Розовый шелк и белый лен

— Я убью ее, — Хельга крепко зажмурилась, про себя вознося молитвы высшим силам, чтобы все это ей лишь привиделось. Но она открыла глаза и увидела перед собой прежнего светловолосого мужчину. — Кого? — уточнил он. У Хельги внутри все перевернулось от его голоса, заполнившего собой небольшой коридор. — Фиби, — она вложила в произнесение имени весь гнев, который сумела в себе найти. — За что? Хельга уставилась на него. Она ожидала от него слишком многого. Он понятия не имел, кто она. Фиби и Джеральд ему ничего не сказали. — Ты серьезно? — Простите? — он был немного озадачен, даже нет — очень озадачен. Вот почему его терзали сомнения по поводу присмотра за детьми. Он должен был понять, что что-то тут не так, когда Джеральд подмигнул ему и сообщил, что его ждет сюрприз. — Ты не узнаёшь меня. — Я не знаю, кто вы, — она казалась знакомой, очень знакомой. Но он не мог сопоставить лицо с именем. Красивое лицо, надо заметить. — Ты всегда был самым недогадливым из нас, не так ли, Репоголовый? Его глаза широко раскрылись, а челюсть поползла вниз. Хельга не смогла сдержать усмешки, когда он облокотился о стол для опоры. Она подумала, что в идеальном мире за этим последовали бы объятия и широкие улыбки. Но это был не идеальный мир. — Хельга Джи Патаки? И впрямь не идеальный мир. — Доктор Хельга Джи Патаки, спасибо большое, — она поправила пиджак, стараясь избегать зрительного контакта. — О, мой Бог, прошло... столько лет. — Десять, Арнольд; десять долгих, далеких лет, — текучим голосом произнесла она. Повисла пауза. — Ты отлично выглядишь, — она подняла взор и смутилась, столкнувшись с оценивающим ее с головы до пят взглядом Арнольда. Он улыбнулся, встретившись с ней глазами. — Ты так изменилась, то есть... даже не знаю. Хельге это показалось занятным. Она никогда не забывала его. Она могла бы выхватить его из трехтысячной толпы, черт, даже большей по численности; она без колебаний узнала бы его голос. Волосы чуть длиннее, немного респектабельной одежды — и она для него незнакомка. — Приятно слышать, Арнольд, — вздохнув, она мотнула головой. — Ты тоже выглядишь хорошо. Как ты поживаешь? Арнольд по-прежнему пребывал в замешательстве. Он помнил Хельгу; она была сном, который никогда не оставлял его. Сейчас она выглядела иначе. Во времена их прежнего взаимодействия она никогда не одевалась так хорошо, а из косметики пользовалась разве что блеском для губ. И вот она здесь, собственной персоной. Десять лет изменили ее, и не только снаружи, но и изнутри. — Я хорошо. Джеральд попросил меня присмотреть за детьми, я понятия не имел, что здесь ты. Ну он у меня получит. Хельга кивнула. — Я собиралась увидеться с тобой... позже, на следующей неделе, — она снова кивнула. Уж ей-то было точно известно, что она планировала избегать его, даже если бы для этого ей пришлось прятаться в мусорных баках. — Правда? Было бы здорово встретиться, нужно будет насчет этого договориться, — он улыбнулся одной из своих «мне действительно не все равно» улыбок, от которых мир крошится вдребезги, а колени подкашиваются. Хельга ощутила, что ее губы тоже изогнулись. Она любила такие его улыбки. — C дороги, Репоголовый! Хельга быстро прошагала мимо него, слегка оттолкнув в сторону. Арнольд окинул ее взглядом и поправил рубашку. Если бы эта девушка не была такой нахальной... Джеральд улыбнулся, облокотившись спиной о шкафчик, и вытянул свои длиннющие ноги. — Будь неладен этот скачок роста. Хотел бы я быть девчонкой. Посмотри на них, уже в шестом классе разделались со всем этим гормональным дерьмом. Арнольд обернулся и помотал головой. — Ты же вроде не особо следишь за здоровьем, разве нет? — Не мой стиль, чувак, не мой стиль. Арнольд дернул головой и пошел в том