Проще говоря... (In a Manner of Speaking)

- Мне кажется, они хотят от меня избавиться, - буркнул Дейв себе под нос, сидя с Энди рядом на потертом диване. - Мне иногда тоже кажется, что я хочу от тебя избавиться, - кивнул Энди. - Чо ты щас сказал, чувачок? – ласково переспросил Дейв. - Все понял, завалил ебало, - в тон ему ответил Энди. - Ну посмотри на них, а? Как спелись! Энди посмотрел. Мартин и Алан сидели за одним большим столом. - На это же просто неприлично смотреть! – продолжал Дейв. Энди снял очки, протер застиранным любимым носовым платком, снова надел. Алан сидел смотрел в свой компьютер, задумчиво подперев голову пальцем, Мартин сидел смотрел в свой компьютер, не менее сосредоточенно пытаясь достать языком до носа. Смотрели они в разные стороны, друг с другом не разговаривали, и в целом друг на друга не обращали никакого внимания. Два совершенно незнакомых человека. Энди вежливо откашлялся, прикрывая рот рукой. - Не ну си-ри-о-зна, а что я буду делать, если Мартин станет петь? - Слушай, тебе что одной песни Мартину жалко, что ли? Чего ты жидишься-то? - Я? - Ты. - Я жидюсь? - Ты. - Не, мне не жалко. Мне не жалко песни Мартину, пусть хоть все забирает. Мне для Мартина ничего не жалко. Но что я-то буду делать? Я подошел вчера ручку там покрутить, они меня прогнали оба, матом! Представляешь! - Чудовищно, - с выражением сказал Энди. - И что мне делать? - Слушай я сижу тут, не кручу никакие ручки, и никто меня матом не обкладывает, - сказал Энди. - А вот и ошибаешься, - сказал Дейв, - а Лиса бесит, что ты не фига не делаешь! - А Лису не стоит вообще лезть не в свое дело. - Да вот и я тебе говорю о том же, Сливчик, - воодушевленно подхватился Дейв, - Я тебе о том же. Вот пока его не было, все шло нормально, никто никому не мешал. А тут здрасьте-пжалста, Дейв, ты нам не нужен, извини – подвинься. Я тебя уверяю, они хотят нас отсюда выжить! - Ты с Мартином говорил? - Да зачем…. - Ты думаешь, Мартин тебе соврет? - Нет, я как раз боюсь, что нет. - Поговори с Мартином. И дай мне уже спокойно доделать дела, а то тебе не дадут сегодня зарплату. - Уболтал, чертяка языкастый, - сказал Дейв. *** Зарплату Дейв сегодня получил. Это придало ему сил. - Март, нам поговорить надо, - быстро бросил он товарищу, когда тот встал из-за стола. Мартин поднял на него лицо, на котором за долю секунды нарисовалось выражение, словно он сейчас заплачет. Серьезно, Дейву даже показалось что в уголках его потухших мгновенно глаз засверкали слезы. - Говори, - полушепотом ответил Мартин. - Бля, ну не тут же, - Дейв и сам перешел на шепот, не замечая того. - О чем это вы тут шепчетесь? - Алан с интересом вырос за спиной Мартина. - Это наше дело! – отрезал Дейв. - Мартин? – удивился Алан. - Хули…, бля…, Мартин? – внезапно свирепо взбычил, Мартин на Алана, тяжело исподлобья поведя взглядом. Его порой бесила эта удивительная твердолобость, которую проявлял Алан ко всему что не касалось его непосредственно. Они все, все в этой комнате, даже Гарет, даже Миллер, который не присутствовал тут, прекрасно знал, что стоит за Дейвовским – надо поговорить. Надо быть идиотом, чтобы не понять, что Дейв сейчас будет опять выкручивать ему яйца до щелчка. Мартин так мечтал этого в очередной раз избежать. Дейв прекрасно знал, что он будет делать, Мартин сам прекрасно знал, что у него опять не будет выбора. Его морально нагнут и втопчут в гавно при любом раскладе. Алан высокомерно воздел брови к потолку. Обиделся на Мартиновскую грубость. Мартин выдвинул вперед подбородок, сжимая до боли зубы, чтобы сдержаться и не сделать чего-то о чем он позже пожалеет. Например не назвать теперь при всех Алана мудаком. Потому