Керосин

— Нет, Дин, правда, спасибо тебе, — Нэнси улыбалась, держа Винчестера за руки и смотря ему прямо в глаза. Ему опять хотелось её поцеловать, но момент был не тот. — Да ладно, — он улыбнулся тоже. — Ведь в конце концов Сара сама себя спасла. Знаешь, хорошо, что она умеет стрелять и не боится это делать. Про себя Дин подумал, что обязательно надо будет научить этому Джейн. Хорошо, что она уже умеет драться, но владение оружием никогда лишним не будет. — Я тебе должна, — сказала Райз, и по её интонации было видно, что эта фраза не является одной из формальностей, которой она хочет выразить свою безграничную благодарность; скорее, это было предисловие к чему-то более важному. — И я хочу сделать тебе небольшой... подарок, что ли. Но это будет связано с моими способностями. И если ты против, я всё пойму... — Нет, совсем нет. — Дин был заинтригован. Нэнси попросила его вытянуть вперёд левую руку, потом сняла со своей шеи амулет и приложила его к запястью Винчестера. Он почувствовал легкое жжение. — Bonum propter bonum. Audi vocationem. Amen. — Райз снова надела амулет себе на шею, а у Дина на руке осталось нечто вроде постепенно тускнеющей татуировки в виде треугольника, на каждом из трёх вершин которого были абстрактные изображения глаз. Через пару секунд изображение исчезло. — Теперь запомни слова, — лицо у Нэнси было очень серьёзное, — vos hortor. Это заклятие простенькое, и ничего особенно не делает, но может сделать невидимым на некоторое время, обезболить, залечить какую-нибудь рану, если быстро всё сделать, можно даже спасти человека от смерти, можно связаться телепатией с человеком, с которым нужно − в общем, в зависимости от ситуации. Оно может выкинуть и какую-нибудь непредсказуемую штуку, но, клянусь, полезную, за это я и люблю это заклинание. Оно на один раз, поэтому лучше тебе случайно не произносить эти слова. Но запомни их обязательно − vos hortor. — Запомнил, — кивнул Дин. — Хорошо. — Райз приподнялась на цыпочках и поцеловала его в губы − нежно и мило, так, как только она и могла, а когда отстранилась, в болотно-зелёных глазах её заплясали игривые огоньки. — Пока, Дин. Винчестер даже не помнил, как сел в Импалу и отъехал, потому что его мыли были где-то не там. Но хоть размышления о Нэнси и занимали его некоторое время, оставшуюся часть дороги он скучал. Ему ужасно всё это уже надоело, он провел целый следующий день в дороге и к дому, где ждали его Джейн и Сэм, приехал только под утро. Дин очень был рад наконец-то вернуться к брату, хоть, признаться, в расставании с Райз он плюсов уже не находил. Легко поднявшись по трём ступенькам, он вошёл в дом. В прихожей царил уютный хаос, а через приоткрытую дверь Дин сразу увидел лохматую голову Сэма, сидящего на мягком жёлтом диване. — Сэмми, — вполголоса позвал Дин. Мимо двери в гостиную прошла Дюссо с бутылками пива и колы, и, скорее увидев, чем услышав Винчестера-старшего, позвала младшего. — Эй, принцесса, там по твою душу, — усмехнулась она и протянула Сэму бутылку с колой. Тот встал с дивана, пошёл к Дину, и, не глядя, отхлебнул. — Джейн!.. — тотчас возмутился он, почувствовав на языке вкус газировки. — Что? — невозмутимо ответила она, поднося к губам бутылку с пивом. Попробовав немного, Джейн сморщилась и потянулась к коле, чтобы поскорее запить. — Мерзость, как вы это вообще пьёте? — И не замедлила поменяться с Винчестером бутылками, справедливо рассудив, что каждому своё. Дин, как наблюдатель этакой домашней картины, хмыкнул − кажется, младший брат с девчонкой нашли общий язык. — Выздоровел, разносчик инфекции? — Он посмотрел на Сэма, а тот в ответ кивнул, всем своим видом подтверждая, что