Потому что меня здесь нет

В тот день доктор Люду так и не нашел. К вечеру школьница сама вернулась домой, но перепуганная до полусмерти мать не сказала ни слова. Более того, она и не заметила, что дочь вернулась. Женщина о чем-то разгорячено спорила с мужем и дочь, в силу своего женского любопытства, решила их подслушать. — Сколько можно?! — кричала мама. — Успокойся уже! — Успокоиться?! Как я могу! — вопил в ответ отец. — Она не умрет так просто, я не дам этого сделать! — мужчина начала перебирать бумаги на столе. — По всему миру этой болезнью страдают лишь 3 человека в год. Из семи миллиардов 3! Я не верю, что наша дочь настолько невезучая, что именно ей досталась такая учесть. Слишком большое совпадение, этого не может быть! Не может! — мужчина принялся что-то черкать на листах. — Этот вшивый докторишка, как я мог позволить выдать ему диплом? — Прекрати немедленно! — мать кинулась на мужчину и принялась в слезах бить того кулаками по плечу. — Неужто ты не видишь, в каком она состоянии? Она больна! Прекрати уже мучить всех нас и успокойся! Люда уже… У дочери, что пряталась за дверь в горле встал болезненный ком. Когда даже твоя собственная мать смиряется с тем, что ты умрешь, а ты сама до сих пор не можешь этого принять.. это очень страшно. Люда тихонько прошагала к своей комнате и завалилась на кровать. Неужто и правда так заметно? Кирова знает свое тело лучше любого другого, поэтому ей видеть перемены нетрудно, но неужто и остальным так явно, что со школьницей что-то не то? Люда за этот день очень устала, но она не хотела закрывать глаза. Что если, когда она их откроет завтра, то уже забудет собственное имя? Что если завтра ей станет еще сложнее контролировать движения? Что если сегодня ее последний день? Кирова пялилась в потолок и не могла перестать размышлять. Зачем она до сих пор живет? Зачем осложняет жизнь себе и всем остальным? Как ей выполнить свою мечту за столь короткий срок. Вдруг сегодня и правда последний день «вменяемости», и завтра девушка не сможет сама даже в туалет сходить. А как же то, что она задумала? Что пообещала Владу? Что делать с этим? Один поэт как-то сказал: «Вред — мечта и бесполезно грезить». Может, это и есть ответ? Но организм взял свое; девушка все же заснула. На утро в школе ее по-прежнему никто не замечал, а Влад сторонился. Дома тоже все проходило как-то негладко. Отец и мать были явно в ссоре, но не хотели этого показывать детям. Скорее даже одному ребенку, — Андрей опять не появился. Люда уже начала привыкать к такому. А после занятий девушка, как всегда, отправилась к доктору. Кирова и сама не знала, зачем туда ходит. После вчерашнего дня она вообще слабо понимала, что происходит. Похоже, болезнь все сильнее сказывается на школьнице: соображать стало труднее, она постоянно что-то забывает и делает какие-то вещи просто по привычке, даже не понимая. Когда Люда пришла, то врач был сильно удивлен. Под глазом у него красовался все тот же фингал, а в руках были очередные папки с документами. — Ты чего пришла? — удивился доктор. — На процедуры, — девушка старалась не пялиться так явно на синяк, но у нее это не выходило — Твои родители отказались от моих услуг и через пару дней тебя, наверное, положат в частную клинику, — заявил парень, присаживаясь. — Тебе больше нет нужды ходить сюда каждый день. Люда замялась. Это прощание? Вот так скоро? Прошло всего полтора месяца, а жизнь уже так сильно изменилась? Девушки было неприятно и больно это осознавать, но почему-то никаких эмоций она не испытывала. Безразличие? Нет, больше похоже на смирение. Как ты ни старайся, как ни убеждай себя, как ни меняйся, но уже слишком поздно. Если кто-то погиб, то нечего мучить труп. — А что у Вас в глазом? — Люда спросила скорее