Следователь из 6-го района.

1. Савада Цунэёши не часто бывал в доме у Кобаякавы, своего брата, потому что дел в высшей степени хватало. Но сейчас он был в отчем доме Сены, и Михаэ разливала кофе по чашкам. Кофе, кстати, помог приготовить Сена, так что на его вкус Савада очень надеялся. Аромат во всяком случае подтверждал ожидание. Шуума отложил газету, не пытаясь показать, что разговор ему не интересен. Впервые за долгое время, здесь был не только Сена. Здесь были и Хирума, и близнецы. Шуума был счастлив видеть рыжих у себя дома. Может, это теперь станет нормой? По сути это были прямые переговоры с CCG, хотя от них не несло официальностью за версту, и они больше были похожи на семейные посиделки. Савада любил поговорить. Его голос был приятным, похожим на голос Сены, только в нем сквозил возраст, отдавая опытом и усталостью. - Первые гули появились в 1900-тых, - Савада хлебнул кофе, наслаждаясь и задумчиво перебирая факты. – Сейчас этих документов и технологии не существует. Все новые разработки велись с нуля. Так что имена этих гениев в генной инженерии неизвестны никому. - Их уничтожили? – тут же спросил Хирума. – Без возможности восстановления? Савада кивнул, поджав губу. - Это было требование СССР. - Они тут причем? – Сена нахмурился. - У них остались копии? – тут же встрял Йоичи. Савада пожал плечами. - Арсений… говорит, что не осталось. Цунэёши сжал пальцы рук вместе и негромко вздохнул. - Гули участвовали только во Второй мировой войне. В европейской части их было не так уж много. Савада глянул на ребят. - Не так много тех, кого мы отправили в помощь немцам. В основном наши гули были на китайском фронте. Сена поежился. - Да, именно. Ты думаешь, почему они до сих пор нас не простили? – Савада приподнял плечи. – Слава богу, тогда гулей не было так уж много. Русские, неизвестно как, умудрились получить своих гулей. Поэтому, я не очень верю в то, что у них нет технологий. Но мне приходится верить Волконским. Скорее всего, эта технология была уничтожена всеми странами, чтобы не было повторений. Но так как, близкое родство на гулей не влияет, то они все равно за сто лет увеличили свою численность. В Японии такой необходимости, как я понимаю, не было. У нас всегда было больше гулей. - Русские же победили, - заметил Йоичи. Савада прикрыл глаза, нахмурившись. - Да, - он открыл их, но на парней не смотрел. – Их гули не воевали из-под палки, по приказу. Они защищали свою Родину. Им было все равно, что будет потом. Даже если их пустят в расход – они были готовы к этому. И те, кто оказывались рядом с ними, сражались бок о бок, не собираясь уступать, не собираясь предавать. Они не смотрели на инаковость, им было достаточно, что у них одно желание – спасти свою землю. Савада тряхнул руками. - У немецких гулей такой потребности не было. Да и какие они немцы? Это были граждане, от которых мы фактически отказались, отдав германскому руководству, как отдают вещь. Брошенные своей родиной, в окружении тех, кто не считал их людьми, они, несомненно, продолжали сражаться, но никогда человек без мотивации не победит того, кто уверен в своей правоте. Сена сник, задумавшись. - И русские так просто уничтожили технологию? – Йоичи, однако, был на своей волне. Он никем не восхищался и никого не порицал. Все это прошлое, а жить надо настоящим. Правда, знать прошлое никогда не мешает. - Арсений говорит, что если технология и была, то во время путча была бы точно уничтожена. У меня нет оснований ему не верить. Он слишком заинтересован в наших разработках. - Это они умеют, - фыркнул Йоичи. – Своровать чужое, присвоить и сделать еще лучше*. Савада слабо улыбнулся. - Так или иначе, Германия была не только разделена на двое, все гули перешли Советскому Союзу и отправлены были поднимать целину, что было во многих случаях равносильно смерти. - Что им мешало сожрать тех, кто был с ними? – удивился Йоичи. - Они вместе работали, вместе выживали. И то, как к ним относились… - Это тебе Арсений рассказал? – спросил Сена. Савада кивнул. - Я не знаю подробностей. В любом случае, он сказал, что погибли далеко не все. Вероятнее всего, так же, как для людей, делались поставки еды на вертолетах, были коробки и для