Я же говорил, что вернусь

      Морок замер и прислушался. Билл тут же воспользовался этой заминкой и попытался вырваться из его хватки, рассеяв изрядную часть черных частиц, составляющих Морока. Но он не обратил на это внимания. К нему вернулась пара-тройка маленьких черных точек. И они дали ему знать, что девчонка умерла. Пусть и без крика, но ее больше не было.       Морок глухо засмеялся и раздраженно оттолкнул от себя Сайфера. Кажется, он только сейчас заметил, как мало в нем осталось черных чувств. Но скоро — очень-очень скоро — он пополнится новыми эмоциями. Самыми страшными и сильными. Боль и горечь от потери близкого человека.       Он повернулся к Биллу и злорадно прошипел, смотря в его единственный, горящий красной ненавистью глаз:       — Твоя девчонка-звездочка мертва, Сайфер. Я убил ее. Только что. Не веришь? Вот, лови. — Он швырнул в него одну черную точку, и Билл резко вздрогнул всем телом. — Это ее предсмертное чувство. Больно, не так ли? Жаль, что меня не было рядом, и я не смогу почувствовать всю глубину этого чувства. Но… — он довольно прикрыл глаза, ощутив такой приятный привкус горя и ужаса, похожий одновременно и на мускатный виноград и на грейпфрут. — Я еще могу наверстать упущенное. Правда, Сайфер?       Билл часто и глубоко дышал, опустив голову и держась рукой за грудь. Он не мог, отказывался и не хотел в это верить! Но… он чувствовал эту слабость, безнадежность, нежелание жить дальше и боль. Морок и в самом деле нашел и убил ее. А он, Билл, даже не успел ничего сделать!       Он сам не заметил, как от дрожи у него застучали зубы. Пальцы рук тряслись, и он крепко стиснул руки на груди, вцепившись в рукава рубашки. В голове стоял непрекращающийся гул.       Морок заботливо приподнял ему голову, держа холодной, невообразимо тонкой и твердой рукой за подбородок. В черном балахоне, с этой костлявой рукой он очень сильно походил на традиционное изображение Смерти. Впрочем, это было его вторым именем. Кто знает, может когда-то он и вправду приходил за жизнями людей именно так, и уже отсюда пошел этот образ?..       — Ты стал совсем как человек, — негромко заметил черный демон. — Ты живешь возле людей, привязываешься к ним, а потом они умирают, и ты чувствуешь самую настоящую человеческую боль. Знаешь, слезы помогают с ней справиться. Они словно растворяют болезненные эмоции, и они доходят до меня в мокром и пересоленном виде. — Он тихо хохотнул, но тут же замолчал. — Я могу помочь тебе. Прекратить эту муку. Когда Джордан принесет мне дневник, я закончу твое обращение. А потом убью. И все тут же прекратится и исчезнет. По-моему, это довольно мягкое избавление от страданий, не считаешь?       — И что… будет дальше? — отрывисто спросил Билл. Его голос был хриплым и тихим. — Куда… я попаду?       Морок равнодушно пожал плечами.       — В отличие от тебя я не специалист по части людей.       Он вздрогнул от неожиданности, когда Билл крепко вцепился в его руку. Его огонь начал очень быстро уничтожать черные чувства, разгораясь все сильнее.       — Я ненавижу людей! — звенящим от боли и злости голосом проговорил Билл, смотря в глаза Морока. — Я ненавижу их всех — но я демон разума, и это моя работа, быть рядом с ними. Ты сам состоишь из чувств людей! В тебе еще больше человеческого, чем в любом обыкновенном человеке!       — Отпусти! — прошипел Морок, пытаясь отцепить его руки от себя.       Огонь от рук Билла был не голубым, как обычно, а огненно-красным. Таким же красным цветом горел и его глаз, а зрачок стал настолько тонок, что был почти неразличим. Морок попытался вновь дотянуться до его боли, но все оказалось скрыто за щитом ненависти. Демон почувствовал, как угасает его сила, а сам он растворяется, становится все бледнее и тоньше. Он ощутил прохладное, очень неприятное и волнующее чувство, которое дрожью прокатилось по его сущности. Страх?       Он почувствовал знакомую эмоциональную ауру и быстро развернулся, поблагодарив сам не зная что. К ним подбежал Джордан. Он совсем запыхался, глаза были широко распахнуты, а его руки был пусты.       Морок чуть не закричал от злости. Где книга? Где ее оставил этот болван?       — Где этот чертов дневник? — рявкнул он и тут же попытался сделать свой тон мягче. — Ты хочешь, чтобы демон победил меня? Поздравляю, ты почти это сделал!       На Джордана было жалко смотреть. Он с такой болью посмотрел на Морока, словно верная собака, которую заставляют прыгать с крыши высотки.       — Она… она у Диппера, но он сейчас придет сюда, и я…       — Идиот! — прокричал Морок. — Почему ты не забрал у него книгу? Этот мальчишка-елочка никогда не дойдет сюда, ему сейчас не до этого! Немедленно возвращайся и принеси мне книгу!       Джордан испуганно попятился назад. Он помедлил, но все же, послушный, как марионетка, развернулся и направился туда, откуда пришел. Но вдруг резко остановился.       Морок перевел взгляд дальше, пригляделся и — какое необычное ощущение! — очень удивился! Потому что к ним подходили двое — Диппер и Мейбл, живые и здоровые. Он тут же ощутил, как ослабла хватка Билла, а его огонь потух. Он смотрел на подходивших детей с не меньшим изумлением, но если Морок почувствовал глубокую досаду и злость, то глаз Сайфера перестал гореть красным огнем и мягко засветился от радости.       — Дьявол тебя подери! — коротко фыркнул Морок.       Он резко развернулся и прижал Билла к земле, прижав ладонь к его груди так крепко, словно надеясь проломить ему грудную клетку.       — Немедленно неси сюда дневник! — рявкнул он Джордану.       Тот и без него уже спешил к друзьям. И — Билл едва не вскрикнул от ужаса — Диппер преспокойно передал книгу ему. Нет! Неужели он не понимает, что с помощью дневника Морок собирается сделать с ним? А если и понимает, то может это все — специально? Что было обиднее всего, так это то, что Мейбл никак не препятствовала этому.       Он же объяснил ей, что Морок будет делать! Неужели ей все равно? Неужели… при этой мысли стало холодно внутри. Но неужели Звездочка с самого начала собиралась избавиться от него?       «Да и зачем ей помнить о тебе? Ты даже не человек. Ты вообще никто». Ведь кто он для нее?       Злой треугольник, едва не сведший с ума ее дядю.       Негодяй, чуть не убивший ее брата.       Вредный демон, насылающий кошмары.       Зачем он ей? Он же плохой парень, который обязательно должен погибнуть в конце истории. 3 12-16-15-24-6 25-30-6-11 10-19-20-16-18-10-10?       — Отлично! — удовлетворенно выдохнул Морок и нетерпеливо протянул руку за книгой.       Но Джордан остановился, не дойдя до него несколько футов. На его лице было непривычное решительное выражение.       — Злой демон почти совсем захватил твой разум, — тихо произнес он. — Я сам помогу тебе избавиться от него.       Он открыл книгу и начал искать какую-то страницу. Морок взревел от злости, и потянулся было к нему, но Билл вцепился в него рукой, с вспыхнувшим на пальцах огнем. Его лицо совершенно ничего не выражало, словно он крепко о чем-то задумался. Ему было все равно. Просто не хотелось так просто дать себя уничтожить.       Пока Морок пытался отцепиться от Билла, Джордан начал читать какое-то древнее, сложное заклинание. Биллу текст показался знакомым. Но не было сил и желания думать и вслушиваться в него.       — Замолчи! — зарычал Морок, расширив глаза. — Прекрати! Ты слышишь меня? Заткнись!       И неожиданно Билл начал понимать. Это заклинание было направлено не против него, а против «черного демона, захватившего отца Оука». То, что Морок внушил Джордану, теперь оборачивалось против него.       Неожиданно Морок кинулся к Биллу и снова придавил его ладонью. Он начал бормотать продолжение своего заклинания, и Билл тут же почувствовал боль в груди, жар и тошноту.       — Может вы и сможете справиться со мной в этот раз, — прошипел ему в ухо демон, — но и я не оставлю тебя так просто. Я сделаю тебя человеком! Пусть и не насовсем. Пусть лишь на время. Но я сделаю это, а ты, глупец, не сможешь долго прожить в новой для себя шкуре!       Удар сердца встряхнул тело Билла, и он крепко сцепил зубы, сдерживая стон. Морок рассеялся, чтобы соорудить щит, когда к ним бросились Пайнсы. Но и без этого было видно, как он тает. Отдельные точки взлетали в воздух и растворялись в нем. Сам он редел, как тает дым.       Билл вскрикнул от новой вспышки боли. Он случайно прикусил себе язык и почувствовал вкус крови.       Настоящей человеческой крови.       Нет.       О нет.       Тихий раскатистый смех Морока. Сейчас от него можно было разглядеть лишь алые глаза, но и они постепенно исчезали в воздухе.       — Помни, что я ухожу не навсегда, Сайфер. Совсем скоро я вернусь. А если ты будешь жив к тому времени — будь чертовски уверен, что мы закончим эту битву.       Эхо смеха. Последний алый блеск.       И все. Демон разрушений растаял, как кошмарный сон. А вместе с ним с окружающего мира спала черно-белая пелена, и все вернулось в прежний ритм.       Но не совсем все.       Билл Сайфер сидел на траве школьно двора, чувствуя кровь на языке, слыша каждый удар своего сердца.       И теперь его мог увидеть любой человек. Ибо он сам стал человеком. 15-6 15-1-3-19-6-4-5-1!