Керосин

— Сара ещё жива, — твёрдым и уверенным голосом повторял Дин, крепко обнимая Нэнси; та была просто уничтожена произошедшим, а Винчестер отчаянно пытался отыскать способ привести её в чувство, но ничего лучше, чем прижать её к себе как можно сильнее, он не придумал. Они вообще ничего не нашли там, куда заявились; разве что, парочку окровавленных трупов, среди которых тела Сары Райз определённо не было. Но Нэнси всё равно очень остро на это отреагировала. До того момента она держалась. Сейчас же её постоянно била дрожь − она очень боялась за сестру. Винчестер просто не мог смотреть на это. Ему срочно нужно было отыскать способ как-то отвлечь её; это, правда, представлялось практически невозможным, поэтому Дин вскоре отказался от этой затеи и придумал кое-что другое. Он вспомнил, что в детстве, когда они втроем играли в прятки, Нэнси всегда выигрывала, а на закономерный вопрос «как?» только загадочно улыбалась. В одну из таких игр Джон Винчестер приехал за сыновьями, увидел, чем они тут балуются и строго-настрого запретил им заставлять Райз искать их когда-либо снова. — Послушай, — начал Дин; он не отстранился от подруги, но разжал объятия, а его ладони опустились с плеч на её талию, — ты не можешь как-нибудь узнать, где Сара?.. Лицо Нэнси тотчас озарилось радостью. Она сразу совладала с собой и со своими чувствами, со своей тревогой за сестру; это было одной и отличительных её черт − несмотря на эмоциональность, в нужный момент она легко брала себя в руки. — Могу, — сказала она с улыбкой, тотчас припомнив ингредиенты, необходимые для зелья, которое могло бы помочь с этим. — Спасибо, Дин! — она поцеловала друга в щёку, вскочила с дивана и удалилась в кладовую, чтобы собрать необходимые ей травы, настойки и прочую ерунду. А Винчестер так и остался сидеть на диване, несколько удивлённый, или, скорее, сбитый с толку своими ощущениями. Нэнси была безжалостной и ловкой на охоте, и при этом всегда приветливой и бесконечно милой в общении; абсолютно в её стиле было поцеловать кого-то в щеку, обнять, назвать дорогим, и никогда это Дина особенно не удивляло, потому что Райз была для него той самой девчонкой из детства, что деловито отряхивала Сэмми, когда тот упал вместе с ржавым велосипедом. А сейчас... Винчестер испытывал совсем не дружеские чувства последние полчаса − Нэнси была так огорчена, так нуждалась в утешении, что он просто не мог ей его не дать; а попутно вдруг осознал, что его нисколько не изнуряет обязанность нашёптывать что-то ей на ухо. Было даже как-то приятно. Подруга, которую он знал столько лет, казалась сейчас другой − и нельзя сказать, что перемены были в худшую сторону. — Так, здесь всё, что мне нужно, — задумчиво произнесла Нэнси, вернувшаяся в комнату с горой разных предметов в руках. Она ещё что-то бормотала, расставляя на столе флакончики, коробочки и чаши, но Дин не мог разобрать, что. Да он и не обращал на это особого внимания, гораздо больше следя за движениями Нэнси; он подметил, что у неё на шее, сзади, есть татуировка − знак защиты от одержимости, обычное для охотников дело, но смотрелось это по-особенному. Нэнси Райз в какой-то неопределённый момент перестала быть подругой детства и стала девушкой. Красивой девушкой, если быть до конца честным. — Дин. — Райз как раз сыпала три щепотки какого-то красного порошка в чашу, это был один из последних составляющих зелья, — сейчас я выпью это и погружусь в транс на некоторое время. Тебе нужно будет разбудить меня через десять-пятнадцать минут. Она перелила часть зелья в стакан, и, взяв его в руки, обернулась к Дину. — Только очень тебя прошу, — вкрадчивым голосом добавила она, — сделай это как-нибудь помягче, ладно? Подобные обряды и без того несколько... болезненны. — Да, конечно. — Райз благодарно кивнула ему, села рядом на диван и залпом опустошила стакан. Она еле-еле успела поставить его на кофейный столик, прежде чем магический сон сморил её, и Нэнси по воле коварного случая, привалилась к плечу Дина. Тот только усмехнулся и в полной тишине