They take their shots but we're bulletproof

На следующее утро, когда Кларк только проснулась, Лекса, уже одетая, сидела на столе, задумчиво разглядывая импровизированные шахматы. Собравшись, девушка подошла к землянке и разложила фигуры по местам. – Ты знаешь правила? – Поинтересовалась Кларк. Лекса отрицательно покачала головой и поставила фигуру «пешки» в центр игральной доски. – Нет, я только видела пару картинок в книгах. – Я научу тебя. – Улыбнувшись девушке, Кларк села напротив нее. Однако та, видимо, пока не собиралась приступать к занятиям, придвинув к светловолосой девушке тарелку с едой. – Сначала поешь. Не переставая улыбаться, блондинка закинула в рот пару ягод. – Я могу заниматься двумя делами сразу. Следующие полчаса Кларк тщательно объясняла гостье правила игры – как двигаются фигуры, как они атакуют, как побеждают. Лекса же все это время сосредоточенно следила за каждым словом собеседницы, ее глаза метались от фигуры к фигуре, улавливая каждый ход, который та показывала. – Значит, цель – захватить короля? – Лекса указала пальцем на названную фигуру. – Да. – Кларк кивнула, пережевывая очередную ягоду. – Ну, не захватить, а поставить мат. Так ты и выигрываешь – когда у короля не останется ходов, и он больше не будет представлять опасности. К твоему сожалению, предать свои фигуры в этой игре не получится. Командующая даже вздрогнула, словно она меньше всего ожидала услышать подобное. – Просто шутка. – Быстро добавила девушка. Она посмотрела на игральную доску и вздохнула. – Если бы я не шутила на эту тему, скорее всего, я бы убила тебя, пока ты спала. – Думаю, ты имеешь на это полное право. – Лекса никогда не отрицала свою вину. – Кларк, давай просто сыграем. – Белые ходят первыми. - Блондинка указала на незакрашенные фигуры. – Твой ход. Лекса, в свою очередь, вопросительно смотрела на собеседницу. На ее стороне были черные. Кларк закатила глаза, смеясь, и передвинула первую пешку на пару клеток. Лекса повторила. Игра шла хорошо, пока Кларк не решила задействовать короля. – Подожди-ка. – Запротестовала землянка. – Ты не можешь так ходить. – Разве я не рассказала тебе о специальных ходах? – Блондинка улыбнулась, стараясь не встречаться взглядом с гостьей. Лекса же не сводила глаз с Небесной принцессы. – Нельзя придумывать свои правила на ходу, Кларк. – Я их не придумываю! – Девушка настаивала, а затем принялась бурно объяснять систему ходов, не забыв все продемонстрировать. Когда речь была закончена, она заметила, что Лекса продолжала пристально ее рассматривать. – Что? – Ничего. – Шатенка отвела глаза. Кларк улыбнулась, стараясь скрыть бегущие по спине мурашки. – Ходи. Недолго думая, Лекса переставила фигуру слона, и игра продолжилась. Наблюдая за ходами Кларк, землянка интересовалась, почему она сделала именно этот ход, а не какой-нибудь другой. Однако уже через десять минут Кларк объявила Лексе мат. – Кажется, ты не привыкла проигрывать. – Светловолосая засмеялась, когда гостья скинула фигуры со стола и поджала губы. – Я просто не подготовлена к этой игре. – Ты определенно ненавидишь проигрывать. – Кларк продолжила. – Готова поспорить, ты была тем самым ребенком, который разочаровывался, проигрывая в камень-ножницы-бумагу? Ты ведь играла в эту игру? – Свое детство я проводила, учась убивать мужчин и женщин, которые были в два или в три раза больше меня. - Голос Лексы не выражал никаких эмоций – ни боли, ни горечи, ни сожаления; все так и было. Кларк смотрела прямо в ее глаза. Неожиданно ей стало жаль ее, сердце Небесной Принцессы сжалось от картин, возникающих в ее голове, как маленькая Лекса, не зная настоящего детства, проводит лучшие годы, сражаясь и убивая людей, которые без труда могли, буквально, разорвать маленькую девочку надвое. – Нет. – Вдруг заявила землянка после затянувшейся паузы. – Что «нет»? – Не нужно меня жалеть, Кларк. Жалость – это проявление непонимания. Все те тренировки, которые мне пришлось пройти, были необходимы для того, чтобы стать великим командиром. Кларк лишь опустила голову. – Иногда мне хочется, чтобы все было иначе. Шатенка подняла несколько фигур, которые валялись у ее ног. – Сыграем еще раз? Собрав разбросанные камни, девушки принялись за второй раунд. Стоит признать, что в этот раз Лекса играла намного лучше, но победить, все же, не сумела, а Кларк пришлось изо всех сил сдерживать смех. – Мне нужен реванш! – Командующая действительно ненавидит проигрывать, и даже в совершенно новой для себя игре она не собиралась уступать. Эта фраза, брошенная Лексой, заставила Кларк окунуться в волну ностальгии. – Ты говоришь, как Уэллс. – Ты вспоминаешь о нем с такой нежностью! – Ее голос был настолько тихим, что создавалось впечатление, будто Кларк и не услышит ее. – Он был моим лучшим другом. – Однако блондинка все же услышала. – Я бы даже сказала, он бы моим единственным другом. – Она подняла глаза к потолку, сдерживая рвущиеся наружу слезы. – Возможно, это к лучшему. Я бы не хотела, чтобы он видел вещи, которые я натворила. Лекса потянулась, чтобы взять руку Кларк, однако остановила себя на полпути, положив руку на стол слишком неестественно. – Я знаю, что ты думаешь. Только монстры могли бы принять