что он это напишет от себя в поскриптуме на его надгробном памятнике, когда сживет его со свету постоянным упоминанием своей обиды. - Ой-вей, слона-то я и не приметил, - жизнерадостно приветствовал Алана Дейв, - херр Алан, отпустите фрау Уайлдер на свидание со мной? Энди аккуратно посмотрел на них из-под очков. - А что если я скажу нет? – спросил Алан. - Тогда я скажу, что я вашего мнения не спрашивал, - ответил Дейв. - Как вы меня заебали, - в сердцах сказал Алан. Желваки у Мартина заходили ходуном. Глаз от пола он не поднимал. На всякий случай, он даже закрыл себе рот рукой. - Ничего личного, чувак, - неожиданно сменил глумеж на подхалимство Гахан, - по работе надо поговорить. Мы сходим вниз, тут, в бар, внизу у Хансы, надо расставить все точки над и. Меня кое-что волнует. - Это я ему посоветовал это сделать, - внезапно подал голос Энди. - Иуда, - не глядя на друга ответил Мартин. - Ты так переживаешь о том, что мы решили, что Мартин споет эту чертову балладу? Мы же обсуждали это, ничего в этом нет страшного, Дейв, хочешь, давай обсудим это все вместе, - Алан тоже попытался как-то договориться. - Нет, у меня есть пара вопросов к Мартину. - У меня тоже есть пара вопросов к Мартину, - парировал Алан. - Слушай, Дейв, а пойдем! – внезапно удивительно нахраписто и весело Мартин хлопнул Дейва по плечу. Дейв аж отскочил назад от неожиданности, - А пойдем, поговорим, братан! Да что мы не друзья что ли?! Дейв оторопел. - Выпьем по кружечке, потрепемся о том о сем!!! Как настоящие чуваки! – голос у Мартина был просто до холодящего спину ужаса жизнерадостный, - Ты к чертовой матери выкрутишь мне руки, и поставишь перед выбором сделать как ты хочешь или как ты хочешь! Давай, милый, давай! Я готов разговаривать с тобой о том, что я тебе еще должен круглосуточно, если тебе есть что нового мне сказать! УДИВИ МЕНЯ, БЛЯДЬ! ТЫ МОЖЕШЬ, Я ЗНАЮ! Мартин оттолкнул Дейва и выскочил за дверь так быстро как только мог, потому что внезапно понял, что еще одно слово и он просто опять как в их ранние годы разревется отчаянно, это уже конечно ни в какие рамки не лезло. Алан попытался его схватить, но он отбился совершенно неадекватно, потому что не хватало еще и ему понять, что с ним происходит. - Март! Хлопок двери был ответом Дейву. - Бля, да чо такое-та?! – обескураженно спросил Дейв. Алан развел руками. - Это ты виноват, - сказал Дейв. - Дейв, ты неповторим. - Да нет, это ты неповторим, Алан. Ты неповторим. Неподражаем. Идеален как жопа носорога! - Простите, что? - холодно уточнил Алан складывая руки на груди. Но это не произвело на Дейва должного впечатления. Он скривился так, словно съел лимон: - Ну чо ты лезешь. Чо ты все время лезешь-та?! - Я? Это я лезу? - Бля все было нормально пока ты не влез щас! Ты все время лезешь, как будто тебя зовут прямо! - ну уж если Мартин завелся, то Дейв-то конечно никак не мог пропустить такую возможность. Энди снял очки и устало потирал переносицу. Он в общем-то хотел, как лучше. Он был уверен, что нормальный разговор с Мартином убьет Дейвовскую паранойю. И он просто зуб был бы готов дать, что так бы и произошло. И должно было произойти. Он не понял, почему не получилось, просто не понял, да еще и к этому скандалу оказался причастен он. Мартин на него обидится за это, как пить дать. - У меня есть право просто поговорить с Мартином! – продолжал Дейв – в конце концов, я в группе раньше тебя. Ты вообще тут, можно сказать только потому что я настоял! Никто из них не горел желанием, но мы, как основатели группы… - Вообще-то группу основал я, - поправил его Флетч, - я свел Мартина с Винсом, а потом пришел ты. - Бля вот ты не в тему щас, Флетч! – сказал