Fallout: Equestria. Параллельность

      Как же меня достал этот несчастный кусок металлолома под названием «Медведь»... Наконец-то. Я починил двигатель!       Я устало поднял голову и отошёл от многострадального внедорожника.       Раздался едва слышный свист, напоминающий выстрел энергомагического орудия, и в следующий момент в коричневый бампер угодил выстрел красного лазера. Я успел вовремя возвести перед собой магический щит, и от силы второго попадания он задрожал и развеялся.       Ох, чёрт...       Перед третьим выстрелом я успел спрятаться за массивным корпусом внедорожника и включить стелс-поле в своём Пип-Бое. Я внимательно смотрел по сторонам, но никого не обнаружил. Сердце барабанит в моей груди.       Где же противник? Как далеко он находится?       И снова пронзительный свист энергомагического оружия. Очередное попадание в корпус, где я спрятался.       Надеюсь, это не Стальные Рейнджеры... хотя откуда им быть в такой дали? В Копытоводстве по выживанию на Пустошах говорится, что подразделения Стальных Рейнджеров находятся поблизости крупных городов, а не здесь, столь далеко от Хуфлэнда... Что они делают в такой глуши? Тоже ищут «Купол»?       Выстрелы не прекращаются, но толстая броня «Медведя» пока что бодро держится.       Заряда моего Пип-Боя не хватит, чтобы добраться до противника со включённым стелс-полем, поэтому воспользуюсь одним из Стелс-Баков Блэкуотера.       Магическая невидимость Стелс-Баков скрывает излучаемое мной тепло. Если это Стальной Рейнджер в силовой броне с тепловизором, он меня не заметит. Но если у него есть визор или датчики, фиксирующее магическое излучение... мне пизда.       Выстрелы не прекращаются. Я должен его убить или нейтрализовать. Других вариантов у меня нет.       Невидимость активирована, и я без шлема двинулся навстречу своей смерти, передвигаясь за высокими елями и одинокими каменными выступами. Поиски привели меня к облачённому в силовую броню пони.       Стальной Рейнджер.       Могу сказать, что выглядит его броня куда более впечатляющее, чем на плакатах. Всё тело от хвоста до кончиков гривы спрятано под надёжной бронёй. На плече красуется гордый символ Стальных Рейнджеров — шестерня, повторяющая очертания яблока, в центре три шестерни и смотрящий острием вверх меч. Почти как у Братства Стали...       Не думай о сходстве... Не думай... Сосредоточься на противнике.       Он находится возле небольшого камня, из-за серой окраски он почти сливается с ним. Его спину украшает продвинутое боевое седло с лазерной винтовкой.       На расстоянии, что броском крышки можно достать, лежит асфальтовая дорога, а на ней стоит небольшой грузовик с эмблемой Стальных Рейнджеров на багажном отделении. Я взглянул на компас Пип-Боя, выискивая ещё красные метки, но безрезультатно.       Подозрительно, что этот Стальной Рейнджер здесь один. Не нравится мне всё это, но его нужно остановить. Коричневый корпус «Медведя» уже плавится, на вид он скоро будет напоминать горелый шоколад.       Я активировал имплантат с электромагнитным зарядом.       Хоть бы мне повезло, и такой тип урона как-то нарушил работу его силовой брони с магическими наворотами.       Я сосредоточился на своём копыте, замахнулся необходимым образом и... махнул в стрелка. Он обратил на него внимание, но не успел увернуться. Синий разряд достиг его брони. Серая массивная броня заискрилась, а движения стали непредсказуемыми и комичными.       Отлично. Разряд вызвал проблемы в управлении бронёй.       Я ещё раз замахнулся, и в этот раз броня отключилась окончательно. Теперь это не более чем стальной гроб, пока не перезапустишь матрицу заклинаний.       В синей дымке моей магии передо мной парит револьвер местного образца, что я нашёл в сейфе магазина Мэйнхэттена. Я подошёл к упавшему Рейнджеру.       — Ни с места! — раздался женский голос справа.       Что?.. К-каким образом она меня видит?!       — Стоять, я сказала! — рявкнула она, только я повернул голову.       На меня угрожающе нацелены две плазменные винтовки. Исходя из голоса, мне приказывает кобыла. Она с завидной уверенностью вышла мне навстречу.       И как это она не боится меня после того, что я сделал с бронёй только что стрелявшего в «Медведя» Рейнджера?       Она видит моё точное местоположение несмотря на то, что я под покровом невидимости. У неё определённо продвинутая версия силовой брони с дополнительными функциями и датчиками. Однозначно. Позади неё в молчании вышел ещё один Стальной Рейнджер, нацелив на меня свои лазерные винтовки.       — Убейте его! — кричал упавший Рейнджер. Видимо, по внутренней радиосвязи он успел послать сигнал о помощи прежде, чем я сделал второй бросок и полностью отключил его броню.       —Жвачка, ты что вытворяешь?! — кричит она явно на Рейнджера. Жвачка?.. — Это, по-твоему, «представитель местной фауны»?       — Он же паразит!       Из динамика силовой брони кобылы послышался обречённый и раздражённый вздох.       — Ещё раз напоминаю, по гражданским лицам не стрелять!       — Но... — заскулил Жвачка.       — Никаких «но»! Приказываю замолчать.       — Есть, мэм..       — Итак... — передняя часть её шлема повернулась ко мне. — Опусти ствол, выключи Стелс-Бак, и давай поговорим.       — Он на меня напал.       — Я тебе верю.       — Да? — спросил я. Неожиданно, что она так быстро поверила мне.       Она на мгновение повернула голову к Жвачке.       — Да... — в её голосе ощущалось раздражение. — Этого импульсивного послушника мне совершенно не жалко, но если ты застрелишь его в упор с крупнокалиберного револьвера, то его смертью испортишь мне отчёт. Поэтому не делай глупостей и облегчи жизнь нам обоим. Давай мирно разойдёмся.       Портить отчёт... она, судя по этому, старше всех вокруг по званию, соответственно, снаряжение у неё получше. И ещё она права. Я в невыгодном положении. Не похоже, что она блефует. Послушника ей и правда может быть не жалко, особенно такого, что выдаёт искажённую информацию.       — После того, что я с ним сделал?       — Я сделаю вид, что ничего не произошло.       — И даже о том, каким образом я это сделал? — сказал я, намекая на использование Стелс-Бака и заряда, с двух раз отключающего силовую броню.       — Да. Не хочу конфликтовать из-за всякого гнилого сена. К тому же послушник дезинформировал меня, сказав, что поблизости агрессивно настроенный представитель местной фауны. Я разрешила открыть огонь, не подозревая, что это может быть простой пони.       Я намекал на наличие у меня ценных технологий, которые применил против них, но она быстро перенаправила тему беседы на своего подчинённого. Лучше мне не расспрашивать и не искушать судьбу. Похоже, у меня и правда нет выбора.       — Ладно... — я снял покров невидимости, показав своё лицо. И убрал ствол. — Будем знакомы, — я приветливо улыбнулся.       — О... — Я ощущаю перемену в её тоне. — Ты куда дружелюбнее, чем я предполагала. Имён мы не говорим. Жеребца с позывным «Жвачка» ты уже знаешь. Позади меня «Извращенец»... — Упомянутый Рейнджер обречённо вздохнул. — ...а я — «Ягодка».       — Любопытные позывные... — усмехнулся я. — Чувствуется, что они выдавались неспроста. Зови меня... Дэнни.       — Дэнни?       — Да, это производное от моего полного имени.       — Как мило звучит...       — В общем, я пойду... — сказал я. Ягодка не выдала какого-либо утвердительного жеста, что меня немного насторожило. — И научи своего Жвачку не стрелять в тех, кто ремонтирует двигатель своей развалюхи.       — Стоп... Ты разбираешься в ремонте вещей?       Быстро же она отреагировала... словно зацепилась за эту фразу, как за соломинку.       — Да, а что? Удивлена, что я не тупой дикарь?       — И да, и нет... в Пустошах способных пони редко встретишь. Пойдём с нами. Мне пригодится твоя помощь.       Жвачка зашипел от негодования, но сдержался.       — Редко можно услышать такие предложения от Стальных Рейнджеров, — сказал я. По сути это предложение, от которого невозможно отказаться. — Зачем я вам нужен?       — Стойло может хранить множество опасностей.       Негодующее шипение Жвачки переросло в гневное рычание, но он по-прежнему сдерживает себя, чтобы не нарушить приказ о молчании. Он и так уже оплошал.       Подозрительно всё это. Возможно, она заметила Пип-Бой... в её глазах, Пип-Бак. Не говоря уже о невидимости и штуке, что вырубает высокотехнологичную силовую броню с двух попаданий. Не проще ли ей меня убить и забрать столь опасные для них технологии?       Я в любом случае нахожусь в невыгодном положении. Опять же, выбора у меня нет. Прикинусь шлангом, но для вида нужно поторговаться.       — И что мне за это будет?       — Чай с ромашками в дружественной компании моих обаятельных братьев и сестёр. — Её голос полон энтузиазма и невинности. Почти как у Вероники. Я на мгновение проникся ностальгией и симпатией. Всего лишь на мгновение. — Как ты видишь по Жвачке, Стальные Рейнджеры в основе своей живут под камнем. Им время от времени необходимо общаться с кем-то извне. И желательно пусть это будут достойные кандидаты, чтобы сложилось правильное впечатление.       Интересная мотивация. Я совершенно ничего не знаю о ней, чтобы судить о правдоподобности, но предложение не кажется таким уж абсурдным. И всё же я ей не верю. Возможно, она не убила меня на месте, так как хочет узнать происхождение моих технологий. К примеру, откуда высокотехнологичный Пип-Бак...       — Ладно... присоединюсь к вашей вечеринке.       Лучше на добровольной основе приму предложение и присоединюсь к ним. И у меня будет возможность обдумать варианты выхода из этой щекотливой ситуации. Теперь... я заложник.       Надеюсь, Лилиак не заскучает в моё отсутствие.

***

      Грузовик Стальных Рейнджеров был припаркован возле люка, ведущего ко входу в Стойло 44. Подозреваю, что Извращенец и Ягодка занимались обследованием консоли, что управляла дверью, пока Жвачка прикрывал их стальные крупы.       Ягодка восстановила работоспособность силовой брони Жвачки и вновь оставила следить за входом. Дальше они разговаривали по радиосвязи, поэтому я не узнал, что она ему ещё сказала. Видимо, пригрозила, что если он ещё раз исказит суть вещей подобным образом, то будет драить сортиры. Мне же она сказала, что попросила его приглядеть за моим транспортом, чтобы никто его не увёл.       Надеюсь, что он действительно присмотрит... и, если Лилиак понадобится помощь, то он сообщит об этом, а Ягодка позволит мне отправиться к ней.       — Откуда ты? — спросила она, пока возилась с консолью, а я волновался за состояние Лилиак.       — С Восточного побережья.       — Далёкий путь.       — Я преодолел его на внедорожнике. Правда, он на последнем издыхании... как и спутница, которую я везу.       — О, а что с ней?       — Что-то с лёгкими... Смертельное заражение или болезнь какая-нибудь. Я не до конца разобрался. Не силён в медицине.       Хоть мой и отец был самым главным медиком Убежища Сто Один.       — Ради чего вы так далеко едете?       Мне совершенно не хочется раскрывать этим технофетишистам свои планы по поводу поиска научно-исследовательского центра под названием «Купол». Стремление Лилиак в последний раз увидеть закат солнца над водой... это личное. Неправильно рассказывать об этом всем подряд. К тому же, прагматичные и военизированные Стальные Рейнджеры не поймут такого намерения. Поэтому...       — Ищем... лекарства, — ответил я.       — Хм... Я тут подумала, что, возможно, наши врачи и медицинские роботы осмотрят её. Что думаешь?       И снова она пытается привлечь моё внимание, используя малейшую возможность заманить меня на их базу. Какие тонкие методы она использует.       — Слишком хорошее предложение.       — Я сказала, что возможно... зависит от того, какую пользу ты нам принесёшь в ходе этой миссии.       Ага, пользу — поведав, где именно я раздобыл имеющиеся у меня технологии, от которых в страхе вы мочитесь по ночам.       — Что ты думаешь о Ванхувере? — продолжила Ягодка.       — Ты это о чём?       — Ну... В Хуфлэнде ходят довольно нелепые мифы об этом месте.       — Тогда что здесь?       — Один из самых развитых городов послевоенного мира, а возможно, единственный и самый продвинутый в плане качества жизни. Развитая промышленность по меркам Пустошей.       