Я же говорил, что вернусь

      На следующий день Мейбл не пошла в школу. Из-за кошмара она не выспалась, а глаза были покрасневшие от слез, и родители, решив, что дочь приболела, решили оставить ее дома. Мейбл была не против. Она и чувствовала себя под стать больной — невыспавшейся, разбитой и подавленной. Ничего не хотелось делать, и девочка все утро пролежала в постели, отвернувшись к стене.       Диппер не стал брать с собой дневник, хотя так и не понял, почему Мейбл поменяла свое мнение. Она и сама не могла этого объяснить. Наверное, она просто была слишком впечатлительной и слишком сильно верила снам. Когда она уже вырастет из этой глупой привычки?       Когда брат ушел в школу, а родители уехали на работу, и Пайнс-младшая осталась в доме совершенно одна, то ей стало еще неуютнее, чем раньше. Больше всего ей хотелось зажмурить глаза, а открыв их, понять, что это все — был лишь дурной сон. Что никаких чудовищ, демонов и дневников не существует, и никогда не существовало.       Она резко встряхнулась и рассердилась на саму себя. Как так? Как у нее так получилось впасть в состояние еще более ужасное, чем то, в котором она была по дороге из Грэвити Фоллс? Нет-нет-нет, она должна немедленно что-то сделать. Ей нужна мега-срочная Мейбл-помощь!       Девочка вскочила на ноги, пару раз крутанулась на одном месте, взбив взлохмаченные волосы. После этого она галопом побежала до лестницы, перепрыгивая через ступеньку, слетела на первый этаж и широким жестом открыла холодильник.       Создав невероятный, вкусный, поднимающий настроение Мейбл-смузи (бананы, клубника, апельсиновый сок и фисташки), Мейбл захватила свой альбом с летними снимками и плюхнулась к себе на кровать. Настроение стало лучше. Но только до тех пор, пока одному несносному желтому демону не понадобилось нарушать ее покой.       — Итак, Падающая Звездочка! Наконец-то ты повернулась в нужную сторону, хотя едва не шагнула прямо в пропасть.       — Отстань, — буркнула она, не поднимая головы от альбома.       — Ты злишься на меня за сон?       — Да. — Она поводила пальцем по краю страницы альбома и тише спросила: — Что он значил? Что ты хотел мне этим сказать? Чтобы мы не отдавали дневник Джордану?       — Поздравляю, Звездочка, — с насмешкой протянул треугольник. — Сегодня ты соображаешь на редкость очень быстро.       — Черт! А нельзя было сказать об этом просто так? — рассердилась Мейбл. — Я ненавижу плохие сны!       — А ты бы мне поверила? — вопросом на вопрос ответил он. — Нет же! Ты никогда бы не поверила, пока не пережила это все наяву. А это будет именно так, Звездочка!       Мейбл некоторое время смотрела на него, пытаясь понять, правду ли он ей говорит или опять врет. Ее Мейбл-детектор лжи подозрительно молчал.       — Ты не врешь? Все действительно было бы так?       Билл тоже молчал какое-то время, зависнув перед ней, но все же ответил, понизив голос:       — Клянусь — если дневник попадет в лапы этого демона, то он сразу станет сильнее. Он убьет вас — ты уже видела, как он это сделает. Он будет убивать всех вокруг, потому что он — демон разрушения и смерти. Это его стихия, как и моя стихия — разум и сны.       — Подожди, — нахмурилась Мейбл, забыв про фотографии, — значит, он тоже демон?       Лучше бы ей сказали, что на свете существует два Гидеона Глифула — она бы не так рассердилась.       — И что — он такой же вредный и треугольный, как и ты?       — Ты же видела его во сне.       Мейбл замолчала. Ей вспомнилась та огромная фигура, состоящая из самых болезненных чувств.       — Это был он? — несмело переспросила она. — Ты не преувеличиваешь? Он в самом деле такой большой и сильный?       — Ну…. может я немного приуменьшил. Просто он такой огромный и плохой, что твое детское сознание этого просто не вынесло бы.       Мейбл возмущенно задрала носик.       — Ты знаешь, что я видела в Грэвити Фоллс? Я выстояла против зомбикалипсиса, встречалась с гномами, чудовищами, птеродактилем и… и… ты когда-нибудь слышал о проклятых восковых фигурах?       Билл протяжно вздохнул, снисходительно смотря на нее.       — Маленькая глупенькая Звездочка. Они все — лишь крохотные котята по сравнению с Мороком. 