так оно и есть. — Ну давай-давай, начинай вещать, что ты так быстро справился с болезнью из-за правильного питания и прочей чепухи. — Да нет, — вполне спокойно отреагировал Винчестер на такой неприкрытый скептицизм по отношению к его фундаментальным убеждениям. — Мы третий день питаемся спагетти и мечтами о прекрасном, — сообщила Джейн, которая успела уже на половину опустошить свою бутылку с колой. — Нельзя оставлять со мной принцесс, я их порчу. Дин рассмеялся этому новому прозвищу, а Сэм, кажется, почти обиделся. — Посмотрим ещё, как она тебя назвать придумает. — Уже, — пожала плечами Джейн, — рыцарем. — Но почему? — Младший Винчестер, казалось, был даже возмущён. — Почему он рыцарь, а я... — Потому что у тебя причёска Рапунцель и нездоровая любовь к салату, — пояснила Дюссо, скрестив руки на груди, — а у него − вороной конь и дама сердца, — она сделала эффектную паузу, булькнув бутылкой колы в правой руке, — ты. — А ты?.. — Сэм поднял бровь. — Дракон. Который день тебя стерегу, — пожала плечами Дюссо. Тут уж Дин решил как-никак встать на защиту брата, сказав, что всё было наоборот, и несмотря на своё болезненное состояние Винчестер-младший смог бы её защитить (старший верил в это с трудом, но всё же). Но Сэм сам помешал своему оправданию. — Ты просто не знаешь, что было, — сказал он, и Дину, конечно, тотчас захотелось узнать, что такое случилось. Брат и дочь предупредили его, что рассказ будет долгим, и Джейн, по своему обыкновению, решила сперва заварить чаю, мгновенно забыв о том, что совсем недавно Винчестер-младший уже утолил жажду пивом, а она сама − кока-колой. Дюссо удалилась на кухню, насвистывая что-то под нос. Сэм, против воли, начал подпевать, уж больно приставучая, видно, была мелодия. — Что-то знакомое, — Винчестер-старший нахмурил лоб, пытаясь припомнить. — Где-то я это определённо слышал... — Имперский марш, — подсказала Джейн, вернувшаяся в комнату с тремя чашками зелёного чая, — из «Звёздных войн». — Вы смотрели вместе «Звёздные войны»? — поднял бровь Дин. — Обо всём по порядку, — не стала отвечать прямо Джейн.

***

Когда Сэм проснулся, перед диваном стояла табуретка, а на ней − фарфоровый заварочный чайник, завёрнутый в махровое полосатое полотенце, и чашка рядом. Он обрадовался, потому что чай сейчас был именно тем, что ему было нужно. Он плеснул немного себе в чашку и принялся пить. Напиток немного подостыл, но всё равно был тёплым и ароматным. Винчестер громко и неприлично прихлебнул, про себя подумав, что у Джейн каким-то образом получается заваривать чай не слишком крепкий и не слишком слабый − идеальный. Опустошив чашку, он услышал справа какой-то шорох и сразу повернул голову − это Дюссо, думавшая, что Сэм ещё спит, на цыпочках выходила из комнаты. Под мышкой у неё была книга в мягком кожаном переплёте, а руках − ручка-корректор. — Я перекладывала рюкзак Дина, и это, — Джейн приподняла книгу повыше, и Сэм узнал в ней дневник Джона Винчестера, — выпало из него. Я хотела, пыталась просто убрать всё на место, правда, но потерпела неудачу. Очень увлекательное чтиво, как оказалось. — Ничего страшного. — Сэм, поморщившись, поставил чашку на табуретку − голова у него гудела. — Это даже полезно для тебя. — Я выучила экзорцизм, — гордая собой, похвасталась Джейн. — Ну, то есть, почти весь. Большую часть. Половину. Короче, я прочитала его пару раз, но, думаю, что-то у меня в голове осталось. — Хорошо, — засмеялся Винчестер и тут же пожалел о том, что решил это сделать, потому что у него появилось такое чувство, что на голову уронили пару камешков. Весом в двадцать-тридцать фунтов. — Спасибо за чай, — сказал он, потирая