гулей. Во всяком случае, Арсений говорил, что они кормили гулей. Это наводит на мысли. Их ведомство жестко контролирует численность гулей. В этом их отличие от нас. Они не борются с ними. Конечно, случаются всякие инциденты, поэтому Девятый отдел не скучает. Но суть их отношений, все же, другая. И менталитет, все-таки другой. Осознание себя как единой нации, стирает даже понятие другой расы. Хирума хмыкнул. - Что, Шелия хорошо показал себя? - Отлично. Только общественность пока не в курсе. Волконский планирует еще несколько операций, чтобы иметь так называемое “портфолио”. - Выходит, - резюмировал Йоичи, - из всех стран, только мы и Россия имеем гулей? - Были гули, которым удалось сбежать в другие страны, но они либо давно мертвы, либо приехали в Японию. - Почему не в Россию? – Сена посмотрел на близнецов. Почему их родители не выбрали Россию? - Гули в России живут маленькими, очень замкнутыми кланами. Ощущение, что их не существует вовсе. Большинство из них разбросано по большим сибирским и дальневосточным городам. Далеко не всем нравится подконтрольное существование. Хирума фыркнул. - Союз с Россией… - протянул Йоичи. - Коалиция, - улыбнулся Савада. – У них достаточно много ресурсов. Это единственная страна, в которой тоже есть гули. Мы точно будем полезны друг другу. - Но почему Волконский так хочет знать о наших технологиях? Особенно о скрещивании человека и гуля? – поинтересовался Сена. Савада задумался. - Вообще, я думаю, руководство отлично понимает, что будущее есть только в том случае, если люди и гули начнут сосуществовать. Потому что бесконечно контролировать своих гулей они не смогут. Это то, что лежит на поверхности. Глаза Йоичи сверкнули. - А то, что не лежит? Может, то, что муж младшей сестры Волконского – гуль SSS-класса? - Как ты все быстро вызнаешь, поражаюсь, - мягко усмехнулся Савада. – Проблема в том, что ранги гулей, живущих в России – хронически высоки. Так сказалась генетика. Это были солдаты, с исключительно высоким уровнем выживаемости. Поэтому SSS-класс для них не такая редкость. Именно поэтому, война с ними крайне нежелательна. А вот союз – самое то. Хирума затарабанил пальцами по подлокотнику. - Руководство страны, в данный момент, в лице Волконского, прекрасно понимает, что гулям надоест, возможно уже надоело, влачить существование, они хотят жить по-настоящему. Именно поэтому, их нынешнему президенту осталось недолго. А новый попытается решить дело миром. Поэтому они так ищут союза с нами. Сейчас мы с ними на одной волне, на одной стороне и с одной мечтой. Савада замолчал, попивая остывающий кофе. Ребята тоже молчали. - Что скажет Каманура? – приподнял бровь Савада. Сена усмехнулся, но промолчал. - Недзума? - Я думаю, что это опасный шаг, но логичный и очень нужный, - довольно тяжело сказал Йоичи. Сена видел, что тот уже думает далеко вперед, глаза его потемнели, поглощенные сотней мыслей. - Сначала нам о действиях Аогири было абсолютно ничего неизвестно. Но, постепенно, информация просочилась. Действительно, к Это и Татаре пробиться теням было невозможно, но вот подчиненные их были гулями попроще. А уж их слова тени разбирали прекрасно и доносили Хидемото. - Мы не можем отвечать за то, что все будет именно так. И что это не окажется очередной ловушкой, потому что все очень невнятно, - добавил Сена. – Но так или иначе, та атака, которую вы планируете на 11-тый, чтобы уничтожить Аогири, видится только прикрытием к тому, что произойдет на самом деле. - И что же произойдет? – Савада нахмурился и немного побледнел. Одиннадцатый и так оттягивал много сил. Атаку на него было сложно организовать. И у них просто нет свободных следователей! - Они готовят нападение на Кокурию, - резко сказал Хирума. – Хотят освободить нужных им гулей. - Только ради этого? - В Кокурии сидят очень сильные гули. И Аогири не погнушается убить ради этого тех, кто послабее, - уверенно заявил Сена. – А мы им помешаем. - Мы? - Каманура и его люди, - хитро улыбнулся Сена. - Мусаши, Кид и Сузуя нужны мне при подавлении агрессии Одиннадцатого, - предостерегающе сказал Савада. Кобаякава кивнул. - Агона и Кадзуки можешь оставить себе, если они тебе вообще нужны. Сена пожал плечами. С составом