The Devil Within

Сердце Эрика пропустило удар или даже два, когда прогремел выстрел. Эхо быстро разнесло гул под серыми сводами. Персу пришлось буквально вдавить Эрика в стену. Тот рвался к Кристине, забыв про боль. Конечно, в этот момент не было и речи о том, чтобы поступить так, как велела Кристина – спасаться бегством. Эрик судорожно вглядывался во мрак. - Отпусти, дарога! – Рявкнул он персу, - Я должен идти туда! Внутри перса происходила настоящая борьба чувств. С одной стороны, вся его душа сейчас рвалась к Кристине, но, с другой стороны, он должен удержать Эрика от действий, которые могут повредить ему. Стоит ли говорить о том, что он испытывал жгучий стыд за то, что не успел остановить девушку? - Эрик, тебе нужно бежать в любом случае. Кристина дала тебе шанс спастись. - О каком, черт тебя дери, спасении ты мне говоришь? Моим единственным спасением была она! А теперь ее нет, понимаешь? Ее больше нет! Почувствовав, что Призрака буквально трясет от боли и злобы, перс отступил. Эрик повалился на землю, лишившись поддержки сильных рук своего друга. Его покинули последние силы. Он снова начал задыхаться. Перс, выставив руки перед собой, шарил по липкой темноте. Холод казался ему осязаемым. Эрика уже не утащишь. Бежать он не хотел. Осталось лишь беспомощно брести в ту сторону, где раздался выстрел. Быть может, провидение сжалится над ними всеми. Бывший начальник полиции Мазендерана чувствовал себя бесполезным, как никогда в своей жизни. Все его планы и надежды рухнули. Остались лишь сломленный, корчащийся от физической и душевной боли Эрик за спиной и неизвестность впереди. Вдруг он услышал шум, звуки шагов и чье-то тяжелое дыхание. Не видя ничего перед собой, он двинулся дальше. Внезапно что-то сбило его с ног. Он повалился на спину, ушиб затылок и плечо, но не потерял сознание. Что-то не слишком тяжелое, но явно живое придавило его сверху. Приглядевшись, перс понял, что это была Кристина. Она бежала, не разбирая дороги, поэтому сбила мужчину с ног, и сама повалилась следом. Радости не было предела. Дарога подскочил, онемев от внезапного счастья. - Это вы? – шептала Кристина, - Почему вы еще здесь? Перс вместо ответа издавал нечленораздельные звуки. Девушка взяла его за руку и потащила следом. Когда они оба добрались до Эрика, тот лежал, закрыв глаза. На его щеке застыла слеза. Кристина упала рядом с ним на колени и взяла в ладони его лицо. - Эй, как ты? Можешь идти дальше? Эрик очнулся, как ото сна, и окинул девушку рассеянным взглядом. - Я уже умер? – он улыбался, глядя на Кристину. Это одновременно и умилило, и разозлило, ведь самым главным в сложившейся ситуации было адекватное восприятие реальности. - Нет, но можешь, если мы не поспешим, - ответила девушка, поднимая своего Ангела на ноги. - Что произошло? Кто стрелял? – не унимался перс. - Я стреляла. Надеюсь, что выстрел был метким. Если мне удалось убить или хотя бы ранить Рауля, то это задержит остальных, и у нас будет время скрыться. Подземный лабиринт казался нескончаемым. Эти катакомбы, оборудованные коммунарами под тюрьму, место для расстрелов, склады, легко могли стать сегодня гробницей для троих беглецов. Наконец, они увидели на высоте двух метров лучи рассветного солнца сквозь решетку. Дарога помог Эрику дотянуться, и, как самый главный любитель люков среди присутствующих, Призрак стащил решетку на землю и вылез наверх. Вдохнув полной грудью свежий уличный воздух, Эрик обернулся. Перс подсадил Кристину на ушибленное плечо, и она, схватившись за протянутые руки Эрика, тоже выбралась из подвала. Весьма упитанного дарогу они тянули уже вдвоем. Обернувшись, Кристина поняла, что они находятся в одном из переулков напротив «Павильона главы государства». Перс взглянул на часы. - Сейчас половина пятого утра. Нам нужно уходить, пока на улицах не так оживленно. - Куда же мы пойдем? – спросила Кристина. - Конечно же ты спрячешь нас в своем доме, правда, дарога? – подсказывал Эрик. - Ну а как же иначе? - пожал плечами перс.