из вежливости, хотя ей очень хотелось услышать ответ. Доктор сел справа от школьницы и как на духу выдал: — Кажется, я не очень нравлюсь твоему отцу. Врач поведал о том, что вчера после осмотра бывший учитель задержался в кабинете на пару минут и решил провести допрос с пристрастием. Мужчина отказывался верить, что болезнь дочери правда, отказывался принимать слова молодого врача. То ли дело в отчаянии, то ли повод для недоверия действительно был, но во взгляде Кирова читалось презрение и ненависть. Он был уверен, что прав, но явно не знал, как доказать свои слова. Доктор до последнего пытался сохранять спокойствие и успокоить старого знакомого, но сделал только хуже: мужчина накинулся на парня с воплями: — Что ты сделал с моей дочерью, ублюдок?! Врач заметно испугался, отец Люды был в явном неадыквате и стоило только парню открыть рот, чтобы выдать хоть что-то, как его ударили по лицу. На этом, как ни странно, Киров успокоился и оставил доктора в кабинете одного. Похоже, это был эмоциональный всплеск, возможно, через пару дней обидчик даже извинится. Люда, кстати, ничуть не удивилась. Ее отец никогда не отличался покладистостью и мог с легкостью выйти из себя от любой мелочи. Работа учителем даром не проходит, что уж тут еще сказать. — Ты в порядке? — поинтересовался доктор, после того, как закончил свой рассказ. Люда кивнула. У нее было такое странное ощущение. Начиная со вчерашнего дня, когда девушке впервые сказали, что она обречена, Кирова будто впала в транс. Ее комната казалась чужой, а родители напоминали незнакомцев, мир вокруг похож на кривое отражение себя самого. Люда не могла объяснить в чем причина, но все, что ее окружало вдруг начало казаться девушке не тем. Доктор внезапно провел по щеке своей пациентки тыльной стороной ладони. Девушка слегка вздрогнула. Ей вдруг стало не по себе, по телу пробежалась дрожь. — У тебя такая мягкая кожа… — прошептал врач. На долю секунды все вдруг померкло. Комната оказалась не той, запах изменился и девушка чувствовала себя по-другому. Все это время Кирова ощущала некую душевную пустоту, ей постоянно казалось, что что-то идет не так, что это все не то. Но сейчас, впервые за столько времени Люда почувствовала себя по настоящему живой. Вокруг по прежнему темно, школьница не знает где находится и как выбраться, она лишь чувствует, что сзади нее кто-то упорно возится. Видимо, пытается нащупать в темноте непонятно что. Люда вдруг почувствовала как чья-то рука коснулась ее бедра, а после Кирову резко потянули назад. Она вскрикнула. Зажмурилась. А когда открыла глаза все вокруг вдруг вновь переменилось. Люда уже лежала в какой-то палате, прежде она тут никогда не была. Вокруг все такое белое, что глаза начинают болеть и у постели никого кроме пустого стула. Что это такое? Что сейчас произошло? Галлюцинации? Это ведь признак уже финальной стадии, у Кировой должно быть еще четыре месяца минимум. Так почему же ей так нехорошо? Болезнь окончательно взяла верх, Люда перестала понимать, что происходит. В ее голове творился хаос, один образ заменял другой, не давая сосредоточиться. Будто сознание упорно прятало от девушки что-то. Да она это что-то и не особо искала.

Дорогой дневник. Кажется, я спятила. Не понимаю, как у меня до сих пор получается в тебя писать. А я вообще пишу сейчас в тебя? Знаешь, в последнее время я начала сильно сомневаться в реальности своего мира. Не знаю, в чем причина, но с ним что-то не так. Эти люди мне чужие. Меня навещают какие-то незнакомцы, а я хочу, чтобы пришли родители. Знаешь, дорогой дневник, по их грустным лицам я понимаю, что надо непринужденно болтать. Но почему, когда меня называют «доченька», я ничего не ощущаю? Папа… Мама… Почему я вас забыла? Вы ведь у меня есть, да?