Дейв. - Ты собирался меряться пиписьками с Аланом или разговаривать с Мартином? – ничуть не смутился Энди. - Это я меряюсь пиписьками?! – по инерции продолжил Дейв, потом до него дошло, - А, ну да. Он испуганно засунул руки в карманы, тут же потеряв интерес к Алану. Нервно зашагал по комнате. Не в силах представить себе, как он сейчас пойдет догонять Мартина, где он его догонит, и как заставит его слушать себя заново. Задача стояла нереализуемая. Впрочем, Мартин их всех удивил. Он медленно открыл дверь, уперся в нее рукой и тихо произнес: - Так пойдем. - А? – лицо у Дейва стало как у мелких пород оленя. - Поговорим, - сказал Мартин. В этот раз он удивительно быстро справился с собой. В конце-концов, он уже знал, в целом, что от Дейва ожидать. Главное теперь было с этим как можно быстрее покончить. Какая ни была бы контрибуция. Алан стоял сложив руки на груди не в силах понять, как его смогли так провести. - Мартин, позвони мне, когда будешь дома, - холодно напомнил он о себе. Так как как бы очевидно было, что он туда сегодня вряд ли попадет, он как бы хотел напомнить об этом Мартину. - Ладно, - сказал Мартин. Дейв, как обычно завладел всем его вниманием. Он закрыл дверь и пошел. Дейв засуетился, бегая по комнате, на ходу надевая пиджак. - Мне, мне тоже позвоните кто-нибудь, - сказал он, - если я сегодня не вернусь, значит он меня убил. - Если ты сегодня не вернешься, - начал Алан… но Дейв не дослушав его убежал. *** Мартин наверное ждал от Дейва всего чего угодно. Он приготовился к защите как никогда. Он был готов противостоять любому давлению. Он встал, чтобы взять со стойки кружки с пивом, лишь бы дать себе еще хотя бы полминуты спокойной жизни. Придя, он сел напротив Дейва и раскрыл рот. Потом обратно закрыл. Дейв сидел и плакал. Отчаянно, задыхаясь, по щекам его катились слезы, плечи его дрожали. Мартин не знал что делать. - Ты….ты…что….Дейв, Дейв…что-то случилось? – Мартину вдруг стало стыдно за его собственную вспышку, за то, что он думал только о себе. А вдруг и правда, а он: - Это все? - спросил Дейв голосом полным отчаяния. - Что? - С нами все? - О, боже мой, Дейв…. - Я тебе больше не нужен? Ты меня больше не любишь? Мартин закрыл глаза почти физически ощущая болезненный удар поддых. У него опять не было оружия против Дейва. Картины его будущего вырисовались у него перед глазами как живые. Он понял, что он не будет дома сегодня ночью. И он не позвонит Алану. И Алан точно поймет, что на самом деле произошло. И это опять будет стоить ему гибели пары миллионов нервных клеток. Может быть между ними ничего и не случиться сегодня с Дейвом, но он ничего уже не докажет Алану все равно, потому что репутация его была давно и безнадежно испорчена. И он ничего не сможет изменить. Потому что у него не было выбора. У него снова не было выбора, не было никакого оружия и никакой защиты. - Полная и безоговорочная капитуляция, - сказал он сам себе, начиная внутренне хихикать над собственной самоуверенностью, - сдаюсь. Я сдаюсь! - Что? – Дейв не понял его юмора. - Ты мне нужен, Дейв. Ты мне очень нужен. *** На следующий день, примерно, в смысле ночь они отправились все вместе в ночной клуб. Вместе, и с Кесслером и с Гаретом, Мартин с Флетчем, Алан и Дейв пришли чуть позже. Мартина Дейв увидел сразу. Не то что бы даже в самом деле разглядел его в жаркой полутьме ночного клуба, просто он знал где он, и пришел туда. Признаться, он испытал глубоко двойственные ощущения от того, что он увидел. С одной стороны он порадовался за то, какую свинью Мартин подкидывает своему новому дружку, Алану, восседая практически полуголым в этом Содоме и Гоморре, он был в платье, как он говорил, которое