Следователь из 6-го района.

1. Сена глянул на себя в зеркало. Выглядел он подобающе мрачно, даже косметикой рисовать круги под глазами не придется. После гибели Мадо их пару дней гоняли по “горячим следам”, но так и не поймали. Кобаякава с энтузиазмом бегал за самим собой, удивляясь, почему все эти опытные следователи не могут его поймать. Сам Сена бы второго себя уже давно схватил за жабры. Чувства Амона Сене были вполне понятны, но он ничего не мог с этим поделать. Мадо сам выбрал свой путь, но, Сена не собирался Котаро этого объяснять. Котаро был слишком подвержен внешнему влиянию, чтобы делать выводы самостоятельно, поэтому Кобаякава, попытавшись один раз, оставил это дело. - Готов? – спросил Хирума. – Точно пойдешь? Может, притворишься захворавшим на почве нежной любви к этому психопату? - Нет. Я должен идти, ты же знаешь насколько это важно. Йоичи развернул Сену к себе, поправил ему галстук, терпко поцеловал, вздыхая. Они долго пестовали план с тысячей и одной неизвестных, теперь их осталось значительно меньше. Важной ступенькой был Канеки Кен. Тот самый парень, который встречал его на выходе из туннеля. Сена про него не забыл. Кобаякава вообще ни о чем не забывал. Но сейчас ему предстояло другое, не менее важное действо. Похороны проходили в большом зале буддистского храма Первого района. Там даже была трибуна, с которой каждому желающему предстояло сказать что-то на прощание. Сена вошел под своды огромного и пустого, если не считать большого количества людей, зала. К нему тут же подскочила Мамори, обнимая Сену за руку и прижимаясь телом. Она была бледной и уставшей, но ничего не говорила. По документам, которые она читала, Мадо убил Белый Кролик, но Анезаки идиоткой не была. Сейчас она обнималась с убийцей старшего следователя. Впрочем, вполне возможно, что и Кролик мертв, а скорее всего, съеден. Сена сжал ее руку. - Все хорошо, сестренка, - уверенно сказал он. Анезаки тихо согласилась. Сена знал, насколько она может быть сильной, если выбрала. Кобаякава понимал, насколько тяжел был этот выбор. Но ни за что на свете, только ради него, Мамори бы не пошла на такой компромисс. Это значило, что она взвесила все “за” и “против”, возможно перекопав для этого тысячу и одно закрытое дело. Вполне возможно прочитала о том, как отомстили близнецы за ее мать, кто знает? Анезаки была не глупее Йоичи, хотя, конечно, не настолько хитрой. Теперь им предстояло сделать следующий шаг, в этом Сена был согласен с Хирумой, но Сена терпеть не мог публичных выступлений. Почему именно он должен это делать? Но не Хируме же его делать, в самом деле. В этом мире у них не было выбора. Мир таков: постоянно диктует свои условия. Мадо в завещании писал о необходимости сжечь его прах, какое расточительство. Все свои куинке передать Амону, никто и не сомневался. Кобаякава знал, насколько тяжело заставить людей и гулей жить вместе. Можно только захотеть. Но можно ли заставить захотеть? Это был спорный вопрос, но его придется решать. Кобаякава знал несколько сценариев развития событий. Он все знал. Но мысль, что от каждого его действия зависит что-то настолько важное, выбивала его из колеи. Если взглянуть со стороны, он хотел для себя очень малого, но чтобы этого получить, надо сделать очень многое. Какой-то прям закон сохранения желаний в природе, отнюдь не прямопропорциональный. Собравшихся было очень много. Были там и Амон Котаро, и дочь Мадо – Акира. Следователи обычно мало говорят. В основном речь держал Ицуке Маруде, даже глупо пошутить умудрился, получив из зала несколько странных смешков. Сена осознавал, насколько речь его будет неприятна для