людей он еще не определился. - Может и нужны. Но больше всего, нам нужен Шелия, - заметил Хирума. – Из рук вон. По-настоящему сильных гулей у нас не так уж и много. - Будет вам Шелия, - выдохнул Савада. – Но остальной Девятый отдел наверняка останется в России. Думается мне, у них сейчас будет много работы. Когда они выходили на улицу, а Савада провожал гостей, собираясь остаться еще ненадолго, он услышал, как близнецы, взявшись за руки, сказали: - Если бы родители переехали в Россию… -… может, мы все были бы живы. Цунэёши сделал вид, что не слышал, просто закрывая дверь. Сводный брат ждал его в коридоре. - Мы стоим на пороге крутых перемен, Цунэ. Тебе не страшно? – Шуума тихонько усмехнулся. - Аж поджилки трясутся. Но что я могу? – фыркнул глава CCG. – Упрямо переть вперед, как делал я в молодости и как делают наши повзрослевшие детишки. - Ты больше похож на Сену, чем даже я, - усмехнулся Шуума. - Старался за двоих, - фыркнул Савада, и, получив подзатыльник, пошел в зал. Там его как раз ждал ужин. - Полугули особенно вкусны для гулей, ты знал? - заметил Савада, поглощая поздний ужин. Шуума кивнул, но улыбнулся. - Сена сумеет за себя постоять. За эти полгода он стал намного сильнее. Савада слабо улыбнулся. Давняя рана заболела. Казалось, он уже смирился с гибелью сына. Это было так давно. Но это положило конец его мечте. Он больше не думал о том, чтобы гули и люди жили вместе. Но Сена… Сена заставил о ней вспомнить. Заставил снова идти к ней. Савада почувствовал, что снова жив. Когда у тебя есть цель, мир окрашен яркими красками, каким бы мрачным на самом деле он ни был. 2. - Вы что такие тихие? – поинтересовался Йомо, разглядывая мясо в духовке. Пахло оно прекрасно. Скоро будет ужин. Только вот близнецы, держась за руки, сидели на кровати и молчали. Они походили на уставших от проказ школьников. Рыжие синхронно и слабо улыбнулись, чуть склоняя головы набок. Ренджи чувствовал, что парни погрузились в какую-то ему непонятную меланхолию. Как же их расшевелить? Можно, конечно, завалить в кроватку, дело наверняка пойдет, но не все же сводить на секс? Он подошел к ним, склонился, потянув за разные щеки. - Ну и что мы в печали? – поинтересовался он, а потом сел рядом на кровать, притягивая обоих к себе. Он услышал два тяжелых вздоха, что было уже лучше, чем ничего. Джеймс улегся на его колени, а Оливер прижался к плечу. Йомо гладил последнего по плечу, а Джеймса по рыжей шевелюре. Слова иногда не нужны, но Ренджи было интересно, что творится в головах этих оторв. После атаки на Шестой у них наконец-то появилась возможность побыть вместе, и Йомо позвал их жить к себе. Место он выбирал такое, которое понравилось бы близнецам. Одна из высоток Шестого, верхний этаж, панорамный вид на город. Хотя сама квартира не впечатляла размерами, зато своя. В конце концов, все время напрягать старика Йошимуру невозможно, да и он все меньше занят в Двадцатом, потому что Шестой стал его жизнью. Особенно эти два котенка. - Взгрустнулось? – ласково спросил он, особо не ожидая ответа. Они остались в его доме, плюхнули свои сумки на пол и заявили, что им здесь определенно нравится. От их уборки было больше хаоса, чем порядка. От их еды можно было удавиться, потому что последнее время они ели только гулье мясо. Но зато каждый вечер, проведенный с ними, дарил Йомо удивительное ощущение. Они были с ним, они были его семьей. Такой удивительной, невообразимой, но очень дорогой его сердцу семьей. Оливер слабо фыркнул, проведя рукой по спине вытянувшегося на кровати братца. Другая его рука обняла Ренджи за талию. - Пройдет. - Пока ты с нами. Йомо прикоснулся к чужому одиночеству. О чем близнецы вспоминали? О своей семье, которую потеряли? Он никогда не сможет заменить ее. Но разбить это ощущение, что они одни во Вселенной, он должен быть способен! Разве не этим он занимался все время? И все же, Ренджи понял одну простую вещь. Даже таким энерджайзерам, как близнецы бывает нужно остановиться и сделать “перезагрузку”. Уже завтра они будут сами собой. - Я с вами, - он крепче сжал плечо Оливера, щелкнул Джеймса по носу. Иногда, обычно выходными вечерами, они играли для него свои песни. Совершенно другие, нежели