They take their shots but we're bulletproof

Лекса приходила каждую неделю. Обычно она приезжала утром и уезжала уже к ночи. Все время девушки проводили, играя в шахматы или разговаривая о том, как прошла неделя. Кларк описывала необыкновенных животных, которых она встречала, когда ходила за водой, показывала наброски, которые она срисовывала с этих зверей, а Лекса, в свою очередь, рассказывала о них. Кларк же внимательно выслушивала рассказы гостьи о Полисе: о всяких мероприятиях, еде, музыке и о том, как сильно ей бы хотелось показать Небесной Принцессе столицу. Иногда они сидели на снегу в тишине, пока Кларк, сгорбившись, уткнулась в свой блокнот, а Лекса наслаждалась очередным романом с книжной полки, бросая на девушку взгляды каждые несколько минут, словно боясь, что та в какой-то момент просто исчезнет. Кларк замечала все эти взгляды, но предпочла не говорить ни слова. Лекса старалась как можно чаще пополнять запасы еды девушки, пока сама Кларк убеждала ее, что в этом нет необходимости. Землянка заменила ей ведро, которое уже начало протекать, приносила сухие дрова для костра, а так же где-то находила для нее новые художественные принадлежности. Иногда Лекса оставалась на ночь, но она приносила с собой нечто вроде спального мешка, так что Кларк не приходилось делить с девушкой постель. А однажды Кларк упросила землянку отвести ее на могилу Уэллса, на что гостья не смогла отказать. С трудом отыскав нужную, Кларк опустилась на колени перед безымянной могилой, а Лекса стояла позади, склонив голову – она не верила в похоронные обычаи Небесных Людей. Это было бы смешно – Великий Предводитель Двенадцати Кланов каждую неделю скачет черт знает куда, чтобы позаботиться о какой-то девчонке – если бы Кларк не находила в этом долю романтики. Так и проходили недели, пока в один день Лекса не прибыла на другой лошади. Снег уже начинал потихоньку таять, и кое-где выглядывала трава. Деревья распускали почки, птицы прилетали с юга, кое-какие звери выходили из спячки. На улице было довольно жарко, чтобы разгуливать без верхней одежды. Кларк расцветала в это время. Большинство ее ран уже превратились в шрамы, оставив лишь тень пережитой боли. Лекса слезла с лошади и направилась к ней. – Как же зовут твоего симпатичного спутника? – С долей кокетства спросила Кларк. – Его зовут Касл. Я назвала его так в тот день, когда ты на ходу придумала новое правило во время нашего первого матча. Кларк отвернулась от Командующей, чтобы погладить животное, но на самом деле, просто прятала улыбку. – Иди к черту. Лекса легко улыбнулась, привязывая лошадь к дереву. Весь день девушки провели на улице, наслаждаясь прекрасной погодой. Они вместе забрались на ветки и сидели там, свесив ноги. Кларк рассказывала о том, как сильно боится высоты, а Лекса поведала историю, как однажды, будучи восьмилетней проказницей, она отрезала себе клинком, который, на самом деле, не имела права трогать, клок волос, и как Аня смеялась над ее неудачей и заплетала ее волосы таким образом, чтобы скрыть этот казус от ее родителей. С наступлением темноты, девушки запаслись двумя одеялами и улеглись на траве рядом друг с другом, разглядывая ночное небо. – Расскажи мне о небе. Какого там, наверху? – Вдруг подала голос Лекса. – Там нет ничего очаровательного, – ответила Кларк. – Нам не было дозволено выходить в открытый космос; мы застряли на тикающей бомбе. На Ковчеге все было таким… Маленьким. Комнаты, тюремные камеры, коридоры, соединяющие станции друг с другом. Лекса приподнялась на локте. – Ты могла видеть Землю с неба? Кларк улыбнулась, вспоминая тот прекрасный вид. – Да. Вид Земли из космоса был просто потрясающим. Это единственное, по чему я скучаю. – Земля оправдала твои ожидания? – Не все, – Кларк посмотрела на землянку. – Я могла бы обойтись без огромных горилл. Лекса не смогла сдержать смешок. – Ты доблестно сразила того хищника. Блондинка повернулась лицом к ней. Она пристально разглядывала профиль девушки, каждый изгиб, как поднимается и опускается ее грудь при дыхании. Временами она забывает, что Лекса тоже еще совсем юна. – Расскажи мне о Кастии. Дыхание шатенки сбилось, но девушка не отказала. – Она была лекарем. Как и ты. Однажды она спасла мою жизнь, когда мы были подростками. Аня поставила меня на передовую линию вместе с ней в небольшой потасовке с Ледяной Нацией, и мне в ногу прилетело отравленное копье. Кастия была единственной, кто смог разработать антидот. Я обязана ей своей жизнью. Кларк придвинулась ближе и, взяв землянку за руку, переплела их пальцы. Лекса чуть наклонила голову, рассматривая их руки, но ничего не сказала, на что блондинка лишь сильнее сжала ее ладонь. – Извини. – Тебе