этот непонятно кто сам решает, входить или нет. Не хочу ничего делать. Просто хочу спать… Дверь приоткрылась. — Как ты себя чувствуешь? — тихо и осторожно спросил вошедший, явно решивший, что я не сплю. Ну уж нет. У меня не было желания отвечать неизвестно кому. Я твёрдо решила сделать вид, что сплю, может он и уйдёт, но именно в этот момент я шумно шмыгнула носом и раскашлялась, скорчившись на диване. Ну почему мне так не везёт? — Можешь не отвечать. И так видно, что плохо, — ещё тише сказал мой таинственный посетитель. Единственное, за что я ему была очень благодарна, так это за то, что он ещё понизил голос. Однако его слова казались мне до ужаса громкими и отозвались сильной болью в моей несчастной бедовой голове. Голос незнакомца показался мне смутно знакомым. Послышались приглушённые шаги, и холодная рука легла мне на лоб. Холодная рука. Очень холодная. — Убери… руку… — прохрипела я и ужаснулась собственному голосу. Не помню, чтобы когда-нибудь в жизни я так сильно простужалась. — И так… холодно… Он быстро отдёрнул руку. — Прости. Всё время забываю, что руки у меня ледяные, — вновь послышались шаги, и он сел на край дивана. Так, чтобы я могла его видеть. Чуть повернув голову на бок, я прищурилась, рассматривая посетителя. Когда же всё перестало сильно кружиться и расплываться перед глазами, я не смогла сдержать улыбки, пусть и вялой. Вроде бы и не виделись всего несколько дней, а чувство такое, будто целый месяц прошёл. Хотя внешне он стал каким-то усталым, синяки под глазами появились. Такое ощущение, что он уже не первые сутки на ногах. Странно. — Привет, Кев… — договорить мне не дал очередной приступ кашля. В этот раз он длился слишком уж долго. Я повернулась на бок и прижала руки к груди, пытаясь хоть как-то ослабить сильную режущую боль. Маг терпеливо ждал, лишь глядя на меня и очень грустно улыбаясь. Так, будто я умираю. Или я на самом деле умираю? — Я рад, что ты пришла в себя, — сказал он, дождавшись, пока приступ прекратится. — Мы нашли тебя в очень плохом состоянии. Наши лекари сделали всё, что смогли. Теперь тебе осталось только лежать в тепле и покое. Кажется, я начинаю что-то вспоминать. Там, в Снежной долине, — даже от одного воспоминания об этом месте меня передёрнуло — когда чокнутые последователи Менкара чуть не убили меня, появились какие-то маги и спасли меня. Одним из них и был Кевин. А ещё там было что-то очень важное, что-то, что я просто обязана знать, но моя память упорно отказывалась вспоминать, что же это было. Ну и ладно. Значит, решила я,не такое уж это и важное, раз не вспоминается. — Ты молодец, что не отдала им амулет, — тихо продолжил Кевин. — У меня не было выбора, — хмыкнула я, посмотрев на него. — Я знаю, — маг, всё это время смотревший куда-то в стену, перевёл ставший серьёзным взгляд на меня. — Как тебе это удалось? Как ты, человек из другого мира, совершенно незнакомый с магией, смогла привязать амулет к себе? Что-то мне не понравилось в его голосе, и я сжалась в комок, борясь с желанием с головой накрыться одеялом и скрыться под ним от всех проблем. — Не знаю. Я… я правда не знаю, Кевин, — несмотря на все приложенные усилия, мой голос всё равно сильно дрожал. — Они тоже у меня это спрашивали, хотели, чтобы я перенаправила его на одного из них, но… — не выдержав, я тихонько всхлипнула и отвернулась. — Но я понятия не имею, как это произошло… Не в силах больше ничего говорить, я уткнулась носом в подушку, приятно пахнущей каким-то травами, и закрыла глаза. Не поднимая головы, я почувствовала, как маг вздрогнул и аккуратно провёл рукой по моему плечу. — Прости, — смущённо пробормотал он. — Я не хотел… Я и сам должен был понять, что ты не знаешь… Я правда не хотел тебя пугать… Извини меня… Я вздрогнула от его прикосновения. Какая же холодная у него рука. Да, он, маг льда или чего-то подобного, Гарт, кажется, о чём-то таком упоминал, но всё же. — Убери. Руку, — прошипела я, поворачивая голову. Руку он не убрал, а лишь виновато проговорил: — Ты злишься на меня? Я же правда не хотел и… — Мне холодно, — я повернулась и отпихнула его руку. — Мне очень холодно, а от твоей леденющей