***

Виконт де Шаньи ничего не мог вспомнить после той страшной встречи с Кристиной. Только выстрел, прогремевший как пушечный залп в тишине катакомб, только страшная боль, пронзившая тело, только холод, подступающий к сердцу, только темнота, в которую он медленно проваливался. Девушка бросила пистолет и побежала, даже не оглянувшись на дело рук своих. Рауль сначала упал на колени, не осознавая того, что его, кажется, только что убили. Затем он припал лицом к холодному полу. Это было так странно – лишиться всех чувств, видеть себя словно со стороны, быть безразличным ко всему, что происходит. А что, собственно, произошло? Потом были чьи-то руки, схватившие, поднявшие над землей, тащившие куда-то… Потом, конечно, плеск воды. Он лежит на дне лодки. Конечно, это мрачный перевозчик Харон переправляет его душу на тот свет по реке Стикс, склонившись над ним и шепча проклятия. Но, подождите, что это? Свет? Фигура в белом склоняется над ним. Это ангел? Очертания смутно знакомы. Где он мог их видеть? - Рауль, ты жив! Лизетта? Больничная палата? Он жив? Жив. Рауль широко открыл глаза. Привыкнув к яркому свету, он различил людей, находящихся с ним рядом. Лиз плакала, уткнувшись носом в его перебинтованную грудь, Армэль стоял позади него, сложив руки. У самой двери, потерянная и испуганная, сидела на стуле Мэг. Она не знала, имеет ли право сейчас здесь находиться. Рауль попытался подняться, но тут же взвыл от сильнейшей боли и откинулся обратно на кровать. - Граф де Шаньи, с прискорбием сообщаю, что прошлой ночью, почти под утро погиб ваш брат Филипп, - Дане говорил официальным тоном, что сильно обескуражило Лизетту, утиравшую слезы голубым платочком. - Как погиб? – Рауль похолодел от ужаса, - мой брат мертв? - Граф Филипп утонул. Возможно, это лишь несчастный случай, но тот, кто вытащил его тело из-под воды, уверяет, что Филиппа что-то схватило и удерживало. Следствие будет разбираться с этим. Также, раз уж вы очнулись, вынужден позвать сюда инспектора. - Что с тобой случилось, друг мой? Откуда такой официальный тон? Дане не ответил. - Что ж… Зови инспектора. Я отвечу на все вопросы. Дане кивнул и вышел из палаты. - Это Призрак сделал? Призрак выстрелил в … в вас? – подала голос Мэг. Рауль глубоко вздохнул, вспоминая встречу с Кристиной. У нее был такой потерянный, такой затравленный взгляд, но какая ненависть читалась в нем! Неужели всему причиной Рауль? Что заставило ее принять сторону монстра? Что толкнуло ее на это? Неужели, она так заботится об этом Призраке, что готова защищать его ценой своей жизни? - Нет, это была Кристина… - Мэг вздрогнула. Лизетта вскрикнула, - она целиком и полностью на его стороне. Возможно даже, что она влюблена в этого жителя подвалов. Я видел, как они убегали вместе. Юная Жири помрачнела после этих слов. Конечно, это не удивительно, что после стольких лет общения со своим «Ангелом» Кристина оказалась под его контролем. Трудно было представить себе, что лучшая подруга могла выстрелить в человека, могла пойти на убийство. О чем она вообще думала? Чем руководствовалась в ту роковую минуту? Один бог знает. Но Мэг не позволит ей остаться безнаказанной. Только не в этот раз. Хватит пустого ожидания. Хватит страха. Хватит боли. Кто-то должен покончить с этим раз и навсегда. Раз Раулю не удалось спасти Кристину, то, возможно, Мэг сможет придумать, как... отомстить? - Ты, конечно, выдвинешь против нее обвинения? – рассуждала Лизетта. - Какой в этом смысл? Она попала под влияние этого маньяка. Он дал ей оружие. Она сама