Особый Фактор

Шерлок был взвинчен. Шерлок был зол. Он метался по кабинету Лестрейда из угла в угол и явно был на пределе. - Сколько их было всего? – повторил детектив уже, казалось, раз в сотый. Но ответ на этот вопрос так и не укладывался в него в голове. - Двенадцать, Шерлок, - инспектор, облокотив голову о на подставленную ладонь, неустанно повторял одно и то же. Детектив уже и так знал то, чего знать было не положено. Вчерашнее дело о наркоторговцах оказалось несложным и, если можно так выразиться, обыденным. Настоящие имена – Оливия Харндан и Роберт Рейдж. На протяжении шести лет занимались перевозкой наркотиков из Ирана в Англию. Постоянно меняли места жительства, оба не имели частной собственности. Но, видимо, бизнес шел хорошо, потому что на одном из многочисленных счетов обнаружилась внушительная сумма со сливающимися воедино нулями. Полиция сейчас отслеживала все номера телефонов, почтовые адреса и банковские карточки, пытаясь вычислить сообщников. Ах, да. В последние пару лет пара начала усыновлять детей и продавать их. На сегодняшний день они уже успели усыновить и продать двенадцать детей. И вот тут-то Шерлока и заклинило. - Что я могу сделать, Шерлок? И такие люди есть на свете. - Вы нашли приют? – Шерлок подошел к окну и облокотился о подоконник, наблюдая за бегающими внизу людьми. Скорее от нервов, чем от скуки. - Да, - вчера вечером Лестрейд лично ездил в приют на проверку. Сообщника, директора приюта, удалось вычислить сразу. Сейчас его проверяли, но черные бумаги, найденные у того в сейфе и беспричинные пополнения счета в банке не дадут ему выйти из тюрьмы никогда. – Он сядет, Шерлок. Честно сказать, такой антисанитарии я не видел еще никогда. Всех детей перенаправили по разным приютам, а с персоналом еще работают наши люди. Слушай, да чего ты так завелся? Сколько раз ты видел дела и похуже? Расчленёнка и закопанные по всему Лондону части тел, изуродованные разными химикатами трупы. Не помню, чтобы ты, найдя преступника, реагировал так. Знаешь, я думаю, что если бы эти дилеры сейчас были живы, то продержались бы они в таком состоянии недолго, потому что ты… - Да при чем здесь наркодилеры!? – Шерлок развернулся лицом к Лестрейду и в два шага подлетел к его столу. На инспектора смотрели два сузившихся, стального цвета, глаза. Грег вжался в кресло, не понимая реакции детектива. Шерлок продолжал испепелять инспектора взглядом. – Они продавали детей! ДЕТЕЙ! На органы, опыты, в рабство. Даже не задумываясь над тем, что делают. Ими правила жажда денег. Такая сильная, что они были готовы продать ребенка! – Он выпрямился и направился к выходу, но возле двери остановился и добавил. - Таких в зародышах душить нужно, - и вышел из кабинета, оставив Грега наедине и давая ему, наконец, возможность выдохнуть.

***

Джон уже успел прийти на работу, выслушать выговор от Сары и принять четырех пациентов, как вдруг его телефон зазвонил. - Да, Грег? - Привет, Джон. Шерлок только что был у меня. - Да, я знаю, он говорил утром, что пойдет к тебе. А что случилось? У тебя голос какой-то загробный. - Джон, я никогда не видел его таким разъярённым. Это было пугающе. Он мне чуть пол офиса не разнес. - Да что случилось то? - Он взбесился из-за детей. - Каких детей? Лестрейд пересказал уже вызубренные сведения. Джон молчал. - Эй, док, ты меня слышишь? Я прошу тебя, поговори с ним. - Да, хорошо, Грег, мне пора. Джон отключился. Реакция Шерлока была вполне оправдана, но он не думал, что детектив способен на подобные проявления чувств. Да и вообще, Джон не помнил, чтобы Шерлок проявлял агрессию или другую похожую эмоцию. Зверское убийство – ноль эмоций. Отравление женщины необычным ядом, под действием которого легкие буквально горят, и все это длилось в течение нескольких часов – и в этом случае ни один мускул на лице детектива не дрогнул, в то время как Джон не находил себе места, а затем пол ночи не мог уснуть. Но тут совсем другое. Шерлок не только позволил хоть чему-то отобразиться на своем лице, но еще и сорвался в кабинете Лестрейда. И в этот самый момент Джон вдруг понял, что дети – единственное, к чему Шерлок не равнодушен. И он может быть невозможно грубым, доводить кого ни попадя до слез, если это взрослый и готовый постоять за себя человек. Но если это ребенок… Джон вдруг вспомнил лицо своего друга, когда тот понял, чем действительно занималась та пара помимо наркотиков. Губы исказились и дрогнули, ноздри шумно втянули воздух, а взгляд тут же метнулся к трупам. Кулаки были сжаты так, что стали видны все проступающие дорожки вен. Такой Шерлок мог запросто убить. Убить любого, кто посмеет обидеть беззащитное дитя. Джон выдохнул и улыбнулся, вспомнив, как Шерлок уступил свое место Билли, в то время как испуганный мальчик уже пытался слезть с высокого стула. Он не стал бы придерживаться уже установленных в доме порядков, если этот дом стал пристанищем маленького одинокого ребенка. О, Джону еще предстоит узнать, как будет вести себя Шерлок рядом с ребенком. Конечно, он не превратится в нянечку и не напялит на себя фартук, но какой будет его реакция, когда он в полной мере осознает, что в их доме живет ребенок? Джон взглянул на настенные часы. Почти пол-одиннадцатого. Интересно, как там Билли? Джон, надеясь, что его пробуждение прошло хорошо, с чистой совестью распахнул дверь перед очередным пациентом.

