Керосин

Дин, Сэм и Джейн сидели в огромной столовой с блестяще чистыми мраморными полами и пышными букетами искусственных цветов на каждом столике. Дюссо сидела напротив Винчестеров и сонно елозила вилкой по оранжевому желтку яичницы-глазуньи, пока к ней не подсел Майк. Он тоже выглядел не очень бодрым, что странно, ведь демонам не нужно спать. Лайонс без комментариев протянул Джейн свёрток, перевязанный фиолетовыми шнурками, и, схватив свободную вилку, похитил у неё из тарелки кусок бекона. — Это что? — поинтересовалась Дюссо, развязывая узел на свёртке. — Ну, у тебя День Рождения, — пожал плечами Майк. — То-очно, — пробормотала Джейн, неаккуратно расправляясь с бумажной обёрткой. — Господи, неужели уже двадцать восьмое? В свёртке оказалась мягкая тонкая кофта тёмно-синего цвета, на маленьких блестящих пуговицах. Джейн только глянула на неё и сразу, быстро опустила руки под стол, не давая Винчестерам лучше разглядеть предмет. — Где ты был? — спросила она у Лайонса, и ни по её тону, ни по лицу нельзя было понять, с какими эмоциями она это произносит. Майк засмеялся. — Я ещё тогда её достал, просто не вернул. Джейн кивнула, и на секунду приблизив мягкую вязаную ткань рукава к носу, наклонилась к лежавшему рядом с её стулом рюкзаку, и, прожужжав молнией, убрала кофту туда. — Она опять пахнет керосином, — сообщила Дюссо, уже с куда большим удовольствием принимаясь за еду. — Да, — как-то странно на неё смотря, согласился Лайонс. — Я знаю... Покончив с завтраком, Джейн с Майком снова приступили к обсуждению дела, а Винчестерам оставалось только слушать, потому что они всё ещё были незнакомы со всем объёмом информации и не знали всего предпринятого Дюссо и Лайонсом. Охотники даже чувствовали себя какими-то лишними. Кажется, работа у девушки и демона была слажена отлично. — В общем, это было что-то типа разновидности святого масла, — завершил Майк рассказ, в котором братья ровным счётом ничего не поняли. Но от них это и не требовалось. Главное, поняла Джейн. — Теперь мы можем забрать её? — спросила она с самым серьёзным видом. — Я не уверен, но ведьма сейчас занята, и лучшего момента может и не представиться. — Ладно. — Джейн встала и обратилась, наконец, к Винчестерам, — вы с нами? — Разумеется. — Их голоса прозвучали в унисон. — Куда? — За пластинкой. — Дюссо просунула левую руку за лямки своего рюкзака, — мы знаем, где Кода прячет её, но на пластинке проклятие, и нам нужен был способ снять его, а глава того гнезда вампиров должен был знать, как это сделать. Но, в общем, мы смогли разобраться. Вроде. Она направилась к выходу из столовой, но на полпути вдруг развернулась, продолжая двигаться в том же направлении вперёд спиной. — Я думаю, нам всем лучше поехать на одной машине. — И снова развернулась, договорив. Дин кивнул Лайонсу, великодушно позволяя ему последовать совету Джейн. Всю дорогу Винчестер-старший косился в зеркало заднего вида на дочь и демона на заднем сидении. Джейн всё время смотрела в окно, а Майк, почти постоянно, – на неё, лишь изредка отводя взгляд. Так прошёл час, а может, даже больше. Наконец, следуя указаниям Лайонса, Дин свернул с шоссе и остановился у какой-то старой церкви. Втроём – Винчестеры, Майк – они взломали крепкие двери церквушки и прошли внутрь. Место было заброшено: с балок свешивались хлопья пыли и мотки паутины, было темно и сыро. Из большого