руки мне ещё холоднее. Понял? Какое-то время Кевин удивлённо смотрел на меня, а потом рассмеялся, будто я сказала что-то действительно очень смешное. Я чуть обиженно посмотрела на него. — Что? — Да нет, всё хорошо, — улыбаясь, сказал он. — Я всё время забываю, что у меня такая особенность. Был бы магом огня — согрел бы тебя. Но, увы, это мне не даётся. Зато даже в самый сильный холод я не мёрзну. Только вот холода у нас в стране очень редкое явление, разве что в Снежной долине, но на то она и Снежная. Вот так вот. Я сощурилась и с подозрением посмотрела на него. Всё ясно, он хочет отвлечь меня от этого неприятного путешествия. — Везёт, — протянула я. — А у меня в мире зима каждый год, и холода приходят с зимой. Мне б твои способности… И вам везёт, что зимы почти не бывает. А что… — я хотела было ещё много чего спросить, но меня вновь прервал приступ кашля. Сквозь кашель я услышала стук в дверь. В этот раз стучали гораздо громче, чем в тот раз, когда пришёл Кевин. Маг вновь стал серьёзным и перестал улыбаться. — Войдите, — чуть повысив голос, сказал он, глядя на дверь. Дверь открылась, и послышались шаги. Я хотела было привстать, чтобы увидеть ещё одного гостя, но поморщилась от вновь нахлынувшей боли во всём теле и отказалась от этой не самой лучшей идеи. Единственным возможным способом осталось только лежать и пытатьсяпонять отношение Кевина к вошедшему. Но и этого не вышло — лицо мага осталось спокойным и непроницаемым. — Магистр Вартус, проходите. Я как раз думал позвать Вас. Настя уже пришла в себя, так что, думаю, вы можете рассказать ей всё, что мы хотели. «Мы» хотели? Что же они такое хотели рассказать, что сам Кевин не может? Не знаю почему, но мне это уже очень не нравится. Тот, кого Кевин назвал магистром Вартусом, подошёл к дивану и сел на стоящий рядом стул. Белые волосы, длинная седая борода, серые мудрые глаза — так в книжках со сказками рисуют добрых волшебников. Ему не хватало только мантии со звёздочками да колпака. Хоть он и не производил впечатления главы Ордена или кого-то не менее важного, я поняла, что лучше выслушать его и серьёзно отнестись ко всему, что он скажет. — Для начала я хотел бы сказать, что рад познакомиться с вами, Анастасия, — я насторожилась. Обычно меня называют просто Настей, а полным именем пользуются очень редко, настолько, что мне оно кажется чужим, кажется, будто обращаются не ко мне, а к кому-то другому. А если же это и случается, то только тогда, когда я натворила дел, или происходит что-то плохое, или, в конце концов, мне попался на редкость вежливый собеседник. — Также я рад, что это происшествие закончилось для вас хорошо, — я хотела было вставить, что болезнь — не есть хороший финал для этого, как сказал он, «происшествия», но промолчала, прекрасно понимая, что он имел в виду то, что я ещё жива и способна говорить и двигаться. — Для вас и амулета. Не буду говорить, что восхищён вашей самоотверженностью, ибо знаю, что выбора у вас не было. А если бы был, то неизвестно, как бы всё пошло, — холодно констатировал он. Кажется, магистр не испытывает особой приязни ко мне. В общем-то, его можно понять. Кто ж знал, что на шею отряду, который отправили спасать мир, свалюсь я? Помолчав несколько секунд, он продолжил. — Но, несмотря на это, я всё равно должен принести свои извинения за небольшую проверку, которую мы вам устроили. — Какая ещё проверка? — я с подозрением переводила взгляд с одного моего собеседника на другого. Что-то мне это не нравится. — Думаю, нужно дать слово участнику событий. Прошу, Кевин, — старый маг посмотрел на парня, сидевшего всё это время, потупившись. После слов магистра он вздрогнул и направил взгляд куда-то в пустоту над моей головой. Я сразу поняла, что услышу сейчас не совсем хорошие новости. Но только я открыла рот, Кевин наконец-то собрался с мыслями и заговорил: — Помнишь, когда ты только появилась, я почти сразу отправился «по делам»? В общем, тогда я телепортировался сюда, в Орден. Не буду скрывать, твоё появление сильно меня насторожило. Да что там, это вызвало сильные опасения у всего Ордена. Вернее, не ты, а всплеск магической