и покое стал ждать. Вокруг Нэнси (хотя правильнее было бы сказать «внутри неё») крутились разные образы, настолько запутанные и мутные, что даже ей, опытному медиуму, стоило больших трудов разобраться со всеми этими узлами. Дорогая машина. Лицо Сары, заплаканное. Сухой смешок и скрип двери, вспышка света. Красная ковровая дорожка. Полумрак. Дубовый стол. Дверь, закрывающаяся на три оборота ключа. Охрана. Из демонов. Американские флаги, опрятная обстановка комнат. Это где-то близко, потому что в путаницу картинок примешиваются и звуки, и изредка − даже запахи, запахи чернил и пыли, корректора, чьего-то хот-дога. Неясные разговоры. Хорошо поставленный мужской голос и микрофон. Чистые мраморные полы. Сара на таком полу, стучит что есть силы в дверцы массивного шкафа, явно ослабла от ужаса и, может быть, голода. Яркий свет ламп. Жалюзи на окнах. Всей этой информации было уже вполне достаточно, чтобы сделать выводы, но Нэнси не могла остановить поток сама − нужно было, чтобы кто-то бодрствующий её оттуда вырвал. Собственно, сейчас Райз это даже и не осознавала, как не осознавала то, кто она такая и что она сейчас вообще не в реальном мире. Она была частью всех этих расплывчатых образов, она растворилась в них и плыла по течению, её не существовало... — Нэнси, — тихий шёпот, мужской голос прямо у неё над ухом на самую секунду дал ей осознать, что у неё есть собственное тело; но Райз вовсе не понравилось, как этот голос вторгся в её сон. Она не хотела с ним расставаться и уцепилась в картинки ещё крепче. — Нэ-э-энси-и, — повторил голос уже громче. Глаза девушки ненадолго раскрылись, она окинула хмельным взглядом комнату вокруг себя и Дина, сидящего рядом, и попыталась было снова провалиться в забытьё, но Винчестер не позволил ей этого сделать; он легонько потряс её за плечи, и Нэнси окончательно пришла в себя. — Это мэрия! — взволнованно, но абсолютно уверенно заявила Райз. — То большое белое здание в паре кварталов отсюда, я как-то была там по делам... Это точно оно, и Сара, видимо, заперта в одном из кабинетов. — Чудненько, — улыбнулся краешком губ Дин, помог Нэнси встать с дивана, потому что она ещё нетвёрдо стояла на ногах после транса, а потом отправился собирать арсенал для охоты. Во второй раз. После недолгих сборов он несколько раз удостоверился, что Райз пришла в себя окончательно, и они снова сели в Импалу, на этот раз точно уверенные, что всё получится. — Какое оно... противное, — поморщилась Нэнси, когда они подъехали к зданию; с ним действительно будто бы было что-то не то, выглядело оно серым и нагоняющим тоску, хотя и с некоторой претензией на архитектурность. — Да уж, — согласился Дин и поспешно вышел из машины. Охотники быстро поднялись по семи ступеням к стеклянным двойным дверям; Райз прошла сразу, а вот Дин столкнулся на пороге с каким-то пожилым человеком лет пятидесяти, в тёмно-синем деловом костюме. — Извините, — буркнул тот своим надтреснутым голосом; Винчестер в ответ только кивнул, бросив на мужчину беглый взгляд и подметив, что на шее у него − старый белый шрам, резко контрастирующий со смуглой кожей. Хлопнув дверьми, охотник последовал за подругой. Внутри было чисто, всё приведено в надлежащий порядок. Красивые большие люстры на высоком потолке освещали весь зал, каждый укромный уголок; от этого почему-то просыпались инстинкты летучей мыши и хотелось поскорее убраться отсюда, отыскать место поукромнее. И Дин не мог отделаться от ощущения, что за ним кто-то следит. Осмотревшись, он встретился взглядом с каким-то парнем, который, видно, решил станцевать танго с фикусом, так сильно к нему прижимался. Заметив на себе взгляд охотника, парень как-то слишком поспешно спрятался за растением. Подозрительно. — Нам нужно видеть... э-э-э... Эдварда Бойла, — это Нэнси говорила девушке в форменных рубашке и юбке; та почему-то не давала Райз подняться по лестнице на второй этаж. Улыбалась своими пухлыми, накрашенными ярко-алой помадой губами, что-то вежливо втолковывала охотнице, но не пускала. В конце