Незаконченная история

Настоящее время. Жёлтый дым. - Мы остановимся здесь. - Когда Кэр говорил, решение было неизменным. Тенит вздохнул и подтянул лямку сумки оттягивающей плечо. В селении Жёлтого дыма ему не понравилось. Слишком шумно, слишком много людей и отвратительный воздух, отравленный присутствием человеческого жилья. Даже здесь на окраине мира люди повсюду умудрялись оставлять свои следы: вырубали леса, осушали болота, строили странные дома. Среди строений попадались как жалкие лачуги так и богатые двухэтажные особняки знати, обнесённые высоченными изгородями и заселённые напыщенными глупыми букашками, что мнят себя всемогущими, не подозревая о том, как коротка жизнь, в которой может произойти всё что угодно. - О чём думаешь? - спросил Кэр с улыбкой. - О чём ты сейчас думаешь, Тени? Тенит нахмурился. О чём бы он ни думал, Кэра это совершенно не касалось. - Устал? – ласково спросил Кэр. – Хочешь, понесу тебя? Тенит замотал головой и покрепче прижал к себе драгоценную ношу. Кэр понимающе кивнул. - Всё не привыкнешь… Не бойся, не отберу, глупый, – добавил он после лёгкой паузы, прищурив глаза и всматриваясь в раскинувшийся впереди посёлок. Они стояли на открытом плато горного перевала, с которого им только предстояло спуститься вниз, в долину. Не окажись Тенит настолько измученным и уставшим, он бы оценил это место по достоинству. Голубую ленту реки, простирающуюся до самого подножия холмов и чудесную апельсиновую рощу, переходящую в бесконечный лес, измерить протяжённость которого было возможно с высоты птичьего полёта, а красоту - лишь спустившись вниз. Тениту было не до красоты. Холодно мокро, разряженным воздухом он дышал с трудом, зябко кутаясь в тёплый подбитый мехом плащ который Кэр любезно раздобыл для него по дороге. - Я понесу тебя. Тэнит скрипнул зубами, когда сильные руки оторвали его от поверхности и Кэр, не обращая внимания на свою недовольную ношу, с лёгкостью заскользил вниз по отвесной неровно уходящей вниз тропе, перескакивая с камня на камень с ловкостью достойной горного кайра.С Кэром бессмысленно спорить. С тем же успехом можно считать звёзды на небесах. Тенит расслабился, стараясь максимум пользы извлечь из своего положения. Устроился поудобнее, уткнулся носом в прижатые к подбородку кулаки, согревая дыханием оледеневшие пальцы в рукавицах. Тёплые сапоги напитались холодом, вымораживая ноги, и на перевале Кэр долго отогревал его у костра, массируя ступни и заставляя кровь бежать быстрее. - Скоро придём, – утешал он. – Потерпи Тенит. Я не могу использовать магию, это привлечёт внимание, а я слаб чтобы сражаться. С последнего боя, раны Кэра ещё не зажили и разорванное в нескольких местах плечо, горело свежими рубцами. Демоны напали на них на перевале. Возникли из заснеженной пустоты: злобные, смеющиеся, оскаленные. Две смертоносных твари выбравшиеся из преддверий ада: сытые, сильные, уверенные в превосходстве над ослабевшими от долгого перехода и голода путниками. В своей истинной форме твари походили на громадных снежных лисиц с тремя хвостами, каждый из которых заканчивался жалом. Кэр толкнул Тенита за спину и закрыл собой, увеличиваясь в размерах и превращая руки в тёмные клинки Хаоса. Он не мог принять истинную форму, боялся повредить Тениту, но магия оставалась с ним и твари должно быть обезумели от собственной ненависти, раз решили прийти сюда только вдвоём. А может натолкнувшись на них, побоялись «упустить удачу с хвоста»? Тенит очнулся, когда ночь рассыпала по небу звёздный горох. В морозной тишине потрескивали ветки костра и тихо выли волки где–то совсем далеко, почти за гранью слышимости. Последнее, что он помнил, перед тем как отключиться… Снег кровавым вихрем взлетающий в небеса и рассыпающийся вниз, страшными алыми брызгами, ягодами горькой рябины… Кэр сидел, тяжело привалившись спиной к оледеневшему валуну. Правая рука демона висела на сухожилиях, являя собой жуткое пережёванное месиво. Почти оторванная, с оголённой костью плеча. Кэру понадобилось три дня, чтобы восстановить силы и зарастить раны. И всё это время Тенит терпеливо ждал, сидя на снегу и выстукивая зубами от холода. Проваливаясь в муторную дымку между явью и сном. Потом ему показалось, что он умер.