Керосин

Шкварк-вжиу-у-у. Подвижные стены синхронно подъезжали к неподвижным, громко ударяясь о них шипами. — Ну, с тем, что можно перебежать на ту сторону так просто, ты погорячился, — заметил Дин, обращаясь к брату. Кзвеньк! — Что это? — Винчестер сразу же насторожился, а потом увидел покатившийся по полу, толстый тёмно-красный шип. — Это делает Дом, — нисколько не удивившись, ответила Джейн. — Он как бы... — За нас, — подсказал Майк, а Дюссо согласилась. — Да. Ведьма пытается заставить его навредить, но ей это не под силу, Дом так или иначе попытается нам помочь. Но всё-таки неплохо было бы поторопиться. Кода наверняка почувствует, что её чары разрушаются, и тогда заявится сюда. Да ещё и вместе с Кроули. Кзвеньк! Квонк! Звак! Шипы падали один за другим, навлекая Дина на мысль, что, может, это будет не так уж странно, если он сейчас поблагодарит несомненно живой и разумный Дом. Кзвань! Гвень! — Пошли! — неожиданно скомандовала Дюссо и ринулась в проход. Пара секунд, и по ту сторону прохода раздался её голос. — Всё в порядке, она − если это она − здесь. Давайте сюда. Они все решили дойти до центра комнаты, и потому один за другим, сначала Винчестеры, а потом и Нэнси с Майком преодолели препятствие. Джейн по ту сторону пока что безуспешно пыталась выкрутить цепи, которыми были оплетены запястья Сары − цепи эти крепились к стене, и хлипкими были только на вид. Сэм и Дин помогли Дюссо, просто выдрав цепи, Майк проверил Сару так же, как Нэнси, а та заключила настрадавшуюся за последнее время сестру в объятия. К тому времени уже многие, практически все шипы пооблетели с движущихся стен, а одну из них и вовсе заело, но никто не рискнул пройти там, потому что по всему проходу дождём посыпались непрекращающиеся искры. Сэм вернулся обратно тем же путём, что и пришёл, обе Райз по очереди прошмыгнули в тот проход, где стена двигалась плавнее и медленнее, чем в начале. И как только они вернулись на тот край комнаты, свет вверху замигал и погас, а все стены разом остановились. — Ведьма близко, иди. — Джейн толкнула Дина в мрачный проход. Он перебежал на ту сторону, а Дюссо пошла следом. Кварк! Стена просто-напросто резко дёрнулась, и сердце у Дина подпрыгнуло: в проходе он ничего толком не мог разглядеть, но расслышал противное чавканье. Штырь воткнулся в податливое тело. — Джейн! — крикнул он в пустоту, глядя на тёмные силуэты между стеной и прессом. Но панель отъехала, а Джейн, целая и невредимая, кинулась к тому, кто тряпичной куклой повис на штыре. Раздался душераздирающий скрип, ездящая туда-сюда пластина отъехала, а потом её заело, последние шипы осыпались, и лист металла упал назад, поднимая дикий грохот. Зажёгся свет. Все увидели, как Джейн вцепилась Майку в плечи, прикусив губу; она только что сняла его с этого чёртова штыря и, враз ослабевшая от осознания, что держит на руках умирающего, опустила на пол. Лайонс поднял руку, не скоординировал свои движения, и его холодная ладонь упала ей на шею. Он с видимым трудом приподнялся на локтях, приблизил губы к её уху и что-то тихо заговорил, при этом − Дин видел − ухмыляясь. Винчестер не до конца понял, что произошло. Демон вдруг ослабел, но ведь они прекрасно могут существовать даже при наличии некоторых смертельных ран на их физической оболочке. — Заклинание Кроули. — Джейн отвечала на незаданный вопрос. — Ему теперь нужна пища, ему нужен сон, и он умирает. Последнее слово произнесено было тем же тоном − даже чуть более уверенным, на той же громкости, и повисло в воздухе. Дин взъерошил волосы, смотря то на рану, то на то на Джейн, которая будто бы сохраняла потрясающее спокойствие, но Винчестер-то видел − костяшки пальцев у неё побелели. Отчаянье. Дин, беспомощный, оглянулся на Нэнси... и его осенило! Ненависть к демонам, подозрения, всё рухнуло вниз, и Дин, ни секунды не сомневаясь, почти усилием воли вспомнил нужные слова, коснулся плеча Лайонса и высушено выдохнул: — Vos hortor. Опять через его запястье потянули невидимую нить, хотя сейчас Винчестеру казалось, что это толстая верёвка. Майк слабо дёрнулся, бросив на Винчестера быстрый, полный изумления взгляд, а потом предпринял попытку сесть. Голова у него кружилась, а в районе живота оставалось лёгкое жжение, но Лайонс чувствовал, что больше не умирает. Джейн заботливо − чересчур заботливо, в совершенно несвойственной ей манере − помогла Майку подняться. — Как ты это сделал? — спросил Лайонс у Винчестера. — Заклинание долга, — ответила за него Нэнси. — Я и забыла про него. Вообще, я давала его, чтобы можно было прибегнуть к магии без моего присутствия, но сейчас я всё равно ничего не смогла бы поделать. — Глаз закрылся? — Вопрос, который задала Джейн, Дину был не понятен, но он прочувствовал интонацию настороженности. — Да, — невесело подтвердила Райз. Дюссо кивнула, а Майк, проведя рукой по и без того приглаженным, блестяще-медным волосам, и как бы невзначай обронил, обращаясь к Дину: — Спасибо. И Винчестер вдруг разом понял и всю значимость этого «спасибо», и того, что он только что сделал. Он спас демона от смерти. И, глядя на Джейн, осознавал, что не жалеет сейчас ни о чём. Наконец Дин признал, что, возможно, Лайонс достоин доверия. И по Майку − холодному и флегматичному − всё же можно было понять, что он оценил такой поступок. Когда они уходили из Дома с тысячью дверей, Джейн впервые со времени Ада улыбнулась Дину, не почему-то, не просто так, а именно для Дина. А Майк − Винчестер почти чувствовал это − в упор смотрел ему в спину, а когда Дин оборачивался, взгляд тотчас отводил. И Винчестеру казалось, что он так странно себя чувствует чуть ли не впервые в жизни.

