Insontis

Экипаж звездолета ЮСС Энтерпрайз славился своей храбростью во всем Звездным флоте – впрочем, иначе и быть не могло, в силу специфики миссий, в большинстве случаев связанных с пребыванием на неизвестных или попросту враждебных планетах. И хотя смертность там была выше, чем на любом другом судне, все подающие надежды кадеты мечтали попасть именно на Энтерпрайз и присоединиться к людям, которых по всей галактике знали как лучших из лучших, самых бесстрашных первопроходцев последнего рубежа. Тем не менее, несмотря на все свое бесстрашие, никто из экипажа Энтерпрайз так и не отважился даже слова сказать, когда и.о. капитана Спок явился на совещание с трехминутным опозданием, зажав под мышкой громко протестующего карапуза. Всегда безупречная прическа вулканца выглядела несколько встрепанной, а на форме красовалось пятно от апельсинового сока. - Прошу прощения за опоздание. Его причиной послужила острая нехватка персонала, - коротко извинился он, и никто не решился ответить что-либо, опасаясь расхохотаться в лицо и.о. капитана. Что касается Джима, то он громко фыркнул на своего уже не столь обожаемого героя, когда тот сгрузил его на пустующее кресло рядом с Чеховым. - Джим, веди себя тихо во время собрания, - суровым тоном произнес вулканец. Карапуз состроил ему недовольную гримасу, но потом, кажется, остался вполне доволен, сидя в кресле и старательно, высунув кончик языка, выводя какие-то каракули на принесенном Споком рисовальном планшете. Сулу подумал, что он в жизни не видел ничего более очаровательного. Взрослый Джим Кирк, будучи не в духе, мог выглядеть весьма устрашающе, однако этот ангелочек был невероятно милым даже в плохом настроении. Свое мнение, впрочем, он мудро придержал при себе. - Итак, первый вопрос на повестке – звездное картографирование и его воздействие на работоспособность и дисциплину экипажа. Мистер Чехов, вы смогли составить расписание таким образом, чтобы на следующей неделе у каждого члена экипажа было по крайней мере две свободные смены перед очередным дежурством? - Да, сэр, - ответил Павел, с готовностью выкладывая свой падд на стол, - руководители всех подразделений уже поставлены в известность. Больше никаких двойных смен, и у всех будет по два выходных, согласно вашему распоряжению, а также распоряжению доктора МакКоя. - Как вы полагаете, не приведет ли это к задержке в работах по картографированию? - Нет, сэр. Так как сотрудники из исследовательского отдела, согласно распоряжению доктора МакКоя, будут помогать нам вести записи, мы вполне успеем наверстать упущенное. - Очень хорошо. Джим, не рисуй на столе, ограничься пространством своего художественного планшета. Далее. Лейтенант Ухура, вы обдумали вопрос культурно-развлекательной программы для экипажа? Доктор МакКой согласен с вашей оценкой состояния работоспособности, она в самом деле снизилась на семь процентов, поэтому следует принять какие-то меры. Сулу краем глаза смотрел на своего малолетнего капитана, который теперь не замечал ничего вокруг, целиком погрузившись в творческий процесс. Кто-то достал ему разноцветное стило, на котором можно было выбирать цвет, нажимая на соответствующую кнопку. Насколько мог разглядеть Сулу, в данный момент планшет был покрыт преимущественно желтыми и синими пятнами. Что ж, неудивительный выбор. - Да, сэр. Большинство членов экипажа предпочли бы какое-нибудь обычное развлекательное мероприятие вместо, скажем, театрализованного представления или конкурса талантов. Одним словом, вечеринку – угощения, танцы и так далее, - с улыбкой ответила Ухура, знавшая, что для вулканца все это просто темный лес. Спок поднял бровь. – Я не вполне понимаю данную потребность, однако, если таковы предпочтения экипажа, то делайте все, что считаете нужным, лейтенант. Прошу вас сообщать мне о принятых мерах, а также скоординировать вашу работу с лейтенант-коммандером Скоттом для более детального обсуждения. Напоминаю вам, что, согласно уставу, члены экипажа, приступающие к смене альфа на следующий день, не могут употреблять алкоголь. В остальном же я не вижу препятствий для подобного «развлекательного мероприятия». Заскучавший тем временем Сулу (как пилот он при картографировании был практически не нужен, да и возложенная на него новая должность исполняющего обязанности старшего помощника была не слишком обременительна, так