стала орудием в его руках. Если и мстить кому-то, то только ему, - в самом взгляде Рауля читалось безразличие. Казалось, будто он потерял всяческий интерес, - я просто рад, что остался в живых. Пусть теперь ими занимается следователь. Мэг поднялась с того места, где сидела и вышла из палаты. Прислонившись к стене, она стала размышлять. Минуту спустя к ней вышла и Лизетта. - Кристина ведь ваша подруга? Как вы собираетесь поступить, зная, что она чуть не убила того, кого вы любите? - Сперва я должна поговорить с ней. Может, у нее были причины? Может, она не желала этого? - Тогда вы должны быть осторожны. Боюсь, при встрече с ней, вам самой понадобится оружие. - Оружие? – ужаснулась Мэг, - Нет. Только не это! Я не смогу убить человека! - А Кристина – смогла. Смогла выстрелить, да не сумела убить. Слава богу. Подумайте, милая, ведь речь идет о вашей безопасности, так? Я не предлагаю способ убийства. Я предлагаю… способ защиты, - Лизетта вложила в дрожащие руки Мэг склянку с какой-то жидкостью. - Что это? – вскрикнула девушка. - Т-с-с… Не говорите никому, что я дала ее вам. Это кислота. В случае опасности, просто отвинтите крышку, и она сделает свое дело. - Но я не…! - Я не хочу, чтобы она вам понадобилась. Я просто хочу, чтобы она была у вас, - Лизетта рассуждала тоном настоящей заговорщицы. - Тогда… Спасибо… - прошептала одними губами Мэг и устремилась к выходу из больницы. Она успела спрятать флакон в своей небольшой вязаной сумочке как раз в тот момент, когда мсье Дане и инспектор проходили мимо нее. Дане проводил ее долгим внимательным взглядом. Мэг вышла на крыльцо госпиталя Сен-Луи, села на ступеньки, спрятала лицо в ладонях и горько расплакалась.

***

Это было безумно странно – впервые за долгое время оказаться в относительном спокойствии и безопасности. Кристина пила крепкий черный кофе, сидя на кухонном подоконнике в доме перса. Эрик и хозяин дома сидели за небольшим круглым столом, по очереди бросая взгляд на силуэт, скрываемый занавесками. Кристина наблюдала за оживленной улицей. Эрик никогда не отличался многословностью, а со стороны перса было очень умно не докучать ему лишними разговорами. Мысли Кристины и вовсе летали где-то далеко. Так в абсолютном безмолвии вошел старый слуга Дариус. Окинув взглядом почтенное собрание, слуга собрал опустевшую посуду, чашки с остатками кофе и унес все это прочь. Перс сделал вид, что ему что-то требуется от старика Дариуса и скрылся в глубине дома. Кристина, не в силах больше выдержать гнетущее молчание, соскочила с подоконника и с грациозной веселостью, которую она всеми силами старалась себе внушить, обошла Эрика и остановилась за его спиной. На ней все еще была надета ее посеревшая и испачканная грязью ночная сорочка, поверх которой она натянула предложенный персом балахонистый мужской халат. Она положила руку на плечо Эрика и, собравшись с силами, заговорила: - Я рада, что все закончилось. Эрик тяжело выдохнул. - Кристина, не надо делать вид, что вам все безразлично. Хоть я и могу понять вас, но все же вам пришлось стрелять в человека. Это накладывает тяжелый отпечаток на душу. - Теперь мне кажется, что я больше ничего не боюсь. Рауль заслужил то, что получил. Мне больше нечего ответить. Эрик бережно взял ее руку и, притянув к себе, вынудил девушку занять стул возле него. - Милая моя Кристина, скажи…те зачем вы вообще отправились меня спасать? Когда в прошлый раз вы стремительно покинули меня, я был уверен, что вы никогда больше не захотите меня видеть. - И дали мне это кольцо, чтобы