принадлежало Кристине. В длинном трикотажном черном платье с разрезами до самой косточки малого таза, с лямками объемной майки выставляющими на общий обзор жизнерадостными кнопочками торчащие соски в распахнувшейся кожаной куртке, и закинув ногу на ногу, так чтобы было видно наглую черную подвязку от чулок на его стройном почти безволосом бедре. С другой стороны, Дейв сразу ощутил прилив ревности, что Мартин предлагает себя местным петухам с такой бессовестной откровенностью. Он разозлился и возбудился одновременно, льстя себя мыслью, что может быть этот ушлепок хотя бы догадался надеть нижнее белье, и в момент приближения к объекту не думая больше ни о чем. - Пре-ет, малыш, - сказал он, утыкаясь мыском ботинка Мартину в голое бедро, по-хозяйски ставя ногу прямо на стул, на котором сидел его товарищ. - Чо, чо пялитесь? Шоу для вас окончено, билеты пропали, нищим не подаем! - хамовато распинал он недовольно посматривающих на него новых товарищей Мартина, очарованых то ли его харизмой, то ли голым бедром, то ли торчащим соском то ли и тем и другим одновременно. - Ха-ха-ха-ааа — жизнерадостно осклабился Мартин. Обрисовывая сознанию Дейва не только зубастую улыбку, но и наличие пошлой алой помады у себя на губах. Судя по тому что его насмешила выходка Дейва, он был уже пьян. Значить, стесняться было...нечего... - Мартин, ну я тебе позвоню? - посмел ляпнуть один из горе-ухажеров. - Брысь...кому сказал, - шикнул на него Дейв, - это моя шлюха. Да, же? - он потрепал Мартина по взъерошенным обесцвеченным волосам. Мартин опять начал ржать. Что выдало его еще сильнее. Дейв опустил руку и игриво оттянул подвязку на бедре, чтобы шлепнуть резинкой по голому бедру. - Ай, - сказал Мартин капризно, - мне больно. Не делай мне больно. Как же ты, сука, обдолбан, это просто праздник какой-то. И мне за это ничего не будет. Дейв почувствовал физически как на его спине внезапно выросли полутораметровые черные крылья. Ощущение дало просто оргастическое наслаждение. Сладострастный шелест адских крыльев за спиной воодушевлял и наполнял сердце черной горячей патокой сексуальной эйфории. - Я умею сделать тебе больно так, что ты еще попросишь, - сказал он. Обдолбанные зрачки каждый размером с радужку остановились где-то у него в середине лба, а алый ротик раскрылся как у умственно отсталого ребенка. Мартин очевидно понял, что за процесс он, Дейв, имел в виду. И представил в лицах. Собственно, этой реакции от него Дейв и хотел. Сказочный складывался вечер, просто сказочный. Они пришли сюда вчетвером. Алан, Энди, Мартин и он. Энди сидел неподалеку и уперто пытался склеить пару лесбиянок. Алан завис где-то у барной стойки. Он сегодня был не в настроении. Прекрасно. Зато Дейв был в настроении. И Мартин был химически неадекватен, пьян или обдолбан, ну в общем, в любом случае по сути глубоко аморален, а так же легкодоступен, и возбужден. Дейв подумал, что это будет очень ржачно, если у него что-то получится прямо здесь. Учитывая, что Мартин сюда пришел с Аланом, посрался же, вероятнее всего из-за собственного блядства. Обидчивость никогда не работала с Мартином. Надо бы Алану это уже запомнить. Он аж сам захихикал в предвкушении от собственного триумфа. Дейв поставил ногу обратно на пол и наклонился к Мартину так, словно бы говорил ему что-то на ухо, настороженно посматривая по сторонам. На самом деле, его рука легко скользнула в святая святых, под юбку Мартина спереди, обхватывая легко рукой его полувозбужденный член. - Мммм....