концов Нэнси всё-таки сумела уболтать девушку и заставила её уступить. Дин с подругой прошли дальше, потому что Нэнси была уверена, что им туда. — Демоны?.. — украдкой, вполголоса спросила Райз у Винчестера. — Какой-то парень за мной следил, только что-то слишком открыто, не думаю, что он одержим. Меня куда больше напрягла та особа, что не давала нам пройти. — Да, мне она тоже не понравилась, — согласилась Нэнси. — Ещё и пристала к моей татуировке, должно быть, узнала, что это такое. Я, правда, попыталась убедить её, что понятия не имею, что это за знак – просто в подростковом возрасте хотела напугать предков, вот и сделала её себе. Мол, изображение звезды, окружённое всполохами огня – очень похоже на сатанистский символ. Кажется, она мне поверила. — Чудненько, — кивнул Дин и внимательно оглядел два полутёмных коридора справа и слева – в этой части здании электроэнергию берегли. Пол обоих коридоров был выстлан красной ковровой дорожкой. Нэнси узнала её тотчас. — Разделимся, — бросила Райз и пошла направо. Дин – налево. Она двигалась вперёд, и через три или четыре двери справа и слева вышла в очередной зал, освещённый лучше, чем коридор. Нэнси осмотрелась. Два чёрных кожаных дивана, низенький стеклянный столик и выбеленные стены. Тупик. Она вздохнула и собиралась было развернуться, пойти догнать Дина, как вдруг её взгляд упал на американский флаг около одной из стен. Флаг, скрип дверей, а где-то совсем рядом – плачущая Сара и дубовый шкаф. Райз подошла к флагу ближе – его древко было закреплёно на полу, но края были пришпилены к стене. Предельно осторожно девушка выдернула кнопку и отогнула краешек бело-красной ткани. Ей открылась вполне заметная щель; будто за флагом была потайная дверца. Нэнси поспешно открепила и второй край ткани – и вот, точно, явно видный прямоугольник на полметра выше пола, а посередине – нечто вроде замочной скважины. Девушка поспешно сняла с плеч небольшой рюкзачок и извлекла из него отмычку. Повозившись с замком полминуты, она, подавив в себе радостное восклицание, со скрипом открыла дверцу. Ей открылось тёмное нутро шкафа. — Нет! — глухо всхлипнул кто-то по ту сторону. — Сара!!.. — Нэнси поспешно пробралась внутрь и распахнула дверцы − в полупустой комнате, на холодном мраморном полу лежала вторая Райз. Исхудавшая, с грязными спутанными волосами цвета соломы, заплаканная. Но лишь только она увидела кузину, лицо её вмиг преобразилось. Она тут же вскочила на негнущихся ногах, кинулась к сестре... и вскрикнула. Нэнси рухнула на пол, без сознания, а Сара, зажавшая себе рот рукой, успела отскочить и теперь с неприкрытой ненавистью смотрела на человека, ударившего охотницу со спины. Это был мужчина в тёмно-синем деловом костюме. А у его ног лежало ещё чьё-то безвольное тело − лицо это Саре было незнакомо, но она не сомневалась, что это кто-то из «хороших», недаром же демон и его оглушил. — Ну, что, пришло время выходить, цыпочка, — осклабился мужчина и схватил Сару буквально за шкирку. Он грубо вытолкал её через проем прямоугольной дверцы, а потом закрыл её за собой на три оборота. Райз чуть слышно всхлипнула − она даже не за себя боялась, а за сестру, ведь Нэнси осталась по ту сторону звуконепроницаемых стен. В том, что там её никто не услышит, Сара была уверена, она это крепко запомнила. — Ну, что, — повторил демон, присаживаясь перед девушкой на корточки и потирая шею, а особенно − ту её часть, что была изуродована шрамом, — вот и всё. За волосы он потащил её по полутёмному коридору, попутно бормоча что-то себе под нос. Было тихо. Было настолько тихо вокруг, что Сара могла прекрасно разобрать, что мужчина там бормочет, и это приводило её в ужас, это заставляло её думать, что уж лучше бы она была глухой. Сопровождаемый всхлипами и вскриками Райз, демон вёл её во вторую укромную комнату в этом здании. Он ждал Кроули, чтобы передать Сару в его руки. А Нэнси и её спутник, которого, видимо, звали Винчестером, будут убиты − в потайную комнату пустят газ или что-то вроде того... Сара была в отчаянии.