они играют на публике, и, слушая их, Йомо понял, насколько же бесконечны чужие души, и как тяжело поэтому их бывает понять. - Все будет хорошо, - Ренджи говорил то, что они не привыкли слышать, потому что им пришлось повзрослеть очень рано. Он говорил с ними, как с маленькими детишками, и чувствовал, как парни приходят в себя. Они поглядывают на него, глаза становятся ярче, они начинают улыбаться, а Джеймс уселся на его коленях, прижавшись к груди. Ренджи продолжал их гладить и обнимать, ласково говоря всякую ерунду. - Йо-тян, знаешь… - … мы никогда не думали, что… - …что-то потеряли. Услышал он. - Мы просто продолжили… -…жить. - И только сейчас, поняв, что такое семья… -…мы ощутили ту потерю. - Мы не увидим своих родителей. - Старших братьев… - …и сестру. - Эта боль куда сильнее любой раны. - Она так просто не исчезает. - Она всегда с нами. - Но с тобой… -…нам куда легче. - Если бы мы не встретили Сену, то никогда не пошли бы другим путем. - И не приняли твое тепло. - Теперь у нас большая семья. - Удивительная и дружная. - Это и есть счастье, да? - И именно его так страшно потерять? Йомо прижал их обоих к себе. Его сердце билось очень сильно, Ренджи волновался. Но он был счастлив, что парни разговорились. Они сжали руками его спину. - Да. Счастье страшно потерять, но еще страшнее никогда не испытать. Никогда не быть счастливым, любимым. Никогда не быть кому-то нужным, с кем-то связанным. Их плечи вздрогнули. - Поплачьте. Станет легче. Быть сильным, не означает быть сильным все время. Вы больше не одиноки. И я вас тоже могу защитить. Близнецы все-таки были еще детьми. Даже плакали, как малые дети, взахлеб, обнимая его за шею. Старше Сены, вроде, но нет. Видимо, слишком много накопилось в их душах, чтобы вести себя иначе. Йомо молчал, обнимая. Когда те успокоятся, они наконец-то поужинают. А потом, Ренджи собирался вывести их на крышу, благо ключи имелись. Там, наверху, их ждали звезды. Йомо даже достал телескоп. Он был уверен, что близнецам это хобби понравится. Далекие звезды, которые можно увидеть поближе. - Йо-тян… - А? – тихонько спросил он. Две пары голубых кристально чистых глаз смотрели на него. - Вот увидишь, мы сумеем защитить то, что обрели. Они были очень уверены себе. Сейчас не котята, а взрослые хищные кошки. - Или мы не братья Фелпс. Они уронили его на кровать, укладываясь сверху. - Спасибо тебе, Йо-тян. 3. Сена, Шин и Сакураба встречали чартер из России. Кобаякава спрятался за широкую спину Шина, предоставив все улыбчивому Харуто. Россия попросила принять своего наблюдателя, раз Шелия будет снова выступать на японской стороне. Хирума только развел руками. Он не смог найти не только информацию о наблюдателе, он даже не выяснил, кто именно приедет. Поэтому Сена тихонько вздохнул. Он не очень любил знакомиться с новыми людьми. Но Хируму взять с собой не мог. Вот подъехал трап и дверь открылась. Первым вышел Шелия, успел немного спуститься и только тогда из самолета вышел второй человек. - Ха-а-а-а… - зевнул он, потягиваясь и убирая руки за голову. С хищным прищуром оглядев все посадочное поле, молодой мужчина остановил взгляд на Шине и Сакурабе. А потом его взгляд упал на Сену, который стоял позади них. Кобаякава же оглядывал незнакомого ему русского. Это был, в отличии от Ивана и его людей, профессиональный военный, это чувствовалось даже в том, как он стоял. Его глаза невнятные, скорее всего, серо-зеленые, обладали очень цепким и въедливым взглядом. Сена думал, что наверняка не ошибся, предположив, это незнакомец замечает абсолютно все до мельчайших тонкостей. Волосы его черные, но седые на висках. Мужественное лицо имело острые скулы, будто в этом человеке была кровь средиземноморцев, египетских фараонов, не иначе. Солдат насмешливо ухмыльнулся, а глаза его обшарили Сену с ног до головы. Кобаякава напрягся, сжав Шину рубашку на спине. Солдат вальяжно сошел вниз, следом за Шелией, держа тяжелую на вид сумку за плечом. Шелия остановился перед встречающими, а солдат стоял за ним, расставив ноги на ширине плеч, продолжая обшаривать местность глазами. Сена был рад, что не взял с собой Агона или Кадзуки. Те бы сразу нарвались на драку. - Ян, познакомься. Это Шин и