Insontis

Несколько долгих секунд Спок просто смотрел на пустое кресло, где только что находился Джим. Весь мостик тоже как будто оцепенел, представив, что может случиться с их капитаном на инопланетном судне, обитатели которого, по их собственному признанию, выглядят как чудовища. Затем вулканец снова шагнул к экрану, сцепив руки за спиной. Сулу и Чехов обменялись обеспокоенными взглядами. - Остается только надеяться, что они чем-то похожи на клингонов и считают, что каждый день надо быть готовыми умереть с честью, - пробормотал Сулу. - Мистер Сулу, мистер Чехов, вам удалось установить источник транспортаторного луча? - Судно Батуа, сэр, - с готовностью ответил Чехов. – Транспортировка окончена, имеются четкие сигналы жизненных форм, атмосфера на судне пригодна для землян, - разом выпалил он все хорошие новости, какие только мог сообщить в данной ситуации. - Лейтенант, наладьте прямую связь с Батуа, - тон вулканца был холодным и совершенно бесстрастным. - Канал открыт, сэр, - торопливо доложила она, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания – взгляда, который и.о. капитана бросил на нее, пока она устраняла секундную задержку, было вполне достаточно. - Батуа, верните ребенка незамедлительно, если желаете продолжения мирных переговоров. - Батуа должны переговорить с самым честным/открытым/радостным, Энтерпрайз, - пришел ответ, и даже в автоматическом голосе переводчика слышались нотки удивления, - Спок-капитан дал разрешение, верно? Спок прикрыл глаза, осознав, какую ужасную ошибку он совершил. Его слова действительно можно было расценивать как разрешение. – Батуа, он еще ребенок, дитя, он слишком мал. Он будет напуган, оставшись один в незнакомой обстановке. Прошу вас, верните его, и мы пойдем на любую форму переговоров с вами, - в последней фразе сквозило совершенно не вулканское отчаяние. - Сожалеем/несчастны из-за этой проблемы/конфликта, - послышалось через секунду, - но мы должны сначала поговорить с самым честным/открытым/радостным, чтобы убедиться в вашей правдивости. - Тогда позвольте одному из… опекунов ребенка сопровождать его, - сказал Спок, сожалея о недостаточном словарном запасе нового языка. - Нам неизвестно/незнакомо слово «опекун», Энтерпрайз, что это значит? - Его… друзья, семья, спутники, - попробовал объяснить Спок. Батуа непонимающе молчали, так что пришлось продолжить. – Те, кто… - он судорожно сцепил руки за спиной, слегка заколебавшись, но сейчас было не время проводить подробный семантический анализ. – Те, кто его любят, Батуа. Все на мостике словно онемели. Он почувствовал, как его начинает заливать краска и как все старательно отводят глаза, чтобы лишний раз не смущать его в этой и без того непростой ситуации. Ответ пришел незамедлительно. – Любовь это хорошо/прекрасно, теперь мы поняли вас, Энтерпрайз. - Тогда вы также должны понимать нашу обеспокоенность по поводу безопасности ребенка, - ответил Спок. - Теперь мы понимаем. Самому открытому не причинят вреда, это зло/отвратительно/невозможно. Мы даем слово чести Батуа. - Однако вы отказываетесь поверить нашему слову и требуете присутствия ребенка на борту вашего корабля. Следовательно, вам не должно показаться странным, что и мы соответствующим образом отнесемся к вашим обещаниям. Верните ребенка или позвольте одному из его опекунов присутствовать при вашей беседе. - Это невозможно, пока общение с самым открытым не будет окончено, - в голосе слышалась доля сочувствия. Вулканец сжал губы. – Это не долго, мы даем слово. - Сэр, связь пропала, - негромко доложила Ухура. - Восстановите ее, лейтенант. - Сэр, я… - Восстановите связь, лейтенант. Ухура тихо вздохнула. - Сэр, с нашей стороны канал все еще открыт, но они не принимают наших сообщений. С этим я ничего не могу поделать. Вулканец слегка вздрогнул, как будто приходя в себя, и повернулся к ней. – Разумеется, лейтенант. Приношу извинения за ненамеренное принижение вашего профессионализма. Мистер Чехов, можете ли вы точно локализовать сигнал ребенка на борту их корабля? - Да, сэр, уже нашел, но он быстро перемещается. - Мистер Скотт, - Спок нажал кнопку в подлокотнике кресла, - вы уже завершили ремонт транспортатора? - Ну, смотря что вы хотите транспортировать, мистер Спок. Какой-нибудь груз можно отправить без проблем, если задействовать запасные цепи, но вот с людьми я бы пока не рисковал, надо еще раз все хорошенько проверить. - Каковы шансы успешной