***

Громкий крик пронесся по спальне, облетел всю гостиную и, спустившись вниз по лестнице, оповестил миссис Хадсон о пробуждении мальчика. Она, мгновенно оторвавшись от разгадывания кроссворда и попутно снимая очки, быстро преодолела два лестничных пролета и отказалась в спальне своего квартиранта. Посередине большой двуспальной кровати, завернувшись в белое одеяло, сидел Билли и, плача, оглядывался по сторонам. - Где Джон? Джон! Джон, - звал доктора мальчик, почти не обращая внимания на встревоженную домовладелицу. Она подошла к краю кровати и села на нее, чуть притягивая к себе одеяло. Билли, поначалу не хотевший покидать пахнущую Джоном кровать, медленно сполз с нее и посмотрел в глаза миссис Хадсон. - Он на работе, дорогой, не переживай, - домовладелица достала чистый платок и вытерла подсыхающие дорожки слез. Но Билли просто так не сдался. - Я знаю, он теперь бросил меня и не вернется, - мальчик всхлипнул, но стоически закончил, - они все так делают. - Поверь, Билли, он не такой. Он очень хороший человек и обязательно к тебе вернется, - кажется, ее слова произвели какое-то впечатление, потому что мальчик, шмыгнув носом, стал внимательно ее слушать. – Давай мы с тобой пойдем умоемся и позавтракаем, а потом я еще расскажу тебе про Джона. Вот так, найдя нужный рычаг, опытная домовладелица спасла всю улицу от горестных восклицаний о пропавшем докторе. Они спустились вниз и, быстро умывшись, вошли в залитую утренним светом гостиную. - Ох, Шерлок, ты уже вернулся, - миссис Хадсон добродушно улыбнулась стоящему около дивана детектива, который, по-видимому, опять впал в свой «транс». - Здравствуй, Шерлок, - детектив распахнул глаза и уставился на ребенка. Тот, казалось, хотел к нему подойти поближе, но что-то его останавливало. Он продолжал теребить подол платья миссис Хадсон. - Здравствуй, - Шерлок задумчиво глядел на него, наклонив голову набок. Продолжая пристально вглядываться в голубые глаза, он спросил у домовладелицы, - Я слышал крик. Что случилось? - Наш малыш проснулся, когда Джон уже ушел на работу, но я уже его успокоила, сказав, что наш доктор скоро вернется, - она подошла ближе к дивану и поняла, почему Шерлок на него не сел. Он был полностью завален пакетами с одеждой, что вчера привез Майкрофт. - Джон придет? – Билли внезапно оказался совсем рядом с Шерлоком и схватился за его штанину, портя идеально выглаженную стрелку. Его головка была запрокинута, а голубые глаза светло смотрели в туманные глаза Шерлока, практически не моргая. - Конечно, придет, не волнуйся, - детектив перевел взгляд на домовладелицу, которая, не обращая на них никакого внимания, оценивала привезенную старшим Холмсом одежду. - Билли, подойди ко мне, тебе нужно переодеться, - она отложила на спинку джонового кресла синюю водолазку и черные штанишки на резинке. Заглянув в следующий пакет, она обнаружила детское белье и носки. Малыш отцепился от брючины Шерлока и подошел к миссис Хадсон, заинтересованно разглядывая предложенные ему на выбор несколько пар разноцветных носков. Недолго думая, он схватил фиолетовые, на которых была изображена рогатая морда оленя. - Шерлок, ты что, уже уходишь? – домовладелица вынырнула из очередного пакета и заметила медленно удаляющуюся от дивана фигуру своего квартиранта. - Да, я, пожалуй, схожу к Молли в морг, - натягивая пальто и заматывая вокруг шеи шарф, детектив вышел, по-английски не прощаясь. - Ну вот, опять ускакал, - вздохнула женщина. – Не волнуйся, он тоже скоро вернется. Через пару минут, одев Билли в окрещенную теперь «домашней» одежду, они спустились вниз. Проводив мальчика в свою маленькую кухоньку и усадив за стол, она поставила перед его носом тарелку с дымящейся овсяной кашей. Через минуту тарелка оказалась пуста, а все еще голодный ребенок потребовал добавки. Порадовавшись про себя, что ее стряпня понравилась мальчику, миссис Хадсон села напротив него и стала смотреть, как он с довольным хлюпаньем опустошает вторую тарелку. В самом начале все шло довольно хорошо. После завтрака они еще раз