остальных, но он не собирался водить дружбу с теми, кто верит в то, что Мадо поступал правильно, кто одобрял его и желал быть похожим. Кобаякава понимал насколько для следователей его идеи могут быть еретичны, но все подряд Сена высказывать и не собирался. Но если он хочет воплотить в жизнь их с Хирумой план, ему придется быть жестоким. О милосердии вспомнить придется позже. Они слишком слабы еще, чтобы быть милосердными. Ему придется почувствовать на себе всеобщую ненависть и неприятие, но разве это цена? Сена вовсе не считал это ценой, пока рядом будут те, ради кого все началось. Разве Тоука, которая так отчаянно пыталась ужиться с людьми, разве она не была достойна его милосердия? Сена верил, что поступил правильно. Особенно, когда увидел беспокойство ее человеческой подруги. Киришима Тоука была отличным товарищем. Если вдуматься, если бы он устранил Мадо раньше, то Рёко осталась бы жива, а Тоука не оступилась. Но что рассуждать о том, чего не изменить? Этого Сена терпеть не мог. - Ты действительно пойдешь? – спросила у него шепотом Мамори. - Да, сестренка, - скупо улыбнулся Сена, похлопав ее по руке и отстраняя от себя. Коротко выдохнув, чтобы успокоиться и собраться с мыслями, Кобаякава поднялся на трибуну. Остальные следователи о нем почти ничего не знали, особо ни в чем не подозревали. Да, Сена племянник председателя, да звезд с неба не хватает. Но большинство понимали, что человек, который выдерживает спарринг на куинке с Кишо, пусть и не очень долго – пойдет далеко. - То, что я скажу, - начал Сена, - вы посчитаете жестоким, грубым, выспренным. Мне нет дела до ваших эмоций или мнений. Я скажу так, как считаю сам, чем бы для вас эти слова ни были. Все молчали. А взгляд Сены был мрачен и очень серьезен: - Мы потеряли следователя старшего класса, который по уровню мастерства вполне мог бы взять и особый класс, если бы не был помешан на куинке и вырезании гулей под чистую. Он убивал и радовался убийству. Кажется, его дочь теперь взяла его на заметку, помимо ненависти, вспыхнувшей в глазах такого же, как у отца, цвета. - Его постигла расправа. Белый Кролик отомстил за ребенка, которого Мадо хотел убить. Следователи все так же молчали. Каждый думал о своем, хотя молодежь, которая только что вышла из Академии, кажется, была в негодовании. Но, как всегда, не все. Пусть большинство, но всегда оставались люди, которые умели думать своим мозгом, мыслить шире и глубже. Опытные следователи всматривались в Сену, будто пытаясь что-то понять по его глазам. Но Кобаякава отлично знал, правда со слов Хирумы, какой у него взгляд, когда он говорит о таких вещах. Он - черный. И совершенно непроницаемый. Йоичи говорил, что почти даже зрачка становится не заметить. - Хорошо, если он достигнул Рая и встретил Касуку-сан. Но я боюсь, что нет. - Сена, мы поняли твою мысль, - это вмешался сам Председатель. Сена приподнял бровь. - И когда я приду к власти, таких как он или Гомаса-сенсей постигнет та же участь, что и Мадо. Усмехнувшись, Сена сошел с трибуны, положил цветы на гроб, хлопнул в ладоши, развернулся на пятках и вышел из зала улыбаясь. Он знал, что ему ничего за это не будет. Он даже не глава Шестого – глава Мусаши. Он один из следователей, которые там работают. Все его речи можно посчитать бредом обезумевшего подростка. Начнут ли за ним следить внимательней? Возможно. Только и он не стоит на месте, он развивается, и вместе с ним развивается Шестой район. Он сделал это заявление именно сейчас, в преддверии атаки Аогири, потому что это был самый лучший момент для достижения их целей. Кобаякава прошелся по улице, потом сел в метро и доехал