Розовый шелк и белый лен

Арнольд и Хельга сидели на скамье в парке, находящемся через дорогу от ресторана. Арнольд держал пакет со льдом в правой части лба, где начинала формироваться небольшая шишка. Хельга сидела, скрестив руки на груди. Можно было решить, что она не в духе, но на самом деле ей было попросту холодно. Поднялся сильный ветер; не иначе, как знак свыше, — подумалось ей. Быстро расплатившись, она попросила у официанта пакет льда и вышла вместе с Арнольдом, плетущимся позади нее. Они не обмолвились друг с другом ни словом, лишь озвучили решение пока не идти домой. Между ними было расстояние около полутора футов. Хельга пыталась вести себя так, будто сейчас ничего не произошло. Арнольд, в полную противоположность Хельге, держал лед с мрачным выражением лица и миллионом мыслей, мечущихся в его голове. Меньше, чем двадцать минут назад он был одиноким, бездетным мужчиной. Менее двадцати минут назад он был счастливым, свободным, делающим то, что вздумается, человеком. А теперь он являлся отцом ребенка после случайной связи. Как могла хрупкая блондинка сотворить такое с мужчиной? Она обладала докторской степенью и обаянием, вот как эта женщина смогла это осуществить. Он вздохнул и взглянул на Хельгу. Она слегка дрожала, устремив взор на землю. Его гороскоп на сегодня уж точно соврал. Хельга пыталась придумать, что сказать Райли, ведь никогда раньше она не обманывала его. Хотя, может, и рассказывала, когда ему было года четыре, что папа был космонавтом и улетел далеко, но, черт, он в это поверил. Он знал, что у его родителей было слишком много различий. Как, например, что Арнольд хотел обо всем забыть, а Хельга — нет. Но у Хельги было стойкое чувство, что Райли не воспримет подобную новость нормально. Как поведет себя ребенок? Хельга ощутила прикосновение к своему плечу. Обернувшись, она увидела Арнольда, протянувшего ей пиджак. — Спасибо, — мягким тоном сказала она. Он кивнул, по-прежнему не глядя на нее и вообще в ее сторону. И снова, в идеальном мире, он бы смотрел на нее. Но они были не в идеальном мире. Хельга сделала глубокий вдох, вбирая запах, исходящий от его пиджака. Это был запах чистого белья, только что вынутого из сушилки. — Почему ты не сказала мне? Хельга перевела на него взгляд, удивившись его действиям и интонации. Глаза его сосредоточились на чем-то вдалеке, но вся энергия была направлена на нее. — Когда бы мне было это сделать? Я узнала спустя два месяца после отъезда в Иллинойс. Ты сказал мне, что ничего этого никогда не было, и мы должны об этом забыть. Логически, конечно, моей первой реакцией было позвонить тебе и сказать: «Эй, Арнольд! Знаешь, что? Я беременна! Такие дела». Кто, черт побери, поступил бы так? Как я могла позвонить человеку, который считал произошедшее ошибкой, и заявить, что я от него беременна? Потому что, я не намерена извиняться, мой сын — не ошибка, — Хельга старалась держать себя в руках, но видела, как Арнольд уклоняется и вздрагивает от ее резкого тона и жестоких слов. Арнольд собирался что-то ответить, но тут же передумал. Он крепко зажмурился и положил руку на лоб. Итак, была ли тому виной его глупость или ее страсть? Хельга со вздохом остановилась, подходя к школе в понедельник. Пром, можно было сказать, удался на славу. Она дернула головой и вытянула шею, высматривая Фиби или Сида. Как назло, ее глаза, разумеется, остановились на голове больше не столь уж вытянутой формы. Арнольд, поймав ее взгляд, извинился перед кучкой подростков, с которыми разговаривал до этого, и устремился к ней. — Нам нужно поговорить, — он схватил ее под руку и потянул в здание, прямиком в библиотеку. — Оу, — вымолвила Хельга, когда они очутились между двумя большими стеллажами. Отрезанными от мира. Хельге это показалось забавным, но то, как