10 20-29 20-16-8-6 12-16-20-7-15-16-12 17-16 19-18-1-3-15-6-15-10-32 19 15-10-14?       Диппер наблюдал за подходившему к нему Джорданом. Несмотря на то, что вчера он был полон решимости дать ему дневник, а также узнать больше о его отце и об авторе дневников, сегодня, послушав сестру, он оставил книгу дома. Он не знал, как объяснит это Оуку, и ему было неловко, что тот наверняка пообещал своему бедному отцу, а Диппер так подвел его. Но он пообещал себе, что договорится с Мейбл.       — Привет! — Джордан слегка махнул ему, с улыбкой смотря на него.       — Привет, — выдавил из себя Диппер и попытался улыбнуться так же непринужденно и дружелюбно. Почему у него это всегда плохо получается?       — А где Мейбл? — улыбка одноклассника стала меньше, а глаза обеспокоенно расширились.       — Она сегодня неважно себя чувствует.       — О, как жаль, — с искренним сочувствием вздохнул Джордан. — Передай ей от меня «привет», ладно?       — Хорошо. Джордан молча крутил шнурок от капюшона кофты, смотря в землю. Диппер неловко кашлянул и осторожно начал:       — Я… насчет дневника…       Оук тут же поднял на него глаза, в волнении стиснув шнурок.       — Это, конечно, нелегкое решение, — кивнул он, — но поверь мне: так будет лучше для всех.       — Да, вот как раз насчет этого… Короче, я не принес книгу.       Джордан некоторое время продолжал смотреть на него, не моргая, словно до него никак не могли дойти сказанные слова. Наконец он резко моргнул, побледнел и с надеждой переспросил:       — Но ты же можешь принести ее попозже?       — Я… думаю... не знаю... — Диппер вздохнул еще раз. — Понимаешь, Мейбл не хотела, чтобы я этого делал. Не знаю, может это как-то связано с Биллом…       Взгляд Джордана потемнел. Он сердито дернул шнурок и спрятал руки в кармане.       — Конечно это он! — уверенно подтвердил он. — Послушай, — он в волнении опять вытащил руки, несколько раз качнул ими вдоль тела, а потом с нарочитой медлительностью провел по волосам. — Мне… не очень удобно это говорить, но дневник нужен мне сегодня. Ему нужен. Понимаешь, с каждым днем отцу все хуже, его все больше… как бы выразиться… захватывает темный дух. Я боюсь, что он может погибнуть.       — Я понимаю. — Теперь Диппер чувствовал себя неловко. — Но не могу же я просто взять дневник. Мейбл…       — Но ведь дневник у тебя?       Диппер запнулся. Да, он нашел эту книгу, он изучил ее от корки до корки и он всюду таскал ее с собой. Мейбл же рассматривала дневник в более практичных целях. Ну, к примеру, поставить на него кружку или прибить им комара. Ее никогда всерьез не интересовала книга. А следовательно, ее владельцем был он, Диппер Пайнс, что бы это ни значило.       Джордан подошел к нему поближе. Его глаза как-то странно оказались в тени — нельзя было разглядеть даже зрачок, настолько они стали темными.       — Просто принеси книгу, и все будет хорошо, — тихим доверительным тоном проговорил он. — Так нам всем удастся избежать проблем. — И прежде чем Диппер сказал хоть что-то, он добавил: — Сегодня в семь вечера возле школы. Я рассчитываю на тебя, друг-дерево.       После этого он резко крутанулся на пятках и поспешил обратно в школу, потому что прозвенел звонок с большой перемены. Диппер некоторое время стоял на одном месте, осмысливая услышанное, а затем неуверенно пошел следом. И в самом деле, что плохого может случиться, если он поможет одному человеку, который бок о бок работал с самим автором? Да он просто обязан это сделать! 21-17-18-33-14-29-11 14-1-13-30-25-10-26-12-1       Вернувшись домой, Диппер ничем не выдал своих планов, справедливо рассудив, что Биллу это совсем не понравится. А может и Мейбл тоже. Черт. Теперь они заодно.       Он выслушал жалобы сестры на скуку и боль в голове. К ночному кошмару оба не возвращались. Родители, вернувшись с работы, удивились и обрадовались такому быстрому «выздоровлению» дочери. Мейбл принялась жаловаться на скуку во второй раз, приплетая к этому новые подробности, скорее всего, вымышленные. Диппер же просто ждал.       Полседьмого вечера, он направился к себе в комнату, взял дневник, несколько секунд, колеблясь, смотрел на него, но потом вытряхнул все подозрительные мысли из головы и направился к выходу из комнаты. Жизнь в Грэвити Фоллс привила ему самую настоящую паранойю — он уже никому не может доверять.       