виски. — Пожалуйста. — Джейн пошла через гостиную к двери спальни, которая располагалась по левую руку от дивана, а Винчестер заметил на деревянном полу белый отпечаток, как от корректора, на том месте, где Дюссо только что стояла. Но Сэм не стал загружать себе этим голову. Не до мелочей, чувствовал он себя по-прежнему мерзко. — Упс! — раздалось за дверью; что-то грохнулось на пол. Будь Винчестер в рабочем состоянии, он бы тут же ринулся посмотреть, что такое, но сейчас он просто лениво повернул голову влево. — Всё в порядке! Это Джейн запнулась за какую-то коробку в тёмной спальне − плотные тёмно-синие шторы там были задёрнуты − и упала, ушиблась при этом коленкой. Но не сильно, а кроме того, она вообще не любила жаловаться на что-либо. Вместо этого Джейн быстро вскочила на ноги и подбежала к включателю. Щелкнула им и снова посмотрела на коробку. На ней большими заглавными буквами было выведено «КАССЕТЫ». Вообще-то, Джейн хотела осмотреться в своём новом доме, исследовать и эту комнату тоже, но сейчас вдруг решила, что коробка гораздо интереснее. Дюссо сорвала с неё скотч, открыла и заглянула внутрь. И да, там были кассеты. Чёрные, прямоугольные; Джейн взяла в руки одну из них, деловито потрясла, а потом подковырнула пальцем наклейку с красными буквами «Эпизод IV». Что за эпизод?.. Выглядело в крайней степени загадочно. Правда, Сэм тотчас разуверил её во всех бредовых догадках. — Ну, судя по остальному содержанию коробок, это тоже фильм. И, раз тут написано «Эпизод IV», смею предположить, что это «Звёздные войны». Слушай, тут есть видеомагнитофон? Я был бы не прочь посмотреть. Винчестеру нужно было что-то, чтобы отвлечь себя от собственного состояния, чтобы забыть хоть ненадолго о кашле и беспощадно слезящихся глазах. Спать уже надоело. Он бросил взгляд на старенький телевизор-ящик, стоявший на низеньком комоде прямо напротив дивана, и заметил рядом видеомагнитофон. Через несколько минут возни Джейн разобралась с тем, как обращаться с ним, а Сэм отыскал под подушками пульт. Потом Дюссо отошла на кухню и заварила им чаю, и только когда вернулась, они приступили к просмотру. За четвёртым эпизодом последовал второй и третий, спонтанно отыскавшиеся в коробке, потом Дюссо залезла на чердак, ход на который был прямо тут же, в гостиной, и чудом отыскала там ещё одну коробку, где были обнаружены оставшиеся эпизоды. Правда, для их просмотра было уже поздновато, поэтому Джейн с Сэмом просто молча и чинно допили свой чай в полной тишине. Винчестеру тут же подумалось, что он за всю свою жизнь не выпил столько чая, сколько за сегодняшний день. Может, это и было преувеличением, но на человека приходилось литра полтора так точно. И при этом напиток Винчестеру надоел − он даже открыл для себя чай с каких-то новых граней. Потом Джейн вымыла чайник, чашки, и уложила Сэма спать − буквально − силой. Он всё отказывался укладываться в нормальную кровать, которая стояла в спальне (Джейн при этом доставался диван), но больному очень трудно было спорить с железным аргументом «я никогда не пробовала спать на раскладушке», поэтому он скоро сдался. На несколько часов дом, выкрашенный светло-фиалковой краской, погрузился в объятия тьмы и шуршащей тишины. А утром случилось ужасное. Нет, Дюссо просто не могла себе такого представить − какой кошмар! — У нас проблемы, — обратилась она к Сэму, хмурясь. — Что такое? — сразу насторожился Винчестер; ему было не намного лучше по сравнению со вчерашним, но он мучительно пытался привести себя в норму. — Чай закончился. По лицу Дюссо можно было понять, что она считает эту ситуацию катастрофической и готова на всё, чтобы восполнить их запасы. А проблема