***

— Эй, эй, — почему-то шептала Нэнси, легонько шлепая Дина по щекам, пытаясь привести в чувство; Винчестер наконец заморгал и начал подавать некоторые признаки сознания, даже попытался приподняться на локтях. — Я облажался, — сразу признался охотник, и, заметив выражение лица подруги, мгновенно понял, что не он один. — Где мы? — Здесь держали Сару, — ответила Райз, хмурясь, — я нашла её тут, а потом меня вырубили, и я очнулась буквально только что. Как видишь, моей сестры тут больше нет. И... — она осеклась и заговорила тише, будто выдавливая из себя слова. — Знаешь, тут нет окон, а та единственная дверь, в шкафу, герметична. И ещё эти отверстия в потолке. Их слишком много для обычной вентиляции, и всё это наводит меня на мысль, что... — Что? — Нэнси замолкла, и Дину показалось, что в её глазах мелькнул испуг. Он сейчас сидел на полу, рядом с девушкой, и поэтому точно так же, как в тот раз, когда они считали Сару умершей, Винчестер воспользовался верным способом её утешения. Придвинулся ближе, и Райз доверчиво к нему прижалась, не догадываясь, какую волну мурашек заставила пробежать по телу друга. — Я была однажды в концлагере где-то в Германии... — продолжила Нэнси, — если забыть про мраморный пол и шкаф, это комната очень и очень напоминает газовую камеру. Дин, — её голос нехорошо дрогнул, — мне страшно... Винчестеру тоже было сильно не по себе. Он был в чёртовой панике, и отчётливо понимал, что не имеет право это показывать − он мужчина, и должен успокоить Нэнси, и... Что-то определённо началось. Он даже не совсем понял, что, потому что услышав от Нэнси про газы, он представил себе тёмную дымку и едкий запах, вызывающий жжение в лёгких, а тут было нечто совсем другое. — Азот, — наморщив лоб и сглотнув, прошептала Райз. — Не имеет цвета и запаха, вызывает не отравление, а банальное удушение, и даже при утечке никто ничего не заметит. Она шумно втянула носом воздух. Нэнси считала, что сейчас не время предаваться чувствам, и, хоть ей это давалось с трудом, она сохраняла каменное выражение лица. Глаза её выдавали. Дин, под впечатлением от слов Райз, задержал дыхание и встретился с ней взглядом... и оторваться не смог. У Винчестера часто бывали моменты, которые казались последними. И многие из них и были последними перед смертью. Только этот был самый последний − не перед смертью, не перед чем-либо ещё, просто самый. Подходящий. Дин не был влюблён в Нэнси и совершенно уверенно мог об этом сказать. Но его чувства не были элементарной похотью, хотя бы потому, что Райз до некоторых пор была его старым хорошим другом. Он определённо что-то ощутил. Это был тот самый момент, который нельзя было упускать, даже если жить тебе остаётся несколько минут и последнее, что должно тебя волновать − это поцелуи. Как в фильмах и книгах, здесь нельзя увильнуть. И не хочется вовсе. И Нэнси, кажется, чувствовала то же. Потому что также потянулась к нему, задержав дыхание, и как только губы должны были соприкоснуться... Скрипнула дверь, и охотники вздрогнули, отстранившись друг от друга. Распахнулись дверцы злополучного шкафа, и в нём появилась ярко накрашенная девушка в форменных рубашке и юбке. Та самая, что не пускала их на второй этаж. Видно, вовсе не зря − догадывалась, что произойдёт. — Выходите, скорее! — воскликнула она, и тут же ринулась обратно, вглубь шкафа и из потайной комнаты. Нэнси и Дин переглянулись, тут же вскочили с пола и последовали за нею. — Кристо, — тотчас сказал Дин, оказавшись на свободе. — Нет, нет, — замахала руками девушка, — я не демон, я... Меня зовут Лиззи, и тот мужчина, который вас запер, он... Мой отец. — Это не он, — сходу