Полёт в Ад

Зевс – он остался неким отдалённым туманом, до которого дотянуться практически невозможно. У него теперь другое имя и даже другая фамилия; удивительно, но от богов Олимпа не осталось практически ничего. Родственники – разные, по паспорту и по крови, в одном – братья, в другом – а чёрт знает, кто кому они приходятся? Себастьян усмехнулся. Ему обещали Персефону, она станет его женой, что бы ни случилось – и плевать на то, что кто-то, пусть та же чёртова Деметра будет против. Фамилия Моргенштерн до сих пор имеет собственное влияние. Она и сама родила свою дочь – а от кого? Чёрт его знает, никто не стремится узнать о том, кто теперь Зевс? Валентин обещал ему Персефону, и весь мир на блюдечке, но зачем мир, если есть Ад, если есть место, где жить спокойнее и удобнее? Себастьян вновь посмотрел на какой-то маленький экранчик – так куда удобнее, а она всё равно уронила коробку так, что теперь смотреть на неё было поразительно удобно. Сейчас у неё должно отключиться всё, что только позволяет выйти на связь со внешним миром, всё, что только есть. Вот, экран мобильного уже замигал, теперь погаснет ещё и монитор компьютера – какая к чёрту разница, если она сама скоро будет спать? Персефона однажды не устояла, не устоит и теперь – гранаты всегда были её любимыми фруктами. Наконец-то она осела на кровать, легла даже, засыпая, а вокруг буяли чёрные розы, которые практически невозможно остановить. Они окутывали её сплошной волной, не позволяя вырваться из какого-то странного потока зелени. Так куда лучше. Так она станет немного более покорной, так она не сможет сбежать от него слишком рано – а когда попытается это сделать, будет уже, пожалуй, слишком-слишком поздно для того, чтобы спасаться. Тем более – розы, пусть колючие, пусть хватающие за руки, всегда ему нравились, всегда были прекрасными цветами. - Теперь ты будешь моя, Персефона, - совсем тихо прошептал Себастьян, усмехаясь и чувствуя, что его сердце наконец-то перестаёт прыгать в груди, словно бешеное – теперь можно позволить себе успокоиться. Теперь больше нет ни единой преграды, которая могла бы его остановить, и даже чёртова Джослин не помешает. Деметра, отступи, Деметра. …Теперь наконец-то можно было покинуть это место, которое называлось обыкновенной человеческой квартирой. Себастьян закрыл за собой дверь, подкидывая в руке ключи от автомобиля – ему нравилась скорость, она помогала на время забыться, когда Персефоны не было рядом, но ведь теперь в ней нет ни капельки смысла. Но, и вправду, так по городу перемещаться было намного быстрее, а нужно успеть забрать Клэри до того, как её мать явится домой. Автомобиль ехал слишком быстро, даже чрезмерно, но когда кто-то попытался его остановить, Себастьян лишь скривился. Светофоры! Какая ерунда! Светофоры имеют прекрасное свойство ломаться, переставать работать, вообще уничтожаться и разрываться на мелкие части. И это очень даже неплохо. Он с некоторым удовольствием осознавал, что теперь ничто не может остановить его на пути к Ней. …Джослин уже доходила до подъездной двери, когда он затормозил совсем рядом. Увы, но это не заставило её остановиться. - Уважаемая! – пришлось окликнуть, правда, глаза его от этого не стали ни на мгновение светлее или яснее. Как бы заставить её отвлечься? - Да? Это вы ко мне? – она действительно оглянулась и пристально посмотрела на него, словно ожидая какого-то ответа. - Вам. Вам не кажется, что у вас грязная куртка сзади? – переспросил он, словно женщина шла на какую-то встречу. - Да? - Да, давайте я помогу вам отряхнуться, - он усмехнулся, проворачивая в руке небольшой шип от магических роз. Такие всегда надо носить с собой, потому что именно они дают прекрасную возможность на время избавляться от тех, кто мешает. Только к Клэри он это не мог применить – но Кларисса не её мать, она куда ценнее. Джослин же ему совершенно не нужна, она спокойно может даже умирать, вот только тогда девушка слишком расстроится… Пусть пока что живёт, но она должна понимать, что есть границы, которые останавливают её и сдерживают. - Буду вам очень благодарна, - попыталась благодушно улыбнуться она. Себастьян несколько раз провёл рукой по её спине. Женщина едва слышно вскрикнула и потянулась к своей шее. - Что-то укусило, - содрогнувшись, сообщила она. – О, здесь, даже в городе, слишком много всяких… Она не успела договорить. Ноги женщины подкосились, и она свалилась прямо на землю. Себастьян даже не позаботился о том, чтобы её поймать. Пусть падает. Какая к чёрту разница, что с нею будет? Впрочем, просто так позволять ей валяться было нельзя. Пришлось подхватить женщину на руки и отнести хоть на какую-то лавку. - У тебя закружилась голова, Джослин. А потом ты вспомнишь о том, что на самом деле забыла что-то на работе, - тихо прошептал он ей на ухо, внушая какую-то странную мысль. – Ты пойдёшь туда и пробудешь до завтрашнего дня. Он едва успел зайти за угол, как она вдруг мотнула головой и вскочила на ноги, после – принялась рыться по карманам. - Надо же, ключи забыла! Себастьян усмехнулся. Его теперь не было видно – он сжимал ключи в руке и презрительно кривился. Не хотелось просто так позволять ей жить счастливо, но, впрочем, наплевать – Деметра не так уж и важна. Она для Валентина. Пусть забирает себе, если всё ещё считает, что она нужна ему, а если нет – то вообще не нужно, пусть где-то там себе живёт. Женщина уверенным шагом направилась куда-то в противоположную от собственного дома сторону. Ну и пусть. Себастьян сжал в руке ключи и направился по ступенькам вверх. Ещё несколько мгновений, и Клэри будет только его. Только его, и никто больше не посмеет им мешать.