до Антейка – своей второй цели на сегодня. Кафе работало в обычном режиме, не вызывая никаких подозрений. Сена повернул ручку и зашел. Народу было довольно мало, буквально несколько человек. Кобаякава бросил на каждого по короткому, но очень внимательному взгляду – все четверо гостей – гули. Для Антейка не редкость, но так же редко, чтобы людей в это время не было совсем. Йошимура стоял за барной стойкой и протирал чистые стаканы – его излюбленное занятие. На звук двери хозяин кафе отреагировал сразу, подняв взгляд, и Сене достался сдержанный кивок. С Йошимурой они еще толком не говорили. Но тот наверняка понимал, что все тайны Сене известны. И все же, даже став следователем, он не выдал секрета. Поэтому слова были не сильно нужны. К тому же, Йомо по-прежнему умудрялся ошиваться и здесь, и в Шестом. Ворон типом был умным, и ему можно было доверять, так что он наверняка грамотно фильтровал то, что говорил Йошимуре. И значит тот тоже передаст, что-то важное, если в этом будет необходимость. В Антейке работал очень важный для их с Хирумой и остальными плана парень – Канеки Кен. Канеки Кен. Сена втянул носом воздух, узнавая запах. Ризе? Кобаякаве и в ту встречу казалось, что Канеки пахнет странно. Будто его запах смешивается с каким-то другим, знакомым. Тогда Кобаякаве некогда было думать, но на заметку он эту мысль взял. Сейчас же все стало на свои места. Для него это уже было ответом, но было бы неплохо услышать всю историю этого забавного паренька, который только что уронил поднос с чашками кофе. Вид у Кена был ошарашенный. - Следователь из шестого района, - прошептал парнишка. – Кобаякава Сена. Он вдыхал воздух и не мог поверить, что человек может пахнуть как гуль. Как тот самый гуль, который спас Хинами! Для Сены Канеки был главным подарком на тернистом пути. Неужели это правда и эксперимент Кано действительно успешен? Тоука спустилась по лестнице, быстро тарабаня босыми ногами по деревянными ступенькам. Киришима замерла, увидев его, Сена же огляделся вокруг, запоминая лица каждого, кто был в тот момент в кафе. Большинство тут же уткнулись в свои тарелки, кого-то ощутимо тряхнуло от этого взгляда. - Друзьями мои, просьба не болтать языками, - улыбнулся Сена. – Иначе, кто знает, что с вами случится. Какой-то особо задиристый гуль попытался подскочить, но официант – Кома Энджи - остановил его за плечо. - Не стоит даже приближаться, - серьезно сказал Энджи. - Он всего один… - Гуль рыкнул, оттолкнул руку Комы и двинулся к Сене, а потом с ревом бросился на него бежать. - Идиот! – успела сказать Тоука, а гуль уже летел обратно, долетев до противоположной стены. Картины в рамах шиндарахнули его по голове, слетев от удара. - У меня есть пара вопросов, на которые я хочу знать ответы, - снова улыбнулся Сена, медленно опустив ногу и говоря так, будто ничего не произошло. Йоишимура кивнул. - Энджи, объясни гостю, что он не прав более популярно. Меньше всего мне сейчас нужна утечка информации. Кома уверенно кивнул. - Положитесь на меня, босс. - Пойдем наверх, Сена-кун. Тоука, Канеки – вы тоже. В комнате Тоуки Сене предложили сесть, и он уселся на диван, разглядывая окружение. - Как Хинами? – спросил Кобаякава Киришиму. Девушка вздохнула. - Приходит в себя. Но теперь ей намного легче. Говорит, что, если люди могут быть такими, как ты, то ничего не потеряно. - Я хуже любого гуля, Тоука. И ты это знаешь, - улыбнулся Сена, но он не шутил. – И стану только хуже, - добавил Кобаякава совсем тихо. Киришима слабо улыбнулась. Она, конечно, в это не верила. А нюансов, которые вкладывал в эти слова Кобаякава не чувствовала. Но это была правда. Чтобы