не за что извиняться, Кларк. Ты не знала ее. – Она была дорога тебе, – произнесла та почти шепотом. – Это все, что мне нужно знать. Глаза Лексы были затуманены, она стиснула челюсть, а Кларк уже знала, что она хотела спросить. – Расскажи мне про Финна, – Лекса боялась разрушить этот интимный момент таким неприятным для девушки вопросом, но любопытство было сильнее. Кларк отрицательно покачала головой, отпуская руку подруги. – Не думаю, что это хорошая идея. Лекса повернулась, всматриваясь в глаза Небесной. – Ты любила его? – Да. – Даже после того, что он сделал? Кларк не знала, как ответить, поэтому просто кивнула, стараясь не встретиться с землянкой взглядом. – Я не собираюсь судить тебя, Кларк, – сказала Лекса. – Я убивала куда больше людей, чем Финн. – На войне. – Не только на войне. – Ну, тогда, – сама не зная почему, она пыталась оправдать гостью перед ней же самой. – Потому что того требуют ваши законы и традиции. – Я убивала людей, чтобы сохранить свои секреты, – Лекса перевела глаза на ночное небо, не решаясь посмотреть на собеседницу. Это было отвратительной правдой в глазах Кларк, но страха она не испытывала. – Тебе было их жаль? – На войне нет места жалости. – А после войны? – Блондинка настаивала. – А после войны мы оплакиваем погибших и поздравляем выживших. Кларк не знала, что ответить, поэтому она перевернулась на спину и принялась сопоставлять звезды между собой. Она пыталась вспомнить те надоедливые уроки физики, думала, где бы сейчас находился Ковчег, если бы он все еще был в космосе. Она понимала, что сейчас это не важно. Ковчег больше не на небе, а Skaikru она только по имени. – Кларк, – волна смущения пробежалась по телу Принцессы, когда Лекса спросила, – Финн был у тебя первым? – Первым… ? – … Партнером, – договорила Командующая. – Первым мужчиной, с которым ты была связана. – Нет, – Кларк смущенно отвела глаза. – А Кастия была твоей первой? Лекса опустила голову и слабо кивнула. – Кто? До Финна. – Какая-то девчонка с Ковчега. Она не заботилась о последствиях. – Ты скучаешь по ней? – Мы были очень молоды. Я даже толком не помню ее, – Кларк не смогла сдержать смешок. – Ты ревнуешь? Лекса лишь усмехнулась. – Ревность – это лишь результат слабохарактерности. Принцесса перевернулась на живот, оказавшись в миллиметрах от лица Командующей. Она опиралась на локти и думала о вещах, о которых хотела поговорить с ней. О прощении, понимании, об утешении. О том, что приходилось видеть и переживать Лексе, о том, как мужественно она переносила все испытания, которые преподносила ей судьба. О том, что она не хотела оставаться одной. – Это нормально – хотеть вещи, – Кларк уже не была уверена, с кем именно разговаривала: с собой или, все же, с гостьей. – Это нормально – хотеть, чтобы что-то принадлежало только тебе. Глаза Лексы загорелись, когда она посмотрела на блондинку. – Я хочу только тебя. Кларк поцеловала ее. Она медленно провела языком по потрескавшимся губам землянки, проглатывая тяжелый ее стон. Руки Лексы зарылись в белокурые волосы, притягивая их обладательницу ближе, углубляя поцелуй, нерешительный и нежный сначала, но глубокий и страстный через некоторое время. Кларк забралась на нее, перекинув ногу через бедро девушки, а каждое место соприкосновения их тел нещадно жгло. Она запустила руки под майку Командующей, царапая ногтями ее нежную кожу. Кларк слегка отстранилась от ее губ, когда нащупала длинный шрам, тянущийся от ее тазовой кости до ребер. Лекса же пыталась восстановить сбившееся дыхание, ее взгляд был затуманен диким желанием, которое она не особо и пыталась скрыть. Кларк спустилась вниз с поцелуями вдоль шрама, предварительно задрав ее верхнюю одежду. Лекса вздрогнула, покрывшись мурашками, но поняв, что это вряд ли реакция на ее действия, – на улице прохладно, а девушка лежит здесь с полуобнаженным торсом, – она отстранилась и, натянув одежду землянки обратно, потянула ее за собой. – Идем внутрь, – чуть ли не задыхаясь, пролепетала блондинка. Лекса послушно последовала в теплый бункер. Кларк уложила ее на меха, но остановилась лишь на мгновение, чтобы насладиться видом Командующей, которая потеряла над собой контроль, прежде чем снова уселась на ее бедра. Но в тихом бункере, под мерцающий свет костра, у Кларк начали сдавать нервы. Ее движения стали резкими, даже грубыми. Руки блондинки подрагивали, когда она с силой стянула с Лексы ее майку и с горем пополам расстегнула ее темно-синие штаны. Землянка притянула принцессу, увлекая ее в новый, более нежный поцелуй, успокаивая, прижавшись обнаженной грудью к груди блондинки. – Не торопись, – послышался шепот шатенки. – Я никуда не спешу. Редкими поцелуями Кларк