Memory

Слабый ветерок гулял по сильным волнам. Парень приоткрыл один глаз, явно наслаждаясь видом бушующей стихии. Солнце и ветер над головой словно смешались в немом вихре танца. Он ощущал тепло на собственной коже, песок под ногами. Все это было чем-то нереальным и еще огромный особняк на краю обрыва. Трехэтажное здание эпохи Тюдоров. Соул видел его и раньше, только не так отчетливо. Может из-за ослепительных солнечных лучей? Возможно. Он прикрыл глаза, закинув руки за голову. Тут было так спокойно, словно на курорте. Шелест травы, пение птиц и звуки моря. Сюда бы еще гитару и его друзей. Замечательное местечко. Покруче, чем пляж за городом. Красивая природа, чистый воздух. Наверху даже есть сад. Здесь явно кто-то живет. Возможно, какая-то обеспеченная семейка богачей с кучкой прислуги. У его семьи тоже был особняк. Большой, шикарный, правда сейчас там пусто и никого нет. Все забрали после смерти отца из-за долгов. Веселое было время. Отчаяние, страх, поиски работы, дома, смерть бабушки. Целый ряд проблем. Будь все по-другому, кто знает. Чем все обернулось бы. Она ведь жива?.. Все хорошо и ничего плохого не произошло?.. Тогда почему вокруг так много суматохи? Люди кричат, паникуют, а он. Его одежда абсолютно вся пропитана грязью, потом и кровью. Лицо белое, как мел. Он сидит рядом у тела, стараясь не опускать на нее взгляд. Лишь крепко сжимает пальцы в кулаки, пытаясь унять дрожь. Все, что творится вокруг, напоминает страшный сон. Здания медленно падают вниз; одно за другим, люди бегут кто куда, а машины выстраиваются в цепочку, напоминающую скорее кучку ненужного металла. Сквозь весь этот сумбур звуков от отчетливо слышит, как бешено стучит в груди сердце. Взгляд безразличных безмолвных глаз застыл и теперь устремлен куда-то вдаль. Его сестру придавила к земле одна из машин. Она мертва?.. Мертва. Ответ настолько очевиден, но он не до конца может его принять. Он не способен просто в это поверить. Это неправда. Этого просто не может быть. Он резко открыл глаза и огляделся. Палата. Обычная больничная палата. Ночь. За окном гремела гроза, завывал ветер. Дотянувшись до тумбочки, он по привычке попытался найти телефон, но его там не было. Выругавшись про себя, парень уставился в потолок. Как-то не круто все это. Чертова авария! Теперь придется копить деньги и покупать новый или нет. Он положил руку на голову, пытаясь хоть что-то вспомнить, но все было смутным и далеким. Все, что он помнил, казалось ему обрывками из старого фильма, но не из его жизни. Словно какой-то капризный ребенок наступил ногой на сложенный пазл и теперь никто не в силах собрать все части воедино. От этого картина такая нечеткая. Он позавтракал вместе с сестрой, затем пришел Блек Стар и все. Он помнит нахальную улыбку друга и ее «последние» слова: «Давай побыстрее там. Удачи!» – и все. Больше ничего. Остальное полнейший мрак. И почему у него так жутко болит голова? Маленький бонус после операции? Ушиб или сотрясение? И такое бывало. Ему не привыкать. Он перевел взгляд на окно. Пасмурно, сыро – чего и следует ожидать в летние деньки этого города. Будь у него еще несколько таких деньков в запасе, он пораньше бы сдал экзамены и уехал с сестрой на море, а что теперь?.. Вот он долгожданный отпуск? Никаких сигарет, полуфабрикатов по вечерам, только строгий постельный режим с определенной диетой и целая куча работ, которые он, как и всегда, оставил на потом. Весело. Ничего не скажешь. Хорошо, что жив остался. Не инвалид, хотя что-то близкое к овощу. Жаль, что номер друга он так и не удосужился запомнить. Записал где-то в блокноте, но потом его же и выкинул или засунул куда-то, как и пятьдесят баксов. Теперь ищи не ищи – не найдешь. Лаура небось точно нашла бы. Порой она бывает слишком шумной. Это заметил не только он. Стоило девочки покинуть пределы квартиры, как все живые