i need u?

Мысли путаются. Надо мной — пасмурное, серое небо, которое постепенно чернеет. Подо мной — асфальт, который уже не кажется таким холодным, как казался раньше. Тэхен пытается среди полного отсутствия фигурных облаков разглядеть хоть что-нибудь, хоть какую-нибудь фигурку, которая напомнила бы ему животное, или человека, или хоть что-нибудь. — Тебе не холодно? — вдруг спрашивает он, повернув ко мне голову, и я заторможено мотаю головой. Сколько мы здесь лежим? Не знаю. Я даже не помню, как мы сюда дошли. Где мы вообще? Не знаю. Но рядом точно есть река, я слышу шум воды, и здесь нет машин, слишком тихо. Заброшенная стоянка рядом с рекой? Может быть. Истерика прекратилась, оставляя за собой пустоту и апатию. Слезы высохли прямо на щеках, и сейчас кожу неприятно стягивало, а губы были солеными. Колени все еще болели, но Тэхен где-то нарыл влажные салфетки и вытер с них кровь, пока я сидел в прострации на бордюре. Я помню, что он поднял меня на ноги, помню, как меня трясло, помню, как Тэхен обхватил мое лицо руками и долго смотрел в глаза, а потом усадил на тротуар. А потом ничего не помню. Только сейчас — пасмурное небо и Тэхен под боком. — О, а это облако на меня похоже! — почти выкрикивает Тэ, тыкая пальцем в небо, и я пытаюсь найти это мифическое облако, но вижу только серое небо. Тэхен выжидающе смотрит на меня, а я перевожу на него удивленный взгляд и не понимаю, где же он там облака увидел. -Ну во-о-о-от же! — тянет Тэ, тыкая пальцем. А потом придвигается ко мне ближе, и смотрит с моего ракурса. Берет меня за руку, и тыкает в небо уже ей. А меня снова трясет, какое к черту облако? Дыхание сбивается и я смотрю на его руку, которая до сих пор сжимает мое запястье, широко раскрыв глаза. -Видишь? — спрашивает он, чуть ли не тыкаясь носом мне в щеку, а я, даже не понимая, о чем он, киваю. — Похоже, правда? — радостно произносит он, отстраняясь от меня и отпуская мою руку. Дышать становится легче. Только кожа на щеке горит от его дыхания и рука тоже, от его пальцев. Прикрываю глаза и судорожно вздыхаю. Почему он так на меня действует? Хотя… нет, это не из-за него. Это все таблетки. У меня, по сути, сейчас должна быть страшнейшая ломка, я не пил таблеток целый день, и уже вечереет. Я без своего лекарства целый день и все, что я чувствую — это апатия после истерики и неожиданные всплески непонятных эмоций, когда Тэхен оказывается ко мне в опасной близости. Это должно быть странно, ведь меня даже не тянет. Точнее, тянет, но, я забыл о таблетках. Сейчас я, фактически, привязан к Тэхену, ведь я не имею понятия, где мы находимся, не имею и малейшего представления. Отвести меня домой может только он, и я ему, почему-то, доверяю. Тэхен что-то рассказывает про свою семью, про отца-мудака, про мать, которая не может за себя постоять, да и про себя-труса. Ведь тоже не может ему ответить. И я искренне ему сочувствую, только не говорю этого вслух. Надеюсь, он не принимает это за нежелание с ним общаться… хотя, учитывая то, что он болтает без умолку, ему все равно, слушают его или нет. — А у тебя есть родители? — спрашивает он, и я вздрагиваю. А потом мотаю головой. Можно ли назвать ту женщину, которой уже даже нет, своей матерью? Понятия не имею. Можно ли назвать человека, которого ты никогда не видел, своим отцом? Не думаю. Где-то внутри колет обидой, но я только вздыхаю и прикрываю глаза. У меня нет родителей. Уже полгода нет матери. У меня никого нет. — Ну и хорошо, что нет. Я был бы рад, если бы жил один. Так проще. Без постоянных криков, драк, пьянок. Проще, понимаешь? — поворачивает голову в мою сторону и смотрит. А я все так же смотрю в небо, но чувствую его взгляд. — У тебя нос красный, — осторожно тянет руку, и трет кончик моего носа, и я подавляю в себе порыв отстраниться и убежать, — замерз? Я в очередной раз мотаю головой на этот вопрос, и Тэхен вздыхает. — Не ври мне, хён, — с наигранной обидой произносит он, а потом встает с асфальта и тянет мне руку. — Пошли домой уже, на улице действительно прохладно. Но я игнорирую его руку и встаю сам. А то мало ли. Тэхен как-то странно на меня посмотрел и, засунув руки в карманы толстовки, куда-то пошел, и я поспешил следом, совсем не разбирая дороги. От слова «дом» веяло чем-то странным. Я точно знал, что, как приду, мне нужно выпить таблеток. Потому что, пока я лежал, я не видел в этом необходимости. Но как только поднялся на ноги — они начали трястись, а внутри поднималась паника. Мы шли недолго, и, пока я, трясущимися руками пытался нарыть в кармане ключи, Тэхен стоял у меня за спиной и ждал. Не знаю, чего он ждал, может просто хотел удостовериться, что я попаду в квартиру и что со мной все будет хорошо? Я тоже на это надеюсь. Пальцы все никак не слушались и нещадно тряслись, заставляя меня нервничать еще больше. И Тэхен, цокнув, выхватил у меня ключи и открыл дверь сам. — До скорого, хён, — Тэхен улыбнулся и, сунув мне ключи в карман кофты, пошел дальше по коридору. Я же просто стоял и смотрел, как он уходит. Как закрывает дверь, даже не обернувшись, и скрывается в своей квартире. А я все так и стою у распахнутой двери, глядя в никуда. Он странный. Я странный. Все странное. Я не понимаю, что происходит со мной, события сегодняшнего утра кажутся слишком далекими и не правдивыми, как будто кадры из прошлой жизни. Я разговаривал с ним, с Тэхеном. Не долго, но, все же, разговаривал. Это точно был я? А потом эта истерика… В горле резко пересохло и внутри начала подниматься паника. Таблетки. Господи, таблетки! Забегаю в квартиру, захлопывая дверь. Спотыкаюсь и падаю, даже не замечая, что недавно затянувшиеся ранки на коленях снова начинают кровоточить, не замечаю боли. Несусь к столу и дрожащими руками открываю пластмассовую баночку. Может быть, с Тэхеном и было спокойно, и я, на некоторое время и забывал про таблетки, но они все еще были мне необходимы. Да, необходимы. Да, я нуждаюсь в этом, черт подери! На дне баночки остается всего лишь 6 штук. Этого катастрофически мало. Этого мне не хватит даже на завтра. Падаю на кровать и жду, когда же успокоюсь. Завтра на прием. Завтра нужно доказать врачу, что я пью строго по одной таблетке три раза в день, и что ничего пока не меняется, поэтому мне нужно еще. Больше. Рецепт. Срочно. Да, я зависим. Интересно, мы увидимся с Тэхеном завтра? ..