а что же, дядюшке Алану нравится когда ты ходишь без трусов? Ах, жеж, он старый извращенец! - Дейв продолжал поддрачивать Мартиновский хуй, соответственно ответ был честный и быстрый, и краткий, без лишних экивоков. - Вообще-то нет, ему это не нравится, - грустно ответил парень. Дейв в такие моменты всегда верил Мартину безоговорочно. Мартин не сделал ни одного движения, чтобы освободиться от его руки. - Ах, значит, мы сегодня плохой мальчик, - Дейв продолжил похабничать, убедившись уже точно, что ему за это ничего не будет, - а дядя Алан потом, когда вы припретесь домой, отшлепает тебя за это по попке? - Откуда ты знаешь? - быстро испуганно выдохнул Мартин. Наивность эта аутентичная, аутичная, возбудила Дейва еще сильнее голых ног и отсутствия белья. Вместо ответа он закусил губами его торчащее ухо, с исподволь глумясь, продолжая наблюдать обреченное кобелирование Флетча. Мартин лизнул его в щеку как собачка, в благодарность за ласку, просто потому что ему нравилось, когда его целуют куда-то в эту область, и Дейв повторил, прямо под ухом, на шее присасываясь губами по-серьезному. От чувственности прикосновения мокрого язычка к щеке, у Дейва прямо между яйцами и отставленной жопой, учитывая его позицию над сидящим Мартином, что-то сладостно завибрировало, запульсировало и занадеялось, запело, типа как душа. Ну то есть люди говорили что душа в другом месте, но Дейв точно ощущал, что она у него точно сползла куда-то туда, и именно там сладостно, в предвкушении, томилась. - Пойдем, - сказал он Мартину, опираясь руками на обе рукоятки его деревянного кресла. - Зачем? - Пообнимаемся минут двенадцать-пятнадцать, - сказал Дейв серьезно, ласково улыбаясь Флетчу за спиной у Мартина так, словно бы они разговаривали о погоде, - у меня хуй чешется, а до такого отчаяния чтобы ебать аборигенов я еще не дошел. - Нет! - ну надо же. В нас проснулась гражданская сознательность. Алкоголь здесь что ли разбавляют, - Дейв, я не пойду. Я не могу. - Я тебя донесу. - Я не в этом смысле, я.... - Хорошо, я трахну тебя прямо здесь, если так. - Да не пизди! - опа, так значит? - Ты думаешь мне слабо? - Конечно, слабо! Дейв подхватил Мартиновские голые бедра, задирая их вверх и обхватывая ими свой торс, одновременно расстегивая ширинку на своих кожаных штанах. - Ай, черт, Гахашка, придурок, да ты охуел...да отпусти меня, отпусти щас же... Дейв отпустил. В смысле, опустил его ноги вниз, стоя опять же между ними, и удерживая обеими руками голые бедра раздвинутыми, чтобы Мартин успел почувствовать себя в позиции, что он скоро ему будет принадлежать. Это точно сработает. Сработало. Однако, наряду с выражением обдолбанности и похоти на Мартиновском лице отразилась гримаса моральной боли. Выбор этот как никогда давался ему мучительно. Дейв прекрасно это понимал. Он не часто понимал Мартина, как правило он был для него шифровальной машиной третьего Рейха типа «Энигма», логика которой была непознаваема и паранормальна. Но в такие моменты, когда у них обоих стояли хуи, и он сжимал под собой широко раздвинутые голые его бедра, они точно могли читать мысли друг друга. Это кстати, очень помогало в процессе. - Боишься Алана? - спросил Дейв, без тени агрессии, обвинения или обиды. - Боюсь, да, - кивнул Мартин, не поднимая на него глаз. - Да что он с тобой сделает. Ну, не убьет же, - сказал Дейв. - Не, ну не убьет. Но...это даже хуже. Это значит, что мне потом придется как-то с этим жить. - Глубоко, - похвалил его ход мыслей Гахан. - Спасибо. - Ты бы всегда так хорошо мыслил как сейчас. - Что ты имеешь в виду? - Да это я все о своем, о девичьем, - мрачно сказал Гахан кусая нижнюю губу, продолжая поглядывать на Энди. Девица шлепнула рыжего верзилу по руке, вторая мужественно начала закатывать рукава на рубашке, Гахан жизнерадостно заржал, - Слив, ты слил, Слив, ты реально слил! Уходи пока пиздюлей не навешали. Ггы...