транспортировки гуманоидных форм жизни, мистер Скотт? - Хмм, процентов восемьдесят в лучшем случае, и то если не будет флуктуаций энергии или других сбоев… - Приготовьтесь к одиночной транспортировке, при необходимости задействуйте запасные цепи. Готовность десять минут. Конец связи. Вулканец уже поднимался с кресла, когда Чехов обеспокоенно повернулся к нему. – Мистер Спок, нельзя перемещаться с нестабильным транспортатором, риск слишком большой! В глазах вулканца вспыхнул темный огонь. – Вы считаете, что будет более предпочтительной альтернативой оставить ребенка в компании инопланетян, которые, по их собственным словам, обладают настолько отталкивающей внешностью, что способны привести в ужас даже взрослого человека? - Сэр, даже если транспортировка пройдет успешно, мы не сможем послать вслед за вами никого из безопасников, - добавил Сулу, сложив руки на груди. Прежде чем Спок успел ответить, он продолжил. – Как исполняющий обязанности первого помощника, я должен напомнить вам, что таким образом вы нарушаете сразу несколько пунктов протокола безопасности. - Мистер Спок, они ведь сказали, что это не надолго, и капитан не пострадает. Может быть, стоит подождать несколько минут? – мягко предложила Ухура, представившая, что было бы, если бы взрослый Кирк узнал о подобной эскападе своего старшего помощника. Спок посмотрел на нее и она отвела взгляд. Прозвучал сигнал комма. – Мистер Спок, я не могу гарантировать, что вы попадете туда в целости и сохранности, а уж тем более – что смогу вернуть вас обратно! - Мистер Скотт, вашей обязанностью является выполнение, а не обсуждение этого приказа, - все вздрогнули от интонации вулканца. Чехов бросил полный тревоги взгляд на небольшое судно на экране. – Капитан же убьет его за это, когда вырастет! - Да, Павел, - отозвался Сулу, изо всех сил надеясь, что ему не придется занять капитанское кресло в самом ближайшем будущем, - если, конечно, еще будет кого убивать к тому времени. *** Ему и раньше доводилось перемещаться при помощи не слишком надежных транспортаторов, но это была самая жесткая посадка на его памяти. Когда Спок материализовался, в первое мгновение почему-то промелькнула мысль, интересно, что бы сказал ненавидевший транспортаторы МакКой, если бы подвергся подобному длительному и малоприятному процессу, а потом он просто упал на колени, согнувшись пополам от ужасного приступа рвоты. Через несколько секунд небольшое помещение, где он оказался, наконец перестало вращаться перед глазами. Тошнотворная слабость, однако, так и не прошла, но сейчас не было времени анализировать все эти ощущения. Придерживаясь за стену, он поднялся на ноги, доставая коммуникатор. - Благодарю вас, мистер Скотт, учитывая обстоятельства, вы отлично справились с поставленной задачей. - Спок, ну все, как только ты вернешься, я тебе такую дозу вкатаю, на неделю вперед хватит! – услышав гневную докторскую речь, он слегка поморщился и отодвинул коммуникатор подальше от уха. - Доктор, сейчас не время драматизировать. Мистер Скотт, соедините меня с мостиком. - Драматизировать?! Да я… - Чехов слушает, сэр! Мистер Спок, вы живы! - Очевидно, - кратко ответил он, - мичман, укажите местоположение капитана. - На том же уровне что и вы, сэр, примерно в пятистах метрах. - Сообщите, если его местонахождение изменится. Конец связи. Чувство слабости и тошноты только усиливалось, но это легко поддавалось контролю. Через несколько мгновений он выпрямился и направился вперед по коридору. Обстановка корабля была простая, без особых излишеств – очевидно, все было сконструировано в расчете скорее на долгосрочную миссию в открытом космосе, чем на военные действия. Его голова почти касалась потолка, так что можно было предположить, что Батуа являются не слишком высокорослым народом. Стены и пол местами были покрыты каким-то желтоватым слизистым налетом, по запаху напоминавшим гнилую растительность. Анализ трикодера не выдал никаких продуктивных результатов по поводу состава данного вещества. Значит, это действительно Первый контакт с данной расой, и за такое короткое время ему уже удалось этот контакт провалить. Он был бы бесконечно рад (да, конечно, это человеческая эмоция, но нелогично отрицать то, что имеет место быть), если бы капитан Джеймс Т. Кирк наконец снова смог приступить к выполнению своих обязанностей. У него под ногами была целая лужа этого неизвестного вещества, густого и слегка поблескивающего в