направлении, где только что скрылась Хельга. Он бесцельно смотрел по сторонам, как вдруг услышал тихие всхлипы, доносящиеся из одного из ответвлений коридора. Он ускорил шаг и остановился, вдруг обнаружив знакомую хулиганку с растрепанными волосами и плачущей. — Хельга? Она повернулась к Арнольду, еще один всхлип сорвался с ее пересохших губ. — Уходи, — произнесла она и отвернула от Арнольда лицо. — Что случилось? — он был очень напуган. Хельга никогда не плакала. Она была одной из тех, кто заставлял плакать других. — Ничего! — опять всхлипнула она. Арнольд осторожно положил руку ей на плечо. — Ты можешь поделиться со мной, я никому ничего не скажу, — Хельга искоса посмотрела на него. Он увидел, насколько заплаканными были ее глаза. — Я хочу помочь. — Ты не сможешь. Арнольду оставалось только молча глядеть на нее. Он медленно взял ее за руку и обнял. Он ожидал, что Хельга оттолкнет его или изобьет до полусмерти. Как бы там ни было, она его удивила. Хельга положила голову ему на плечо и просто плакала, обвив руками его торс. Арнольд шептал всякие глупости, ласково гладя ее по голове и спине. Где-то в закоулках его разума вопил здравый смысл — ведь он утешал задиру из своего детства. Прозвенел последний звонок на автобус. Хельга отстранилась, вытирая глаза. Она глядела на него, намереваясь извиниться, или обозвать его, сказать хоть что-нибудь, но не могла. Арнольд посмотрел на нее и осторожно убрал прядь с ее лица. Затем он улыбнулся одной из своих улыбок «мне действительно не все равно», заставляющих мир крошиться на куски, а колени — подкашиваться. Хельге потребовалась вся ее выдержка, чтобы не поцеловать его или не кинуться к нему объятия. — Пойдем, — он поднялся и протянул ей руку. — Я провожу тебя домой. — Мам! — ее мысли оборвались, когда появился новый страх. — Что? — инстинктивно прокричала она куда-то на второй этаж. Она заметила шокированное выражение лица Арнольда, но предпочла это проигнорировать. — Можно посмотреть телевизор в гостевой спальне? — Конечно. Где Лилит? — Ушла спать. Хельга услышала звук закрывшейся двери. В любом другом случае она была бы недовольна, что сын кричал ей сверху вместо того, чтобы спуститься и спросить, но в данный момент она почувствовала облегчение. — Мама? Хельга посмотрела на Арнольда и снова отвела взгляд. — Эм... да, у меня есть сын. — Ты замужем? — Нет, на самом деле, у меня давно не было серьезных отношений, — как можно безразличней произнесла она. — Ну, я полагаю, хоть одни были, раз у тебя есть ребенок. Хельга закусила нижнюю губу и взглянула на Арнольда. Она снова слишком многого от него ожидала. — Райли появился не от прекрасного любовного романа, скорее, от случайной связи, — Хельга ощутила напряжение в теле, когда эти слова сорвались с ее губ. — Ой, что ж... Прости? — Арнольд начал заметно нервничать. Хельга слегка приоткрыла рот в удивлении. Взяв себя в руки, она помотала головой: — Все нормально. — Но отец хотя бы по-прежнему присутствует в его жизни? — спросил Арнольд. Любопытство до добра не доводит. — Эм, нет, не совсем. То есть, вообще нет, — Хельга снова прикусила губу. Арнольд опять собирался было что-то сказать, но она тут же добавила: — Я очень устала, чтобы продолжать этот разговор, поговорим об этом позже. — Да, конечно. Хочешь, чтобы я ушел? — Ну что ты, можешь остаться. — Серьезно? — Нет. Я управлюсь с детьми и приму благодарности от Фиби с Джеральдом, — Хельга усмехнулась, направившись к двери. Арнольд взял свой пиджак и улыбнулся. — Я позвоню тебе на этой неделе. Буду рад встретиться. — Ага, — Хельга натянуто улыбнулась в ответ и тихо закрыла дверь за Арнольдом, который уже направился вниз по улице. Она облокотилась на дубовую дверь и испустила тяжелый вздох. — Клянусь... Я убью ее.