видел, Март, ты видел нашего кобельеро? - Хе.Хе.Хе, - сказал Мартин оборачиваясь и подслеповато щурясь, пытаясь сосредоточить разъезжающийся взгляд на Энди. - Ты Сливу говорил, что это гей-клуб? - Не уверен, - сказал Мартин. - Хахахахахахахахахаха, - сказал Дейв. - Дейв! - Я уже двадцать два года Дейв. - Дей-в, ну пожалуйста. Эротический массаж внутренних поверхностей бедер игривыми большими пальцами Дейва привел к тому, что девичье легкое платьице неженственно поднялось прямо между ног, и пыталось местами прижаться к животу. Совесть и эрекция — одно из самых трагических сочетаний чувств у индиивидуума накрыло теперь Мартина. И пока он смотрел на своего лучшего друга, Дейв не нашел ничего лучшего чем согнуть ногу и аккуратно коленкой поерзать вверх и вниз паралельно Мартиновскому вставшему хую. Мартин замер, и схватил его коленку обеими руками, глаза его были мучительно закрыты, раскрашенный рот замер в чем-то среднем между «а» и «о», и никак не мог решить, отпихнуть откровенно хамящую конечность товарища, или прижаться к ней как-то еще похабнее. Боже мой, как прекрасны бывают муки совести. Как невыразимо, до спазмов в мошонке великолепны. Совесть стоило бы изобрести только ради таких мгновений. - Ты же готов уже, да? - сквозь зубы сказал Дейв. Получилось зло, потому что чувства захватили его с головой, и чувства эти стояли очень далеко от нежности. Этот алый круг знакомых, своими очертаниями так звал, так манил, так приглашал его хуй воспользоваться собой как следует, он терял чувство реальности. - Я готов с тех самых пор как тебя в первый раз увидел, - внезапно сказал Мартин. Хрипло, пьяно, полушепотом, но Дейв не упустил ни звука. У него вообще зрение и слух стали теперь какими-то избирательными. Все что говорил или делал Мартин виделось четко, словно бы на замедленном повторе, в каждой мельчайшей детали. Все вокруг словно бы находилось за пределами стеклянной трубы. Вроде бы было и шевелилось, но где-то в большом отдалении. Дейв так понял, что ему только что признались в любви с первого взгляда. Он стоял и нахуй вспоминал как это вообще говорить. Вообще в это было как-то очень трудно поверить. Мартин. Только что признался ему. Дейв был не обучен реагировать на признания Мартина, он тупо стоял, отвесив нижнюю челюсть, сосредоточенно сведя зрачки на родинке на щеке Мартина, на самом деле смотря куда-то вглубь собственного микрокосма, и прогонял аудиозапись того, что было только что сказано опять и опять. Мартин понимал, что он пожалеет о том, что он сказал. Может быть завтра, может быть как так только Дейв опять откроет рот. Но сейчас ему вдруг стало так хорошо, что он это сказал. Это все разом взяло и упало у него с сердца, с его души, на несколько минут дав ему ощущение полной эйфории и свободы. Дейв, впрочем, как видно, проникся. Он не решился ничего сказать. Он просто присел вниз, между его раздвинутых ног, очень задумчиво, потому со стороны почти даже не эротично. Облокотился о раздвинутые голые бедра Мартина и аккуратно, почти со священным обожанием положив одну ладонь на другую, помассировал несколько раз вверх и вниз, его член, прижатый к животу член сквозь тонкую трикотажную ткань платья. Мартин закинул голову назад, и застонал. Ему было уже похуй где он. И сколько человек его видит. - Пойдем, я сделаю тебе хорошо, - сказал Дейв. Задумчиво глядя на Энди, подперев щеку кулаком на бедре Мартина. Энди что-то прочухал, оставшись один, и Дейв вовсю делал вид что не намекал сейчас ни на какие оральные ласки, а просто присел, опереться о бедро Мартина, чисто, понимаете ли, по дружески. Ну с кем ни бывает. Как говорится в