существа разбегались кто куда. Никому не хотелось быть пойманными, «задушенными» до полусмерти и оказаться вечером насильно в маленькой однокомнатной квартире, где ничем и толком не накормят, но все всегда заканчивалось совершенно одинаково. Как бы Соул не убеждал свою сестру, чтобы он ей не говорил – девочка настаивала на своем, а ему в итоге приходилось страдать. Линька и его старые джинсы быстро меняли свой цвет на рыжий, белый или черный. Что говорит о поношенных кедах? Это вообще отдельная тема круговорота жизни и кошачьего туалета. «Забавно» вставать в шесть утра, принимать холодный душ, пить горячий горький кофе без сахара (потому что он закончился), захватить сумку со спинки стула и, проклиная все на свете, переться на работу, зная, что все равно опоздал, но вся прелесть еще впереди… Стоит пройти в коридор и увидеть кеды с кучкой кошачьих… Утро становилось просто нереально крутым и веселым. – Соул? – в такие моменты он видел пепельную макушку девочки. Сонная молодая особа хихикала, прикрыв рот. Итер в такие моменты, молча закатив глаза, доставал среди кучки хлама другую обувь и шел на работу с ноутбуком в сумке. В прошлый раз Блек научил Лауру вставлять модем в маленькое отверстие на клавиатуре и за два дня по совершенно непонятным причинам Соул помахал своим деньгам, как и новой зарплате рукой на прощанье. Но, несмотря на все это, он почему-то уже поздно ночью стоя на балконе, доставая сигарету, щелкая зажигалкой и затягиваясь, ловил себя на мысли, что этот день того стоил. Все того стоило. Все, что он сделал. Ему приятно осознавать, что она здесь. Что она улыбается. От этой улыбке становится легко на душе, но не настолько, чтобы он бросил курить. Это сложно. Это уже, как наркотик и сейчас ему не помешает пачка старых сигарет и зажигалка. Все происходящее сейчас похоже на фарс. С чего вдруг ни с того ни с сего появилась тетя? Откуда? Это похоже на жалкое подобие чуда, но он уже привык к разным пакостям жизни и к такому, якобы, подарку судьбы не надеялся. Это просто не может быть правдой, однако, не смотря на все его протесты, она продолжает оплачивать лечение. Словно, у нее нет других больше дел, хотя теперь он уже ничего толком понять не мог. Откуда она взялась? Женщина подошла к столу и плюхнулась на светлое кресло. – Леон, за этот вечер достаточно грустных новостей или что-то еще?.. Мужчина оставил документы на столе и умостился в противоположном кресле. – Ваш племянник хочет видеть свою сестру. Это вполне естественно. – Вы сделали то, что я сказала? – мужчина застыл, но через несколько секунду уверенно кивнул. – Да. Ему никто ничего не скажет. Об этом можете не беспокоиться, – пытаясь вернуть себе привычную уверенность, он встал и открыл мини бар. В номере люкс было много полезных вещей, к примеру, количество алкоголя ну, или мягкая кровать, хотя эта персона здесь не для этого. Она здесь ради парня. Это для нее естественно. Мисс Эверт вообще не знает, что такое развлечение, кроме стопки бумаг и мелодии джаза из старого граммофона. – Приобрети два билета на ночной рейс. – На какое число? – мужчина изогнул бровь. Так резко и сразу? Она хочет забрать этого парня с собой? Сделать своим наследником, а впрочем, какая разница. Ей решать. – На десятое число, – ровным голосом ответила она. Теперь и Лауры больше нет и ее родной сестры. Похоже, осталась только она и этот парень. Женщина поднялась с дивана и вышла на балкон. В коробке по-прежнему была та самая кукла. Зачем она ее взяла? Чтобы вспоминать? Не совсем. Через мгновенье, коробка была уже за пределами балкона. Гром заставил его вздрогнуть всем телом. Полноватый мужчина нервно потянулся за бутылкой вина, но та свалилась на пол, окрасив ковер в совершенно иной цвет. Совпадение или нет, но еще раньше в доме погас свет и всех людей из особняка, словно ветром сдула. Пустые