Сакураба. А это Сена. Я тебе про него рассказывал, - Шелия из вежливости, говорил на английском, чтобы все понимали. - Я сразу понял, - раздался ироничный голос, немного сухой, но в целом приятный тенор. - Каманура, - солдат указал на Сену указательным пальцем, заставляя Кобаякаву нахмуриться. Шелия рассказал ему все? - Очень приятно, - палец сменился протянутой ладонью, и Сене ничего не оставалось, как пожать ее. Рукопожатие было сильным и уверенным, но строгим. Кобаякава понял, что этот Ян настроен по отношению к нему очень серьезно. - Не думал, что у вас есть такие высокие люди, - фыркнул Ян, проведя ладонью от своей головы к Сакурабе. Шолохов был выше едва ли на пару сантиметров. Шин молчал, сложив руки на груди и оценивая незнакомца. Сакураба вежливо улыбался, ощутив внезапно нехватку словарного запаса на иностранном языке. - А где Хидемото? - Как ты видишь, его здесь нет, - Шелия приподнял бровь. - И правильно. Пристрелят к чертям собачьим, - Ян опять обвел поле глазами. – Может, уйдем уже отсюда? Я пули на лету ловить не умею. Шин хмыкнул. И Сене это как-то не понравилось, но расспрашивать сейчас было неуместно. Так как это был официальный визит, Кобаякава, вернее нанятый таксист, привез их прямиком в Главное Управление, при этом Сакурабу пришлось оставить добираться самостоятельно, вчетвером на заднем сиденье особо не рассядешься. - Во избежание недоразумений, - заметил Ян, вылезая из машины, - я плохо говорю по-японски, но понимаю отлично. Вытащив из багажника тяжеленную сумку, Шолохов уставился на огромное Управление и присвистнул. - Как же вы боитесь этих отродьев, что такую фигню построили! Шелия демонстративно оперся на его плечо, а Ян фыркнул, открыто улыбнувшись. Григорий скопировал улыбку, отразившуюся в теплом взгляде. Сене от мысли, что Шолохов друг Шелии стало полегче. Но все равно, было совсем непонятно, что за наблюдателя послали к ним. Какую правду ему можно показать и рассказать? Сене сдавалось, что Ян и так знал если не все, то очень много. Внизу, у главного здания их уже встречали. Мадо Акира и Шинохара Юкинори. Не сказать, что Сена был рад видеть девушку. Акира, впрочем, не была таким уж плохим человеком, даже наоборот, она следовала лучшим традициям следователей. Просто по мнению Сены, многие традиции безнадежно устарели. Но она была умной. Очень важное качество, которое дает шанс все исправить. Сейчас Мадо с самым неприятным выражением лица смотрела на Шелию. Ян хмыкнул. Очень громко и очень насмешливо. Акира тут же бросила на него взгляд. - Что? – усмехнулась она, приподнимая бровь. Акира привыкла, что могла смутить кого угодно своим неприступным видом и жесткой логикой. Но на лице Яна возникла панибратская улыбка. - Лицо попроще сделай, милая, - предупредил он. – Ваше Управление взлетит на воздух, если с моим человеком что-то случится. - Человеком? – Мадо насмешливо цыкнула в сторону, всем своим видом показывая небрежение. Шинохара положил ей руку на плечо. - Прошу прощения, дорогой гость. Несомненно, все будет в порядке. Ян оценил опытного ветерана войн одним взглядом, и Сена увидел, как Юкинори немного напрягся, чувствуя на себе этот взгляд. - Хы… - Ян собирался что-то сказать, но не стал, решил сдержаться. Надо отдать ему должное. Мужчина был очень внимателен. Его глаза не ведали покоя, и Сена знал, кого он ему напоминает. Себя. Себя готового к удару исподтишка. Для Яна сейчас все вокруг минное поле. И он не собирается верить никому. У него есть приказ руководства, и он собирается его выполнить. Просто в отличие от Сены, Ян был куда более опытным в военном деле человеком. У него не было на виду куинке, значит, он не из Девятого Отдела. Может, он никогда не сражался с гулями, но при этом парень был настоящим солдатом. Шинохара попытался выровнять неловкость, чуть приподняв руки: - Так или иначе, пройдемте. Шинохара глянул на Мадо, совсем тихо попросив ее успокоиться. Юкинори глянул на Яна, наверняка делая те же выводы, что и Сена. Может, и другие, ведь сам Шинохара был куда старше и опытней. Ян не дал Шелии зайти первым в здание, зашел сам, окидывая приемный зал взглядом. - Хы… - снова фыркнул он, наверняка замечая все камеры слежения. – Можно