добиться примирения двух рас, придется замарать руки кровью не раз и не два. - Кен, расскажи Сене свою историю, - попросил Йошимура. Сена с легким неверием выслушал историю Кена, но это существенно упрощало им жизнь. Если Кано смог, то смогут и они. Кобаякава верил, что за этой технологией – будущее. Оставалось только найти этого Акихиро, найти раньше, чем об их заинтересованности пронюхает Аогири. В этом то и была основная сложность. - Они за тобой придут, Канеки, - предупредил Сена. – Потому что ты пахнешь, как Ризе. Кен вздрогнул. - Ты тоже чувствуешь?! Ты же человек! - Я пропах гулями. Я живу в тенях, - усмехнулся Кобаякава, - и после этого ты думаешь, я не начну различать запахи? Сена мило улыбнулся. - Тоука, пойдем. Есть человек, который хочет с тобой увидится. - Ты говорил… - смутилась Киришима. – Но кто это? - Увидишь, - мягко сказал Кобаякава. – Он долго готовился к этой встрече, поэтому, пожалуйста, не отказывайся. Он протянул ей руку, и Тоука неуверенно коснулась пальцами его ладони. - Идем. - Хорошо. Киришима была очень легкой, прыгать вместе с ней по крышам, используя куинке было проще простого. Конечно, она не понимала, почему ее несут, как принцессу на руках, зато Сена прекрасно понимал, что делал. Он следовал теми маршрутами, на которых исключено пересечение со следователями. К тому же по воздуху было быстрее даже, чем на метро. И в результате, коснувшись ногой Врат поместья Рёкана, следующим прыжком Сена оказался на его внутренней территории и поставил Тоуку на ноги. - Идем, - потянул девушку за руку, не давая особо осмотреться. Сена привел ее в один из залов, показал, что она может сесть на диван. А сам он предпочел уйти. Арате и так потребовалось время, чтобы принять правду, его сын примкнул к рядам Аогири. А это значило, что если тот будет участвовать в грядущем столкновении, то пощады тому не видать. И все же вряд ли Киришима собирался спокойно наблюдать за возможным поединком сына. Скорее всего он его отловит, свяжет веревками и спрячет где-нибудь в подвале, пока все вокруг не устаканится. Как и Маса, он был одержим теми, кого любил. - Папа… - услышал Сена из-за двери сдавленный голос Тоуки. – Так ты жив?! - Каманура спас меня. Каманура и его люди. Они же выходили. Сена пошел по коридору дальше. Кобаякава не собирался подслушивать. Счастливые моменты не всегда стоит делить со всеми, иногда важно, чтобы они принадлежали только этим двоим счастливчикам, которых счастье постигло. 2. Сена оглядел большое и белое здание больницы. Он здесь уже был. И не один раз. С того момента как незнакомая ему старушка пережила инсульт, и Кобаякава доставил ее сюда, оказав первую помощь. Канаме Чидори*. Сена приходил к ней несколько раз и знал, что она потеряла дочь и не хотела больше жить. К ней никто не приходил, хотя один раз Кобаякава видел, как Йошимура стоял под окнами ее палаты. Потом Канаме увезли в дом престарелых, где и навещал ее Сена. И где он навестил ее в последний раз. Кобаякава слабо улыбнулся. Это женщина пожертвовала собой, ради них. Ради того, чтобы гули были накормленными и счастливыми. И здесь же промышляет улыбчивый доктор Кано-сенсей. Хирума уже раскопал про него очень много интересного и наводящего на мысли. Каким бы успешным доктор ни был, владеть таким количеством собственности странно. Сразу вспоминается отец Сены, который тоже довольно неуловимым образом стал владельцем еще одного дома и чужого фамильного склепа. Кто сказал, что Кано не мог иметь подобный опыт? Кобаякава, усмехнувшись, вошел в здание, дошел до приемного покоя, дождался своей очереди к стойке регистрации, а потом вежливо