Инородный элемент: Без права на ошибку

Робость, вызванная невольным открытием, исчезает так же внезапно, как и появилась. Расфуфыренный мужик, несомненно, имеет отношение к ПОРОКу. Так с какой стати мне беспокоиться из-за его косых взглядов? Я эту организацию, мягко говоря, тоже недолюбливаю. Значит, ее сотрудники имеют полное право меня ненавидеть. На здоровье! В это время в столовую входит Томас. И тут же делает попытку добраться до незваного гостя. Но где-то на подходах к столу как будто врезается в невидимую стену. Судя по всему, его никто не предупредил, что мужик неприкосновенен. Хотя, в принципе, несложно догадаться - ни один сотрудник ПОРОКа не сунулся бы к нам без защиты. Незваный гость снова отрывается от своей книги и смотрит на Томаса, как на насекомое, прилипшее к ветровому стеклу автомобиля. Нарочито устало произносит: - Сколько можно повторять? У нас еще сорок семь минут, прежде чем я инициирую вторую фазу испытаний. Прошу проявить терпение и оставить меня в покое. Вам дано время, чтобы подкрепиться. Настоятельно рекомендую воспользоваться им по назначению, юноша. Теперь, если не возражаете… Томас зависает, не зная, как на это реагировать, а мужик в костюме снова утыкается в книгу. Я же слышу только одно: "вторая фаза испытаний", и чувствую, как в желудке сворачивается тугой комок страха. Но практически сразу же его вытесняет злость. Печатая шаг, направляюсь на кухню, выбираю в посудном шкафу здоровенную кастрюлю и, поднеся ее к самому невидимому барьеру, с силой швыряю об пол. Поднявшийся грохот заставляет оглянуться всех, кто находится в помещении. Мужик в костюме отрывается от книги и в упор смотрит на меня. Глаза его опасно полыхают, но с губ не срывается ни звука. - Ох, я такая неаккуратная, - вздыхаю я, наклоняюсь за кастрюлей, поднимаю ее и снова фигачу по полу. - Ну вот, опять... Мужик по-прежнему пялится на меня - видимо, грохот действительно его раздражает. Поэтому, уронив кастрюлю в третий раз, я заявляю, ни к кому конкретно не обращаясь: - Всю жизнь мечтала научиться жонглировать сковородками... Вы же не против? Я так понимаю, у нас творческий вечер? Незваный гость устало спускает ноги со стола, опять закладывает книгу пальцем и вкрадчиво произносит: - Мисс Армстоун, я ценю ваши многочисленные таланты. Но если не успею дочитать главу, боюсь, не останется времени дать вам инструкции перед второй фазой. В результате кто-то из ваших друзей преждевременно отправится в мир иной. Я понятно излагаю? - Более чем, - отвечаю я, прикладывая все усилия к тому, чтобы убрать из голоса дрожь. - Наслаждайтесь чтением, не смею вам мешать. Весьма интересный детектив. До самого конца не понятно, что убийца - брат главного героя. А тот момент, когда они сражаются и вдвоем падают со скалы... Такая неожиданная развязка! А потом резко поворачиваюсь на каблуках и, подхватив со стола пачку зерновых хлебцов, в полной тишине направляюсь к выходу из столовой. А что? Не фиг читать старье - я эту книгу еще в пятнадцать лет пролистала. Возле порога попадаюсь Минхо. Он смотрит на меня с неясным выражением и отрывисто интересуется: - Что это было за представление? - Не знаю... выбесил просто. - Детский сад, - комментирует от. - Тебе не надоело навлекать неприятности на свою неугомонную задницу? - Неприятности в любом случае будут. Но я просто не могу стоять здесь и любоваться его противной рожей! Минхо фыркает. - Думаешь, мне не хочется свернуть ему шею? Это не повод подставляться. Тем более, тебе. С этой минуты сидишь, закрыв рот, рядом со мной. И только попробуй вякнуть без разрешения. - Еще нацепи на меня пояс целомудрия и кляп верности! - мотаю головой я. - Я не собираюсь... Договорить не успеваю, потому что откуда ни возьмись появляется Алби и, крепко прихватив нас за обоих плечи, практически выпихивает из столовой. - Все разборки в коридоре. В столовой шамкаем и ждем, пока выскажется этот ублюдок. Как только мы оказываемся в коридоре, дверь столовой закрывается. Минхо смотрит вслед Алби и задумчиво ерошит волосы: - По-моему, он забыл, кто здесь новый босс. - Вообще-то он прав, - со вздохом сообщаю я. - Нам