я чувствовала себя обязанной вам, - Кристина сняла с большого пальца перстень и протянула его Эрику. - Ох, Кристина, нет, оставьте его себе… В память о несчастном Эрике. - Я боялась, что никогда больше вас не увижу, - голос Кристины задрожал, - боялась, что буду себя ненавидеть, ведь я напрасно обидела вас. Ваше лицо напугало меня. Но еще сильнее меня пугала пустота в душе, если вы пропадете из моей жизни. - Ко всему можно привыкнуть, Кристина – философски заметил Эрик. - Не хочу привыкать к миру, где господствует зло. К миру, где не будет моего… Ангела музыки… - Кристина, а вы не думали, что я тоже зло? Что я запугивал людей, обманывал, жульничал, воровал. Вдруг я убивал людей? - Тогда зашедший в эту кухню увидит сразу двух убийц, - холодно отозвалась Кристина. Некоторое время они молчали, глядя друг на друга. Затем Эрик поднялся с места. - Все что я делал с момента нашей встречи – я делал из любви к вам, Кристина. Мне больно слышать, что мое лицо послужит причиной ваших ночных кошмаров, но я тот, кто я есть. Я мертвец. Я умер в тот момент, когда родился. И умирал раз за разом всякий раз, как вы отвергали меня, отстранялись в страхе. Я не знаю, что принесет нам новый день, но я хочу, чтобы вы знали это. Кристина поднялась следом за ним и приблизилась вплотную. - Вы были моим единственным настоящим другом все эти годы. Никогда не отворачивались от меня. Всегда находили слова поддержки и утешения. Я была полной дурой, когда испугалась вашего лица. Мне просто надо было спросить себя: «Кристина, как ты думаешь, может ли быть прекрасным лицо, которое упорно скрывают под маской? Конечно же нет». Но я знаю людей с прекрасным лицом и черной, как уголек, душой, бессердечных, лживых, мстительных. Людей, которые хотят лишь воспользоваться тобой, а затем – выбросить за ненадобностью. Вы сказали, что совершали преступления против рода людского, но теперь я знаю, что грешны все без исключения. Если вы все еще уверены, что любите такую глупую девушку, как я, то я с радостью принимаю эту любовь. - Кристина… - вздрогнул Эрик - Больше ни слова… - и она прижалась к его губам в робком, почти детском поцелуе. Так целомудренно это выглядело со стороны. Но уже через пару мгновений отошедший от первого шока Эрик углубил поцелуй. Кристина обняла его, вложив в эти объятья всю свою боль. А он робко гладил ее спину и целовал, не отрывая взгляда, боясь, что это видение растает и останется лишь пустота. Кристина запечатлела последний поцелуй на его здоровой щеке и отпрянула, потому что в эту секунду на кухню вернулся перс и остановился, оглядев их обоих. Кристина отчаянно покраснела. Эрик притих и отошел в сторону. - А ведь я так и не спросила, как вас зовут, спаситель наш? – стесняясь, спросила Кристина. - Меня зовут Надир, - перс изобразил нечто вроде поклона, - рад, что вы поинтересовались. - Простите, мне ужасно неловко за это. - Не стоит переживать. Кстати, - он обратился к Эрику, - вынужден сообщить, что мой слуга Дариус только что принес мне письмо, которое вынуждает меня покинуть город. Не буду утомлять вас подробностями. - Куда же нам идти? – испугалась Кристина. - Я хотел предоставить этот дом в ваше распоряжение на пару дней, пока меня не будет. Надеюсь, что за это время вы придумаете, в какую сторону вам бежать. Пока же я советую вам залечь на дно. Эрик молча вышел из кухни. Кристина и Надир проводили его удивленными взглядами. - Все не так просто, Кристина, - вздохнул перс, - надеюсь, больше не будет необдуманных поступков и разбитых надежд.