***

Вот тут Дин, конечно, сильно ошибся. То, что происходило сейчас, было зрелищем куда более странным. Демон, трое охотников, из них − двое Винчестеров, их имена уже давно можно считать нарицательными, девушка с торчащими во все стороны волосами (она до сих пор явно в шоке), девчонка помладше с лейкопластырем на левом виске, и все молча пьют чай за одним столом. Минут пятнадцать назад все друг на друга кричали, все ругались, даже сидевший тогда на том же месте Майк подпёр голову рукой с таким видом, будто сильно опечален происходящим. Сара не желала сидеть в безопасности, Нэнси не хотела отпускать Винчестеров к ведьме и вообще не понимала, зачем это нужно, а Винчестеры одновременно спорили с ней и то и дело косились на Лайонса, ожидая, что и он вставит своё слово. Джейн на несколько минут отлучилась из этого дурдома, а вернулась с подносом с шестью большими чашками. Молча поставила его на стол, а потом громко ударила по столу рядом с подносом кулаками так, что из чашек даже вылилось немного − они все были заполнены до краёв. Чудо, но воцарилась тишина. Все получили по чашке, а Джейн начала говорить тихо, но строго: её слушали молча, как пристыженные дети, и никто не возражал. — Сегодня мы действительно никуда не пойдём, — говорила она с таким усталым, взрослым видом, — поздно уже. Я хочу спать. Все хотят спать. Кроули, конечно, найдёт нас, но одна ночь у нас есть, я думаю. Завтра, часов в пять, вернёмся в Дом снова. — Я с вами, — приглушённо, но уверенно вставила Нэнси. — А сестру твою кто будет охранять? — И все посмотрели на Райз так, будто она сморозила страшную глупость. — Вы будете сидеть здесь, — продолжила Джейн своим спокойным и уверенным голосом, — а мы пойдём к ведьме. Обсуждению не подлежит, все свободны, всем спасибо. Дюссо встала, в два глотка выпила оставшийся чай и удалилась к себе в комнату. После её ухода спорить уже никто не решался. Сара спустя четверть часа последовала примеру Джейн и оставила Дина, Сэма и Нэнси тихо переговариваться в полумраке. Майк сидел за тем же столом, но как бы напротив них, один, и читал какую-то книгу на немецком. Дин рассказал Райз, кто такая Джейн и откуда она взялась, вообще всё, что произошло со дня последней их встречи. Потом она объяснила младшему Винчестеру, что произошло в комнате с движущимися стенами, почему Дин смог вылечить Лайонса. Винчестер-старший всё смотрел на Нэнси, на её собранные волосы, на кокетливую родинку на скуле, и думал о том, зачем она тогда его поцеловала. В конце концов, это больше походило на спонтанное решение, но теперь, когда они снова встретились при таких чудных обстоятельствах, то самое настроение могло вернуться. — Ладно, — сказал Сэм наконец. — Пойду лягу. Дин и Нэнси остались одни − Лайонса никто не считал. Винчестер хотел ей что-то сказать, Райз даже заметила это, но в последний момент передумал. Дело было даже не в Майке − он сидел так тихо и неподвижно, что казался иногда просто предметом интерьера, а ещё ему точно не было никакого дела до разговора Винчестера с Нэнси. Она посидела ещё немного, даже как будто дожидаясь того, что Дин соберётся с мыслями. Но он ничего так и не сказал, поэтому Райз тоже ушла. Винчестер остался в тишине, только изредка нарушаемой шорохом очередной перелистываемой Майком страницы. Дин задумался. Ему ничего не мешало, только периодически он чувствовал на себе взгляд молчаливого Лайонса. И наконец Винчестер не выдержал. — Чего тебе? — то ли устало, то ли раздражённо поинтересовался он. — Зачем ты это сделал? — ни секунды не размышляя над репликой, спросил Майк. — Почему воспользовался заклинанием? — Для Джейн. — Дин пожал плечами. — Ты её в тот момент видел вообще? — Нет. — Лайонс так и смотрел не на собеседника, а в книгу, будто ещё и умудрялся читать параллельно с разговором. — Был занят, знаешь ли. Истекал кровью. Винчестер фыркнул. Типично демонский юмор. — А ты зачем спрашивал? — Дину откровенно неясны были мотивы, которыми руководствовался Лайонс, задавая свой вопрос. Ему нужно было дополнительное доказательство того, что ради дочери Винчестер пренебрежёт своими убеждениями? — Я думал, что это было напрасно. — Майк, как ни в чём не бывало, перелистнул страницу − похоже, он действительно читал, а не пялился в книгу, лишь бы не смотреть Винчестеру в глаза. — Я того не стою. Эта фраза шипом врезалась Дину в сознание. Слова были пропитаны ледяной эмоцией, Винчестеру абсолютно незнакомой и непонятной, но не вызывающей отвращения. Даже наоборот. Вызывающей сочувствие. — А чего ты стоишь? — удивлённо, вдумчиво спросил Дин, глядя на Лайонса в упор. А тот, всё не глядя в ответ, встал, захлопнул книгу и ответил только тогда. — А я и сам не знаю, честно говоря. И вышел из комнаты, оставив после себя − Дин это только сейчас заметил − лёгкий-лёгкий, почти неслышимый запах керосина.