нужно перестать собачиться и подумать, что делать дальше. - Дальше я уже все решил, - перебивает Минхо. - Просто не мешай, лады? - Не мешать чему? Он не отвечает, просто многозначительно ухмыляется и возвращается в столовую. Я плетусь следом, испытывая жгучее желание стукнуть Минхо по затылку. Так бы, наверное, и сделала, но не на глазах же у кучи глэйдеров. Не хватало еще подрывать авторитет нового лидера. Чтобы как-то скоротать время, я на газовой горелке готовлю чай на всех. Всыпаю в него с килограмм сахара и разливаю по чашкам. После трехдневной голодовки избыток глюкозы точно никому не повредит. Сидим на полу и пьем чай, зажевывая хлебом и консервами. Мужик в костюме продолжает читать. И только когда уровень нервозности в комнате начинает зашкаливать, он, словно чувствуя это, снимает ноги со стола и откладывает книгу. Вытаскивает из ящика какую-то желтую папку и, прокашлявшись, начинает говорить: - Благодарю, что так организованно явились на встречу. Теперь я могу выполнить поручение и… сообщить вам новость. Прошу внимания. - Зачем стена?! - тут же рявкает Минхо и получает тычок в плечо от Ньюта. - Рот закрой! А мужик, не обращая на них никакого внимания, шпарит, как по писаному: - Вы здесь благодаря сверхъестественной жажде уцелеть и способности выживать несмотря на мизерные шансы и… прочие трудности. В Глэйд - ваш по крайней мере - было заброшено шестьдесят человек. Еще шестьдесят составили Группу «В». Я задумчиво щурюсь, разглядывая его. Несмотря на все старания выглядеть невозмутимо, проклятый пижон заметно возбужден. Он хрустит пальцами, стреляет глазами и вообще ведет себя крайне странно. И я никак не могу понять - это признак страха или удовлетворенности. - Из начального состава выжила очень небольшая часть. - Продолжает между тем мужчина. - Полагаю, вы уже в курсе: почти все трудности, препятствия нужны лишь для того, чтобы проанализировать ваши реакции. Это даже не эксперимент, это скорее составление… матрицы. Стимуляция инстинктов на территории обреченных и сбор данных. Сложив их вместе, мы совершим величайший прорыв в истории науки и медицины. Ситуации, в которые мы вас помещали, называются Переменными, и каждая из них тщательно продумана. Скоро я все объясню. В принципе рассказать можно и сейчас, но жизненно необходимо, чтобы вы понимали только одно: все эти проверки служат важной цели. Продолжайте отвечать на Переменные, берегите себя, и наградой вам будет знание, что вы сыграли роль в спасении человеческой расы. Ну и самих себя, разумеется. Он делает паузу и Минхо с Томасом переглядываются. Я тоже ничего не понимаю, хотя память не теряла. Если честно, деятельность Создателей на 90% оставалась для меня тайной за семью печатями. Я хотела найти Стива и вытащить его из Лабиринта. Все остальное меня не интересовало. Как оказалось, зря. - Лабиринт - часть испытаний, - вещает мужик, словно подслушав мои мысли. - Ни одна проверка не проводилась просто так, все Переменные позволяют составлять матрицу ответов на территории обреченных. Побег - часть плана. Битва с гриверами, убийство мальчика по имени Чак, предполагаемое спасение на автобусе… Все - части плана. Томас издает какой-то непонятный звук и делает попытку подняться с пола. Ньют и Минхо одновременно дергают его назад. И как раз вовремя, поскольку разбить голову о невидимый барьер - не самая лучшая идея. А мужик в белом костюме на секунду отрывается от своих бумаг, чтобы посмотреть на парня. И, наблюдая за ним, я отчетливо понимаю: ему действительно нравится происходящее. И подрагивает он не от нервов или страха, а от возбуждения. Причем особое удовольствие этот сукин сын получает, произнося следующую фразу: - Вы не покидали пределов Испытаний, а точнее - Первой их фазы. Однако нам по-прежнему не хватает материалов. Приходится повышать ставки. Пришло время Второй фазы, и теперь все усложняется. Он говорит что-то еще, но я уже не слушаю. Напряженно обдумываю полученную информацию. В том, что наши неприятности продолжаются, не было сомнений и раньше. Но Вторая фаза - как-то слишком жестко. Лабиринт убил более шестидесяти процентов