улыбаясь, спросил, может ли он видеть доктора Кано. - Да, конечно. Но у него сейчас прием. У вас какое-то важное дело? – кажется медсестра имела какие-то предписания, но Сена немного под них не попадал. - Я отвлеку его всего на две минуты. Он лечил моего друга, и у меня есть для него подарок. - Да… Конечно… Подождите здесь, - она указала на места для ожиданий, а сама засеменила в какой-то из коридоров. В наушнике Хирума подтвердил, что они готовы к любым неожиданностям. Кано действительно выглянул из арки коридора и встретился с Сеной глазами. Они не были знакомы очно никогда. И Сена вызывает всегда очень приятное и располагающее впечатление, но, видимо, его жадный взгляд, отражающий его ожидания от нового знакомства, выдал Кобаякаву с головой. Впрочем, так даже лучше. Пусть убегает. Сена хищно улыбнулся. Живя с гулями и не так научишься улыбаться, но это была именно улыбка. Очаровательное обаяние лицемерной змеи, которая уже готова сожрать. И Доктор Кано бросился бежать. Мышь своим побегом выдает сама себя, возвращаясь к дому, она попадает в мышеловку*. Старая поговорка оказалась, как никогда подходящей. Сена не стал гнаться за ним, потому что за зданием больницы и так наблюдают со всех сторон. Кобаякава шустро поднялся на крышу больницу, вскрыв ее дверь тонкой-претонкой косой. Куинке срезало язычок замка, и дверь послушно распахнулась. Кобаякава вышел на улицу, и порыв ветра ударил его по ногам, развевая плащ. С высоты шестиэтажного здания было видно пол-района. В двадцатом давно не было столько чужих гулей. Но никто бы их не подумал тронуть. К тому же Йошимура потребовал от местных не вмешиваться в чужую Охоту. Сена надел капюшон на голову и белую маску на лицо. Подойдя к краю крыши, он как раз заметил, как Кано выбежал из больницы, судорожно попытался завести машину, но это у него не вышло, и он бросился бежать на своих двоих. Кобаякава размышлял, наблюдая чужую панику. У доктора Кано было много недвижимости, доставшейся ему странными путями. Можно было бы попросту исследовать их все, но так было интересно, куда же прибежит мышь, поддавшись панике. К тому же, разве не в интересах Кано пообщаться с гулями? Ан нет, не хочет. Так что ответ прост. Аогири уже выходили с ним на связь, предлагали свое покровительство, поэтому он догадывается, что Сена не из Аогири. Наверняка даже знает, откуда этот улыбчивый парень, что так легко пришел за ним. И все же… Сена криво улыбнулся под маской. Кано выбрал Аогири по собственному желанию. В больнице был его единственный шанс пообщаться с другой группировкой и выбрать. Но он не стал выбирать. Кобаякава нахмурился. Возможно, не единственный. Возможно, в одном из его домов, где доктор почувствует себя в безопасности, они все-таки смогут поговорить по душам, и Сена решит, что делать с Акихиро-сенсеем. Кобаякаве нравилась сама общая концепция. Исследовать вопрос возможности соединения человеческих и гулевских тканей было необходимо для многих аспектов сосуществования, а не только ради создания искусственных гулей. Такие страдальцы как Канеки, Сену как раз не очень устраивали. Нельзя силой заставлять кого-то быть кем-то другим. Но исследования на клеточном уровне, особенно настолько успешные, могли бы открыть широкие горизонты для формирования новых тканей, съедобных для гулей и энергетически эквивалентных мясу, избегая при этом уничтожения людей. Возможно, они смогли бы на генном уровне подавить за счет этого RC-клетки. Сена толком не знал, но Таками и Манабу говорили об этом взахлеб. Доктор отчаянно пытался связаться с кем-то, но телефон был сейчас бесполезен. Хирума знал толк в охоте. Сена