Ого... Это объясняет, откуда у Блэкуотера автомобиль в столь хорошем... едва ли не в новеньком состоянии. В Ванхувере кто-то реально запарился не только над поддерживанием довоенного транспорта, но и воссозданием свежих комплектующих, а возможно, и полноценных образцов. Также это наводит на некоторые размышления о том, почему отсюда не уходят. Либо пришедшие становятся рабами, либо местные условия жизни для них слишком привлекательны на фоне остальной Пустоши.       — Я слышал про бессмертного белого демона, что крадёт души слабых.       Ягодка рассмеялась, а затем раздражённо пнула не поддающуюся её хакерским чарам консоль двери Стойла.       —Работай, хрень дискордовая. В общем, да... Множество мифов сводятся именно к такому сюжету. Забавно, но в этом даже есть зерно истины. Бессмертный белый демон — это единорог, что прожил уже как минимум больше ста лет.       — Поэтому бессмертный?       —И не только. Его, насколько мне известно, нельзя убить известными способами. Невиданная в мире регенерация. Никому точно неизвестно, откуда взялся этот демон.       — А что насчёт кражи душ слабых?       — Работорговля.       —Оу...       — Да, этот город так хорошо развился благодаря рабскому труду. Но рабство не могло бы так долго продержаться. Рабам тщательно промывают мозги, делают так, что они боятся свободы. Теперь они желают служить и видят свои жизни только в этом.       Вот тебе и кража душ слабых. Ментальное внушение и целенаправленная психотерапия с целью подчинения воли и поведения... это действительно похоже на воровство.       — Их методика промывки мозгов,— продолжала Ягодка, — поражает воображение. Осведомлённость хозяев в этом плане... Это явно какие-то довоенные исследования или эксперименты по когнитивной психологии.       — Что же вы... не можете справиться с кучкой работорговцев?       Голова, закованная в силовую броню, повернулась ко мне, и я услышал её наигранный смех.       —Двести тысяч рабов, семьдесят тысяч хозяев, полиция из тысячи пони с роботами, Короли... бессмертный белый демон... Странно, что мы не стремимся к открытому мордобою. Сама удивляюсь этому.       Почти триста тысяч жителей... Изотоп урана мне в жопу. Неудивительно, как с таким населением у города имеется возможность создавать транспорт по старым чертежам. Даже самые крупные города НКР не вмещали такого количества жителей. Впечатляет.       Я невольно просвистел от удивления.       — Ага... — кивнула Ягодка и повернулась к делу. — Стальные Рейнджеры пришли сюда слишком поздно.       Дитзи Ду всё же не ошиблась. Стальные Рейнджеры действительно дислоцируются поблизости крупных городов. Ванхувер по определённым причинам стал целью обследования намного позже. Примерно как Вашингтон в своё время заинтересовал Братство Стали спустя сто с небольшим лет после ядерного апокалипсиса. Но в этом мире Стальные Рейнджеры существовали как довоенное подразделение и размещались в крупных городах в период войны. Ванхувер им кажется особенным, раз в такую глушь отправили полноценную экспедицию.       — А что за Короли?       — Элита хозяев. Их около сорока; имеют свои привилегии, но и достичь такого статуса тоже непросто. Лизать яйца Принца недостаточно, чтобы получить его. Я имею в виду, статус. Лесть не поможет. Он строг в выборе кандидатов.       — Принц?       — Бессмертный белый демон. Забавно, что в довоенной истории принц находится ниже короля, но в Ванхувере всё наоборот.       Возникло знакомое звуковое оповещение. Загорелась оранжевая лампочка рядом с дверью, что визуально предупреждает о готовящемся открытии. За дверью слышно, как тяжёлые железные механизмы пришли в действие, издают скрежет металла об металл. Пространство вокруг нас вздрогнуло, и металлическая дверь с противным скрежетом отъехала назад, а затем откатилась в сторону. Всё это так знакомо... Так похоже на Убежища.       Стойло давным-давно заброшено, о чём свидетельствует ударивший в нос затхлый и пыльный воздух, что вынудил меня чихнуть.       — Будь здоров, — сказала мне Ягодка.       — Спасибо... Твои навыки впечатляют.       Она быстро обошла защиту консоли управления двери. Брис также могла тягаться с такой защитой, но на это она тратила куда больше времени.       — Спасибо... Прошу вперёд, — сказала она, глядя на меня.       — Почему я?       — Не хочу рисковать своим персоналом и портить отчёт.       — Как благородно с твоей стороны.       В конце концов, кто из нас носит силовую броню, которая без проблем выдерживает попадания малокалиберных и некоторых среднекалиберных пуль?       — Бывал в Стойлах раньше? — спросила Ягодка, только я переступил порог Стойла со включённой зелёной подсветкой Пип-Боя. Пришлось использовать его, ведь шлем с красными визорами остался в салоне «Медведя».       Я едва не ответил ей, что вырос в одном из них. Не стоит забывать, что её интересует происхождение моих технологий. Осторожнее с ответами, Дэниэл, осторожнее. Но и молчание будет для неё подозрительным.       — Да. Заброшенные давным-давно.       Теперь у неё будет представление о том, откуда у меня Пип-Бой... или Пип-Бак.       — Вот видишь, Извращенец, я не зря его взяла. Он ещё и бывал в подобных местах. Как минимум он знает, чего здесь можно ожидать...       — А ты не бывала?       — Не довелось в заброшенных. Что ты думаешь о них?       Стойла... Убежища... Все они похожи между собой. Эксперименты в подобных стальных гробницах проводили как здесь, так и у меня на Земле. В проекте «Убежища» спасение людей никогда не являлось первоначальной целью — в приоритете были социологические эксперименты Волт-Тек. Люди сами «подписывались» на это: они считали, что подземное укрытие от Волт-Тек защитит их от ядерной войны, а оказались подопытными в жутких экспериментах. Все Убежища в моём мире таили в себе какой-нибудь из этих экспериментов...       Влияние звуков на сознание в Убежище 92, приводивших людей в ярость. Клонирование в Убежище 108. Психотропные вещества в Убежище 106. Эксперименты с ВРЭ в Убежище 87. Исследование гуманности в Убежище 11, что привело к гражданской войне и вымиранию. Безграничный доступ к оружию в Убежище 34. Искусственное разделение на группы в Убежище 19, в результате — параноидная вражда. Азартные игры как решение споров в Убежище 21. Эксперименты над растениями в Убежище 22, в итоге — растения-убийцы и превращение жителей в споровидных мутантов.       