DA-драбблы

— И что, они всерьез тебя боятся? Впервые этот вопрос Дориан задает еще в Убежище, на второй день своего пребывания в нем. Он подлавливает Адаара после того, как тот волком прошел мимо солдат Каллена, и те волной отстранились от него. — Да, — коротко отвечает Адаар. Хочет сказать, что он не отличается манерами и дружелюбием, и это лишь вопрос времени, когда Дориан сам убедится в этом. Но вместо этого молчит. Глаза — красные, налитые кровью — скользят по сугробам, словно в попытке впитать их белизну и успокоиться. Во второй раз Дориан спрашивает его о том же уже в Скайхолде, и уже не удивленно, а насмешливо: — Тебя действительно боятся? Адаар не говорит ему, что однажды, когда Советники не соглашались с ним, он стукнул по столу кулаком так, что тот треснул. Этот дубовый стол. Даже Каллен посмотрел не с долей настороженности, а с оттенком разумного страха, заставляющего собраться и начать атаковать. В третий раз Дориан спрашивает по-другому. Он расслаблен, лежит обнаженным в постели, а Адаар, нависнув над ним, некрепко сжимает его горло, поглаживая кадык большим пальцем. Дориан спрашивает: — Ты думаешь, я боюсь тебя? — Ты никогда и ничего не боишься, — отвечает Адаар. Дориан растягивает губы в улыбке. Он точно знает, что ему не нужно бояться Адаара. Он подчинил себе его, не приложив ни малейших усилий. И единственный, кто в этой комнате испытывает страх, — это сам Адаар, потому что для него нет большего ужаса, чем потерять Дориана, и этот страх не отпускает ни на секунду.