была в том, что Дин, обеспечив их резервом необходимой провизии и медикаментов на несколько дней, строго-настрого запретил больному активисту и Джейн выходить из дома под каким бы то ни было предлогом. Сэм был бы совсем не против подышать свежим воздухом, прогуляться немного, потому что даже несмотря на болезнь, он терпеть не мог своё вынужденное заточение в четырёх стенах; он купил бы себе пива и каких-нибудь йогуртов, и чая для Джейн, которая, видно, жить без него не могла, но... Винчестер снова закашлялся. Горло буквально раздирало и слёзы наворачивались на глаза от этого. — А тебе нужен сироп, — заявила Дюссо, с сочувствием глядя на утирающего слёзы и шмыгающего носом Винчестера. — Чтобы горло не так болело. Я даже знаю, какой для этого подойдёт, — искушающе приглушённым голосом уговаривала она. — Дин говорил, что нельзя... — Сэм, нам нужен чай, — оборвала она его тоном, не терпящим возражений, а потом тут же смягчилась, — я умею драться. И я выучу экзорцизм и возьму с собой святую воду. В таких уговорах прошло аж несколько часов, когда Джейн уже готова была буквально взвыть без чая. И в конце концов, ей удалось уговорить Сэма. — Ладно. — Как-то так повелось, что Винчестер в который раз не мог ей отказать. — Но сначала выучи заклинание, а потом я тебя проверю. И тогда пойдём, вместе. — Но ты же болен, — возразила Джейн, хотя, в общем, была совсем не против, потому что несмотря на всякие там недомогания, Сэм оставался охотником, пусть и сильно ослабленным. Она принялась зубрить заклинание, но у неё что-то не ладилось. С первой частью ещё худо-бедно получалось, но где-то на середине она начинала запинаться и путаться. Сэм, как строгий экзаменатор, отправлял Джейн доучивать. В конце концов Дюссо так всё надоело − это продолжалось уже порядка сорока минут − и так захотелось чаю, что она записала слова экзорцизма чёрной гелиевой ручкой на запястье и тайком подглядывала, пересказывая заклинание Винчестеру. И тогда только они отправились в трудное и полное опасностей путешествие до ближайшего магазинчика. Сэму было тяжелее всех, особенно если учесть, что его немного знобило, а в этом треклятом минимаркете было более, чем просто прохладно. Даже Джейн, абсолютно здоровая, то и дело ежилась. Сэм, рассудив, что поход в магазин всё-таки не такая уж и рискованная авантюра, удалился в тот угол магазина, где стоял холодильник с пивом, а Дюссо отправилась в другую сторону, выбирать чай − это было дело тонкое, и дилетантам она доверить его никак не могла. Но всё-таки разделиться было не самой шикарной идеей. Джейн как раз подошла к стенду с чаями, когда мужской голос окликнул её. Она ме-е-едлено развернулась, чтобы посмотреть, кто там, и тут же столкнулась взглядом с незнакомцем с красными глазами. Джейн поняла, что ситуация чрезвычайная. Но Дюссо редко терялась, каратэ научило её быстрой реакции. Она и сама не заметила, как выхватила фляжку со святой водой, сорвала крышку и плеснула немалую часть демону в лицо. А потом побежала. Но от демона вот так просто не скроешься, конечно. Он взвыл от боли, но, наскоро вытерев лицо, ринулся за ней. Вообще, демонов было двое. Они оба были уведомлены о том, что Кроули нужна девчонка, которую нужно искать где-то в компании Винчестеров, но самому королю Ада о местонахождении Джейн ещё не сообщили. Они хотели передать её из рук в руки, надеясь заполучить какое-то дополнительное вознаграждение. Слишком самонадеянно с их стороны, потому что Сэм, даже больной, легко расправился с тем, что на него напал. Второй увидел это и ринулся к Джейн, чтобы схватить её и убежать, но не тут-то было. Красноглазый схватил её за руку, но Дюссо