Арнольд смотрел на нее, тут же переменило ее настроение. — Послушай, насчет пятницы... — Арнольд сделал паузу. Она знала, к чему все идет. Он намеревался сказать, что случившееся ничего не значит, и что они должны идти каждый своей дорогой. — Ничего не было. Будь они в идеальном мире, Хельга набросилась бы на него и разорвала на мелкие кусочки. Но этот мир не идеален. Хельга словно онемела. Он сейчас не только сказал, что чего-то столь прекрасного и значительного — по крайней мере, для нее — никогда не было, он сказал это безо всякого проявления эмоций на этот счет. Он не просто не сожалел — он отмахнулся от произошедшего, как от ночного кошмара. Арнольд смотрел на нее, ожидая, что на него накричат или побьют, но ничего из подобного от Хельги не последовало. И он четко видел, как расширяются ее глаза, а губы сжимаются в тонкую линию. Он не ожидал молчания, только не от Хельги. — Хельга, — он осторожно коснулся ее руки, но Хельга резко отпрянула. Она схватилась за руку, и ее глаза наполнились болью. Словно он обжег ее. Так оно и было. Хельга прикрыла глаза. Каждый раз, когда она подбиралась к нему столь близко, она заканчивала там, откуда начинала. И словно сама Вселенная подшучивала над ней, но это можно было отнести и к Арнольду. Милому, наивному, противному Арнольду. — Рада, что мы на одной волне, Арнольд, — он вздрогнул от той интонации, которой она выделила его имя. — Я собиралась сказать тебе то же самое. Ничего не было. Черт, как вообще такое возможно? Я тебя не знаю, — развернувшись на пятках, она бросилась прочь из библиотеки. Арнольд испустил тяжелый вздох; он ненавидел выводить ее из себя. Теперь же ему было ненавистно доводить ее до слез. Арнольд помотал головой. Фиби тогда была на него очень зла. Джеральд был лишен возможности поговорить с ним, а Сида только Гарольд удерживал от того, чтобы не устроить Арнольду хорошую взбучку. Арнольд знал, что они были не в курсе, что именно случилось, потому что если бы они знали... Черт, он бы не дожил до сегодняшнего дня. Арнольд перевел взгляд на Хельгу. Она казалась такой миниатюрной в его пиджаке. Он тяжело вздохнул. — Ты могла бы сообщить мне, — тихо проговорил он и поднял на нее глаза. То, как на ее лицо падал фонарный свет, от которого ее волосы, казалось, приковали бы к себе взгляд любого стороннего наблюдателя, и то, как она пыталась быть сильнее, чем кто угодно на этой планете, и добилась успеха — от осознания всего этого перехватывало дыхание. — Могла бы, — он знал, что эти слова не знаменуют собой поднятие белого флага. Скорее, наоборот, — они являлись объявлением войны. — Что ты сказала ему обо мне? — Правду, — выдохнула Хельга. — Что я любила тебя, и что-то произошло, а в конечном итоге мы поняли, что у нас слишком много различий. — Он знает, что я не знал? — Да. Я сказала ему, что он был незапланированным сюрпризом, и что тебя больше нет в моей жизни. Я не лгала ему, если ты это подразумеваешь. — Но ты лгала мне? — Я предпочла скрыть информацию, — Хельга по-прежнему смотрела на землю. Арнольд откинулся на спинку скамейки. — Он похож на меня? — Думаю, да. Все говорят мне, что он — моя копия, но я вижу в нем только тебя. И всегда видела. — Я могу увидеться с ним? Арнольд понимал, что при таком раскладе нельзя просто уйти домой и сделать вид, что ничего не случилось. Однажды он уже поступил так, и это стало главной ошибкой, совершенной им за последнее время. — Я поговорю с ним сегодня. Ну или завтра, — Хельга пожала плечами. Арнольд не сводил с нее глаз. Он был слишком зол, чтобы злиться. Он злился на Хельгу, на себя, в данный момент он был зол на весь белый свет. Потому что менее получаса назад у него детей не было. А теперь, словно Вселенная подшучивала над ним, у него был сын. И всего алкоголя в мире было бы мало.