поговорке — это ж не пидарство, если яйца не соприкасаются! - Пойдем, - удивительно быстро отреагировал Мартин. Не ну не врал, точно готов. Как эта мысль будоражила сознание Дейва описать было попросту невозможно. - Прости, дорогуша, - хихикнул Дейв вталкивая его в кабинку туалета. Туалет был демократичным, без признаков пола, но, слава богу с довольно обширными кабинками, каждая даже на всякий случай с зеркалом и раковиной внутри, - свечей и шелковых простыней сегодня не будет. - Я так не могу.... - сказал Мартин. - Мне придется тебя заставить. Дейв приложил его спиной об стену, облизываясь страстно на его рот. Но в ту самую секунду, как Мартин потянулся к нему, он подался назад и резко присел. Задрать юбку было проще простого, он энергично провел языком по нижней поверхности хуя, надавливая в самой ложбинке на головке, словно бы и в самом деле собираясь туда засунуть язык. Потом выдохнул и технично насадился на Мартиновский хуй ртом. Он бы хотел посоветовать Мартину не стонать так громко в общественном месте, но это было глубоко аморально по отношению к самому себе. Он продолжал свои интенсивные движения головой вниз и вверх по рельсе, если можно так выразиться, когда Мартин совсем уж отчаянно подавился стоном, выпрямился и наотмашь вцепился челюстями ему в рот. Рот поддался безоговорочно и безусловно, позволяя себя порабощать. Дейв просунул руки в явно сделанные именно для этого прорези сверху платья, сосредоточенно и так же технично как и безэмоционально разминая товарищу жопу. Вскоре нога товарища водрузилась ботинком на край унитаза, так же технично давая его руке лучший доступ. Молодец. Полтора года близкой дружбы не прошли зазря. Дейв кайфовал. Было что-то такое что ему особенно нравилось в этой ситуации. И одежда Мартина и его состояние играло в этом всем не последнюю роль. Щупать его голую жопу под юбкой было чем-то соединяющим в себе не только их обычную практику, но и какой-то другой секс, когда он не понимал толком, с мужчиной он занимается сексом сейчас или с женщиной. Все это было как-то немного извращенно, но не более того ощущения, чтобы это снизило градус возбуждения — как раз на той самой грани, которая заставляла терять ощущение реальности. Рот Мартина елозил по его щеке, по губам, по шее, тело, податливое смелым ласкам подавалось вперед и само просилось, чтобы его использовали как следует. Но в этом случае не следовало торопиться. Дейв освободился от объятий Мартина. Схватил его лицо в руки, снова коротко засосал. Потом подался назад, тяжело и медленно выдыхая сквозь с округленные губы, освободил свой член от оков опостылевших джинсов и ремня. Член немного слежался в заточении, и выглядел не так эффектно, как по внутреннему чувству он мог бы ожидать, и он встряхнул его, пытаясь привести в товарный вид, однако он даже не успел сказать и пары слов, как его угоревшему ближайшему другу была оказана первая помощь и даже применено искусственное дыхание. Мартин почти повторил его па, опираясь на одну коленку об пол, вторая нога, та самая, с ебучей подвязкой стояла согнутой, вверх, теряясь в глубоком разрезе. Мартин обхватил рукой яйца Дейва, слегка массируя их, потом обхватил горячий ствол, добавляя отсутствующей твердости собственной рукой, взял в рот от кончика до самой до своей руки, потом погладил по стволу, потом опять в рот, опять рукой и опять, собственно нужды уже в руке, конечно не было, просто было приятно. Но опасно. С точки зрения Наполеоновских планов Дейва. Очень опасно. - Без рук, - скомандовал он. Сука, он никогда не сопротивлялся в такие моменты. Он просто завел руки за спину, продолжая сосать. Это было тем, что делало из Дейва зомби. Он