***

— Думаю, ты преувеличиваешь, — заявила Фиби, возвращаясь к стирке. — Слушай, мне пришлось разговаривать с ним. После десяти гребаных лет, — проворчала Хельга, устраиваясь на сушилке. — Ты как ребенок. Он видел Райли? — Только намек на Райли. Слава Богу, мой сын любит смотреть телевизор. — Рано или поздно, ты должна рассказать ему, Хельга, — настойчиво произнесла Фиби, перебирая разные вещи. — Нет, — твердо ответила Хельга. — Ты шутишь? Хельга скорчила гримасу. Фиби смотрела на нее так пристально, что Хельга ссутулилась. — Да. Я должна рассказать ему, — Хельга охнула и приложила руку ко лбу. — Не стоило мне приезжать. — Прикуси язык. Я сто лет тебя не видела, и Райли здесь нравится, — возразила подруга и переключилась на полотенца. — Это становится слишком сложным. Знаешь, я ведь должна была сообщить ему, когда только узнала, что беременна, — Хельга находилась на грани нервного срыва. — Почему же не сказала? — поинтересовалась Фиби; она так мало знала о том, что случилось, и почему Хельга так поступила. Для нее появление Райли на свет до сих пор оставалось туманным. — Потому что все это было неправильно. Это было ошибкой; он зашел так далеко, что сказал, что этого никогда не было. Перестань, нам было по восемнадцать. Кто захочет ребенка в восемнадцать лет? Что, если мне пришлось бы вернуться в Хиллвуд, после того, как я так стремилась отсюда вырваться? Я не могла этого сделать, Фибс. А теперь... Господи, — Хельга закрыла лицо ладонями. — Вот что, я спрыгну с крыши твоего дома. Вырасти Райли хорошим человеком ради меня, ладно? — Милая, — Фиби успокаивающе положила руку Хельге на плечо. — Всем приходится принимать решения в своей жизни. Хочешь ты того, или нет, ты не можешь угодить всем, но это сработало для тебя. У тебя удивительный ребенок: умный, вежливый, добрый, — совсем не похожий на тебя в детстве. Ты не только закончила колледж, но и окончила магистратуру и получила докторскую степень, при этом воспитывая Райли. И ты осуществила это без посторонней помощи. Немногим под силу подобное. А ты, ты — всегда могла. Фиби улыбнулась, когда Хельга медленно убрала ладони с лица и взглянула на свою лучшую подругу. — Ненавижу тебя. — Я знаю. — Это я должна быть здесь психиатром. — Я знаю. — Я приглашу его на ужин завтра, — Хельга соскочила с сушильного аппарата и направилась на кухню. — И все ему расскажу. Фиби одарила ее легкой улыбкой: — Нет, не расскажешь. Хельга кивнула и ответила: — Да, не расскажу.