зала вели несколько дверей. — Разделимся, — то ли предложил, то ли поставил перед фактом Майк и направился к одной из дверей, предварительно отдав Джейн бутылочку с прозрачным маслом. — Полить и только потом брать, — наказал он и прикрыл за собой дверь. Винчестеры без слов распределили, кто куда пойдет из оставшихся двух. Дин ушёл с Сэмом, а Джейн – одна, Винчестер-старший уже достаточно ей для этого доверял. Она шагала неслышно по грязному полу и внимательным и зорким глазом высматривала то, что ей необходимо. Но комнаты были такими пустыми, что, казалось, что-то тут спрятать просто невозможно. Спустя минут пять охотники, которым на всякий хлам повезло больше, услышали что-то вроде глухого гулкого удара, сотрясшего стены. — Что это было?! — Дин переглянулся с младшим братом, который пребывал в точно такой же растерянности, и тут в комнату влетел Майк. — Проклятие сработало. Очевидно, на Джейн. — Из-за тебя она в опасности! — прошипел Винчестер прежде, чем осмыслил что-то или уточнил, как именно действует ведьмино проклятие. Последнее время он провёл как на иголках, и вот сейчас сорвался. Слишком долго он жил в извечном беспокойстве и мутном страхе за Джейн, и меньше всего желал, чтобы с нею опять приключилось что-то плохое. Но демон на этот взрыв ярости будто бы и вовсе не отреагировал. — Проклятие действует так, что сводит с ума, обостряются все негативные чувства к кому бы то ни было. Она попытается нас убить, вспомнив любую мелочь, в которой мы оказались перед ней виноваты. Но с ней всё в порядке сейчас, и она придёт в себя, потому что избавление от проклятия полностью в её руках. Нужно только достучаться до неё, — пояснил он. Больше времени на разговоры не было. Все трое бежали, как на пожар, в ту сторону, куда уходила искать Джейн; их взгляду предстал развороченный сундук и разбитая бутылочка, всё масло из которой было уже вылито. А следы в пыли вели обратно к двери. Лайонс поджал губы. — У тебя в машине есть какое-нибудь оружие? — поинтересовался он у старшего Винчестера без надежды на отрицательный ответ. — Там в багажнике винтовка, — вспомнил Сэм, и Дин рванулся на улицу. — Fuck! — Это он увидел раскрытый багажник, арсенал в котором резко поуменьшился. И всё, что Дину оставалось, – продолжить нестись куда-то, пытаясь отыскать ту, что хочет его пристрелить. Для начала он вернулся к младшему брату и Майку, которые оставались в комнате с сундуком, чутко прислушиваясь к каждому звуку. — Она будто и не здесь, так тихо... — Никто не успел Сэму ответить, потому что по фанерной двери полоснуло пулями. Младшего Винчестера подкосило – по касательной пуля задела его ногу. — FUCK! — повторил Дин, быстро оценивая ситуацию и принимая решение – Сэм не может ходить, и теперь главное – заставить Джейн пойти за ним, Дином, и уже где-то наедине попытаться успокоить. Успокоить?.. Человек, вошедший в комнату, был эталоном спокойствия. Она размеренно и легко вышагивала с винтовкой в руках, не улыбаясь и уж тем более не хмурясь, а в глазах у неё играли сверхъестественные зелёные искры. — Джейн! — окликнул он её. И, как Дин и хотел, Дюссо так же неторопливо, будто было уверена, что ему бежать некуда, последовала за Винчестером. И даже не обратила внимание на Сэма. Наверное, это было и логично. Дин не мог припомнить ничего, из-за чего Джейн могла бы обозлиться на Сэма даже под