чувствовал тот волчий азарт, который испытывает любой хищник, и не собирался смущаться или подавлять это чувство. Люди тоже были хищниками всегда, глупо считать их травоядными только потому, что появился тот, кто пожирает их. К тому же куинке пульсировало в своем ритме, чувствуя жар сердца Сены. И Кобаякава побежал вслед за Кано, легко прыгая с крыши на крышу и помогая себе куинке. Погоня продолжалась не очень долго. Кано успел сесть на автобус в людном месте, но оторваться ему это не помогло. Он был человеком. А за ним следили не только гули, следили и обычные люди. Вернее, самые необычные из людей. Знакомые Сены, которые считали так же как он, все-таки были довольно волевые люди, он это признавал. Но Кобаякава, который умел греть уши, ходя по городу, слышал довольно интересные разговоры, что заставили его не хоронить так запросто веру в людей. Да и за примером далеко ходить не надо. Девушка Нишики была самой обычной девчонкой, и все же, приняла его. Не смогла принять, а просто приняла. Совсем недавно они с Хирумой и Манабу присутствовали на их закрытой церемонии. Но и просто, гуляя, Сена слышал рассуждения некоторых людей. И как бы негативно некоторые к гулям не относились, стоило кому-то сказать о том, что следователи и маленьких детей убивают и беременных женщин, то кто-то тут же замолкал, кто-то тут же начинал возмущаться. Так или иначе, но в людях еще остались те доброта и милосердие, что позволяли Сене надеяться на общее для них всех будущее. Поэтому Кано не удалось скрыться, как он ни хотел. Сена и Манабу остановились перед огромным особняком. Остальные уже начали его обходить. Хирума в наушнике рассмеялся. - Я так и знал! Это особняк Ясухисы Нанао. - Кто это? - Один делец. Довольно честный бизнесмен. Даже не думал, что он исчез так… - Хирума уже вошел в здании и отдавал приказы остальным. Сена и Манабу зашли через главный вход. Догадка Кобаякавы подтвердилась. Кано шел туда, где хоть кто-то мог его защитить, иначе бы он выбрал любое другое место. Едва они вышли в зал на них бросились две девушки. - Полугули… - прошептал Сена. Наверное, они были очень сильны по меркам Кано, S-класс, наверняка. Но не для Манабу. Его ринкаку подняло обоих девушек вверх, сжимая в сильных объятьях. Кано, который ожидал шумихи сражения и возможности побега, понял, что прогадал. Акихиро развернулся, собираясь попытать счастья самостоятельно и сбежать, ударился о торс Хирумы и упал на пятую точку. - Не подходите! – выкрикнул Кано. – Курона! Наширо! Сделайте что-нибудь! Но девушки были в ловушке. Из хватки Манабу было почти невозможно вырваться. Сена допускал, что только близнецы, Хирума и Маса на это способны. - Оя, оя, сенсей, - в дверь осторожно вошел Таками, оглядываясь, - мы же просто хотим поговорить. Для начала. - Отпустите, папу! - выдохнула Наширо, судорожно пытаясь справится с ринкаку. Ичиро глянул на девушек. - Ваш материал, да, сенсей? Кано глянул на Таками. - Таками Ичиро! Ты с ними! - Определенно. - Но почему? - Почему? Разве это не забавно? - Аогири предлагало тебе уйти к ним! Я знаю! - Да, но… - Таками поднял плечи вверх. – Аогири - прекрасная организация, я бы с удовольствием в нее вступил. Кано глянул на Сену, но белая маска ничего не выражала, а карие глаза смотрели на него с любопытством. - Но босс меня прикончит, если я свалю, - ухмыльнулся Таками. – А как друг, он просто не поймет такого предательства. Верно, Каманура? - Не то слово, - усмехнулся Сена. – Вопрос в другом. Может, доктор Кано хочет тоже дружить с нами? - Нет! - Почему? - Вы никогда не сможете дать мне то, что дает Аогири! Я - свободный ученый, который не