коридоры и старый пол под ногами только раздражал, да еще и специфический запах гнилого мяса. Неужели кухарка Молли забыла закрыть холодильник. Бенджамин Брукс зажег запасную свечу, оставленную на столе именно для такого случая, и стал выводить новую печатную букву на листе документа. Он не был суеверным человеком и не верил во всякие басни, связанные с проклятьями. Все это обычные слухи, основанные на гипотезах самих людей. И он не станет сейчас идти в подвал только ради того, чтобы включить электричество. Оставит всю грязную заботу слугам, а сам займется более весомым делом. Хотя и бизнес в последнее время идут не так хорошо, как раньше, но это же еще не повод уезжать из города. Никаких проклятий не существует и это обычная отговорка. А ведь все началось с одного человека, которые сам виноват в том, что произошло с его семьей и что его дети теперь на улице. Много пил, задолжал крупную сумму денег и не смог отдать. Как его там звали – никто и толком не помнил. Да ни в этом дело. Умер – проблемы нет, но после аварии все и началось. Такие маленькие случайности, которые происходят со всеми: то прислуга ворует, то клиентов мало, то электричество отключается, телефон тупит и вообще – можно попасть в такую пробку на дороге, что и домой суток через двое приедешь, хотя это уже перебор. Вот и ручка перестала писать. Отнести эту случайность к списку совпадений – глупо. Поднявшись со стула, он обошел стол и направился к шкафу с книгами. Где-то здесь есть еще одна ручка. Странно, но он уже точно не помнил, зачем оставил ее именно здесь. Наверное, так… На всякий случай. Нащупав на полочке ручку, он попытался достать ее, но вместе с ручкой на по свалилась и фотография в рамке. Стекло покрылось паутиной из трещин. Подняв ручку и фотографию, без рамки, он поднес ее к свечи. А вот и общее памятное событие – первый день на новом рабочем месте. Здесь они практически все. Джордж Майклсон, Эндрю Палмер, Твиги и… чуть дальше в правом углу стоял мужчина. Пепельные волосы, зачесанные назад, серьезное выражение лица и как всегда строгий костюм. Брук скривился; уж кого-кого, а такого человека никогда не забудешь. Еще та проклятая семейка, впрочем, они сами во всем виноваты, вот и получили по заслугам. Кривая улыбка озарила его лицо. Проклятая семейка – действительно смешно, но ведь после все и началось. Именно после их смерти. Он не успел ничего заметить. Все произошло слишком быстро. За окном очередная вспышка, пол издал скрип, и вот уже под ногами нет опоры. В кабинете больше никого нет. – Ну что, молодой человек, как ты себя чувствуешь? – Медсестра поставила капельницу и выжидающе посмотрела на парня. – Да вроде нормально. – Голова не кружится, острой боли нет, не клонит в сон? Обычно такое бывает. – Есть немного, но так ведь и должно быть? – Да, но это временное явление. Скоро все пройдет. – Ясно, – сказал Соул, – а как моя сестра? С ней все в порядке? Женщина кивнула и коротко ответила: – Да. Можешь, не беспокоится. От такого ответа ничего не изменилось. То ли она пыталась его обмануть, то ли он себя накручивает – Итер и сам не знал. Внутри остался некий неприятный осадок от всего этого. Он чувствовал, что ему лгут на подсознательном уровне, хотя может это стресс дает о себе знать. Возможно, ему стоит немного отдохнуть, но он не мог расслабиться. Попросту не мог. А что, если они лгут и его сестра умерла?.. Этой мысли он больше всего старался избегать. Маленькие частички темных огоньков то появлялись, то исчезали. Она пыталась поймать их, коснуться пальцами, но не могла. Руки не двигались, впрочем, она уже привыкла к этому. Тепло. Как же тепло. Над головой хоть и пасмурное небо, но она улыбается, лежа на песке. Она не чувствует его на своей коже, не ощущает ветра на своем лице. Все, что она чувствует – это тепло, исходящее от темных светлячков внутри нее.