заходить, - поманил он Шелию пальцем. - Мы специально отключили одну рамку… - сообщила Акира, - правую. Так что пусть… Шелия-сан проходит там. Григорий вежливо кивнул, но Мадо на него не взглянула. - Цы-цы-цы, - сказал Ян, и Шелия послушно замер. Шолохов прошел рамку, оглядев ее, чему-то покивав. - Все ок. Мадо покраснела. От ярости. Ее бесил Ян. Ощутимо бесил. Она и Сену, явно настроенного на диалог с гулями и лоббирующего сосуществование не очень-то терпела. А тут совершенно незнакомый человек ведет себя так? И почему? Как он может относиться к гулю, как к своему человеку? Мадо поджала губу, с недовольством глядя на этих двух. Шелия сжал плечо своего “начальника” и что-то с улыбкой ему говорил. Шинохара потянул девушку за рукав: - Мадо-сан, успокойся. Савада-сан все тебе объяснит. То, что он тебя выбрал, о многом говорит. - Но… Шинохара покачал головой. - Я его немного знаю. И поверь, с ним лучше не играть во врага, - Шинохара слабо улыбнулся. - О, спасибо, что приехали! – это был Савада Цунэёши собственной персоной. Глава CCG встречал их в холле второго этажа. - Привет, Ян! Здравствуй, Шелия! Не трясло в самолете? Поток житейских вопросов был не иссякаем. - Спасибо большое, - вдруг сказал Савада. – Я даже не думал, что ты приедешь, Ян. Как тебя Лепнин отпустил? - Шелия нам слишком дорог. И я за него буду отвечать. Вы же гулей валите пачками, - усмехнулся Ян с каплей насмешкой и недоумения. Мадо вспыхнула. - А что мы должны с ними делать?! – возмутилась она. – Они убивают простых людей! Ян не успел ничего ответить, хотя может и не собирался. - Мадо-сан, - строго сказал Савада. И девушка высокомерно замолчала. – Пойдемте, нас ждут. Они дошли до тренировочных залов и зашли в один из них. Там их ждал Чигьо Коицу. К своему удивлению, Сена увидел не только Агона и Кадзуки. Там был еще Арима Кишо. Видимо, Савада лично попросил его прийти. - Я думаю все здесь немного знакомы… - мягко улыбнулся Савада. – Но еще раз представлю наших гостей. Ян Шолохов – глава Первого отряда подразделения специального реагирования “Черная Кобра”. Позывной – Рамзес. - Хы… - усмехнулся Ян. - Его подчиненный – Григорий Шелия. Гуль S+ класса. - Только лишь S+? – приподняла бровь Мадо. Шинохара положил руку на ее плечо, предостерегая от дебатов. Савада продолжил, не обращая внимания: - Та информация, что к нам поступила, достаточно достоверна, чтобы мы начали действовать в соответствии с ней. Поэтому, пока основные силы будут атаковать 11-тый, часть гулей Шестого и несколько следователей будут защищать Кокурию. - Атаковать Кокурию это глупость, - сказала девушка в принципе логичную мысль, - Это не настолько… Мадо замолчала, потому что Арима глянул на нее. - Это куда сильнее, чем ты можешь себе представить, никогда с ней не сражавшаяся. Нападение на Кокурию вполне себе реально. Татара - отличный стратег и тактик. Если честно, я не понимаю, почему меня не включили в списки остающихся в Кокурии. - Потому что в 11-том будет жарко, - уверенно сказал Савада. – И там ты понадобишься больше. Арима поджал губу. - Я знаю, что Каманура победил Это, заставив бежать. В списках он на нашей стороне. Но, как я понял, он победил хитростью. Так не лучше ли мне оказать ему поддержку? Мадо вздохнула про себя. Непобедимый Арима Кишо говорил о поддержке гулей, как о само собой разумеющемся. Акире становилось от этого не по себе, но почему-то заставило глянуть на Шелию. Тот повис на Яне со спины и обнимая его за шею, что-то тихо говоря. Ян придерживал его руки и усмехался. Акире Шелия казался счастливой овчаркой, которая хочет играть. Она вдруг ясно поняла, что эти двое хорошие друзья. Гуль и человек… Хорошие друзья. Мадо казалось, что этот мир не просто рушится, он уже рухнул. Ведь не стал бы Сена так упрямо отстаивать свои идеалы, если бы у него не было мотивации? Например, такого же друга гуля? Кишо же просто холодным сердцем выбирал более логичные сценарии развития событий. Если Кокурию можно защитить гулями, то почему нет? Мадо не знала, что Арима хочет посмотреть на этого Камануру и спросить его про Камадзи, которого следователь особого класса очень хотел увидеть. Но Кишо бы и сам в этом не признался. - Напоминаю, что Шелия