те решения, которые мы принимали, но это не так, Кларк. Мы должны уметь различать поступки, что мы делаем для своего народа и поступки, что мы делаем из-за своей прихоти, и примириться с терзающими мыслями. – А ты? Смогла смириться с тем, что случилось на Горе Везер? – Да. – спокойно ответила гостья. – Я не горжусь тем, что я сделала, Кларк. Но я не вправе принимать решения, опираясь на свои чувства или пожелания. Если бы я могла, я бы убежала с Кастией при первой же угрозе Ледяной Нации, избегая моих обязанностей командира, которые, в конечном итоге, стоили ей жизни. Я выбрала своих людей, вместо первой любви, и я не изменила бы своего решения, будь у меня возможность. Я всегда буду ставить мой народ выше моих желаний, пока мой бой не будет окончен. Кларк не услышала ничего такого, чего она не знала. – Со временем станет проще? – Нет. – Она получила честный ответ. – Ты станешь сильнее, а твои раны превратятся в шрамы. – Кажется, мои раны все еще кровоточат. - Кларк спрятала лицо в свои ладони, тяжело вздыхая. – Всему свое время. – Говоря все предыдущее, Лекса смотрела в пол, и только сейчас она подняла глаза на собеседницу. – Некоторые раны никогда не перестанут истекать кровью. Ты научишься с ними жить. – Кастия? – И ты. – Лекса даже не моргнула. Ни один нерв не выдавал ее волнения. Принцесса убрала руки с лица и прикусила нижнюю губу. – Я не знаю, как мне снова тебе довериться, Лекса. Я примирилась со всем, но не знаю, как смириться с этим. – Я понимаю. - Честно признаться, Лекса сама не знала, как получить прощение. – Я знаю, что не заслуживаю твоего доверия после случившегося. Я, возможно, больше никогда не смогу его заслужить, но я ловлю себя на мысли, что продолжаю надеяться, что… – Она замолкает и опускает взгляд куда-то между ними, словно это пространство сжигало ее. – Что мы могли бы собрать из оставшихся осколков что-то такое, что помогло бы тебе почувствовать хоть малую часть того комфорта, который был раньше. И все, что Кларк смогла ответить на это, было: – Я бы сказала тебе, если бы не хотела твоего присутствия. Землянка коротко кивнула. – Мне все еще нужен реванш, Кларк. -- Девушки играли еще около часа, останавливаясь лишь на мгновение, когда пришло время покормить Мидоу. Лекса делала большие успехи в игре, но за плечами у Кларк были годы практики, так что землянка никак не могла одержать злосчастную победу, что, несомненно, раззадоривало ее еще больше. Она определенно была очарована этой игрой. – Когда тебе нужно уходить? – Кларк поняла, что на улице становится все темнее. – Мне нужно быть в Полисе с первыми лучами солнца. – Ответила, все еще сфокусированная на игре, гостья. – Как много времени занимает поездка? – Пара часов верхом. – Лекса, тебе стоит выйти прежде, чем на улице стемнеет. Получив в ответ только рассеянное «угу», Клар рассмеялась. – Тебе все равно не победить. Наконец, Лекса встала, предварительно хлопнув себя по коленям, и этот жест бы таким… простым. Кларк привыкла видеть ее в образе какого-то нечеловечного Командира, который продумывал каждый свой шаг, свой вздох – все. А этот «человеческий» жест удивил блондинку, но та решила не подавать вида. – Когда я могу вернуться? – Поинтересовалась землянка. – В любое время. Это твой бункер, Лекса. Ответом послужил продолжительный зрительный контакт. – Неделя? Улыбнувшись, Кларк кивнула, а после подошла к книжной полке и достала письма, которые она написала матери и друзьям. – Я знаю, что не смогу тебя остановить, но, пожалуйста, не читай их. Взяв импровизированные конверты из рук принцессы, девушка спрятала их во внутренний карман. – Я обещаю, что не буду. – И передай гонцу, чтобы он не принимал ответы. Я не готова вести с ними переписку; я только хочу, чтобы они удостоверились, что со мной все в порядке. – Хорошо. Сама того не ожидая, Кларк резко прижалась к Лексе, утягивая ее в объятия. Последняя, в свою очередь, еще несколько секунд находилась в ступоре, но, придя в себя, она обвила руками спину Кларк, уткнувшись носом в ее плече. Это был первый «человеческий» контакт для светловолосой с тех пор, как она покинула свой лагерь, и она не понимала, как сильно нуждалась вот в таких простых объятиях. Лекса была такой теплой! Кларк обнимала ее все крепче, а та и не возражала. Так они и обнимались, и прошло уже достаточно много времени, но, видимо, землянку это сильно не тревожило, иначе она определенно дала бы знать. Кларк слишком поздно поняла, что это первое за несколько месяцев эмоциональное воздействие заставило ее заплакать. Оторвавшись от землянки, она со злостью смахнула слезы. – Извини. – Она неуверенно просит прощения, все еще вытирая лицо ладонями. – Не стоит. – Лекса же не знает, куда деться. Наконец, она снова притянула блондинку в объятия. Кларк зарылась лицом в шею Командующей, продолжая глотать слезы. Когда девушка успокоилась, она отстранилась от гостьи. – Я могла бы остаться подольше, если ты хочешь. Кларк отрицательно покачала головой. – Нет, не нужно. Все хорошо. Просто слишком долгий день. Слишком долгие месяцы. – Я вернусь через неделю. – Лекса кивнула и уже собиралась уйти, но Кларк остановила ее и оставила на щеке легкий поцелуй. – Будь осторожна.