умылись и вернулись обратно на кухню. Миссис Хадсон занялась готовкой, усадив Билли за стол и дав ему грызть морковку. Когда же морковка была съедена, мальчик нетерпеливо задрыгал ножками, ожидая продолжения веселья. Он облазил всю кухню, нашел под буфетом старую, давно потерянную бигуди и, как сказала домовладелица, «протер полы своим животом». Порадовавшись своей находке, Билли стал закручивать свои кудри на бигуди, что получалось весьма неплохо. Понятное дело, что долго она не держалась, потому что малыш бегал по всей кухне, вертя головой и пытаясь ее сбить. Миссис Хадсон только охала, когда снова чуть не сталкивалась с этим маленьким ураганом. Но позже игрушка надоела, и Билли, отложив бигуди до следующего раза покоиться в ящике с ложками, снова забрался на табурет. - Когда придет Джон? – задал он вопрос, который в последующие пятнадцать минут он звучал ежесекундно в разных вариациях. Наконец, миссис Хадсон, забросив в суп лаврушку и накрыв кастрюлю крышкой, опустилась на противоположный от Билли табурет. - Он вернется вечером, дорогой, - она убрала перышко с кудрявых светлых волос и пригладила выбившуюся завитушку на голове мальчика. - Когда? – не унимался тот, вырисовывая пальчиком цветок на аляпистой клеенке стола. - Хочешь, мы позвоним ему и спросим? – женщина встала и подошла к телефону. Билли подошел к ней и стал терпеливо ждать, пока ему дадут трубку. Повисло минутное молчание. Было слышно, как протяжно идут гудки, но никто не отвечал. – Позвоним позже, у него, должно быть, обед, и он оставил телефон в кабинете. Ох, - миссис Хадсон вовремя бросилась к плите и выключила почти убежавшее молоко, которое кипятила. – Хочешь пока молока с печеньками? Домовладелица предложила бы ребенку супа, но он поздно встал и вдоволь наелся каши. - Джон уже пообедал? – спросил Билли, вытирая молочные усы и откладывая в сторону недоеденное печенье. Он поблагодарил за молоко, сполз с табурета и подошел к телефону, теребя черный пружинный провод. Новая попытка дозвониться до доктора не увенчалась успехом. Малыш начал беспокоиться. - А вдруг его украли? Поехали искать! – он пододвинул табурет к кухонному окну и, протерев стекло от пара своей маленькой ладошкой, начал всматриваться в улицу, словно кого-то ища. - Не беспокойся. Он, наверное, не слышит. Он ведь доктор, ему нужно лечить больных, а не отвлекаться на звонки, - женщина начала успокаивать Билли, но тут раздался телефонный звонок. Мальчик тут же спрыгнул с табуретки и подбежал к нему, не решаясь, однако, поднять трубку. - Алло, - миссис Хадсон ответила, переглянувшись с Билли. - Миссис Хадсон, Вы звонили? Что-то случилось? - О, нет, ничего, просто Билли хотелось услышать ваш голос и спросить, когда Вы вернетесь домой. - Хорошо, передайте ему трубку, пожалуйста. Домовладелица протянула мальчику трубку и опустилось рядом на стул. - Джон! – радостный возглас заставил доктора улыбнуться. - Привет, малыш, - Джон чуть рассмеялся, от чего Билли восторженно подпрыгнул. - Джон! - Как ты там? Все хорошо? Не скучаешь? - Когда ты вернешься? - Я точно не знаю, но постараюсь освободиться пораньше, хорошо? - Хорошо. Я буду ждать, Джон, - Билли протянул трубку миссис Хадсон. - Он так хотел услышать вас сегодня. Аж весь извелся, - даже не видя ее, Джон мог представить, как она улыбается. - Телефон был на беззвучном. Не сразу услышал. - Ну, я так ему и сказала. Я хочу уложить его поспать, чтобы он быстрее дождался вашего прихода, - говоря это, она многозначительно смотрела на Билли, который стоял рядом и рассматривал узоры на ее фартуке. - Хорошо, это будет эмм… правильно, да. Спасибо, миссис Хадсон. Повесив трубку, она обратилась с мальчику. - Давай пойдем поспим. А когда проснешься, уже и Джон вернется, - она протянула ему руку и повела в комнату доктора. Переодев его в пижаму, она уютно устроила малыша на кровати, хорошенько взбив подушку. - Спи, дорогой, - она вышла и бесшумно закрыла за собой дверь. Мальчик чуть поерзал, но быстро заснул, расслабленный тем, что был уверен в возвращении Джона.