энергии, сопровождающий твоё появление. Это натолкнуло нас на мысль о том, что ты - шпион, посланный Менкаром, чтобы помешать нам. Мы с подобным уже сталкивались, и решили, что разобраться с тобой не составит труда. Но ты вела себя не так, как они. Да и выглядела необычно. Эти существа не особо похожи на людей, но внешность можно изменить, верно? Их мы называем посланниками Менкара. Кстати, ты уже встречалась с ними. Тогда, когда исчезла вторая часть амулета, — не сводя внимательного взгляда с мага, я медленно кивнула, вспоминая. Как же давно это было. — Вот и тебя приняли за одну из них. Совет магистров не хотел идти на отчаяные меры, и было принято решение просто понаблюдать. Магам сильно не понравилось, что я рассказал вам про амулет. Считали, что едва он окажется у тебя в руках, ты сразу исчезнешь. Но кто ж знал, что ты вообще сможешь добраться до гоблинов и достать его? Я-то рассчитывал, что вы с недельку побродите вокруг гор в поисках входа, а не найдя, просто дождётесь меня деревне… Но я отвлёкся. Чтобы, в случае чего, выявить в тебе предателя, магистры дали мне магический амулет, который должен был, окажись их подозрения верными, или уничтожить предателя на месте, или вернуть его в родной мир. Ну, в мир Менкара. Главным условием было то, что человек (или другое существо) должен был носить его, не снимая. Один раз всё едва не сорвалось. Мы отправились в путь дальше, и я всё больше убеждался, что ты точно не шпион. Я даже хотел сказать тебе, что уже можно снять эту подвеску, но забыл, а дальше и некогда было. Но в нашем амулете были и хорошие стороны. Только вот я о них не знал, пока всё не произошло, — Кевин выразительно посмотрел на магистра, но тот равнодушно пожал плечами. — Помимо того, что он блокировал тёмную магию, если носитель решит использовать что-то подобное, он ещё и не допускал её пагубного воздействия на него. Это-то и спасло тебя, когда ты кинулась спасать Джерса. Не окажись амулета при тебе, ты бы погибла, но он надёжно хранил тебя. Он принял часть удара на себя, но, не справившись с остальной, перенёс тебя туда, где огонь тебя не достал бы. То есть в Снежную долину. Нам же оставалось только найти тебя. Мы с неделю прочёсывали местность и успели весьма вовремя. Не обижайся, но искали мы сначала амулет, а уже потом тебя, — закончил Кевин. Я понимала, что они оба ожидали моей реакции, но не могла выдавить ни единого слова. Горло сдавили подступившие слёзы, губы затряслись от поистине детской обиды, а в голове только и слышалось: «Они использовали меня, предали. Считали своим врагом… Даже Кевин, которому я верила». Возможно, будь я в другом состоянии, будь я здоровой, то отреагировала бы спокойнее, но, к сожалению, маги выбрали не самое подходящее время для серьёзного разговора — во время болезней я всегда чересчур эмоциональна. Я-то думала, что он просто так подарил мне подвеску, от чистого сердца, а это была проверка. Он вообще меня предательницей считал! Причём не кем-то там, а посланницей Менкара. А я ему доверяла… А он… Хоть «подарок» магов и защищал меня, я немного странно себя почувствовала. Меня всю затрясло. Не знаю уж, от обиды или же и так плачевное состояние ещё ухудшилось. — Зато теперь всё хорошо. Теперь мы тебе доверяем, — миролюбиво приободрил меня Кевин, улыбнувшись. Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. За что мне всё это? На какое-то время повисла тишина, как будто маги давали мне время, чтобы осмыслить всё сказанное. Не хочу ничего слушать. Если они ещё чего-то расскажут, то точно что-то плохое. Хочу спать… Я уже начала дремать, обрадованная тем, что все звуки погасли, как вдруг голос магистра заставил меня открыть глаза и сонно посмотреть на него: — А поскольку опасности вы не представляете, то Орден готов предоставить вам убежище. Вы можете остаться здесь до тех пор, пока Кевин не выполнит миссию и не достанет остальные части амулета. А потом с помощью… вашей части амулета мы сможем соединить их в одно целое. Похоже, всё плохо. Неужели они не знают, как отвязать от меня амулет? Похоже на то. Иначе бы не шли на такие жертвы. Хотя, может, не нравлюсь я только