испытуемых. Сколько погибнет теперь? Чувствую, как по телу пробегает ледяная дрожь и обхватываю себя ладонями за плечи. Спокойно, Франни, не паникуй. Что-то он сказал такое, что царапнуло меня. Не сейчас, раньше... Что-то... Убийство Чака! Готова спорить, что убийство Чака не было запланированным. Они хотели убить Томаса, как убили Рейчел - подругу Эриса. Они хотели убить Томаса и считать эмоции Терезы. Чтобы потом сравнить ее результаты с результатами Эриса. Но Чак спас друга и сломал систему. Бинго! ПОРОК вовсе не так совершенен, как хочет показать. Их планы можно расстроить. Пусть даже для этого придется пожертвовать собственной жизнью. Занятая своими мыслями, я уже не слушаю оратора. Прихожу в себя только от фразы "каждый из вас инфицирован". Она действует на меня, как холодный душ. И не на меня одну. Все орут, шумят. А мужик снисходительно обещает раздать всем лекарство после прохождения второй фазы. Смелое заявление. Особенно, если учесть, что, по официальным данным, лекарства не существует. - Довольно уроков истории и пустой траты времени, — продолжает "белый костюм". — Мы вас знаем как облупленных. Не важно, что я говорю или что стоит за миссией ПОРОКа. Вы будете стараться любой ценой выполнить свою задачу. В этом мы убедились. Подчиняясь нам, вы спасете себя - добудете лекарство, в котором отчаянно нуждаются многие люди. Минхо подается вперед, словно собираясь что-то сказать, но Томас останавливает его. И оратор продолжает речь: - Вторая фаза, - произносит он, - Жаровня. Формально начинается завтра утром, в шесть часов. Вы войдете в эту комнату, и в стене позади меня вас будет ждать плоспер. На первый взгляд он представляет собой серую сверкающую стену. Вы все до единого должны пройти через него в течение пяти минут. Подытожу: проход открывается в шесть утра, ровно на пять минут. Всем все ясно? И в эту секунду Минхо вскидывает вверх сжатый кулак. "Белый костюм" с досадой смотрит на него, но молчит. В полной тишине Минхо поднимается на ноги и заявляет: - Я отказываюсь участвовать в эксперименте. Мужик из ПОРОКа чуть заметно хмурится. - Вы, кажется, не поняли, юноша. Вакцину можно получить только после окончания Второго испытания. И... - Похрен! Я отказываюсь участвовать в эксперименте. В столовой царит гробовая тишина. И потому ехидное хмыканье "белого костюма" разносится по всему помещению. - В таком случае, у меня для вас плохая новость. Испытуемые, отказавшиеся от участия, будут казнены. Не самым приятным способом. - И это похрен. Лучше сразу сдохнуть, чем гнить шизом. "Белый костюм" открывает, было рот, но Минхо не дает ему вставить слово. - Мы нужны вам? Я вам нужен? Тогда придется выполнить мои условия. Отправьте Франни домой. Я сдавленно охаю и пытаюсь подняться с пола, но Минхо, не глядя, толкает меня рукой в плечо, заставляя сесть обратно. Сотрудник ПОРОКа ехидно улыбается. - Боюсь, юноша, вы несколько переоцениваете собственную значимость... - Поддерживаю, - неожиданно произносит Томас и встает на ноги по другую сторону от меня. - Я тоже не стану проходить испытание, если Франни не получит свободу. Третьим встает Алби, за ним - Ньют, потом - Тим, Фрайпан и остальные. К безмолвному протесту присоединяются даже глэйдеры, с которыми за прошедшие два с половиной месяца я едва успела перемолвиться парой слов. Они стоят не за меня. Они стоят против Создателей. Но я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. И понимаю, что никогда и ни за что их не брошу. - Франни - не участница вашего гребаного эксперимента. Она не заражена, - произносит Минхо, хотя, конечно, не может этого знать. - Отвезите ее домой. И дайте мне телефон. Если она позвонит через сутки и скажет код, мы войдем в вашу Вторую фазу. Только так. "Белый костюм" внимательно обводит взглядом толпу. Если бы хоть один шанк остался сидеть, у него были бы пути к отступлению. Однако парни выступили единым фронтом. А потерять всех испытуемых он не может себе позволить. Пауза затягивается. Я снова пытаюсь встать, и на этот раз Минхо не удается мне помешать. - Что ты творишь?! - шиплю я, прикладывая все усилия, чтобы слезы не хлынули