Behind Green Eyes

POV Луи

Среда, 7:00 am Зачем я проснулся? Лучше умереть, чем терпеть эту адскую боль, которую я чувствую в каждой клеточке своего мозга. От жары не спасает даже вентилятор, хоть он и дует прямо на меня. Здесь слишком неуютно, я чувствую себя скованно. Куда я вообще попал? Подо мной скрипучий кожаный диван, я не вижу ни окон, ни дверей, здесь слишком темно и страшно. Это не моя квартира. Пытаюсь вытянуть ноги, но не получается. Я упираюсь во что–то твердое. Пытаюсь снова, но уже с большей силой, затем пинаю это «препятствие» так, что оно всхлипывает от боли. — Сука, — зарычал Малик. Я не на шутку испугался и подскочил, — Пошел вон! Я судорожно потер глаза, чтобы убедиться, что я не брежу, и что я проснулся именно с Маликом. Зрение постепенно приходит в норму. Я никогда не видел кого–то более сонного, чем этот парень. Он раскинул свои конечности по всему дивану, при этом не выпускал из рук пустую бутылку из-под коньяка. Боже мой, я опять напился? — Зейн, вставай! — я начинаю трясти его, — Зейн! В ответ слышу лишь невнятные ругательства. — Зейн, — я присаживаюсь на корточки, опираясь спиной об диван, — Мы вчера много выпили? — Да. Я тебя заставил, — парень неохотно потянулся, — Просто у тебя началась жуткая истерика. «Истерика» Сейчас понял одну важную, но в тоже время ужасную вещь: пошли вторые сутки, с тех пор, как Гарри пропал. Лишь вторые сутки, а я уже мертвый. Что–то разрывается внутри меня, от чего я хочу кричать. Бить кулаками об бетонную стену, сбивая казанки в кровь, и кричать. Меня просто трясет от того, что я ничего не могу сделать, что я, черт возьми, ничего не знаю ни о его местонахождении, ни о состоянии. — Хей, ты в порядке? — Да. Дай мне свой телефон, я вызову такси.

***

Среда, 9:07 am Снова опаздываю. Снова среда, и снова ненавистная философия. Перед тем как войти, я немного привожу себя в порядок, стряхивая с себя несуществующие пылинки. Обращаю внимание на развязавшийся шнурок на кедах, наклоняюсь, чтобы поправить его, опираюсь ладонью об дверь аудитории и проваливаюсь в проход. Раздался характерный грохот, после которого в воздухе повисла минутная тишина. Поднимаюсь и отряхиваю свой зад. Так эпично я еще ни разу не приходил на лекции. — Эм… Кхм, — профессор Килт немного опешил от моего внезапного появления, — Я, конечно, рад, что вы та-а-к торопитесь на мои лекции, мистер Томлинсон, но прежде, чем войти, нужно было спросить разрешения! — И вам доброе утро. Я недовольно закатил глаза и ринулся вглубь аудитории, как можно дальше от этого занудного старика. Лишь бы он не излучал на меня свой негатив. Вижу свободную парту, закидываю на нее сумку и незаметно присаживаюсь, стараясь не привлекать к себе внимание сзади сидящего Оливера вместе с… Вальтером? Осматриваюсь вокруг и вижу очень странные вещи: практически все парни с нашей футбольной команды сидят в паре с ботаниками, у каждого при себе какие - то листочки, планшеты, флэш-карты и прочий мусор, которого в обычные дни не увидишь. — Ну что же, — внезапно начал профессор, — Сначала по желанию, потом по фамилиям. Еще один провал. Сегодня тот день, когда мы сдаем проекты. Тот день, когда решается моя судьба. Вернее, она уже решилась. Получу двойку и декан быстренько наберет моего папочку. А потом папочка быстренько наберет меня и заберет у меня все, что я так боялся потерять. Именно боялся. Мне уже все равно, будет ли он меня спонсировать, будет ли закидывать дорогущими подарками, позволит ли играть в команде. Я боюсь лишь одного: узнать, что Гарри больше не будет рядом. Рано или поздно очередь дойдет и до меня, а я из всего нашего совместного проекта могу выговорить лишь название. Все остальное хранится где–то у моего пропавшего чуда. Достаю ручку и начинаю отбивать ритм похоронного марша. Пожалуй, это самый подходящий саундтрек к сегодняшнему дню. Людей раздражает этот глухой непрерывный звук, но мне как–то плевать. Я не фокусирую внимание на окружающих, я забился где–то в себе и не хочу выбираться наружу. На интерактивной доске появились первые слайды. Неохотно наблюдаю за происходящим, чтобы хоть как–то скоротать время. Глупая блондинка вцепилась своими пальчиками в жалкий листочек бумаги и пытается прочитать какой–то термин, в то время как ее партнер по проекту стоит и нагло ухмыляется. Мне жаль глупых людей, правда. Но еще больше мне жаль ублюдков, которые самоудовлетворяются за счет чужих недостатков. Это первый признак того, что человек ничего из себя не представляет. Забираюсь в карман джинсов и достаю мобильник. Проверяю, есть ли пропущенные. Абсолютно ничего. Меня начинает накалять эта обстановка. Чего ради я здесь сижу? Я должен искать Гарри, а не просиживать штаны там, откуда меня уже почти исключили. Закидываю свое барахло обратно в сумку. Мне плевать, как расценят мою выходку. Встаю и собираюсь уйти, но тут же падаю обратно. Все мои внутренности рухнули на дно, когда дверь распахнулась, и в аудиторию вошел Стайлс. — Извините за опоздание, — робко проронил кудрявый, — Я могу присесть? Профессор одобрительно кивнул, и Гарри направился в мою сторону. Где его, черт возьми, носило? От одного его вида бросает в дрожь. Такое ощущение, что его просто перекрутили через мясорубку: волосы растрепаны, одежда мятая и грязная, под глазами огромные мешки, которые просто кричат об отсутствии сна. У меня слишком много вопросов. Парень кладет на стол толстую папку с бумагами и затем садиться рядом со мной. Я смотрю на него, требуя хоть какого–нибудь объяснения, но он лишь вяло улыбается, гладя меня по колену своей холодной как лед рукой. — Стайлс! — я убираю его руку, — Где ты… — Потом, — отрезал Гарри. Да, Гарри, ты прав. Сейчас не время для разговоров. Только вот как мне выжить до звонка, когда меня, блять, разрывает от количества накопившихся вопросов? Я хочу его ударить за то, что он такой спокойный, в то время, как меня переполняют эмоции. — Вот это, — он шелестит листочками, — И вот это твое. — Ты думаешь, мне сейчас до этого? — Да. — Почему ты так думаешь? — Потому что профессор Килт нас зовет. Я поднимаю глаза и вижу, как профессор жестом приказывает нам сейчас же выйти к доске. Мы поднимаемся из–за парт и направляемся к нему. Мне ничего не страшно, когда Гарри со мной.