свете ламп. Спок поднял бровь. Очевидно, предыдущие контактеры с Батуа были не слишком дружелюбно настроены к существам, в ходе своей жизнедеятельности секретирующим подобную субстанцию, и, откровенно говоря, он их вполне понимал – несмотря на весь контроль, от вида и запаха этой жижи снова начал подкатывать комок к горлу. Вдруг он резко остановился, услышав впереди – не крик страха или боли, к которому он все это время подсознательно готовился, а детский смех. Легкий, заливистый, искрящийся, так умел смеяться только их маленький капитан Солнечный Луч. Слегка расслабившись и постепенно приходя в себя (это в самом деле была не лучшая транспортация на его памяти), Спок свернул за угол и замер, наблюдая открывшееся ему зрелище. Судя по всему, это был зал для совещаний, в центре которого стоял небольшой столик, а на нем во весь свой небольшой рост возвышался Джеймс Тиберий Кирк. Вокруг столика, который туда, очевидно, поставили, чтобы их глаза находились на одном уровне с ребенком, собрались четверо шарообразных существ, покрытые желтоватой слизью с резким запахом. У каждого в складках их туловищ проглядывало по два маленьких блестящих глаза, которые могли свободно перемещаться и смотреть в любом направлении, причем необязательно в одном и том же. Спок поднял бровь. Пять глаз устремились на вошедшего вулканца (остальные три все еще внимательно смотрели на покатывающегося со смеху Джима), от удивления увеличившись в размере примерно втрое. Заметив его, Джим просиял и замахал рукой. – Спок! Смотри с кем я тут разговариваю! Это просто пот'ясающие инопланетяне, и они хотят с нами дружить! Теперь уже обе брови поравнялись с линией челки. – В самом деле? Его вживленный подкожный универсальный переводчик активировался (Спок как никогда был благодарен МакКою, что тот настоял вживить и Джиму такой же вместе с транспондером, которым ребенка снабдили после того, как он чуть не свалился из трубы Джеффриса), когда одно из этих созданий буквально покатилось в его сторону, оставляя за собой дорожку слизистой субстанции. Спок с интересом наблюдал, как один глаз практически полностью отделился от туловища и, только как следует рассмотрев вновь прибывшего, вернулся на свое законное место. – Вы капитан-Спок, - сказал Батуа. Оставалось неясным, каким образом они осуществляли речевой акт – среди складок на туловище не было видно ничего похожего на рот. - Да, - подтвердил он, - я приношу извинения за вторжение, но мы не можем допустить, чтобы ребенок остался один в неизвестной обстановке. - Самому правдивому/открытому/радостному повезло иметь такого доброго/любящего/заботливого опекуна, - сказал Батуа, с хлюпающим звуком слегка сплющиваясь и опускаясь примерно на четыре дюйма, что Спок расценил как нечто наподобие поклона в знак приветствия. - Благодарю вас, - формально ответил он. - Самого правдивого зовут ребенок-Джим? - Джим, - поправил он, - слово «ребенок» обозначает его .. положение, так же как мое – капитан. - Я – капитан-Ри, - произнес другой Батуа с таким же поклоном, - моя семья/экипаж/друзья не хотели причинить Джиму вреда. - Я вам верю, - искренне ответил вулканец. - Спок! – воскликнул Джим, спрыгивая со стола прямо в лужу желтоватой слизи и по инерции проскользив по ней полкомнаты, как заправский серфингист. – Они хотят с нами дружить, и летать на звездолетах, и исследовать планеты, и… - тут Джим, наконец, прекратил свои маневры, на полном ходу врезавшись в вулканца и во весь рост растянувшись в луже. Сев, он одарил изрядно забрызганного Спока своей самой лучезарной улыбкой. – И они прыгучие! - Прыгучие? – в недоумении переспросил тот, задумавшись, сильное ли оскорбление он нанесет народу Батуа, если попробует вытереть со своей одежды эту субстанцию. - Смотри! – вскочив на ноги, Джим взял разгон и врезался в ближайшего представителя инопланетной расы. Мягко срикошетив, он пролетел еще футов шесть и затормозил о другого Батуа, который специально встал так, чтобы ребенок не ушибся и не поранился. Барахтаясь, Джим поднялся на ноги, заливисто хохоча, и оба Батуа также покачивались и издавали какие-то звуки, по которым можно было заключить, что происходящее их позабавило. – Видишь? Продолжая одним глазом поглядывать на смеющегося ребенка, Ри направил второй глаз в сторону Спока. – Джим мудр не по годам, капитан-Спок, - произнес он. – Только самые открытые/правдивые/невинные могут так легко воспринимать взгляды/чувства