Только бы вместе...

Поджав губы, Нигяр несколько затравлено смотрела на разгневанного сокольничего, стараясь держаться прямо. - Видно, слов вы не понимаете, - спокойно и как-то даже насмешливо заметил тот, рассматривая скрипку в своих руках. - Эфенди, мы просто… - попыталась оправдаться калфа. - Ты знаешь, что за это предусматривают наши законы? – Грубо перебил её Ибрагим, - Казнь, хатун. Причём для обоих. На этих словах Нигяр судорожно вздохнула, с ужасом представив подобный исход. - В тот раз вам повезло, - продолжал паргалы, - Хотябы после этого вы оба должны были бы понять, что законам и устоям надо следовать, иначе для вас же хуже – наше терпение не безгранично. Нигяр хотела пролепетать что-то об их невиновности, но после этих его слов внутри внезапно проснулась некоторая язвительность. - А тебе-то, собственно, какое дело? - Насмешливые слова сорвались с языка раньше, чем она успела себя остановить, - Почему это тебя так заботит, Ибрагим Ага? Забывшись, калфа назвала его «ты», что из уст нижестоящих всегда задевало паргалы. - Я забочусь о порядке в окружении своего господина, - уверенно и твёрдо ответил он, соизволив, наконец, посмотреть на собеседницу. Нигяр, возможно, и согласилась бы с этим, если бы не одно «но». Ей некстати вспомнились томные взгляды между сокольничим и Шах Султан, случайно замеченные ею. Они определённо говорили о чём-то большем, чем позволяют приличия между этими двоими. - Да неужто ты такой правильный? – Губы сами собой расползлись в ехидной усмешке. - Речь не обо мне, - Вновь оборвал её паргалы, - Какое наказание ты предпочитаешь, хатун: фалока, темница, изгнание? Не вечно тебе его избегать. - Ты же сказал, что предусмотрена казнь? - Ну, если тебе хочется… - фыркнул паргалы. Нигяр слегка сжала руки, пытаясь сдержать эмоции. Этот нахальный мнительный раб умел быстро выводить из себя кого угодно. - Может, ты и прав, порядок должен соблюдаться, - кивнула Нигяр своим мыслям, - Вот только не тебе уж точно судить меня. - Почему бы это? – Излюбленная усмешка не сходила с его губ, - Если ты ещё не поняла, хатун, я на шаг выше всех вас, а то и больше. Уже довольно давно подобными делами заведую именно я. - Значит, несправедливость в этом дворце процветает уже давно, - с сарказмом подвела итог калфа. - Ты забываешься, - тихо прорычал он, чуть подойдя к ней и с насмешкой наблюдая её испуг. - Ничуть, - калфа постаралась как можно уверенней улыбнуться, - Как, кроме, разве что, несправедливостью, можно назвать то, что за устоями гарема и соблюдением всевозможных правил заведует человек, который сам не без подобного греха? - Что, прости? – Ибрагим несколько удивлённо изогнул бровь, внимательно наблюдая за «жертвой», - Мне показалось, или ты в чём-то меня обвиняешь? Поостереглась бы ты бросаться такими словами. Иначе всё будет исполнено как раз по закону за такой проступок. Он был уже слишком близко. Отступив ещё на шаг, Нигяр почувствовала себя уверенней. Раздражение пересилило страх перед возможными последствиями. - Тогда тебе придётся отвечать вместе со мной, - она вновь гордо вскинула головку, - Потому что и ты был крайне неосторожен, ага. Конечно, тайные встречи с Шах Султан гораздо больший проступок, чем совершила я. Ибрагим мгновенно изменился в лице. Вместо пренебрежительной насмешки его черты исказила незамутнённая ярость. - Да как ты смеешь?! – Калфа почувствовала стальную руку, до нехватки воздуха больно сжимающую её шею, - кто ты такая, чтобы так говорить?! - Ага… - Голос сорвался на хрип, было очень больно. - Молчи, - чуть ослабив хватку, яростно прошипел он, приблизив её лицо к своему, - Ты, хатун, не более чем грязь у меня под ногами, мне ничего не стоит сейчас же свернуть тебе шею. Ещё раз услышу подобное – не остановлюсь. Ты поняла?! Говоря это, он так резко и грубо оттолкнул её, что девушка упала на землю, едва ли не на колени. - Да, - едва перевела дыхание девушка. - Иди, - отворачиваясь, бросил он, - я подумаю, какое наказание тебя ждёт. Посмеешь ещё хоть раз сказать что-то неподобающее в мою сторону или в сторону семьи нашего султана – казнь тебе обеспечена. Поднявшись, Нигяр медленно пошла во дворец, уже не сдерживая слёзы, обильно хлынувшие из глаз. Её изнутри раздирали гнев и обида. Именно поэтому она на секунду остановилась и обернулась. Ибрагим задумчиво смотрел вдаль. «А он красивый - Пронеслась в голове пугающе шальная мысль, но девушка тут же себя одёрнула, - Вот только жестокий гад, каких мало». - А знаешь, паргалы Ибрагим, - глубоко вздохнув, громко начала она, - на правду не обижаются. Я сказала правду и о вас с Шах Султан, и тогда, о том, что ты такой же раб, как и я. Так будет всегда, и ты это знаешь. Нигяр понимала, что эти слова обернутся против неё, что Ибрагим и впрямь может выполнить свои угрозы – он не похож на человека, который бросает слова на ветер. Но в ней была задета гордость. Та самая, о наличии которой в рабынях паргалы Ибрагим раньше даже не подозревал. Услышав сзади сдавленное рычание и очень ёмкое не совсем приличное выражение, Нигяр поспешила спрятаться за высокие стены гарема.