***

Мы смешиваемся с толпой, выходя из аудитории после долгожданного звонка. Гарри носится вокруг меня, мурлыча какие–то милости. А я просто иду, куда ноги тащат. Все эти голоса эхом отдаются в башке, и я не могу сосредоточиться и поймать голос Гарри. Слишком много мыслей перемешиваются друг с другом. Он рядом – мне хорошо. Но за то время, пока его не было, я умирал изнутри. Я боялся потерять его навсегда. Он стал для меня целым миром. Неужели, он думает, что имеет право так поступать со мной? — Лу-ууи, — сладко попевает он, аккуратно приобнимая меня, — Я так рад, что тебя теперь не исключат. Как он может радоваться, находясь в таком состоянии?! Он переступил черту моего терпения. Я хватаю его за руку так сильно, что он всхлипывает от боли, и веду за собой. Плевать, что подумают люди, видя, как один парень силком тащит в туалет другого. Для меня сейчас не существует никого, кроме Стайлса. Мы расталкиваем всех на своем пути, люди кричат, что мы ненормальные, но нам искренне плевать. Я распахиваю дверь и вталкиваю Гарри вперед, затем плотно запираю дверь, подпирая ручку шваброй. Я, наверное, уже покраснел от гнева, который испытываю, смотря на кудрявого. Но ему, кажется, вообще все равно, что меня рвет на части, он продолжает мило улыбаться, и это выводит меня из строя, я теряю контроль над собой и ударяю кулаком дверь кабинки так, что она с грохотом трескается на две части. Улыбка исчезла с лица Гарри. Я сжимаю в кулаках ткань его футболки и плотно прижимаю его к стене. — По-твоему, это нормально?! — надрывая связки, кричу я. — У меня были дела, — он отвечает все также спокойно. — Серьезно? Мог бы просто предупредить! — я не сбавляю громкость, — Какого хрена, Стайлс? Я себе места не находил, а ты просто… Придурок! — Меня не было все лишь сутки, а ты закатываешь такую истерику. — Эти сутки были адом для меня, — я разжимаю кулаки и отпускаю его футболку. Я падаю. Просто падаю где–то внутри себя, осознавая то, что я слишком одержим этим человеком. Все, что накопилось во мне за последнее время, наконец, вырывается наружу. Я закрываю глаза, и чувствую, как горячие слезы скатываются по моим щекам. — Луи… Гарри прижимает меня к себе, а я просто зарываюсь носом в его плечо и начинаю рыдать так, как, наверное, не рыдал с возраста десятилетнего мальчишки. Я чувствую тепло его рук, и понимаю, что это то, чего мне действительно не хватало. Он рядом. Он здесь. Он мой. — Я больше не оставлю тебя, — его голос дрожит. Кажется, вот–вот он сорвется и начнет рыдать вместе со мной, — Слышишь? Не оставлю. — Обещаешь? — я отрываюсь от Гарри и смотрю на него красными заплаканными глазами полными надежды. — Обещаю. Кудрявый берет в ладони мое лицо и соединяет наши губы. Каждый раз, когда это происходит, я отрываюсь от земли. Я вновь дышу, и то, что прежде было адом, становится раем. Фото: https://pp.vk.me/c622517/v622517943/33951/-JRm7wOfc-g.jpg

Song: Daniele Nacci – Northern Sea