как Спок все равно делал все, что ему заблагорассудится) снова скосил глаза на Джима и, пряча улыбку, стал наблюдать, как тот, сдвинув брови, начал сердито трясти своим карандашом, а потом, не добившись желаемого результата, пару раз стукнул им об стол. - Джим, надо бережно относится к имуществу Звездного Флота, - автоматически произнес Спок, не отрываясь от своих записей. - Но… - Перестань, - голос Спока прозвучал более резко, чем обычно при общении с ребенком, и в коллективном бессознательном экипажа тут же пронеслась мысль «ого, у кого-то наконец начинают сдавать нервы». Очевидно, для поддержания эмоционального контроля ему не хватало привычного общения с капитаном, а мысль о предстоящей нелогичной попойке могла наконец переполнить чашу вулканского терпения. Ребенок сразу сник, и его глаза подозрительно заблестели, так что у Сулу возникло непреодолимое желание обнять и утешить малыша, даже если он всего лишь ловко манипулирует взрослыми. Тут Чехов, откашлявшись, переключил внимание своего вымотанного (насколько вообще можно вымотать вулканца) наставника на следующий пункт повестки дня. Ухура переглянулась с Сулу, но тот только пожал плечами – меньше всего ему хотелось перечить Споку. Он бы вызвался присмотреть за ребенком, но практически все свободное время он проводил либо в спортзале, либо в лабораториях отдела ботаники. МакКой на совещании отсутствовал, так как был по горло завален бумажной работой, поэтому вулканец был в данный момент единственным, кто мог присматривать за юным вундеркиндом. Увидев, что никто не собирается за него заступаться перед и.о. капитана, прибравшим к рукам весь корабль, Джим тут же успокоился и деловито приступил к ликвидации забракованного изделия. Сулу старательно пытался не засмеяться, наблюдая как тот всего за несколько секунд методично разобрал свой инструмент на запчасти, аккуратно разложив их перед собой на столе. Скотти, тоже засмотревшийся на ребенка, пока Спок с Чеховым обсуждали какие-то технические детали, все же не удержался от смешка. Вулканец, запнувшись на полуслове, поднял на него взгляд. Всех поразило, насколько удрученным выглядело это всегда бесстрастное лицо. - Джим, - вздохнул Спок (да, видно, дело плохо, это был самый настоящий человеческий вздох), - ты помнишь нашу беседу по поводу демонтирования электронных устройств? - Он 'омался! - Сломался, - поправил Спок. - Да! – продолжал возмущаться малыш, пытаясь заново собрать стило. - Зе'еный цвет не 'аботает! - Зеленый, - вновь с нечеловеческим терпением внес коррективы Спок. - Зе'еный! - Это произносится через букву «л», Джим. Зеленый. Карапуз высунул язык. – Зеллленый цвет не 'аботает, - повторил он, недовольно разглядывая останки инструмента. - Понимаю. Ты мог бы использовать другой цвет. - Не мог! - Джим … - Нет! Не мог! - Почему, малыш? – поинтересовался Скотти, перегнувшись через стол и пытаясь рассмотреть изображение на падде. - Все должно быть как с'едует! – уже почти в отчаянии ответил Джим. На лице Скотти начала появляться улыбка. – Понятно, малец. Ты тут пока посиди, я тебе сейчас принесу другой карандаш. Джим трагичным взглядом окинул рисунок. – Хотел доде'ать его к концу вст'ечи, - печально проговорил он, - хотел сделать сю’п’из, Спок. Вулканец слегка удивленно поднял бровь. – Сюрприз? Скотти, широко улыбаясь, продемонстрировал планшет. Рисунок пестрел кричаще яркими желтым и синим цветами. На нем было изображено две фигуры – у той, которую Джим разрисовал синим, были подчеркнуто острые уши, а у той, что поменьше – растрепанная желтая шевелюра. Сулу поперхнулся, рассмотрев недорисованное изумрудно-зеленое сердце, в которое были заключены обе фигурки (любой обычный ребенок выбрал бы красный цвет). Ему пришло в голову, что данный рисунок может создать некоторую неловкость, если повзрослевший капитан обнаружит его пришпиленным на самом видном месте где-нибудь в кабинете МакКоя (а доктор, он знал, уже некоторое время собирает материал для компромата). - А почему тебе обязательно нужен был зеленый, Джим? – ласково спросила Ухура. Джим улыбнулся своей фирменной обаятельной улыбкой. – Это мой 'юбимый цвет! - Ну, тогда понятно, - со смешком ответил Скотти, ероша волосы ребенка, - будет тебе зеленый, только подожди чуть-чуть. Кстати о цветах, подумал Сулу. Уши Спока начали приобретать чрезвычайно насыщенный оттенок.