Ужас... Благодаря подобным экспериментам в Пустошах появлялись самые разношёрстные люди и группировки. Взрывающие всё и вся Бомбисты и основатели Новой Калифорнийской Республики, чьи идеалы базируются на демократии и верховенстве права, вышли из подобных мест.       Но не всё столь ужасно. Была и ложка шоколада в этой бочке с дерьмом. Контрольное Убежище 3. Там в людях пытались развить самые положительные человеческие качества — доброта, любовь, дружба... И из-за своей наивности жители стали жертвой группы жестоких наркоманов под названием Черти.       — Похоже, наш Дэнни где-то далеко, — хихикнула Ягодка.       — А, да... я был далеко. В своих воспоминаниях, — я качнул головой, пытаясь сосредоточиться на настоящем. — Ужасные места, наполненные безжалостными экспериментами над невинными жителями.       — Я бы не называла их невинными... но насчёт экспериментов соглашусь. В общем, хорошо. Не придётся тебе предупреждать о возможных опасностях. Ты единорог. У тебя должна быть магическая чуйка на заклинания, что могут быть наложены на местные стены. Мои датчики могут сбоить.       Вот и ещё причины, почему я ей пригодился, и почему она послала меня вперёд. Но разве она не предполагает, что я могу воспользоваться исходом эксперимента, каким бы он не был, в свою пользу? К примеру, будет нечто такое, что позволит мне их разоружить и без проблем уйти. Магическая ловушка и прочее.       — Ничего подозрительного не чувствуешь?       Я чувствую давление с твоей стороны.       Мне не хочется рассказывать ей, что я всего двадцать восемь дней как единорог. Чутье к магической энергии вокруг у меня ещё не настолько развито.       — Пока я чувствую естественные потоки магии. Никакого возмущения в них не ощущаю.       — Славно. Идём дальше.

***

      Мы прошли несколько знакомых серых коридоров и помещений, расправляясь с обезумевшими роботами и турелями. Среди них попадались уже уничтоженные. По пути встречалось изрядное количество останков живших здесь пони, рядом с которыми валялись боеприпасы и пистолеты разного калибра. Миновав пост охраны, мы удивились множеству ящиков с боеприпасами — правда, опустевших к нашему появлению. По стандарту такое количество в подобное убежище не завозят. Не найдя там возможности отключить систему охраны, мы отправились дальше. Попав в атриум, мы заметили, что в этом месте останков гораздо больше. Похоже, здесь был какой-то бунт или что-то в этом роде.       Расправившись с турелями, мы разделились. Ягодка отправилась осматривать кабинет Смотрительницы, а мне и Извращенцу поручила обследовать кабинеты и помещения, граничащие с атриумом.       Первым делом я предложил осмотреть медицинский отсек. Вдруг я найду там что-нибудь полезное для Лилиак, что облегчит её страдания.       В палатах на всех операционных столах лежат скелеты пони. Я осматриваю палаты и помещения в поисках полезных лекарств.       — Итак... Извращенец. За что тебе дали такой позывной?       Рейнджер всегда находится позади меня. По тактическим соображениям он не позволял себе оказываться впереди. Оно и понятно. Ему, как я подозреваю, Ягодка приказала не спускать с меня глаз.       — Не хочу говорить об этом.       — Ясно... А что со Жвачкой? Чего он так... ненавидит мне подобных? Считает паразитом?       — Для Стальных Рейнджеров все пони являются паразитам. Невежды, которые необдуманно и нецелесообразно используют технологии, нередко во вред себе. Из-за неправильного использования повреждаете их. Паразитируете на технологиях ради личной выгоды и выживания.       — Вы, вообще-то, тоже собираете и используете технологии для личных целей.       — Цели одного пони и цели всей группы — совершенно разные вещи.       — Полагаю, в Ванхувере, в особенности у столетнего белого демона, есть общая цель. Группа тамошних пони к чему-то стремится.       — Ага, — хмыкнул Извращенец, — развивать промышленность за счёт рабского труда. Прибегать к радикальным мерам может каждый.       Мы в небольшой столовой для медицинского персонала. На кухне я с интересом рассматриваю сковородку.       — Зато эффективно, — сказал я, положив её обратно на стол. — Вы разве не поступаете радикально? Не убиваете ради технологий?       — Будь это так, зола от твоего тела наверху уже бы развеялась на ветру. Но Л... Ягодка избирает другой путь.       — Знаю, и за это ей спасибо. А что насчёт тебя? Что ты думаешь обо мне?       — Я... уже достаточно встречался с теми, кто не является Стальным Рейнджером. Я ближе к Ягодке, нежели к Жвачке в плане того, как тебя воспринимать. К тому же, ты являешься единорогом. Ты в целом полезный и... пока что кажешься вполне образованным и неплохим пони.       — И это с учётом того, что я превратил броню Жвачки в стальную гробницу?       — Пусть ему это будет уроком за дезинформацию. Заслужил... небольшого унижения от паразита вроде тебя.       — Он молод?       — Ему едва семнадцать лет исполнилось. Повезло, что в этом возрасте для него освободился комплект силовой брони.       Мы дошли до складских помещений. Стальные двери надёжно заперты. Я в предвкушении размял шею, повертев головой. Мой рог сияет синим светом, возле меня левитируют инструменты для взлома; я принялся копаться в замке.       — Ты и замки умеешь взламывать?       — Я же исследователь. В мире нет замков, которые не поддались бы моим чарам.       — Знакомые слова...       Я остановился, отложил инструменты и с интересом посмотрел на Извращенца.       — Что ты вытаращил на меня свои прекрасные голубые глаза?       — Почему эти слова знакомы для тебя?       — Да у нас есть одна особа. Она профессионал по взлому замков. Простых и с магической защитой. Также «взламывает» и обходит наложенные защитные заклинания. И о своих навыках она отзывается примерно так же, как ты.       — И почему вы не взяли эту особу с собой на задание?       — Мы всего лишь проводим осмотр Стойла, описываем его. И если обнаружатся какие-то защитные заклинания или запертые на хороший замок помещения, то она отправится во время следующей экспедиции для их вскрытия.       — А как вообще вы обнаружили это Стойло? Люк посреди дороги показался вам подозрительным?       Он хохотнул.       — В яблочко. Ты весьма догадливый.       Я вернулся к делу.       Если она такой профессионал по слесарному делу, мне следует с ней познакомиться. Вдруг она подскажет, где искать книги с теоретическими познаниями по обходу защитных заклинаний или замков с магической защитой. Но нужно как-то попасть к ней... и как-то привлечь её внимание. Я уверен, что своими драгоценными познаниями она так просто не поделится с паразитом вроде меня.       Нет, это невозможно... На их базу я смогу попасть только как пленный, что тоже не будет способствовать привлечению внимания. Не думай об этом слишком сильно, Дэниэл. Лучше подумай о том, как выбраться из этой ситуации.       Размышления о вариантах бегства как для меня, так и для Лилиак пока ни к чему меня не привели. Все варианты слабые и ненадёжные, к тому же, основаны на везении.       — Да! Он открылся, — восторженно сказал я. Нажал на кнопку — дверь уехала вверх.       За ней в тёмной и пыльной комнате стоят вереницы полок и груды ящиков. Полки и ящики с медикаментами почти пустые. Осталось несколько бутылок экстра-сильных лечебных зелий, полдюжины сильных и дюжина средних. Полдюжины пачек антирадина и несколько ампул рад-икса, а также внушительный запас магических бинтов. Морфин, минталки, гидра, бак и ещё несколько видов наркотических средств, способных так ударить по мозгам, что тебе начнёт казаться, будто Пустошь заселили милые магические существа, стреляющие радугой из задницы...       Ох, точно...       Минталки... Звучат как конфеты какие-то, но, тем не менее,они, как и ментаты, временно улучшают варение твоего котелка по всем параметрам. Я пользовался ментатами, когда приходилось взламывать сложные терминалы. Для моего понимания это слишком запутанное занятие, и без подобных препаратов не обойтись.       Из других медикаментов, ампул, таблеток и капсул я не нашёл ничего, что облегчило бы страдания Лилиак. Вообще ничего похожего на то, что она использовала для ослабления симптомов. Возможно, морфин ей поможет. Да, однозначно.       — Бери столько, сколько сможешь унести, — сказал Извращенец.       — А я могу сделать несколько ходок?       — Нет.       — Жаль...       — Минуточку... — сказал Рейнджер и отвернулся. Видимо, Ягодка или Жвачка вызывает его по радиосвязи. Надеюсь, что не Жвачка... я переживаю за Лилиак. Хоть бы с ней ничего не случилось. — Ягодка зовёт к себе. Необходимо взломать дверь в кабинет Смотрительницы.       Я тихо вздохнул с облегчением.       А Извращенец уже успел настучать Ягодке про мои навыки.       — Ты уже успел сказать ей, что я умею взламывать замки?       — Конечно. Ты не кобыла, поэтому рассматривать твой затылок с чёрной гривой не интересно. Вот я болтал всё это время с Л... Ягодкой.       Пялиться на затылки кобыл... точно извращенец.

***

      Перед дверью в кабинет Смотрительницы стояла Ягодка. Услышав наше приближение, она повернулась и заговорила.       — Поскольку в нашей группе оказался столь талантливый и неподражаемый взломщик, — сказала она и кивком головы указала на дверь. — Не будешь ли ты так любезен?..       — Так уж и быть... Паразит поможет вам с этим.       Голова Ягодки поднялась вверх, слышно, как она обречённо вздохнула.       — До сих пор обижаешься?       — Я использую любую возможность вас, стальномордых, подстегнуть.       — Ни я, ни Извращенец — по крайней мере, надеюсь на это,— не оскорблял тебя. Жвачка — не машина, его поведение не запрограммируешь, как робота или турель.       — На самом деле мне всё равно, как вы меня называете. И не нужно мне льстить. В следующих экспедициях к этому Стойлу вы своего специалиста по замочкам и защитным заклинаниям взяли бы.       Ягодка в молчании повернула свою голову на Извращенца, а я открыл панель двери и взялся обрабатывать защитный механизм двери.       — Вот оно что... — проговорила она вслух. — Тебе нравится взламывать замки?       — В этом есть своё удовольствие, не отрицаю. Напряжённые уши, филигранность действий, концентрация... Чудесные ощущения.       — Тебе нравится взламывать любые замки?       — Пока что любые, кроме магических.       Странно, что замочный механизм на дверях главного в бункере оказался без дополнительной защиты в виде магии.       — Любые, кроме магических... Даже такие... замки? — с неким озорством спросила Ягодка.       Я задумался и попытался понять, о чём она говорит. Мне начинает казаться, что контекст её слов связан далеко не с тем, чем я занимаюсь в данный момент.       — Я же сказал, что любые замки без магической защиты не устоят передо мной. Найди нужную точку и положение, и всё — ты в шоколаде.       — Да конечно… — протянула она. — В шоколаде...       — Ты мешаешь мне сосредоточиться.       — Отвлекаю? А, поняла, значит, ты не любишь, когда между тобой и замочком есть кто-то третий.       — Ну чего это? Конечно же, люблю, только если этот третий мне помогает, а не отвлекает.       — Самому, значит, сложно, да?       — Сложно? — удивился я, как тут же замок в панели щёлкнул. — Это по-твоему сложно? Да я даже не вспотел!       — Да, быстро, соглашусь. Задатки у тебя хорошие. И сколько ты можешь обработать замков подряд?       — Столько, сколько ты проглатываешь морковок за день.       — Неужели так мало?       — Прости, я не знал, что у тебя с этим всё настолько плохо.       — На самом деле... Эй! — Ягодка окликнула хохочущего Рейнджера. — Чего это ты там ржёшь, Извращенец?       Я едва сам не засмеялся от того, что позывной Рейнджера совпадает с тем, что мы только что обсуждали.       — Да... — согласился я, услышав отрывистое дыхание из его респиратора. — Мы тут о важных вещах толкуем. Что ты себе вообразил, Извращенец?       — То же, — отозвался он, — что и вы.       — Ага, как же... Знаю я твои... увлечения в молодости, — хихикнула она.       — Эй! — возмутился он. — Можно хотя бы не при гражданских...       Я отвернулся к двери, чтобы скрыть свою усмешку, а затем нажал на кнопку открытия.       — Давайте заканчивать, — сказал я, входя в кабинет.       Ягодка первым делом подошла к главному терминалу. Он не был защищён паролем, и она тут же начала его просматривать, а я тем временем осматривал интерьер и почти сразу обнаружил скелет в углу. Рядом с останками единорожки пылится пистолет среднего калибра и пустая бутылка алкоголя. В черепе зияет дыра от пули.       Я тяжело вздохнул и продолжил осмотр.       В шкафчиках и на полках нет полезных вещей, кроме старых и пыльных документов с данными о жителях, отчётами о состоянии бункера и прочей технической документацией. Тем не менее, в документах я заметил, что часть жителей Стойла были бывшими заключёнными. Здесь не было преступников, осуждённых за убийство, изнасилование и так далее, лишь за мелкие преступления — порча государственного имущества, кражи, мошенничество, подделка документов и так далее. Обычно эти бывшие заключённые не получали больше десяти лет лишения свободы, некоторые из них не отсиживали и половины отведённого им срока — их отпускали за хорошее поведение.       Каждый второй житель Стойла был когда-то приговорён к тюремному заключению. Это не совпадение.       Среди жителей бывшие заключённые... ровно столько, сколько добропорядочных... или, по крайней мере, тех, кого не поймали с поличным. Это не может быть совпадением. Что за эксперимент здесь проводился?       Все жители, кроме Смотрительницы, были земными пони. Теперь понятно, почему здесь не стали тратить деньги и ресурсы на установку защитных заклинаний. А если среди жителей затесался бы единорог, то эксперимент мог пойти совершенно неожиданным и совсем уж неконтролируемым образом.       — Теперь ясно, — внезапно отозвалась Ягодка, — что здесь произошло. Бунт.       — Его подняли бывшие заключённые? — спросил я, положив документы обратно в шкафчик.       — Как раз наоборот, — печально ответила она. — Из личного дневника Смотрительницы, Даймонд Крауз, всё стало ясным, как небо над Пустынным океаном.       Извращенец подошёл к окну, выходящему на атриум. Я бросил взгляд на открытую дверь.       Бежать не имеет смысла. За входом всё равно присматривает Жвачка, к тому же, «Медведь» слишком медлен и неповоротлив. От выстрелов лазерного оружия не скрыться.       — И... что думаешь о произошедшем? — спросил я.       — Могу предположить, что суть эксперимента была в том, чтобы выяснить— насколько пони смогут ужиться под одной крышей с теми, кто когда-то совершил преступление, и к чему это в итоге приведёт.       — Жители Стойла прознали про то, что половина из них — бывшие заключённые? И начали их побаиваться?       — Именно. Они стали остерегаться отсидевших пони, а затем и вовсе начали провоцировать и относиться к ним, как к отбросам. Напряжение нарастало.       — Дай угадаю... всё кончилось кровопролитием?       — Угу. Смотрительница начала временно запирать самых ярых противников бывших зеков, однако это восприняли так, будто Смотрительница перешла на сторону мерзких преступников.       — Тогда и поднялся бунт...       Ягодка кивнула.       —К слову, подобный случай был предвиден Стойл-Тек, и поэтому это Стойло было оборудовано дополнительными мерами безопасности, такими как боевые роботы и турели, а также немалый арсенал огнестрельного оружия малого и среднего калибра.       —Те активные турели и роботы... Техника исполнила свой долг.       — Да. Активировалась система подавления бунта, но она вышла из-под контроля после того, как, видимо, один горе-программист из жителей попытался её перепрограммировать в пользу «незапятнанных», и она начала истреблять всех подряд, кто был агрессивно настроен — неважно, к кому именно. А во время бунта, как ты понимаешь, много ярости, гнева и агрессии...       В разговор вклинился Извращенец.       —Вот что бывает, когда подпускаешь необразованную наволочь к сложным технологиям. Их нужно беречь как раз от таких вот идиотов.       Ягодка промолчала.       Я, безусловно, согласен, что технологии должны быть под контролем. Но они, как и Братство Стали, сильно перегибают палку. Всему должен быть предел.       — Стальные Рейнджеры, — заговорила Ягодка, — должны уберечь пони от самих себя. Хранить технологии в безопасности.       — И кто дал вам это право?       — Стальные Рейнджеры изначально являлись частью Министерства Военных Технологий, — напомнила мне Ягодка. — Мы несём ответственность за технологии нашего министерства.       Несут ответственность...       — За Министерство, которого уже не существует?— спросил я со скепсисом.       — Пока жив хоть один Рейнджер, — вставил Извращенец, — Министерство будет жить. Наш долг — защищать пони Эквестрии... даже от них самих. И в первую очередь необходимо вернуть контроль над технологиями, которыми они не умеют пользоваться. Большинство даже читать не умеет!       — Так... — Ягодка подняла копыто. — Сейчас не время для дебатов. Мы тут произошедшее в Стойле обсуждаем.       — Да, мэм.       — Итак... Смотрительница обвиняла в нарастающем конфликте себя: не смогла справиться с обязанностями и угомонить жителей, когда всё это только начиналось. Чувство вины и ответственности становилось сильнее, и она...       Я вновь взглянул на простреленный череп единорожки.       Тысяча жизней...Тысяча живых пони, желавших скрыться от ужаса поверхности, от разрушительных мегазаклинаний и магической радиации. Матеря, отцы, дети... семьи... Всё, чего они хотели — это безопасность, защита и покой. Но... ты не смогла предотвратить кровопролитие, не смогла успокоить.       Пустые и чёрные глазницы её черепа уставились на меня. Они смотрят в мою душу, в моё прошлое. «Какое ты имеешь право меня осуждать?»       Я поёжился от нахлынувшей неловкости.       Я не осуждаю... Я понимаю, что ты чувствовала. За моей спиной тысяча жизней, что также хотели безопасности от суровых правил НКР.       Моё копыто вот-вот продавит пол. Я помотал головой, чтобы отогнать гнетущие воспоминания и сменить течение своих размышлений.       — Стойло с момента закрытия и пяти лет не просуществовало, как все жители были мертвы, — добавила Ягодка.       Как же всё-таки ужасно, что события в этом мире частично повторяют то, что было в моём мире. Даже эксперимент с разделением на группы оказался похожим.       — Я вспомнил, что был похожий эксперимент в одном из Стойл, — сказал я, завуалировав для пони своё воспоминание. — Там жителей поделили на три группы. Три сектора: Красный Сектор, Синий Сектор и Реакторный Уровень. В каждом из них был свой Смотритель и/или Смотрительница. Жители Красного и Синего сектора не знали о существовании Реакторного Уровня, а те в свою очередь не знали о существовании первых двух. Реакторный Уровень со временем заполонили хищники из поверхности, а Синие и Красные из-за паранойи свихнулись и, предположительно, перерезали друг другу глотки. Единственными, кто знал об эксперименте, был медицинский персонал, но они, само собой, тщательно это скрывали.       — Ужас, — сказала Ягодка с отвращением. — Ненавижу этих ублюдков из Стойл-Тек. Хоть они и строили сооружения на века, но совесть, видимо, у них полностью отсутствовала. Совершенно не понимаю, почему у Эплджек, Кобылы Министерства, была такая безжалостная сестра.       — Ты о чём?       — Все Стальные Рейнджеры знают биографию основательницы нашего Министерства. Сестра Эплджек была одной из трёх основательниц Стойл-Тек.       — Ого... Влиятельная семейка получилась.       Ягодка кивнула.       — Но её сестра, — продолжил я, — была лишь одной из трёх основательниц. Остальные тоже имели своё влияние. Не думаю, что стоит винить сестру Эплджек за эксперименты всего Стойл-Тек.       — Её вина в том, что не попыталась этому воспрепятствовать, — напряжённым голосом сказала она. В Ягодке чувствуется сдерживаемое раздражение.       — Может быть, Стойл-Тек преследовали какую-то цель. Лишь взглянув на всю картину происходящего, можно узнать, что за цель они преследовали.       В своём мире я так и не узнал, ради чего Волт-Тек проводила подобные эксперименты.       — Какая бы она ни была, она, блять, ебанутая, — послышался гневный голос Ягодки. Даже со Жвачкой она была мягче.       —Мэм... — удивился Извращенец.       — Извини... Ладно, подождите все, пока взломаю этот дискордов шифр, — почти сразу добавила она, обратно наклонившись к зелёному экрану терминала.       — Что за шифр? Он отключит автоматическую систему охраны?       — Нет. Её я уже отключила по пути сюда, когда наведалась в технический отдел. А шифр... Через некоторое время сюда придут наши писцы, произведут демонтаж этого Стойла. Но я хочу первой узнать, что пытается скрыть от меня шифр.На первый взгляд это самая сложная и навороченная система шифрования. Даже в нашей базе данных не было информации о подобном, но для таких случаев у меня есть свой козырь под копытом.       — Какой? — спросил я так, будто мне действительно интересно.       — Секрет фирмы «Не-твоё-собачье-дело», — нараспев ответила она, достав из своей брони и подсоединив к терминалу ещё несколько проводов. Чего и следовало ожидать.       После этого Ягодка ни с кем не разговаривала несколько минут, полностью сосредоточившись на процессе.       — Она действительно молчит? — спросил я у Извращенца.       — Нет, Ягодка редко молчит такое длительное время. Скорее всего, она просто отключила динамики своей брони. Такое дело может любого заставить крепко выражаться, если у тебя ничего не получается.       Я кивнул и начал перелистывать записи своего Пип-Боя. Свои различные заметки и планы дальнейших действий.       — Готово! — Ягодка издала радостный визг, а после этого облегчённо вздохнула.       — Молодец! — искреннее сказал я.       — Спасибо. Это было весело, столько удовольствия я давно не получала. Оказывается, за этим шифром пряталась функция, открывающая секретное помещение под столом Смотрительницы.       — Круто, — присвистнул я. Не припомню, чтобы подобное в Убежищах находилось под столь усиленной защитой. — Обычно под столом главного в Стойле находится секретный туннель, а не помещение, но сложный шифр показывает, что там может храниться что-нибудь существенное.       — Вот сейчас мы это и выясним, — бодро и с предвкушением произнесла Рейнджер, после чего своими громоздкими копытами нажала на несколько кнопок терминала; стол Смотрительницы зашипел и раздвинулся в стороны, предоставляя нам доступ на лестницу, ведущую вниз... в тёмное пространство.       — Идёмте!       Ягодку распирало от энтузиазма и любопытства настолько, что позабыла о гражданском. Она включила фонарик на своей броне, что проделали и остальные. Я также не был исключением и включил зелёную подсветку Пип-Боя.       Спускаясь по стальным ступеням, я ощутил нечто странное вокруг. Стены, ступени, потолок... всё вокруг сочится магией, как мясо на костре — соком.       — Думаю, ты это чувствуешь... — бросила Ягодка.       — Да. Защитные заклинания.       Предполагаю, что они предотвращают враждебное проникновение через телепортацию, бурение или другими способами. За двести лет они ещё не развеялись. Здесь хотели что-то надёжно сохранить и спрятать от посторонних глаз.       Мы оказались в совсем тесном помещении из бетона и стали, где едва помещаемся вчетвером. В центре напротив лестницы в гордом одиночестве в свете наших фонарей отсвечивается стальной сейф. Ягодка подошла к нему, осторожно открыла его и достала оттуда красную папку и ничем непримечательную розовую ключ-карту. На папке красными печатными буквами написано: «Совершенно секретно. Только для Уполномоченного Персонала».       Какого персонала? Стойл-Тек? Неужели здесь находится их самая секретная информация? Или какая-то отдельная её часть, которая прольёт хоть какой-то свет на предназначение всех Стойл в целом помимо надёжного укрытия от бомбардировки?       Ягодка открыла папку и стала читать, застыв и не шевелясь. У меня возникло ощущение, что она и вовсе перестала дышать от увиденного. Любопытство во мне вспыхнуло ярким пламенем.       Я затаил дыхание, ожидая хоть каких-нибудь слов Ягодки!       — Не тяни кота за яйц… за хвост. Что там написано? — нетерпеливо спросил я.       — Розовая ключ-карта — это один из шести ключей, нужных для прохода в... «Купол», — последнее слово она произнесла очень медленно и тяжело. Как будто она сама не верила в то, что говорила.       «Купол»? Да быть такого не может! Какое он имеет отношение к Стойл-Тек? Или наоборот, какое отношение Стойл-Тек имеет к нему? Это же то, что я ищу... Слишком подозрительное совпадение. Это мать всех совпадений!       — «Купол», — продолжила она дрожащим голосом, глядя на содержимое красной папки, — это довоенный научно-исследовательский центр, в котором преимущественно находились учёные шести Министерств. Из-за высокой секретности большинство сотрудников проекта не знали, над чем в действительности работают. Его постройка началась за семь лет до падений мегазаклинаний. 6 Месяца Поля, Блюдэй, 1145 год от Н.П.П..       Я неоднократно встречал это сокращение. Начало Правления Принцесс. Ягодка слишком хорошо осведомлена о сути проекта... почему она рассказывает это гражданскому? Жвачка был бы в ярости.       —...после завершения строительства «Купол» был закрытым объектом как для входа, так и для выхода.       — Это в стиле Стойл-Тек... — сказал я.       — Были отобраны лучшие умы не только Министерств, но и частных учёных Технологической эпохи развития. Доступ к «Куполу» после завершения его строительства имела лишь Принцесса Луна. Здесь сказано, что сами кобылы Министерств не имели право доступа. Хотя шесть ключей как раз-таки и олицетворяют то, что проектом занимались именно они. Первоначальная цель — научные исследования, ограждённые от внешнего мира, свободные от каких-либо культурных, этнических и социологических ограничений.       — Зачем ты мне всё это рассказываешь? — прервал я. Рейнджер подняла голову и повернулась ко мне, светя фонарём мне глаза. Я зажмурился.       — Потому что это миф.       Это... неожиданно.       — Миф, о котором в Ванхувере не знает только ленивый.       — Но... розовая ключ-карта...       — Тщательно спланированный отвлекающий манёвр для врагов Эквестрии. Стальные Рейнджеры сто лет потратили на его поиски, но не нашли ничего, кроме нескольких упоминаний вроде этого. Слишком амбициозный проект. Он столь огромен и столь... незаметен? Невозможно. Да и что за шесть ключ-карт? Ребячество.       — Не веришь в его существование?       — Может, он действительно планировался, но почти сразу был отменён из-за нехватки ресурсов. Проще сделать уловку для Империи Зебр. Возможно, это и есть уловка... в конце которой тебя ждёт смерть.       — Звучит как заговор, — отмахнулся я.       — Министерство Морали занимались такими штуками. А Контролёры — их отдельное подразделение.       — Контролёры?..       Наблюдатель упоминал, что курированием проекта занималось особое подразделение Министерства Морали. Хотя откуда ему известно о столь секретном проекте? С таким предвзятым отношением она не поверит ему.       ...а может, она намеренно хочет посадить в моём сознании семя одной идеи. Идея заговора о «Купола»...       Возможно, я слишком много думаю.       — Да. Контролёры — прямой ребёнок Министерства Морали. Шпионаж, разведка, дезинформация... Это всё их любимые шалости. В этой папке нет, — она подняла картонную папку «Совершенно секретно. Только для Уполномоченного Персонала», — даже упоминания о завершении строительства. Ничего. Никакой сверхсекретной информации. Секретные объекты не строится таким образом, что о них вообще никому неизвестно, даже строителям. Это глупо.       — Может... в твоих словах есть правда.       — У тебя сейчас есть куда более важные вещи... к примеру, больной пони, которому нужна помощь.       Лилиак... я совершенно забыл о ней! Вот же сырная голова...       — Да... Пойдём же отсюда?       — Ты всё-таки оказался полезным. Не хочу оставаться в долгу. Поехали к нам на базу. Наши врачи и роботы как минимум осмотрят пони.       Думаю, мне не стоит отказываться... к тому же она выглядит слишком дружелюбной. Точно напоминает мне Веронику. Не похоже, что она врёт, а даже если и так... сам виноват. К тому же я хочу познакомиться с их специалистом по взломам и защитным заклинаниям.

***

      Мне совершенно не нравится, что Ягодка взяла с собой Жвачку. Пока Извращенец заканчивает осмотр и краткую опись всех помещений Стойла Сорок Четыре, Ягодка мягко настаивала на том, чтобы посмотреть на внедорожник, на котором я приехал, а ещё посмотреть на степень запущенности болезни Лилиак, дабы прикинуть, смогут ли ей помочь на их базе.       Ещё середина дня, а уже столько всего произошло... как много я узнал. Блэкуотер, Короли, Белый Демон, Рабство в Ванхувере, Стальные Рейнджеры, Стойло, "Купол". Невероятно насыщенный день. Давненько такого не было.       Мы приближались к «Медведю» — коричневому чахнущему старику с толстой бронёй. Лилиак по-прежнему дремлет. Надеюсь, она сильно не переволновалась под обстрелом лазерного оружия. Хотя чего ей волноваться, она смогла выжить на остатках Королевства Грифонов. Чёрт, да она даже грифонов не боится!       — Какой чудесный... — со вздохом умиления проговорила Ягодка, глядя на внедорожник.       — Хоть и старый, как мир. — Добавил я. — Чиню каждые пару часов езды.       Жвачка пробурчал что-то недовольное таким образом, чтобы я это понял. Мол, его это не впечатляет. Меня не волнует его мнение.       Я подошёл к передней пассажирской двери и открыл её. Жвачка встал позади меня, ожидая от меня какого-нибудь трюка. К примеру, я незаметно взорву импульсную гранату или что-то в этом духе.       Я прикоснулся к мирно дремлющей голове лиловой земной пони и попытался её разбудить. Давненько я не видел её столь спокойной и тихой.       —Лилиак, проснись. Хочу тебя кое с кем познакомить.       Никакой реакции. Я попытался вновь её разбудить.       — Давай. Мы уже почти у Западного побережья...       Слишком тихо... Никакого тяжёлого дыхания. Я посмотрел вниз.       Вой ветра вокруг утихал. Рейнджеры и мир вокруг медленно растворяются; осталось лишь мирное и спокойное выражение лица пожилой пони с лиловой шёрсткой, которая хотела в последний раз увидеть закат солнца над океаном.       —Лилиак?..