вырвалась, отдавила ему ногу, со всей силы ткнула локтем в солнечное сплетение, и, повалив на пол в своей обычной манере, встала одной ногой демону на грудь. — Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, — поспешно начала она, и тут осознала, что забыла слова напрочь. Глянула на руку, надеясь увидеть там свою подсказку и с испугом увидела, что демон, схвативший её мокрой рукой (Джейн сама же и облила его святой водой), стёр драгоценные буквы. — Omnis immundis spiritus, — повторила она, пытаясь совладать с паникой − демон всё-таки был в теле мужчины, и в любой момент мог вырваться из-под её ноги. Джейн вообще удивляло, как это он до сих пор этого не сделал. — Сэ-э-эм!.. И тут Дюссо вспомнила кое-что. Демон очень старался подняться, аж покраснел весь, но сделать этого не мог по одной простой причине. От нечего делать, вчера, читая дневник Джона Винчестера, Джейн ручкой-корректором нарисовала на подошве кроссовка дьявольскую ловушку. Рисунок размазался немного, потому что Дюссо не дала краске высохнуть, а сразу ступила на пол и даже оставила в гостиной небольшое пятно, но ловушка сработала. Это она и объяснила Сэму, который подоспел на помощь, как только смог. — Ты не хочешь выяснить, зачем я им всем так понадобилась? — спросила наконец Джейн, которая осторожно сняла кроссовок и теперь со стороны созерцала мужчину, который не мог подняться, потому что его придавило обувью. В буквальном смысле. Выглядело это комично, но Дюссо только сложила руки на груди, серьёзно задумавшись. — Пожалуй. Но для начала они всё-таки решили проверить наличие в магазинчике камер; к счастью, оказалось, что одна-единственная на весь минимаркет была разбита буквально накануне, поэтому Сэм с Джейн заперли двери, выключили свет в помещении и вернулись к демону. Тот посопротивлялся, конечно, но после изрядной порции соли и святой воды всё-таки начал что-то лепетать. Что-то про Кроули, про то, что Джейн ему нужна для какой-то Игры... Под конец обмолвился, что король Ада теперь неуязвим. — Я сам видел, — говорил демон, нервно облизывая губы, — он просто так выходит из дьявольских ловушек, ему не страшна святая вода и соль... Больше ничего по делу он сказать так и не смог, поэтому Сэм без лишних угрызений совести вогнал ему антидемонский клинок под рёбра. Джейн со смесью разных чувств покосилась на труп, а потом, наконец, надела свой кроссовок, ещё раз подивившись своей изобретательности. — Хэй, а ведь выходит, мы сейчас можем набрать чего хотим, бесплатно?! — Винчестер на это восклицание только кивнул, и Джейн воспряла духом. Но, признаться, больше, чем нужно было, она не взяла − чай, кола, пару шоколадных батончиков, сироп для Сэма − этим и ограничилась. Потом они вернулись в дом, по счастью, уже без приключений. Следующий день протекал неторопливо и размеренно. Сэм немного поправился − вчерашняя схватка его встряхнула, у Джейн были достаточные запасы чая, чтобы чувствовать себя счастливой. Они досмотрели последний эпизод Звёздных Войн, и Винчестер неожиданно безразлично отнёсся к тому, что Дюссо начала называть его «Принцессой Леей» и даже позволил ей попытаться возвести у себя на голове такую же конструкцию, как у героини фильма. Конечно, насколько бы длинной не считал Дин шевелюру Сэма, её не хватало для такой причёски, но у самой Джейн волосы были ещё короче. Поэтому она искренне забавлялась, не отступаясь от своей идеи. Собственно, именно поэтому Винчестер-младший был лохматее, чем обычно, когда приехал старший брат − ему просто уже надоело каждый раз причёсываться после экспериментов Дюссо. Так или иначе, Сэм и Джейн общий язык явно нашли. Дин почему-то был этому крайне рад.