Батуа. Он не выказывает страха/неприязни/отвращения. Обычно ли это для вашего народа? Спок решил, что в данном случае не будет целесообразным пояснять, что люди не являются его народом. К тому же, по крайней мере наполовину это все же соответствовало действительности. – Мы стремимся к этому, – ответил он, - и, хотя нелогично было бы игнорировать различия, существующие во внешнем виде или способах коммуникации, целью Федерации является по возможности использовать эти различия для взаимной выгоды. Возможно, вам встретятся представители некоторых рас, которые сочтут ваш облик отталкивающим, однако большинство, полагаю, примут вас с такой же легкостью, как и Джим сегодня. – Сам он не находил их особенно безобразными, ему доводилось встречать и похуже, хотя запах усугублял неприятные ощущения, возникшие в результате транспортации, и Спок надеялся, что переговоры скоро подойдут к концу. - В нашем мире/семье очень мало таких молодых/окруженных заботой, - с некоторой печалью в голосе ответил Ри, - сегодня Джим доставил нам много счастья/радости/света. - Я же тебе говорил, Ри, капитан Солнечный Луч – супергерой, он всегда готов помочь, - с достоинством ответил Джим, протиснувшись мимо Батуа и робко обхватив штанину вулканца. - Капитан Ри, даете ли вы теперь свое согласие на ведение переговоров с нашим судном и с Федерацией? – поинтересовался Спок, мягко опуская руку на взъерошенную и весьма заляпанную шевелюру Джима. Ри качнулся вверх-вниз. – Это будет большим удовольствием/честью для нас, капитан-Спок. - В таком случае, вы не будете возражать, если мы сейчас вернемся на Энтерпрайз и подготовим все для переговоров? Вероятно, сначала с вами свяжутся наши лингвисты, чтобы отрегулировать переводящие устройства для облегчения нашего общения. - Да/подтверждаем, капитан-Спок, это в высшей степени приятно/приемлемо. – Продолжая смотреть на вулканца, второй глаз Ри опустил так, чтобы он был на одном уровне с лицом мальчика. – Мы благодарны тебе за все, Джим. - Да не за что, - смутившись, Джим спрятал лицо, уткнувшись в Спокову штанину, - если вы не похожи на нас, это же еще не значит, что мы не можем дружить, правда, Спок? Губы вулканца слегка дрогнули . – Разумеется, Джим. - Просим прощения/сожалеем, что забрали Джима в результате недопонимания, - извиняющимся тоном добавил Ри. - Ничего! – бодро ответил мальчик. – Вы хорошие! Спок с трудом подавил укол такого человеческого чувства, как ностальгия, вспоминая все те случаи, когда капитану удавалось выпутываться из самых немыслимых ситуаций исключительно за счет своего обаяния и дипломатического такта. - Сейчас мы вернем вас на ваш корабль, капитан-Спок, - произнес Ри, когда кто-то из Батуа передал ему некое устройство, очевидно представлявшее собой портативный транспортатор. – Прибор вполне надежен, Батуа это гарантируют/клянутся, но в знак уважения мы вернем вас в вашу собственную транспортаторную. Спок на всякий случай подхватил ребенка на руки, крепко прижав его к себе, – совместная транспортация была делом несколько рискованным, но этот народ, очевидно, намного превзошел ученых Федерации в данном отношении. Этот союз определенно обещает быть плодотворным, и данная дипломатическая миссия будет расцениваться как еще одна заслуга Энтерпрайз. Джим обвил ручкой его шею, и, поскольку малыш был заляпан слизью с ног до головы, от резкого запаха на него снова начал накатывать приступ тошноты. - До встречи, капитан-Спок, Джим, - торжественно сказал Ри, в знак уважения устанавливая оба глаза на один уровень. Спок кивнул в ответ. – До встречи, капитан Ри. Спустя мгновение он ощутил покалывание от эффекта транспортации, и через несколько секунд они оба материализовались в главной транспортаторной Энтерпрайз. - О боже, во что это вы там умудрились вляпаться?! – голос доктора звучал немного странно, как будто он говорил через слой ваты. Проверить это странное наблюдение Спок не имел возможности, так как помещение вопреки всякой логике неожиданно начало вращаться вокруг своей оси. Осторожно опустив Джима на платформу транспортатора, он не смог удержать равновесия, упав на колени и упершись ладонями в пол. Внутренности вдруг скрутила не поддающаяся никакому контролю резкая боль. Он слышал, как возмущенная тирада МакКоя сменяется обеспокоенными возгласами, и как будто откуда-то издалека донесся испуганный вскрик Джима. Согнувшись от очередного приступа, он наконец погрузился в темноту.