***

Райли отправил мяч в баскетбольное кольцо и радостно запрыгал, когда тот угодил в корзину. — Да! Сид улыбнулся и потрепал мальчишку по волосам. — Ого, для новичка ты очень хорош в баскетболе. — Это мама меня научила, — радостно объявил Райли. — Ничего подобного, — скромно заявила сидящая на трибунах Хельга. Сид еще раз погладил Райли по голове и направился к светловолосой красотке. — И? — Сид расплылся в улыбке, когда Хельга устроила голову у него на плече. — Я рада, что ты не злишься на меня. Сид нежно поцеловал Хельгу в макушку и положил руку ей на плечо. — Я, злюсь на тебя? Это было бы признаком Конца света, — рассмеялся он, и Хельга сразу же присоединилась к нему. Она наблюдала за Райли, который бегал вокруг кольца, стараясь воссоздать увиденный по телевизору матч. Лицо Хельги просияло. — Он восхитительный ребенок, — произнес Сид. — Удивляешься, что он действительно мой? — В какой-то степени, да. Хельга издала смешок. — Прости, что уехала вот так, толком не попрощавшись. — А, не стоит беспокойства. То есть, перестань, я и не ожидал, что будет по-другому. Ты больше всех хотела уехать отсюда. И у тебя получилось. К тому же, рождественские открытки, случайные фотографии, спонтанные звонки — думаю, ты старалась гораздо лучше, чем любой из нас. Хельга кивнула. Расслабившись на плече Сида, она улыбнулась снова. — Пасуй мне! — крикнул Сид. В том возрасте он уже был внушительного роста, густые черные волосы прикрывала бейсболка. Все в нем было великолепно: и его мышцы, и лицо и улыбка. В данный момент он обращался к своей давней подруге. — Заткнись, Сид! — выкрикнула Хельга в ответ. Она провела мяч между длинных ног Стинки и, вскинув руки, вскрикнула, когда мяч перешел к Сиду, который тут же совершил трехочковый бросок. — Мы чемпионы!!! — голосил Сид, сжимая Хельгу в крепких объятиях. — Да ну вас, ребята, это ведь всего лишь игра, — сказал Стинки. Гарольд позади него пытался отдышаться. — И все равно мы победили! — усмехнулась Хельга и направилась к своему рюкзаку. Сид показал язык соперникам и плюхнулся на газон рядом с площадкой. Вытирая лицо, Хельга одарила его улыбкой, предназначавшейся только ему. — Хорошая игра, партнер, — сказал Сид. — Взаимно! — Так ты заскочишь ко мне? Мы никогда не закончим школу, если не добьем этот чертов доклад по истории. — Разумеется, заскочу, я ведь не пропускала ни одного воскресения с пятого класса, — Хельга застегнула рюкзак. — Думаю, твоя мама удивится или даже испугается, если я не появлюсь. — И виноват в этом буду я, — усмехнулся Сид и сделал глоток из врученной Хельгой бутылки. — Так мы все-таки идем на Пром вместе, или ты подыскал себе красотку? — спросила она. Сид бросил на нее взгляд и поднялся. Он обнял ее за плечи, и они зашагали к его дому. — Я же обещал, что мы пойдем на Пром вместе, если кто-либо из нас не найдет себе пару до марта. Уже апрель. Так что все в силе, и я не хочу ничего менять, — Сид улыбнулся, и Хельга рассмеялась. — Было бы странно появиться там по отдельности. — Учитывая, что вся школа думает, что мы встречаемся, — они еще звонче рассмеялись. — Если я ничего не путаю... нас считают парой еще с тех пор как я спасла тебя от Большой Пэтти и мы подружились. — Ох уж эти извращенцы, — ухмыльнулся Сид. — Ты, я и Фиби, в кино завтра после школы, да? — Конечно, — немедленно отозвалась Хельга. — Хорошо, а то нам надо успеть провести немного времени вместе до того, как мы окончим школу и ты улетишь, — Сид горько усмехнулся. — Ты слишком драматизируешь, — отмахнулась она. — Вовсе нет, я знаю, что ты намерена пробиться в этой жизни, — Сид улыбнулся снова, и она ответила ему тем же. — Хельга, ау. Хельга подняла глаза на Сида и виновато улыбнулась. — Прости. — Все в порядке, мечтательница, — Сид засмеялся, получив от нее тычок локтем. — Так о чем ты говорил? — Кто этот счастливчик? — Сид жестом указал на Райли. — Ни за что не угадаешь. — Поверь, я могу. Хельга перевела взгляд на него и вздохнула. — Как ты узнал? — С чего бы мне, и не знать? А он в курсе? — Нет... Хотя мы договорились завтра с ним поужинать. Должна ли я рассказать ему? — Да, — не колеблясь, ответил Сид. — Ты действительно так считаешь? — Вот что я скажу: если бы у меня был такой сын, как Райли, и мне бы принадлежало сердце такой женщины, как ты, я бы хотел об этом знать. И не только знать — я бы больше никогда и ни за что тебя не отпустил. Хельга ласково улыбнулась своему давнему другу.

***

— Выглядишь потрясно, — Райли воодушевленно окинул маму оценивающим взглядом, пока Хельга кружилась вокруг себя. Фиби, сидя на кровати, кивнула в знак согласия. Хельга отвернулась от них и перевела взгляд на зеркало. Она была одета в простое черное платье, облегающее до талии, а затем переходящее в юбку длиной до колен из легкого струящегося материала, перемежающегося с тонкими серебристыми хлястиками. Из украшений — простое ожерелье и сережки. Волосы были распущены, волнами ниспадая на спину. На ногах были босоножки на ремешке, а на плечах лежала прозрачная черная шаль. — Я не могу сделать это, — удрученно заявила Хельга. — Перестань, мам, тебе нужен бойфренд, — высказался Райли. Хельга посмотрела на сына; он и понятия не имел, что после сегодняшнего вечера его жизнь изменится, и пока неясно, в лучшую или в худшую сторону. Фиби ободряюще улыбнулась: — Выглядишь великолепно. — Эх, — Хельга снова глянула на свое отражение и вздохнула. Ей так не хотелось этой встречи. — Так ты училась с ним в школе? — Она знает этого парня всю свою жизнь, — ответила крестнику Фиби. — Он лучший друг Джеральда. — Серьезно? Круто! — Да, — вымученно улыбнулась Хельга. — Ребята! Арнольд здесь! Нутро Хельги сжалось. Она проклинала себя на чем свет стоит. Райли порывался спуститься вниз, но Хельга ухватила его за плечо. — Тебе еще нужно прочесть то, что задано на лето; познакомишься с ним позже, — строго сказала она. — Ну мам, — заканючил Райли, попутно пытаясь взглянуть вниз на входную дверь. — Нет, — Хельга развернула его в сторону комнаты. — Иди читай. — Эксплуататор, — пробурчал Райли. — Я все слышала, — вдогонку произнесла Хельга, спускаясь по ступенькам. Арнольд перевел взгляд с Джеральда на уже оказавшуюся внизу Хельгу. — Ого, — с улыбкой произнес он. — Выглядишь здорово! — Спасибо, — ответила Хельга. Джеральд одобрительно кивнул, а Фиби очутилась у нее за спиной. Хельга оглядела Арнольда, одетого в черный костюм с красным галстуком. Выглядел он весьма изысканно. Улыбка Хельги улетучилась, когда к ней вернулось понимание, что после сегодняшнего вечера как для нее, так и для Райли прежняя жизнь кончится. — Пойдем? — Ага, — ответила Хельга и последовала за Арнольдом к его машине. — Я думаю, тебе понравится это место, — заметил он. Хельга кивнула. Все это было совсем неважно. Она вот-вот разрушит жизнь взрослого мужчины. И, скорее всего, в процессе обожжется сама.