будет сражаться на нашей стороне. А вот Ян – наблюдатель с российской стороны не в коем случае не должен пострадать. Итак, из гулей будут участвовать – Каманура, Недзума… Камадзи, - Савада глянул на Ариму, но тот и бровью не повел. Никто не увидел на его спокойном лице никаких изменений, а вот настроение поднялось вверх: внезапно, но не сказать, что беспричинно. Кишо не мог скрыть сам от себя, что достоверное подтверждение того, что Камадзи жив – греет ему душу. - Близнецы Сакуган и Шелия, - продолжил Савада без особых пауз. - Все эти гули из Шестого района, - заметила Мадо, задумчиво, но неслышно потарабанив указательным пальцем одной руки по локтю другой. - Верно. Именно так и есть. Шестой район больше всего терпеть не может Аогири. Видишь ли, Ветвь Фиама не хочет жить по их принципам, и это их коробит. - Коробит? – фыркнула Акира. – Принципы? Смириться с мыслью, что у тех, кого она ненавидела, могут быть принципы, было непросто. Но она увидела карий взгляд Сены. Тот ей как-то сказал: - У них есть семьи. Они хотят любить и быть любимыми. Разве это не делает их людьми? А люди имеют право на защиту. Тогда эта мысль коробила, но сейчас, когда она видела перед собой яркий пример человека, который относился к гулю с заботливой снисходительностью, девушка не могла не думать, что из-за гибели родителей смотрела на мир несколько однобоко. Тогда почему у них не может быть принципов? Если они хотят защитить себя и свои семьи? - Чего хотят Аогири, Мадо-сан? – спросил вдруг Савада с привычным Главе любопытством. Этот тип очень любил, чтобы его люди приходили к правильным выводам сами. - Власти над людьми, - не задумываясь, уверенно ответила она. Аогири подмяли под себя Одиннадцатый, уничтожили всех следователей там и методично выкосили не успевшее эвакуироваться население. Было бы странно, если бы они хотели чего-то другого? - А что хотят Шестые? Мадо не очень любила, когда ее как котенка, макая в лужу, заставляют принимать какие-то решения. Она любила до всего доходить сама. Без принуждений и наводок. В конце концов, она же следователь. Мадо пожала плечами. - Мира во всем мире? Раз вы спрашиваете, - легкая насмешка никуда не делась, но Мадо прекрасно понимала, что Савада ни на чем просто так настаивать не будет. Кишо – аналогично. И то, что ее поставили на один уровень с ними, предполагает, что она тоже поймет ситуацию. Поэтому, прикусив уголок губы, Мадо попыталась взглянуть на ситуацию беспристрастно. Хотя бы как Кишо. Но к ней вдруг обратился Шолохов: - Когда твой друг окажется гулем, ты убьешь его? Мадо замерла. Взгляд серо-зеленых глаз ждал от нее серьезного ответа. - Я… - но ответить не дал. - Когда он будет умирать от голода, ты просто оставишь его подыхать? - Я… - Ты никогда не думала, что они такие же люди? Что они хотят просто жить? Мадо не выдержала: - Они хотят убивать! - Они не могут не убивать. Они стоят выше в пищевой цепи. Многим из них совершенно не хочется лишать людей жизни. Но они не могут ничего поменять в своей жизни. Потому что они вне ее! Ресурсы, которыми обладают люди, могут вписать их в эту жизнь! Но люди даже не пытаются. Они вычеркнули гулей из нее! Вычеркнули, как все, что не укладывается в их жалкий мозг! Чувствовалось, что Яна это задевает лично. Фразы были хлесткими, обидными, но правдивыми. Действительно, люди и не пытались уживаться. Акира ничего не могла сказать против этого. Абсолютно все было правдой. - Но… Что делать с теми, кто не захочет уживаться? Кому нравиться убивать? - поинтересовалась Мадо. - Ты знаешь ответ, - сказал Шелия. – Убить. Акира вздрогнула. Взгляд был хищным. Очень опасным. - Гули с радостью убьют тех, кто мешает им на этом пути, - добавил Шелия. – Это жестокий мир. Решения тоже могут быть жестокими. Но было бы неплохо… - Чтобы они были правильными, - завершил за него Савада, весьма довольный, что основную речь за него произнес кто-то другой. – Мы можем попытаться истребить всех гулей, устроить геноцид, но вероятность того, что сами мы выйдем сухими из воды – минимальна. Поэтому, у нас есть только один выход – уживаться. - Мы пойдем по этому пути, - сурово сказал Ян. – У нас куда меньше гулей, мы не убиваем их, а контролируем. И