сообщил ей Винчестер, — он одержим, и всё, что он делает сейчас − не его вина. — Я знаю, — закивала Лиззи, — я заметила, что он странно себя ведёт, а потом узнала о демонах и прочем, и мне пришлось это скрывать. Правда мне кажется, что он догадался. В любом случае, когда вы стали искать моего отца, Эдварда Бойла, я решила, что и вы демоны тоже. А потом вы ушли, делись куда-то, и я подумала, что настало время. Я хотела спасти эту девушку, которую они тут держат... — она запустила руку себе в волосы, — отец показал мне эту комнату, когда ещё был... в себе. И вот, я решилась. — Спасибо, — горячо согласилась Нэнси, схватила Дина за руку и они вместе побежали, сами не зная, куда. — Парень, который следил за тобой из-за фикуса, — прокричала Лиззи им вслед, — он тоже демон! — А потом она кинулась за охотниками, что было непросто, учитывая, что на ногах у неё были чёрные лакированные туфли, для бега совсем непригодные, но Лиззи спешила, как могла. Охотники, конечно, услышали стук её каблуков и обернулись. — Вы не знаете даже, куда идти!.. — Бойл по пути скинула туфли и побежала босиком. — Я видела, куда он потащил девушку! — Веди, — с готовностью согласился Дин, — только по моей команде ты должна будешь тут же убежать и спрятаться где-нибудь. Тихо, но быстро они пошли вперёд − Лиззи показывала им дорогу и скоро указала на большую дверь с золотой табличкой, гласящей «Эдвард М. Бойл». Нэнси приготовила оружие, легонько коснулась пистолета амулетом − и вот уже выстрелом из такого можно прикончить демона, а Дин одними губами приказал Лиззи бежать. Она с неохотой повиновалась. Винчестер приготовился отворить дверь рывком, как вдруг она распахнулась сама собой. На пороге стоял парень в кепке; тот самый, что следил за ним из-за растения в зелёном горшке. И быстрее, чем он успел хоть что-то сообразить, Дин проткнул его антидемонским ножом. С тихим стоном парень обмяк и рухнул на пол, а Винчестера отбросило назад к стене в тот же миг. Раздался выстрел, но явно не попал в цель. Нэнси вскрикнула, её пистолет отлетел куда-то в комнату. — Приятно познакомиться, Дин Винчестер. — Демон в теле Эдварда Бойла улыбался и тёр шрам на шее, смотря на охотника с неприкрытой насмешкой. До Нэнси ему дела не было, тем более, она валялась без сознания, с разбитой губой. — Хотя, признаться, я удивлён тому, что ты всё ещё жив... Всё произошло так быстро. Только что Бойл что-то говорил, говорил, и вот уже, совершенно внезапно, привалился к Дину, несомненно, мёртвый; и только спустя секунду до Винчестера дошло, что он слышал звук выстрела. Охотник оттолкнул безвольно повисшее на нём тело демона и посмотрел на стрелявшего. Прямо напротив Дина стояла девушка со спутанными соломенными волосами. Она была одета в грязную просторную рубашку и рваные джинсы. В руках у неё был оброненный Нэнси пистолет. — Хороший выстрел, Сара, — произнёс Дин, прокашлявшись. — Мой отец! Райз, та, что была в сознании, и Винчестер разом обернулись. Лиззи Бойл с чёрными лаковыми туфлями в правой руке запустила левую себе в волосы, будто хотела выдрать целый клок. На её лице было такое выражение, будто она это уже сделала. Сара, будто это не её несколько дней держали в заточении, кинулась утешать несчастную. Дин взял Нэнси на руки и они вчетвером отправились вниз, а потом вышли из здания. Лиззи было как-то легче на свежем воздухе. Она пообещала, что разберётся с трупами, кажется, она даже придумала, что сказать копам и давно смирилась с мыслью, что её отец погиб. И Дин с кузинами Райз уехал − с мыслью, что нехорошо вот так вот бросать Бойл, а с другой стороны − с облегчением, что всё закончилось.