должен быть ограничен моралью и вашими убогими принципами… - Кано осекся. Карие глаза потемнели, из них пропал интерес. - Выжать из него все, - сухо сказал гуль в белой маске. - Аогири будет меня искать! - Несомненно, - холодно сказал Сена. - Они во много раз сильнее вашей шайки! - Возможно, - бесцветный голос источал угрозу. - Сем-пай, - поправил очки Таками. – Вы начинаете его злить, советую этого не делать. Все что нам от вас нужно, это ваши знания и ваш опыт. Если будете делиться, мы вас не убьем. - Но и не отпустите? – голос Кано дрогнул. Акихиро глянул на белую маску и его передернуло. - Хорошо! Хорошо! Я согласен! - Каманура! Глянь, что я нашел, - Хирума был полон энтузиазма, а Кано страдальчески застонал. - Это же стена из RC-клеток. Кано кто-то поднял за шкирку и потащил, судя по маске, это был Ворон. Йоичи с брезгливым любопытством осматривал странное творение, но Манабу и Таками отстранили его в сторону. - А что вы сделаете с ними? – спросил Кано, хотя Сена сомневался, что судьба девушек, все еще сжимаемых ринкаку Манабу, сильно его волновала. - О, это же бесценный результат твоих опытов, семпай, - сказал Таками, прыгая вокруг стены, уже открыв свой специальный ящичек с инструментами. – Мы их вскроем и скажем: "Привет, как дела?", - их кишочкам, желудочку, легким… Каманура вздохнул про себя. Ему не нравилось, что Таками так говорит, потому что девчушки сильно испугались. Все-таки отнести их к S-классу было преждевременным решением. А к ним Сена не имел никаких претензий. Зато убедился, что Акихиро действительно на них плевать. Хирума взял Сену за плечо и отвел в сторону. - Их зовут Курона и Наширо. Это дети Нанао. Обычные детишки, учились на следователя после того, как отца и мать сожрал гуль. Я думаю, Кано им основательно промыл мозги, чтобы они согласились на его эксперимент. Сена тяжело вздохнул. - Мы можем что-то сделать для них? Хирума пожал плечами. - Не знаю, что мы можешь сделать для тех, кто уже сломался. - Что-нибудь всегда сможем, Йоичи, - мягко сказал Сена, обняв его одной рукой за талию. Хирума тихо усмехнулся. Да именно поэтому он и был с Сеной. Тот также как и он всегда находил выход, но на свой манер. И никогда его не пугали тупики. Но он был человеком, настоящим человеком. И там, где Хирума готов был отмахнуться, Сена видел надежду. Таками и Манабу выглядели очень довольными, Кано бледным и растерянным. Руи, судя по возгласам, нашел что-то еще, и Хирума невольно расплылся в улыбке: - Какой сегодня удачный день. Эй, яродомо! Свяжите этого ублюдка покрепче, а то больно он лихой. - Если остаемся здесь, нам недостаточно людей для охраны, - сказал Сена. - Шелия и Хидемото скоро будут здесь. Кобаякава кивнул, поежившись. - Да. Тени уже здесь. Особняк, в котором Кано Акихиро проводил немало времени, был важной находкой. И вытащить оттуда Манабу и Таками сказав, что завтра будет еще возможность – не вариант. Сена коснулся рукой таинственной стены. Она пахла как мясо, только очень слабо и была живой. Таками глянул на него взбудораженным взглядом. - Это то, что нужно, босс! То, что ты хотел! Сена слабо кивнул ему и легонько улыбнулся. На несколько секунд силы покинули его, голова закружилась. Так бывает, когда получаешь то, что очень хотелось, что казалось недостижимым. Пусть это не финиш, пусть всего лишь ступень. Но очень важная. Таками уже притянул его ближе к себе, показывая показания приборов и что-то восторженно поясняя. Сена попытался сфокусироваться на чужих мыслях. Хирума тоже с любопытством слушал Таками, и Кобаякава позволил себе не вслушиваться. Руки Йоичи на его талии этому только способствовали.