то у нас начались волнения, которые заставляют задуматься о том, что же будет дальше. И как только к власти придет новый президент, мы возьмем курс на объединение. - Как всегда знаете, кто у вас будет следующим… - выдохнул Шинохара. Мадо кивнула своим мыслям. - Хорошо, ваша логика меня вполне устраивает. Хотя мне тяжело вложить в нее душу. - Пока этого достаточно. Мозги ваши меня куда-больше интересуют, - по-своему поиздевался Савада. – Дальше. Из людей будут присутствовать Мадо, Шинохара, Кента, Агон и Кадзуки. - И все? – недоуменно спросила Мадо. - И все, - подтвердил Савада. - И таким составом мы должны еще охранять гостя? – Мадо махнула рукой в сторону Яна. Шолохов фыркнул. - Я не из Девятого отдела. Но я из Черной Кобры. Мадо скептически улыбнулась, но Шинохара, Кишо и Савада были предельно серьезны. - Тем не менее, гуль это не человек, - заметил Савада, приподнимая ладонь в мирном жесте. – Вы понимаете, о чем я. Только о физической силе. - Савада-сан просил принести куинке! – влез довольный Коицу. - Ян, вы когда-нибудь сражались с гулями? – поинтересовался Арима. - Никогда, - немного помедлил, но уверенно ответил Шолохов, сводя руки за спиной. - Это совсем не тоже самое, что сражаться с людьми, - спокойно пояснил Кишо. - Догадываюсь. Но вам не надо за меня волноваться. Вон же Чигьо-сан сказал, что даст мне куинке. Сене в который раз подумал, что Шелия выдал вообще все, что знал. - Хорошо, тогда небольшой спарринг все прояснит и подтвердит, - пожал плечами Кишо. - Уровень моей подготовки позволяет бороться с гулями SSS-класса. Так что, если сможешь уследить за мной, то выживешь даже в стычке с Это. Ян хмыкнул. - Непобедимый Арима Кишо… Да? Савада-сан, разве эта проверка необходима? Цунэёши вздохнул. - Пожалуйста, Ян. Если с тобой что-то случится, Лепнин перетрясет все Управление. Шин покашлял и выступил вперед: - Савада-сан, я думаю, вполне достаточно меня. Цунэёши отрицательно качнул головой. - Нет, Шин, - сухо сказал Арима. – Не имеет смысла. Шелия отошел от Яна, который чуть приподнял руки, сжимая их в кулаки и становясь сам полубоком. Его улыбка была насмешливой и легкой, кажется, вся ситуация его веселила. Сена ничего не сказал. Минут пять назад он написал Хируме и уже получил подробный ответ. Теперь он знал все, и кто такой Ян, и что ему можно верить – Шелия за него ручается. Шолохов - правая рука Константина Лепнина, главы оппозиционной партии – Обновленная Россия. Но главное было не столько это. Лепнин – гуль SSS-класса, стремящийся к власти. И за ним идут не только гули, за ним идут люди. Такие как Рамзес. Кишо столкнулся с, как минимум, равным противником. В отличие от Сены тот весил явно больше, у него не было значительного перекоса силы в ноги. А еще он копировал движения, схватывая их на ходу. Еще до того, как движение было завершено. Мало того, это была его привычка. Кишо заблокировал тяжелый удар, почти тут же ударил в ответ, но Ян уже уходил в сторону, так что атака Аримы прошла по касательной. Серо-зеленые глаза не отрываясь смотрели на Кишо, так что Агон даже скрипнул зубами. Конго очень хотелось почувствовать этот спарринг на себе. Но все закончилось, особо не начавшись. Смотреть было на что, но только лишь в учебных целях, а сейчас было не до учебы. Все и так прекрасно понимали, что Ян того же, пусть и иностранного разлива, что и Кишо. Савада остановил бой. Мадо молчала. - Насчет того, что вы никогда не сражались с гулем, вы соврали, - заметил Кишо. – Да у вас много специальных движений, которые мне неизвестны. Явное влияние Кобры. Но остальное… - Я сказал правду, - отрезал Ян. – Не сражался. Только спарринг. Шинохара слабо усмехнулся. - Так что за меня не надо беспокоиться. Если надо, я убью гуля голыми руками, - мило улыбнулся Ян. - И все же, вам полагается куинке, - настоял Савада. Шолохов, принципиально против не был. Пожав плечами, он взял кейс, сжимая его сильными пальцами и тихо вздыхая. - Хочешь не хочешь, пользуйся, - серьезно сказал Шелия. – Ничья смерть не бывает напрасной. Ян слабо улыбнулся. - И все же, это смерть. Сена отвернулся, чувствуя чужие сожаления. Использовать чьи-то останки казалось Яну кощунством. И Кобаякава его вполне понимал.