***

Хельга сидела на кровати, в то время как Райли расхаживал по спальне из стороны в сторону. Как нарочно, Райли еще не спал, когда она вернулась домой. После того, как она рассказала ему, что его отец не только живет в Хиллвуде, но и хочет взять его с собой на несколько часов, чтобы «поговорить», Хельга ощутила острую потребность в сигарете. Очень большой, нескончаемой сигарете. — Получается, этот человек, Арнольд, — мой отец? И ты рассказала ему обо мне только сегодня? А теперь я с ним встречусь? — переспрашивал Райли. Он почувствовал формирующиеся в уголках глаз слезы, хотя и не понимал, от чего именно. Он вовсе не злился, быть может, самую малость. Но он немного успокоился, наконец заполучив недостающие кусочки пазла. Он понял, почему его мама ненавидит Хиллвуд, почему она не разрешила ему пойти с Джеральдом. Он не был уверен, почему вдруг его мать решилась рассказать о нем отцу, но, в любом случае, он был взволнован перед встречей с этим Арнольдом. Хельга взглянула на сына. Она не знала наверняка, что творится в его голове, но была удивлена проявляемой им взрослостью. Если на то пошло, в девять лет Хельга не только накинулась бы на маму, но и провозгласила бы себя сиротой и ушла бы жить к Фиби. Райли не просто не сделал ничего подобного, ему даже в голову такое не пришло. — Почему сейчас? — спросил Райли, присев на кровать рядом с Хельгой. Хельга перевела на него взгляд. Она не знала, почему именно сейчас. Черт, она не знала, почему бы не сейчас. — Это сложно, детка, — произнесла она, обнимая сына. Он не оттолкнул ее. В ее объятиях он нашел утешение. Как и всегда. — Мамочка, — Хельга оторвалась от работы и повернулась к Райли. Он стоял в голубой пижаме с самолетиками, вцепившись в мягкую игрушку-медвежонка и поднеся ко рту большой палец. — Что случилось, малыш? — Мне снова приснился плохой сон, — он начал всхлипывать. Хельга подняла его и отнесла на диван, обвивая руками маленькое тельце. — Все хорошо, — нежно поцеловав его лоб, Хельга прижала Райли крепче к себе. — Расскажи мне историю, — шепотом попросил он, посмотрев в ее голубые глаза, что были на несколько тонов светлее его собственных, пастельного оттенка, который он от матери не унаследовал. — Ладно, о чем ты хочешь послушать? — О папе. Хельга слабо улыбнулась. — Хорошо, — прошептала она. — Твой папа был самым добрым и отзывчивым человеком во всей Вселенной. Он путешествовал по Африке и Южной Америке, отправлялся на поиски сокровищ и боролся с пиратами, всегда одерживая победу. Напряжение отпустило Хельгу, когда ребенок начал погружаться в сновидения. Сладкие сны о фальшивой реальности. Держа его на руках, она поцеловала его в лоб. — Быть может, однажды, — взглянув на его личико, она улыбнулась, — он возьмет тебя в приключение, о котором можно только мечтать. Райли открыл глаза, рядом с матерью ему всегда было тепло и безопасно. Он не нуждался в том, чтобы отец взял его в приключение. У него были свои собственные, о которых он мечтал. — Я действительно должен увидеться с ним? — Ты хотел увидеть его с трех лет. Райли, я думаю, тебе нужно с ним встретиться, — немного волнуясь, она все же пыталась убедить сына. — Просто... что, если я ему не понравлюсь? — Райли почувствовал обжигающие слезы в глазах. — Малыш... как можешь ты не понравиться?

***

Арнольд вздохнул, расправив плечи. Он был шокирован, увидев спускающегося по лестнице мальчика. Он выглядел как вылитая Хельга. Волосы его были чуть светлей, как волосы Арнольда, а оттенок глаз чуть темнее Хельгиных, насыщенного синего. Но лицо было точно Хельгино. — Так, — Арнольд сдержанно оглядел мальчика, — чем займемся? Арнольд поднял взгляд вверх и на мгновение задумался. В данный момент они находились в парке. Их разговор не зашел дальше вопросов о работе Арнольда. — Чем ты хочешь заняться? — спросил Арнольд. Он визуализировал вертящиеся в голове сына шестеренки, пока тот раздумывал над ответом. Райли чуть выпятил нижнюю губу и сунул руки в карманы. — Ты любишь бейсбол? — Да, — ответил Арнольд. Райли кивнул, и на его лице появилась легкая улыбка. — Знаешь какие-нибудь хорошие площадки? Арнольд широко улыбнулся — он знал идеальное поле.