проклятием. Винчестер-старший обежал церквушку кругом и снова оказался в зале. Вот. Хорошее место, чтобы поговорить, можно спрятаться за скамьями, если Джейн будет стрелять – а он почти на сто процентов уверен, что она будет. Дин оглянулся, потому что на минуту ему показалось, что Майк смотался отсюда, но нет, вот он, буквально у охотника за спиной, и даже нисколько не запыхался. Дверь распахнулась резко и на пороге монументом солдату показалась Дюссо, целящаяся без жалости и сомнения. — Дженни! — не зная, с чего начать, крикнул Дин. Джейн приподняла бровь, будто спрашивая, как он смеет, и что ещё осмелится сказать. Винчестер решил говорить быстро, чтобы успеть донести мысль прежде, чем она успеет что-то предпринять. — Прости меня. — Он сглотнул. — Я знаю, я много чего делал не так. — Он продолжал, не без опасений смотря, как Джейн к нему приближается, сжимая побелевшими пальцами ствол винтовки. — И я виноват в том, что Кроули всё-таки добрался до тебя. Я понимаю... — Понимаешь? Джейн била метко, зная, где больнее, и достаточно неслабо, а Дин всё старался схватить её за плечи или руки, потому что не хотел навредить. И поплатился за это. Он понял, что зря жалел её, получив весьма болезненный удар в живот и падая на спину. Дюссо и глазом не моргнув занесла над ним приклад винтовки, и успела мелькнуть мысль, что так и череп можно проломить с лёгкостью. — Джейн! — Майк схватил её и прямо так перенёс по воздуху на пару шагов от Дина. Тот вскочил, но делать ничего не стал и остался сторонним наблюдателем. Джейн отчаянно рвалась на волю, но Майк крепко держал её за плечи и всё повторял и повторял негромко её имя. Только сейчас Винчестер заметил, насколько приятный у него может быть голос. Джейн понемногу успокаивалась, и Лайонс счёл, что можно уже без опаски говорить то, что сказать надо. — Он твой отец... Было ещё рано, потому что она вдруг хмыкнула насмешливо и выплюнула: — Мне и тебе есть, что предъявить. В руке её сверкнул нож – не простой, с древними символами, вероятно, из тех, которыми можно убить демона, и Майк чисто инстинктивно перехватил её запястье, а потом посмотрел прямо в глаза, полные мелькающих в бешеном танце искр. В Джейн играло ведьминское проклятие, и себя она ощущала самым-самым краем подсознания. Она почти ничего не понимала и помнила только, что люто ненавидит Дина за то, что... За что? Какой-то парень, умерший из-за него; Кроули. Ад! И там же ей впервые встретился Майк. Может, он предатель, может, ей стоит тоже убить его, пока не стало хуже. И в этом море захлёстывающей злости и желания причинить боль внезапно показалась спасительная, более-менее крепкая ниточка, за которую можно ухватиться, чтобы выбраться – взгляд глаза в глаза, чистая ледяная синева напротив зелёного вальса. Но вот только её рука упрямо тянулась эту самую ниточку перерезать без права на возврат. Джейн дёрнула рукой раз. Ещё один. Ещё. Дин не сможет, не успеет помешать, ей бы только вырваться и сразу вонзить под рёбра... Совершенно внезапно ей дали свободу, снова только позвав, прошептав её имя на ухо. И Джейн не сделала ничего. Внезапно даже для себя она опустила нож, порываясь отшатнуться от Лайонса. Искры взметнулись к горлу так, что слёзы на глаза навернулись, и потухли. А Майк снова держал её за запястья, и, продолжая смотреть в глаза, поинтересовался: — Всё ещё не в себе? — Не больше, чем обычно.