Неожиданно в дверях он столкнулся с Мейбл. Девочка радостно улыбалась, и, увидев брата, тут же начала тараторить: — Представляешь! Мама забыла, где именно расположены пятнышки у Пухли! Как такое можно забыть? Вот я пришла за фотоальбомом, он у меня на кровати…       Пропихиваясь мимо брата, Мейбл случайно стукнулась об него боком. Диппер что-то промычал насчет прогулки и уже переступил порог комнату, как Мейбл схватила его за плечо.       — Подожди, — из ее голоса исчезла беззаботность.       Она схватила его за жилетку и нащупала книгу. Ее лицо стало испуганным.       — Диппер, но я же говорила, чтобы ты не давал ему дневник!       — Но почему? Только потому, что тебе приснился страшный сон? А знаешь, кто его наслал? — Диппер вдруг всерьез рассердился. — Билл! Это все он, неужели ты не поняла? Он запугал тебя, чтобы оставить книгу себе.       — Нет, подожди. — На лице Мейбл появилось болезненное выражение, словно она мысленно возвращалась к какому-то очень неприятному событию. — Там другой демон. Ему нужен твой дневник. Диппер, не ходи к нему!       Нет! Ему действительно начинало не нравиться, что он будет слушаться какого-то желтого духа, который уже запугал его сестру.       — Мейбл! Это же Джордан, наш друг. Мы уже знаем, что ему можно верить. Его отец работал вместе с автором, и мы обязаны дать ему дневник, над которым он работал!       — Нет! — упрямо повторила Мейбл, хотя по ее лицу было видно, что у нее нет ни одной обоснованной причины для этого отказа.       — Почему "нет", Мейбл? Для тебя что, Билл теперь важнее Джордана?       На миг девочка замерла, ошарашено глядя на него, а потом резко моргнула и вздернула голову. Ее глаза загорелись тусклым золотым светом, а в черных вертикальных зрачках Диппер увидел самого себя.       — Отдай книгу! — прорычал Билл, кидаясь к нему.       Диппер резко отскочил от него, стукнувшись об стену. Перехватив его руки, он сердито проговорил, глядя прямо в глаза демона:       — Я знаю правду! И если ты запугал мою сестру, то это не значит, что и я должен тебя слушаться! Я отдам дневник отцу Джордана — может, он даже знает способ, как избавиться от тебя!       — Ты ничего не понимаешь! — воскликнул Билл, стараясь дотянуться до жилетки мальчика. — Ты отдашь дневник не человеку, а демону! Джордан всего лишь кукла в его руках. Даже твоя сестра уже поняла, кому нужно верить! Почему ты ее не слушаешь?       — Потому что я не такой доверчивый! — Диппер сердито оттолкнул МейБилла. — А ты ее просто запугал! Но у тебя это не пройдет со мной!       Он выскочил из комнаты, крепко прижав дневник к боку. От короткого столкновения с Биллом стало жарко и душно, злость на демона душила его, взяв за горло. Как он смеет указывать, что ему нужно делать! Как он смел переманить Мейбл на свою сторону! МейБилл выскочил за ним и успел схватить Диппера за рукав футболки.       — Не делай этого! — его голос почти сорвался на крик, зрачки стали тоньше обычного. — Поверь мне — не нужно этого делать!       Он выхватил у него книгу, и Диппер вконец рассердился. У него даже в глазах потемнело от злости.       — Я никогда тебе не поверю! — он рывком вырвал у демона книгу и, размахнувшись, с силой стукнул ею по его лицу.       От удара тело Мейбл упало на пол и неподвижно замерло. Диппер с трудом выдохнул застрявший в груди воздух и невольно выронил дневник из ослабших пальцев. Жар куда-то ушел, а ладони стали липкими и холодными. Он присел рядом с сестрой и несмело дотронулся до ее плеча.       — Мейбл?       Девочка медленно подняла голову и, тяжело дыша, посмотрела на него сквозь волосы. В ее карих глазах заблестели слезы, на щеке был виден четкий красный след. Дипперу показалось, что он ударил самого себя.       — Мейбл, извини, я не хотел этого де…       Но она, не слушая его, вскочила на ноги и убежала в комнату, громко захлопнув дверь. Диппер был уверен, что услышал ее всхлипы. Он продолжал сидеть на полу в коридоре и проклинал в эту минуту всех демонов, авторов и дневники на свете. 14-16-13-16-5-6-24, 7-13-16-25-12-1. 20-29 3-19-7 19-5-6-13-1-13 17-18-1-3-10-13-30-15-16