***

Хельга сидела в гостиной дома семейства Джоханссенов; нервное напряжение нарастало. Фиби вошла в комнату вместе с Тай и ободряюще улыбнулась. — Как ты, держишься? — Пожалуй, нормально. То есть, Арнольд не допустит, чтобы с Райли случилось что-то плохое, а Райли умный ребенок. Я в порядке. — Занимаешься самоедством? — спросила Фиби, присаживаясь рядом. Хельга обхватила голову руками: — Ага. — Тебе просто немного не по себе, это ведь первый раз, когда ты вот так доверяешь кому-то ребенка. — Что, если они не поладят? Что, если Арнольд скажет что-нибудь не то? Райли просто вернется домой и никогда больше не захочет со мной разговаривать, — невнятно пробурчала Хельга. — Не стоило ему говорить. Нужно было просто все это проигнорировать. — Хельга! — воскликнула Фиби. — Перестань, ты же взрослая женщина. Мы хотим, чтобы Арнольд и Райли нашли общий язык. Мальчику нужен отец. — Хорошо. Я просто... не знаю. Похоже, я недооценила, со скольким мне придется справиться, — Хельга пожала плечами. — Ты немного переживаешь, что не только Арнольд будет злиться на тебя, но и что каким-то образом он заставит Райли на тебя злиться, — Фиби усмехнулась, когда Хельга вдруг посмотрела на нее как ни в чем не бывало. — Как я погляжу, не только у меня здесь докторская степень по психиатрии? — Ну, я же проходила эти курсы в университете. То есть, я ведь тоже доктор, чтоб ты знала, — с улыбкой сказала Фиби. Хельга поднялась. — Ты куда? — Прямо сейчас? Пойду спрыгну с твоей крыши, — Хельга направилась к лестнице. Фиби, покачав головой, усмехнулась. Улыбка улетучилась, когда в голову пришла мысль о вероятностях. В порыве она взбежала по лестнице, крепко держа Тай на руках. — Хельга! — выкрикнула она. Джеральд вошел в дом с лепечущей что-то ему на ухо Лилит. — Отойди от окна!!! Глаза Джеральда метнулись в сторону лестницы, и он дернул головой. — Как же скучно я живу.

***

Довольный Райли уплетал свое мороженое. Арнольд, в общем-то, оказался неплохим парнем. Они провели два часа за игрой в бейсбол, а после Арнольд купил им пиццу и мороженое. Сейчас они сидели на пирсе, глядя на отражение заката в озере. — Что ж, было совсем неплохо, — улыбнулся Арнольд и откусил кусочек своего шоколадного. — Нет, — улыбнулся в ответ Райли. — Я бы сказал, по меньшей мере, приятно. — Ты действительно дитя своей матери, — заметил Арнольд. Райли кивнул. Тишина окружила их; мысли иметь отца и иметь сына плясали в их головах. — Если... — начал Райли, заставив Арнольда посмотреть на него. — Если бы мама сказала тебе раньше, когда только узнала обо мне. Ты бы захотел ребенка? Арнольд перевел взор обратно на озеро. Он не знал. Мог бы захотеть, а мог бы не захотеть. — Я не уверен, Райли, — Арнольд пожал плечами. — Я имею в виду... Я не могу вернуться назад во времени и узнать, что бы я чувствовал тогда. — А сейчас? — Арнольд опять взглянул на мальчика. Они знали друг друга всего несколько часов, а Райли задает такие сложные вопросы. Высказывания ребенка заставили Арнольда задуматься. — В какой-то степени, я удивлен, что прожил десять лет, не зная о тебе, — Арнольд слегка улыбнулся, а в глазах Райли появилось смятение. — Если бы я мог вернуться назад, я бы не стал мешать твоей маме, реши она сообщить мне о тебе. — Я бы тоже, — Райли уверенно кивнул. — Здорово, — Арнольд широко улыбнулся и положил руку на плечо своего сына. Райли был замечательным ребенком. Арнольд все еще злился на Хельгу и на себя самого. Но он сказал правду: он бы не препятствовал Хельге, если бы она захотела поделиться с ним той самой новостью. Черт подери, он бы заставил ее сообщить ему об этом гораздо раньше.