***

— Я почти ничего не помню. Что я делала под проклятием? Джейн лежала на диване, голову положив Майку на колени; тот думал о чём-то своём, как всегда, но, по правде говоря, наслаждался моментом абсолютной безмятежности. Это спокойствие разительно отличалось от того, что царило в его старом доме, том заплесневелом, полуразвалившемся, в котором он проводил большую часть своих изысканий. Тут не было убаюкивающего тиканья часов, но всё же воздух так и дышал приятной дремотой, и при этом не было ощущения собственного разложения. Именно безмятежность. — Ничего такого, о чём бы ты не догадалась по итогу, и ты же вроде... Я же тебе уже рассказывал около двух часов назад, зачем ты спрашиваешь? — На самом деле, мне неинтересно, что ты говоришь, мне просто нравится твой голос. Майк усмехнулся и перевёл взгляд на сломанные часы на стене напротив. Этот номер был значительно беднее прошлого, но, во-первых, Джейн было всё равно, а во-вторых, Винчестеры явно вознамерились на этот раз платить сами. Дину так вообще, похоже, было не по вкусу всё, что бы ни сделал демон. Винчестер снова допытывался, куда Лайонс денется на ночь, потому что номера Майк не снимал. Лайонс солгал, сказав, что уезжает снова. Вернее, он и собирался так поступить, чтобы не мозолить братьям глаза, но Дюссо утянула его к себе. — А что, если придёт твой отец? — спросил тогда усаженный на диван Майк. А Джейн вместо ответа заперла дверь. Майк молча и упрямо показывал, что он против всего происходящего, но эмоции на его лице мог разглядеть только настоящий мастер, да и, к тому же, это было куда лучшее времяпровождение, чем в керосиновой каморке. Если быть честным до конца, то просто истинное удовольствие. Лайонс старался лишний раз к Джейн не прикасаться, и вообще держаться подальше, потому что он – не самая подходящая компания. Но у него никогда не было достаточно морали и силы воли. Если она что-то делала – как сейчас, например – он ей не мешал и почти видел, как внутри него рушатся последние барьеры. Он много чего хотел сделать сам, по собственной инициативе, но совершенно непостижимо для собственной демонской части духа сдерживался, потому что чувствовал, что не имеет права. Это ещё сильнее всё путало – получалось так, что это Джейн к нему пристаёт. А Майк просто пытался не потерять голову, и причиной ещё было то, что это уничтожило бы любую возможность такого вот спокойствия. И Джейн, вероятно, перестала бы относится к нему настолько... заботливо. Это слово доводило до надрыва. Он никому никому никогда не был по-настоящему нужен. И так по-человечески глупо он вцепился в желание не упускать это ни за что, каких бы усилий не стоило ему удержаться от другого своего желания. Когда опьяняет похоть, чувствуешь себя или мерзко, если ещё достаточно адекватен, потому что это губит спокойствие, или так прекрасно, как редко бывает, если уже отравился ею. А Джейн была отнюдь не настроена искать ему противоядие. Её язык у него вот рту ощущался резко до дрожи. — Раз уж сегодня такой день, — неразборчиво выдохнула она, отрываясь ненадолго, — мне же положен подарок, правда? Одна из главных решёток у Майка в мозгу вылетела, ощетинившись толстыми погнутыми прутьями. — Тебе не понравится, если я сделаю это с тобой. — Он всё ещё пытался её остановить и при этом ухмылялся так пошло, что скорее можно было поверить в то, что он ждал этого всю жизнь, чем в то, что пытается прекратить. Джейн кончиком языка медленно провела по его нижней губе, не давая выговорить то, что он собирался. — Я демон. — А я не склонна к расизму. Лайонс сухо рассмеялся. — Я не это имею в виду. — Чтобы она его, наконец, послушала, он взял её лицо в свои руки. — Ты не представляешь, как я буду это делать. Это была этакая полуложь, ведь Джейн могла провести параллель с первым поцелуем ещё в Аду; вот уж тогда он вовсе не сдерживался, что с ним редко бывало, и она могла прочувствовать всю демонскую сущность. Но сейчас он твёрдо решил ей не поддаваться. Будто его решения никогда не катились в бездну с безумной высоты. Джейн, кажется, решила пока оставить эту затею. Она слезла у него с коленей и отошла к своему рюкзаку, не зная ничего ни про бездну, ни про намерения Майка, ни про то, чего бы делать не следовало.