и сам тоже был такой. Он знал, что иногда не надо вякать, просто тупо ничего. И делать ничего, и выдумывать не надо. Самое ценное в ебле, это блядь не мешать другому это делать. Он знал и практиковал, и Мартин был единственным существом встреченным им до сих пор, кто исповедовал эту религию истово и самой глубокой преданностью. Дейву захотелось поцеловать Мартина. Дейв поцеловал Мартина. Поднял его лицо за подбородок, ухмыляясь на разводы неприлично размазанной алой помады, и с благодарностью впиваясь в рот. Чувствуя упругость рабочих губ. - Бля, куртку то сними, - несмотря на то, что он и сам был в куртке, Мартиновская толстокожесть его почему-то оскорбила. Очень смешно снимать куртку со стоящего перед тобой на коленях товарища, помахивая в розовых разводах помады хозяйством, выпущенным из ширинки. Ну они оба ржали в процессе, по крайней мере, Дейв чуть не упал на Мартина и заехал ему хуем под подбородок, Мартина это неожиданно завело, и он подхватил его член потирая его о собственную щеку, вот тогда у Дейва в очах децл потемнело и он чуть не упал. И все равно без куртки стало как-то лучше. Дейву нравились Мартиновские голые плечи, их линия, светящаяся кожа. Одна лямка платья соскользнула вниз от Мартиновского усердия, обнажая грудь и придавая его сосанию еще больший смысл. Руки Мартин снова заложил за спину, от чего усилия его рта выглядели более и более беззащитными с каждым движением. Это очень нездорово возбуждало. Дейв подхватил его лицо в руки, начиная совершать все более и более смелые толчки вовнутрь. - Открой рот, - он вытащил член, наслаждаясь зрелищем того, как Мартин открыл перед ним рот, взглянув только на секунду, чтобы понять, то ли он делает, но сразу же опустив глаза, и слегка вытаскивая на нижнюю губу язык. Дейв похлопал головкой по предложенной конструкции проведя членом потом снова вокруг и сунув внутрь. - Еще, - его, разумеется, заводила та власть над телом, которую это тело ему предлагало. - Еще. И снова внутрь. Он бы сделал бы это еще, но понял, что на этом это дело и закончиться. - Сядешь на меня сверху? - Да. Простой вопрос. Просто ответ, между которыми ебаная сияющая вселенная. Дейв придумал, как начать. Он сел на стульчак унитаза с опущенной крышкой, поддерживая собственный член, и вытянув вперед ноги. Мартин подошел к нему, расставив ноги над его бедрами. Задница и подвязка в разрезе на бедре манила слишком, да и продолжать прямо сразу без передышки Дейв бы не рискнул, он сильно переживал, что сперма его размажется по жопе Мартина еще до того момента когда его боеголовка достигнет стыковки. - Я хочу на тебя посмотреть, - хрипло сказал он. Мартин или не понял что он имеет в виду, или просто был Мартин. В сущности, в динамике было не так важно. Он оперся руками о стены кабинки, и покосился на него через плечо. - Стой так, не двигайся, - пояснил Дейв, - прием, ты там меня понял? - Я тебя понял. - Отлично, - Дейв заткнул длинную полу юбки за пояс, и с душой обеими ладонями шлепнул по ягодицам, - и чо я так раньше не делал. Сука, стеснялся, наверное. Мягкая линия округляющихся кверху чувственных бедер, Дейв погладил их вверх и вниз, облизываясь, задевая за черно-белую подвязку, нарочно и обводя нежно пальцами ее по контуру, он знал, как Мартину нравятся прикосновения. Любые прикосновения. Но уж его нежными пальцами по голому бедру, прямо между которыми радостной и бодрой свечкой торчал его истекающий восторгом хуй. Дейв приподнял бедра, между прочим заставив свою ебаную свечку покачнуться, и пару раз ласково шлепнуть бархатистой поверхностью о горячие бедра у самой точки Х вверху, Мартин застонал и выгнулся в пояснице. - Ага, а, вот так, да!