магистру Вартусу, или как там его? Но всё равно. Они готовы разрешить мне жить под защитой магов столько, сколько понадобится, готовы всё это время терпеть меня. Но спросить-то надо, в лоб меня за это никто не стукнет. Надеюсь. — Неужели у вас нет заклинания, чтобы отвязать от меня эту частицу? — Никто не знает, как это сделать. Так же как и никто не знает, как привязать к человеку амулет. Иначе бы мы у тебя не спрашивали, — ответил Кевин и добавил, как будто предчувствуя ещё кучу моих вопросов. — Связь можно будет прервать только тогда, когда все части будут вместе. До этого же момента ты прочно связана с ним магически. Я читал, что тот, кто смог привязать к себе амулет, неважно какой, управляет его силой. Может, и у тебя так получится? Если, конечно, у этого амулета была хоть какая-то магическая сила. Но должна быть… Не радуйся так, всё равно не сможешь использовать всю силу, так как ты не маг. И всё не так хорошо, как ты себе представляешь. Связь будет держаться до самой смерти владельца амулета, а после прерывается, и сам амулет исчезает. Так вот почему мне разрешают тут пожить. Чтобы ничего не случилось с их драгоценным амулетиком. Чтобы я не погибла, и их миссия не накрылась из-за этого. Не знаю, чем я думала, но решение пришло очень быстро. Мне вообще бредовые идеи приходят в головы молниеносно. Хотя иногда я и жалею о том, что поступила именно так. — Ну уж нет, — буркнула я, глядя на Кевина. — Я не буду отсиживаться здесь, пока вы ищите остальные части. Не хочу я пропускать такое приключение! И тем более что ты сам сказал, что я теперь магией владеть буду. Да я вообще супер крутой стану и всех победю! Только колдовать меня научите, и всех победю! Кевин устало посмотрел сначала на мага, потом на меня. — Это исключено. Это слишком опасно. Опасно как для тебя самой, так и для окружающих, которых ты будешь отпугивать своей «магией», — после чего вновь обратился к магистру. — Магистр Вартус, а маги-целители говорили, что она не сильно головой ударилась, — я уже хотела было громко возмутиться, резко приняла сидячее положение на кровати, но всё неожиданно закрутилось вокруг, и я потеряла сознание.

***

В комнате стало ещё темнее. Ночь, что ли, наступила? А до этого тогда был вечер? Похоже, я совсем потерялась во времени. Я молча лежала с открытыми глазами и пялилась в темноту. Голова, да и всё тело, болели уже не так сильно, и в целом я себя чувствовала значительно лучше. Однако морозить меня меньше не стало. Повернувшись поудобнее, я вдруг ощутила что-то прохладное у себя на шее. Точно. Этот амулетик в форме четырёхлепесткового клевера всё ещё был на мне. И как, интересно, он не свалился с меня за всё это время? Не иначе, как магия. Ну конечно, он же магический амулет. Даже не знаю, что и думать по поводу этой висюльки. Вроде и подарок, хоть и странный, вроде и жизнь спас, но в то же время он мог меня испепелить на месте… Я хмыкнула. Ну спасибо, Кевин. И от меня им теперь точно не отделаться. Даже если меня и оставят тут, то я всё равно пойду за ними, а это ещё опасней. Для всех. И чего это я так рвусь туда, где меня могут убить? Сама же не так давно хотела, чтоб всё это поскорее кончилось. Может, Кевин прав, и я слишком сильно стукнулась головой?.. Иначе как это объяснить? Да неважно, как это объяснять, но без меня они никуда не пойдут! Пусть только попробуют! Тут мой взгляд наткнулся на силуэт, сидящий на стуле рядом с диваном. В комнате достаточно темно, чтобы я не смогла даже лица этой фигуры разглядеть. — Кто здесь? — я не нашла ничего умней. Прямо в стиле ужастиков. Сейчас этот кто-то встанет и откусит мою голову. Фигура действительно встала, я вскрикнула и залезла под одеяло с головой. — Эй, Настя, успокойся, — услышала я голос Кевина. В комнате стало светло. Кажется, я немного покраснела, вылезая из-под одеяла. — Всё нормально, это просто я. — На сколько я отрубилась? — чуть успокоившись, спросила я. Он просто раскрыл шторы. Значит, на улице сейчас день. Это хорошо, а то я совсем потерялась во времени. — Полчаса всего лишь прошло. Магистр Вартус сказал, что поговорит с тобой позже. Ты ему сильно не