спустилась по ее шее и ключицам к ложбинке. Под левой грудью Лексы, блондинка обнаружила ряд небольших татуировок. Она заворожено обвела каждую подушечками пальцев. – Что они значат? – спросила она. Брюнетка опустила глаза, тяжело дыша. – Меч – это Аня, женщина, которая научила меня сражаться. Щит – это Густус, человек, посвятивший свою жизнь моей защите. Цветок лотоса – Кастия. Это был один из ингредиентов антидота, который спас мне жизнь. А еще она любила этот цветок. Кларк дотронулась до следующей татуировки – звезды. – А эта? – Эту я сделала после ухода с Горы Везер, чтобы я никогда не забыла, – произнесла Лекса, существенно снизив голос. – О чем? – блондинка затаила дыхание. Что-то сжалось в груди. – О тебе. О том, какого это – быть близкой тебе. Кажется, Кларк забыла, как дышать. Она снова прильнула поцелуем к грудной клетке землянки. – Я не умерла, – шепнула она, не отрываясь от нежной кожи. Лекса сглотнула ком, вставший в горле. – Это не люди, которых я потеряла, Кларк. – Это люди, которых ты любишь… – Не стоило ничего объяснять, Клар все поняла. Лекса закрыла глаза и кивнула, а та припала губами к бледно-розовому соску землянки и обвела языком его ореол. Командующая не смогла сдержать первого стона, выгнувшись навстречу. Ловкие руки блондинки, добравшись до ремня на штанах Лексы, смогли расстегнуть его. Она медленно сняла с нее джинсы вместе с обувью, а затем стянула белье, оставив девушку под собой полностью обнаженной. Лекса попыталась сесть, но Кларк не позволила ей этого, толкнув обратно, и оставила жесткий поцелуй на ее губах. – На тебе слишком много одежды, – Лекса с трудом оторвалась от сладких губ и слабо потянула футболку Кларк. – Не заметила, чтобы ты пыталась это исправить, – она безо всякого смущения скользила ладонями вниз по телу шатенки. Глаза Лексы загорелись азартом. Она резко стащила с Небесной ее куртку, отбросив его куда-то в сторону, а затем одним ловким движением сняла серую футболку, которая так же отправилась в неосвещенный угол бункера. Кларк завела свои руки за спину и расстегнула бюстгальтер, позволив ему сползти вниз по рукам. Лекса снова попыталась принять сидячее положение и, не почувствовав преграды, опустила голову, одарив грудь блондинки должным вниманием, пока ее руки спускались вниз, расстегивая джинсы блондинки. Кларк приподнимает лицо Командующей за подбородок и впивается в пухлые губы, упиваясь этой сладостью. Движения Лексы становятся резкими, адреналин ударил в мозг, как дикий зверь, она запустила руку в расстегнутые штаны Кларк. Та, в свою очередь, испустила первый стон в приоткрытый рот землянки, пальцы которой уже плотно прижимались к чувствительной точке. Кларк слишком изголодалась по ласкам, поэтому ей хватило всего несколько минут хаотичных движений Лексы, как ее тело сотряслось в разъяренном оргазме. Она впилась ногтями в ее спину, в плечи, кусая ее шею. Однако Лекса не остановилась и даже не замедлила своих движений, она что-то шептала ей на ухо на родном языке. Естественно, Кларк не поняла ни единого слова, но ее ласковый тон плевал на языковой барьер. Ее накрыл второй, гораздо пуще первого, оргазм, надрывая горло девушки именем землянки. Шатенка припала губами к основанию шеи Принцессы, кусала, целовала и зализывала нежную кожу, заставляя девушку томно вздыхать. Та быстро вытащила руку землянки из своих штанов, прочь от слишком чувствительного места. Блондинка принялась покрывать поцелуями лицо Лексы: ее щеки, кончик носа, каждый миллиметр, и остановилась только на ее приоткрытых от возбуждения губах. Этот поцелуй был медленным, нежным, с секундными перерывами, чтобы глотнуть немного воздуха и снова припасть к шершавой коже. Не отрываясь от нее, Кларк спустилась рукой вниз по груди землянки, по талии, царапая горячее тело, и остановилась между ее ног. – Командир, – пробормотала она на выдохе, отчего Лекса вздрогнула, испуская очередной стон, но Кларк резко отстранилась. – Не удивлена, что тебе это нравится. – Кларк, – умоляющим тоном выдала землянка. Блондинка приподнялась, снимая свои штаны, а после снова запечатала рот Лексы поцелуем, языком спускаясь вниз, по ее телу, доводя ее до сумасшествия. Лекса задыхалась от возбуждения, когда Кларк добралась до лобка, чуть прикусив нежную кожу, а затем грубо раздвинула ее ноги. Она слишком остро реагировала на прикосновения блондинки, каждый участок тела, до которого дотрагивалась эта неугомонная блондиночка, горел так, словно был заклеймован раскаленным железом. Но ничего не заставляло Лексу сходить с ума, прогибаться в спине и кричать, кричать, кричать, надрывая связки, как губы Принцессы, ласкающие ее. Лекса кончила на язык Кларк три раза.