Особый Фактор

Джон думал, что после такого напряженного дня он уснет быстро, но часто выходит совсем не так, как мы думали. После слов Билли, он долго лежал, ни о чем ни думая. А затем просто стал вспоминать прошедший день. Воспоминания нахлынули на него обжигающим потоком, и на миг в комнате стало чуточку душно. Он вспомнил эту мерзкую квартиру и два искаженных трупа. Вспомнил ту маленькую комнатку с ободранным матрасом в углу. Вспомнил Его. Джон с грустной улыбкой взглянул на Билли, открывшего во сне ротик. Доктор убрал с глаз светлые кудряшки и провел пальцем по розовой щеке, на которой уже не было признаков слез. И что теперь ему делать? Все произошло так стремительно. Это решение и это временное жилище. Временное. Да, так. И об этом еще нужно подумать. Подготовить малыша к его будущей жизни. Сколько? Неделю, две, месяц? В таком возрасте дети слишком быстро привязываются, а так не пойдет. При их с Шерлоком образе жизни... Шерлок. И что же он обо всем этом думает? Как долго выдержит эту компанию? Кто знает, что творится в этой гениальной голове... От этих мыслей у Джона заболела голова. Он закрыл глаза и попытался ни о чем не думать. Не выходило. Доктор понимал, что может быстро привыкнуть к мальчику, и это пугало. Он не сможет его воспитывать в одиночку. Нет, нужно в самом ближайшем времени расставить все точки над i. Придет Лестрейд, будет рассказывать про дело, а заодно и спросит про Билли. Обязательно спросит, Джону придется что-то отвечать. А вот что он ответит – это уже другой вопрос. Возможно, завтра к нему в голову придет гениальное решение этого вопроса, но не сейчас. В данный момент нужно выспаться и вовремя прийти на работу, чтобы не получить дополнительное дежурство. Джон зевнул и перевернул подушку, ложась на ее прохладную сторону. Возможно, это подействовало, потому что через какое-то время в комнате было слышно размеренное дыхание двух спящих людей – почти в унисон.

***

Шерлок ходил по гостиной, пытаясь найти удобное положение, чтобы подумать. Он даже порывался взять скрипку, но как только он поднес смычок к струнам, тут же вспомнил, что в доме теперь живет ребенок, который уже спит. Это было необычно, странно, интересно… Шерлок наконец остановился и сел на ковер перед камином, затем лег и сложил на животе руки, сцепив пальцы в замок. Почти идеально. Теперь можно подумать. Джон. Возможно, Шерлок даже слишком часто думал о своем друге. Но в этом не было ничего удивительного, ведь он удивлял его, завораживал, притягивал. Он был таким заботливым, даже когда Шерлоку не было до этой заботы совершенно никакого дела. Детектив порой удивлялся. Как такой человек, как Джон Ватсон, может жить с ним. Хотя Шерлок разгадал это еще в их первую встречу. Адреналин. Джон его ищет, пытается снова вернуть себя на войну. И Шерлок всячески пытается дать ему это. Втягивает в расследования, погони с неизменно счастливыми финалами. После окончания дела они всегда сидели здесь, в гостиной, пили чай, а иногда даже виски, смотрели на потухающий огонь в камине и разговаривали. И в этих разговорах, бывало, даже не было смысла – простая разгрузка для мозга, очищение. Однажды Шерлок поймал себя на мысли, что они обсуждают разнообразность вязки на свитерах Джона. Они могли просидеть так всю ночь, а уже под утро, пожелав друг другу добрых снов, разойтись по своим спальням. Шерлоку даже иногда было мало. Он не хотел, чтобы Джон куда-то уходил. Желал, чтобы он шел вместе с ним в комнату и ложился рядом в кровать, ничего не говоря, просто наслаждаясь его обществом. И понятное дело, что Шерлоку совершенно не нравилось, когда Джон не ночевал даже в своей кровати. Эти вечные свидания – больная тема детектива. После них от Джона всегда пахло чужими приторно-сладкими духами. Хотелось загнать доктора в ванную и отскребать этот запах всем, чем можно, пока Джон снова не запахнет Джоном. И, конечно же, Шерлок обрадовался, когда доктор перестал ходить на свидания. И самое главное, в этом не было вины детектива. Он не путал имена джоновых подружек, не рассказывал их секреты, не срывал Джону встречи, нет. Доктор просто перестал на них ходить. В благодарность за это, Шерлок вынул из холодильника свежую голову и отнес ее обратно к Молли в морг. Вскоре место головы заняла кастрюля с супом, который быстро скис, так как Шерлок, по-обычному ища в холодильнике молоко, забывал закрывать за собой дверцу. Джон тогда расстроился и вылил суп в унитаз. А Шерлок, почувствовав свою вину, отнес Молли и пальцы. Словом, жизнь на Бейкер Стрит налаживалась, и появление ребенка в доме нисколько не беспокоило Шерлока. Он стал для него тем фактором, без которого можно спокойно существовать, не обращая на него внимания. Но как же он ошибался…