нравишься, и его понять можно, так что он даже рад, что ты не хочешь тут оставаться. Однако он сильно беспокоится за сохранность амулета. Никогда не ожидал, что это скажу, но даже его мнение сейчас не самое важное. Что бы мы все не говорили, последнее слово, как ни странно, останется за хозяином амулета, то есть за тобой. Я прекрасно понимаю, что силой мы тебя оставить тут не можем, — он улыбнулся и посмотрел на меня. — Так что я спрашиваю тебя: готова ли ты продолжить путь с нами? Признаюсь, на долю секунды я засомневалась. А действительно ли я так сильно хочу рисковать своей головой и лезть в самое пекло? Но я тут же тряхнула головой и отогнала эти мысли. — Готова, Кевин. Теперь вам от меня точно не отделаться, — я хмыкнула. — Только проверок никаких больше не устраивайте. — Хорошо, больше не будем, — ещё раз улыбнулся маг. — А теперь отдыхай. Ты должна как можно быстрее поправиться и набраться сил, чтобы мы смогли продолжить путь. А ещё я должен проведать Гарта. — Он тоже здесь? И как он? — Лучше сама у него потом спросишь, — он встал и подошёл к двери. — А Джерс? И он здесь? Что он говорил по поводу меня? Вспоминал ли вообще обо мне? Как отнёсся к моему «героизму»? Или он был рад, что я исчезла? — Вопросами ты меня просто завалила. Сама как-нибудь с ним поговоришь и всё спросишь. — Вот ещё, — скрестила руки на груди. — Вот это я у него точно не буду спрашивать. Да и не ответит он мне. — Ну, а я тем более спрашивать не буду. Сами выясняйте свои отношения. Я и так уже пытался вас помирить. Всё? Вопросы закончились? — Нет, — сказала я. От всей этой ситуации мне стало немного весело, и я хихикнула. — Ну, давай, задавай, — выдохнул Кевин. — Последний. Это ты был в Снежной долине? — Да, а что? — мне послышалась настороженность в его голосе. Может, просто показалась. — Ничего. Просто, спасибо. Ответом мне послужило молчание, а после хлопок закрывающейся двери. И чего он так насторожился? Странно. Он был в Снежной долине. Интересно, он или второй маг заклинанием убил Тома? Хотя, я не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос. Даже несмотря на то, что ощущала я себя гораздо лучше (но горло всё так же нещадно болело), глаза у меня просто закрывались, и я была благодарна Кевину за то, что он не стал мучить меня длинными разговорами. После того, как я узнала, что Гарт жив и тоже находится тут, мне стало гораздо спокойней. Хоть я и пыталась убедить себя, что не виновата в произошедшем, в глубине души всё равно ощущала вину. А сейчас будто камень с плеч свалился. Так я лежала, погружённая в свои мысли, и, в конце концов, не заметила, как уснула

***

Первым, что я почувствовала, проснувшись, был жуткий страх. Не знаю, сколько я спала, но это было самое ужасное время. Все эти часы, пока я отдыхала, мне снилась Снежная долина. Я вновь и вновь возвращалась туда, вновь и вновь умирала от холода, и меня опять пытались убить. Во всех снах я снова и снова оказывалась там, заново переживала самые ужасные моменты моей жизни. Мне и проснуться-то толком не получалось. Даже открыв глаза, я продолжала видеть вокруг себя не тёплую и уютную комнату, где я лежала, а вьюгу, заснеженные деревья и серое пасмурное небо, с которого бесконечно сыпались снежинки, погребая меня под огромными сугробами. Мне даже дышать стало труднее. Наверно, за ночь я просыпалась раза три, ощущала жуткий холод, от которого нельзя было скрыться. И самое ужасно было то, что я никак не могла прекратить эти мучения. В бессильной злобе я с силой стукнула забинтованной рукой по ни в чём неповинной подушке и тут же сдавленно зашипела от сильной боли. Нет, так лучше не делать, пока рана не заживёт. Лежать в тишине было невыносимо. Тишина, казалось, давила мне на уши. Шмыгнув носом, я размазала слёзы по лицу. Кошмар потихоньку отступал, но ужас никак не хотел меня отпускать. Здоровой рукой я нащупала на шее подвеску и сжала её в кулак. Может, раз она спасла меня в Снежной долине, то поможет и сейчас справиться со страхом? Ещё сильнее сжав в руке четырёхлистный клевер, я закрыла глаза. Плохое самочувствие и недосып сделали своё, и я почти сразу провалилась в сон.