из глаз. - Какого хрена?! - Молчи! - негромко бросает он. - Приедешь домой, заберешь сестру и беги. Не вздумай звонить, просто беги. Поняла? - Я не... откуда ты... - Ты записку мне в карман сунула, бестолочь! А теперь стой молча, пусть чувак подумает. Мы замолкаем и как раз вовремя, потому что представитель ПОРОКа, кажется, уже подумал. - Мисс Армстоун действительно не является испытуемой, - негромко произносит он, глядя не на Минхо, а на меня. - Она нарушила наши правила и должна была быть казнена. Мы сохранили ей жизнь. Даже не инфицировали. И, конечно, при желании, мисс Армстоун может покинуть исследовательский центр. Но тогда вакцины она не получит. - Ты только что сказал, что она не заражена! - Я сказал, что мы ее не инфицировали. Но это ничего не значит. Вспышка передается разными путями. Бытовым. Воздушно-капельным... Половым. А мисс Армстоун, насколько мне известно, не слишком разборчива в связях... Я чувствую, как дергается рука Минхо и крепко сжимаю его пальцы. Не хватало еще вестись на столь примитивную провокацию. - К тому же, я уверен, что мисс Армстоун захочет помочь своей младшей сестре. Вот она-то как раз заражена. Я чувствую себя так, словно получила удар в солнечное сплетение. Вокруг все вплывет и, несмотря на титанические усилия, мне не удается вдохнуть. Лиззи. Они заразили Лиззи... Твари. Ублюдки. Создатели. Делаю стремительный шаг вперед, но Минхо ловит меня на ходу - видимо, понимает, что теперь моя очередь биться головой о невидимый барьер. Он ничего не говорит, просто прижимает меня к себе. И я ничего не говорю. Просто понимаю, что мы проиграли. - Если этот вопрос решили, позвольте мне продолжить, - между тем откашливается "белый костюм". Он страшно доволен собой. И это становится последней каплей. Выворачивая голову, я ловлю взгляд мужчины, которого ненавижу больше всех, кого когда-либо знала, и спокойно произношу: - Я убью тебя. Не знаю когда, не знаю как. Но знаю, что убью. Даже если стану шизом. Все забуду, но тебя найду. И перегрызу глотку. Говоря это, я понимаю, что так оно и будет. Если меня кто-нибудь не опередит, я сама сдохну, но отправлю эту гадину в ад. Однако "белый костюм", кажется, нисколько не впечатляется. - Приму к сведению, - кивает он мне. А потом продолжает: - Можем считать, что Испытание «Жаровня» начинается. Правила очень просты: найдите выход наружу и после двигайтесь строго на север, сто миль. Если в течение двух недель достигнете убежища, можете считать Испытание завершенным. Тогда и только тогда вы получите лекарство. Времени на Вторую фазу отводится ровно две недели, с момента как вы пройдете через плоспер. Останетесь здесь - в конце концов умрете. Все молчат. Меня бьет крупная дрожь, и даже тепло тела Минхо, которое всегда помогает успокоиться, теперь не ощущается. Словно сквозь вату я слышу слова: - На самом деле все просто... Правил нет, никаких инструкций. Дается минимум припасов и никакой сторонней помощи. Минуете плоспер в указанное время, ищете выход на воздух и преодолеваете дорогу длиной в сотню миль. Найдете убежище или умрете. И да, Жаровни избежать не получится. Те, кто не пройдет плоспер с шести до пяти минут седьмого, будут казнены. Советую попытать счастья во внешнем мире. Удачи всем. А потом он просто исчезает вместе со своим стулом и столом. И Минхо, наконец, отпускает меня. Все начинают говорить разом, но я ничего не слышу и ничего не понимаю. От ненависти к ПОРОКу туманится рассудок. Я знала, что Лиззи может быть больна. Я знала, что могу не найти ее живой. Но мне и в голову не приходило, что эти твари способны специально заразить Вспышкой шестилетнюю девочку! Усевшись прямо на пол, обхватываю колени руками и утыкаюсь в них лицом. Кто-то касается моего плеча, и я досадливо сбрасываю его руку. Однако прикосновение повторяется. - Франни, - зовет Томас. - Не сейчас, Том, - отвечаю я себе в коленки. Мне хочется наносить окружающим травмы разной степени тяжести, но не хочется начинать с него. - Давай не сейчас. - Я только хотел сказать, что помогу тебе. Помогу тебе его убить, - ровным голосом произносит Томас. И уходит, не дожидаясь ответа.