***

Джон открыл глаза и почувствовал, что на его живот что-то давит. Чуть приподняв голову, он увидел, что Билли свернулся около него клубочком и положил свою головку на живот доктора. Странное ощущение тепла и тяжести. Джон повернул голову и посмотрел на часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Через восемь минут прозвенит будильник, а Джону очень не хотелось, чтобы его писк разбудил сладко спавшего Билли. Ватсон аккуратно опустил головку малыша на матрац и мысленно выругал себя. Ручки мальчика были холодными, а сам он задрожал, как только Джон выскользнул из кровати. Джон тут же накрыл его теплым одеялом и аккуратно подоткнул его. «Нужно тщательнее следить за тем, чтобы он не раскрывался во сне. Сейчас не лето, может легко заболеть», - подумал доктор и подошел к окну, проверяя погоду. К его разочарованию, на улице моросил дождь, а небо затянуло тучами, не давая солнцу вылезти наружу. Джон наглухо задернул шторы, не позволяя свету пробиться в комнату и разбудить мирно спавшего малыша. Доктор вытащил из шкафа чистую одежду, накинул халат и подошел к Билли. Мальчик вытянул ноги и больше не дрожал, согретый одеялом. Джон погладил малыша по светлой макушке, еще раз поправил одеяло – чтоб наверняка – и тихо произнес: - Я скоро вернусь, - он развернулся, выключил так и не прозвеневший будильник и вышел из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Спустившись в гостиную, Джон первым делом пошел в ванную. Совершив привычный утренний ритуал, он, наматывая на бедра полотенце, вошел в кухню и поставил чайник. Есть почему-то не хотелось. Наверное, из-за вчерашнего плотного ужина. Так что доктор решил просто выпить чаю. В комнате Шерлока послышалось слабое шевеление. Да ну, не может быть, детектив никогда еще не вставал раньше одиннадцати. С чего бы ему вдруг подниматься в такую рань? Джон неожиданно понял, что не одет и, придерживая спадавшее полотенце, поспешил в гостиную переодеваться. Джон даже не успел дойти до дивана, как дверь в комнату детектива распахнулась, и на кухню влетел Шерлок, попутно надевающий на себя пиджак. Джон плотнее завязал халат и тихо кашлянул, оповещая Шерлока о своем присутствии. - О, Джон, доброе утро, - Шерлок открыл верхний шкафчик и начал в нем что-то искать. - Доброе. Ты куда-то собрался? Ты рано встал, - Джон подошел к плите и выключил закипевший чайник. - Я и не ложился. Решил съездить к Лестрейду, - Шерлок извлек из дебрей шкафчика контейнер для еды и, удовлетворенно хмыкнув, открыл его. - А это тебе зачем? – Джон кивнул в сторону неожиданно понадобившейся детективу вещи, наливая в кружку кипяток. – Если ты собрался разводить в нем плесень, то учти – отмывать будешь сам. - Нет, Джон. Я собираюсь подкупить Лестрейда кексом миссис Хадсон, чтобы он показал мне материалы одного дела, - Шерлок открыл холодильник, вытащил кекс и положил его в контейнер, плотно закрыв крышкой. – Ты же знаешь, он их обожает. Хотя ему тоже не помешало бы сесть на диету вместе с Майкрофтом. - Шантажист, - Джон улыбнулся и тоже взял себе кекс, садясь за стол. - Просто ищу простые решения задачи, - он подмигнул доктору и стал надевать пальто, которое заботливо высушила миссис Хадсон. Глядя на него, никто бы и не подумал, как сильно оно вчера пострадало. – Пока, Джон. - Удачи, Шерлок, - Джон отсалютовал ему кексом и отпил из кружки. Шерлок быстро спустился по лестнице, и доктор услышал, как хлопнула дверь. Быстро позавтракав и одевшись, он спустился вниз к миссис Хадсон. Она всегда вставала рано и по доброте душевной иногда готовила Джону завтрак, а Шерлоку кофе. Вот и сейчас, она хлопотала на своей маленькой кухоньке, из которой доносился аромат овсяной каши. - Доброе утро, миссис Хадсон, - Джон облокотился о дверной косяк, поправляя ворот рубашки под свитером. - Доброе, дорогой, - домовладелица оторвалась от помешивания каши в кастрюльке, поворачиваясь к доктору. – А я вот Билли кашку варю. А то у вас кроме хлеба и двух яиц ничего нет, - она укоризненно покачала головой, и Джон решил, что нужно будет после работы зайти в магазин. – С вами в доме живет теперь маленький ребенок, которому нужно полноценное здоровое питание. - Я понимаю, постараюсь за этим следить, - Джон взглянул на наручные часы и вздохнул. - Мне пора. Я надеюсь, вы хорошо проведете время с Билли. - О, Джон, я думаю, мы с ним поладим, - домовладелица засмеялась и вернулась к помешиванию каши. Доктор надел куртку и вышел на крыльцо дома, натягивая перчатки и вдыхая морозный воздух с примесью аромата свежей выпечки из соседнего кафе. Джон отправился на работу, даже не подозревая, что через два с половиной часа в его комнате раздастся детский плач из-за того, что мальчик проснулся один.