***

Ужин проходил довольно гладко. Они говорили об учебе, о работе, о людях, с которыми им довелось быть знакомыми, о других, которых они предпочли бы никогда не знать, и обо всякой всячине. Хельга была под впечатлением. Арнольд работал учителем английского языка в местной высшей школе и занимался пансионом. Он окончил Нью-Йоркский университет и прошел программу повышения квалификации. Арнольд жил в прежнем месте, у него было две собаки: Бернард и Абнер младший-младший, названный так, само собой, в честь его почившей свинки. Жизнь его была насыщенной. С Лайлой они провстречались несколько лет, после чего она порвала с ним и два года назад вышла замуж за Брейни. После пары ничем не примечательных подружек и одной или двух «девушек его мечты» Арнольд сосредоточился на управлении пансионом. Хельга сидела и слушала его, ловя каждое слово. Она отпускала привычные комментарии и улыбалась, когда это было уместно. В свою очередь, она рассказала Арнольду об Университете Финикса, как ей удалось получить стипендию и окончить университет с хорошими оценками. Она говорила о Райли и о том, с чем им пришлось столкнуться. Рассказала о попадавшихся ей на пути неопределившихся парнях, которые не хотели детей, тем более чужих. Она выпустилась с докторской степенью три года назад, и ее пригласили работать в частную клинику. Она являлась одним из самых востребованных психиатров, которым было под силу вытаскивать из депрессий домохозяек и помогать трудным подросткам, и получала за это достойную оплату. Она поймала себя на мысли, что больше всего говорит о Райли. Просто по привычке. Но Арнольду нравилось о нем слушать, Райли казался ему прекрасным ребенком. Сейчас они пили кофе, и Хельга рассказывала о «голой» фазе Райли, имевшей место, когда ему было пять. — Судя по рассказам, он замечательный ребенок, — рассмеялся Арнольд. — Да, так и есть, — Хельга улыбнулась в ответ и сделала глоток кофе. — Досадно, что в его жизни отсутствует отцовская фигура, — Арнольд качнул головой. — Могу я познакомиться с Райли? Хельга уставилась на него. Арнольд такой дремучий, чего нельзя сказать о ее сыне. То, что для одного останется непостижимым, приведет в ярость другого. И Хельга будет в ее эпицентре, а она не привыкла метаться меж двух огней. — Послушай, прежде, чем ты познакомишься с ним, я должна тебе кое-что сказать. — Конечно. Хельга взглянула на него, сердце ее бешено заколотилось. — Помнишь... ту ночь... — Какую ночь? — взволнованно переспросил Арнольд. В голове у Хельги загудело, это будет слишком сложно, и она, опять, слишком многого от него ожидает. — Которую мы провели вместе, — шепотом проговорила она. Арнольд посмотрел на нее, затем его глаза стали метаться по ресторану. — Арнольд... Прошу тебя. Он снова перевел взгляд на нее и сдержанно кивнул. Хельга знала, что он помнит, такая реакция выдавала его с потрохами. — Что ж, то был последний раз когда я... ну, ты понимаешь... — проговорила Хельга с вернувшейся к ней консервативностью. Она не отрывала глаз от Арнольда. Его рот удивленно открылся, широко распахнутые глаза впились в нее. Она могла вообразить шестеренки, вертящиеся в его голове, но, судя по всему, она ждала от него слишком многого. Вдруг он медленно покачнулся и грохнулся на пол. Хельга кинула взгляд на противоположную сторону стола. Возможно, она действительно его недооценила. Хельга накрыла лицо ладонью. — Вот дерьмо.