Insontis

После кончины злополучного Тюти Маккой повел Джима в лазарет переодеться, так как уменьшенная версия капитанской золотистой формы, заботливо запрограммированная добросердечным интендантом, теперь была вся изодрана на коленях и заляпана всем, во что Джим только мог вляпаться во время своего путешествия по трубам Джеффриса. - Тюти нет, - печально повторил малыш, пока МакКой продевал его руку в рукав новой рубашки (Кристина тем временем пыталась отыскать брюки, которые изнашивались значительно быстрее и, соответственно, в наличии имелось гораздо меньше запасных). Свободной рукой Джим начал вытирать нос, но МакКой с недовольным ворчанием перехватил детскую конечность, пока тот не вымазал себе все лицо. - Да, малыш, знаю, - вздохнул доктор, вытирая ему нос салфеткой перед тем, как предпринять еще одну попытку натянуть тунику на взъерошенные светлые кудряшки. – Ты погоди немного, держу пари, Спок как раз отправился на поиски «адекватной замены, способной удовлетворить эмоциональную потребность человеческого ребенка в игрушечном домашнем животном», ну или какой бред он там обычно несет… - Бред! – раздалось из глубины золотистой туники. Джим начал размахивать руками, уподобляясь маленькой ветряной мельнице. Чепел с неодобрением посмотрела на доктора. Тот только пожал плечами – действительно, ну что тут поделаешь? Этот ребенок уже годам к шести выучил слова и похуже (причем на пяти языках) во время своего настоящего детства. – И почему эта проклятая рубашка никак не налезает на твою маленькую упрямую головку, Джим? – ворчал он, пытаясь растянуть ткань. - АЙ! Бо бяка! – завопил Джим, так что доктор в итоге сдался и стащил с его головы злополучную тунику. Малыш, одарив его мрачным взглядом, принялся потирать голову обеими руками – очевидно, его буйная шевелюра пострадала от тугого воротника. - Погоди-ка, с каких это пор ты говоришь целые фразы, а не отдельные слова? – он еще раз внимательно осмотрел маленькую тунику и потянулся за сканером, который уже протягивала ему Чепел. - Покажи! – Джим завертелся, пытаясь ухватить попискивающий над его головой сканер. – Бо, дай сюда! - Это уже как-то странно, - пробормотала сзади Чепел, - он произносит целые фразы. И еще, вам не кажется, что он вырос? Сканер загудел, выдавая окончательный результат. МакКой взглянул на экран и, вздохнув, бросил инструмент на койку. – Позвоните в отдел снабжения и узнайте, могут ли они сделать форму размером побольше. Похоже, он уже перескочил стадию первых шагов, хотя, возможно, нам еще придется приучать его к горшку. Лазарет – исполняющему обязанности капитана, - проговорил он во встроенный в стену комм. - Спок слушает. - Спок, распорядитесь, чтобы экипаж прибил к полу гвоздями все, что только можно, и еще – заблокируйте в столовой десертное меню. Теперь мы имеем дело с гиперактивным двухлетним ребенком, который не поддается никакому контролю. Некоторое время стояла тишина, пока Спок, очевидно, отдавал необходимые распоряжения, затем снова раздался его спокойный голос. – Доктор, верно ли я понял по вашей интонации, что подобное ускорение процесса взросления является нежелательным? - Спок, а вам когда-нибудь приходилось присматривать за двухлетним человеческим ребенком, особенно таким избалованным, как этот? - Вам известно, что ответ отрицательный, доктор. В этот момент карапуз, так еще и не переодетый, пронесся мимо него смазанным пятном. МакКой был благодарен всем богам, какие только имелись во всем квадранте, за то, что у Чепел такая хорошая реакция – если бы не она, вся смена имела бы уникальную возможность лицезреть своего не ведающего стыда капитана в его натуральном виде. Доктор прислонил голову к стене рядом с коммом. – В таком случае, Спок, вас ждут незабываемые впечатления. - Бо! Хочу сказать Споку! ‘Тина, пусти! Бо, смот'и! Обернувшись на возглас Кристины, он увидел, как его малолетний капитан увлеченно карабкается на панель с индикаторами жизнеобеспечения, чтобы получше рассмотреть красиво мигающие огоньки. - Этот мелкий негодник лягается! – возмущенно сказала Кристина, хотя Маккой видел, что в целом все это ее скорее позабавило, чем рассердило. Тем не менее, ребенку явно не помешает привить кое-какие манеры, а поскольку некий вулканец даже вообразить не способен, что у Джима могут иметься какие-то недостатки (в этом отношении не изменилось абсолютно ничего), то кандидатура на должность воспитателя остается только одна. И еще, раз уж малец теперь стал лучше говорить, надо, по крайней мере, научить его нормально произносить докторское имя. Джим нажал на первую же кнопку, до которой смог дотянуться. Тут же взвыл сигнал тревоги, так как согласно теперешним показателям, пациент был скорее мертв, чем жив. Испуганно пискнув и отдернув руку, карапуз свалился обратно на кровать, но, не останавливаясь на этом, ловко спружинил на матрасе и, спрыгнув на пол, ужом скользнул под соседнюю койку. Взрослым не положено хныкать, поэтому доктор просто глухо застонал, пока Кристина покатывалась со смеху. - Спок, идите сюда немедленно! Этот чертенок сейчас разнесет мне весь лаза … Джеймс Тиберий Кирк, не смей трогать лазерный скальпель!