Полюса

- Я в душ! – Выкрикнула Юля из кухни. - Стой! – Лена подбежала к двери ванной комнаты, но было поздно. Тонкий, но прочный шпингалет успел закрыться, – Волкова не смей! - Чё? – недовольно сипела за дверью, раздеваясь, - чего я там не видела? Сто раз уже насмотрелась. - Юль, ну Юль, ну пожалуйста, - заливалась краской Катина и тарабанила в дверь. Но что она могла сделать!? Волкова – это Волкова. Ей хоть бы хны, хоть в Ленкином теле она, хоть в чьём-то другом. Ей просто на всё накакать, мягко говоря, и её можно было понять. Зашумела вода. Немного подумав, Лена смирилась с ситуацией, отошла и села на пол по-турецки. Что теперь, грязной ходить? Она начала разглядывать свои руки, сравнивая со своими руками. Шикарная тавтология, но именно в этой ситуации всё возможно. Всё ещё ей было трудно понять, каким таким мистическим образом её разум переместился в другое тело, да ещё и с таким совпадением. «Может нас инопланетяне подменили?» - думала она, - « Или какие-нибудь домовые…» С последней мыслью она даже откинулась и осмотрела углы в номере. Но никаких домовых, внеземных существ, или чупокабр ей не пришлось увидеть. Единственное что её смутило, это пыль. - Лен, - протянула Юля из душа, стоя под горячими струями воды, - я же знаю, что ты тут сидишь! - Ну, сижу, - грустно отозвалась Ленка, подперев свою голову одной рукой, а другой рисуя палочки на кафельном полу. - А у тебя родинка на внутренней стороне бедра, я вот не знала, - ехидно посмеялась девушка, и Катина вскипела. - Всё! Это переходит уже все границы! Перестань пялиться на меня! – Верещала Лена, соскочив с места - Просто помойся и выходи и чёртового душа! - Ладно, ладно, неженка… Через некоторое время дверь душа таки открылась, из жаркого тумана выплыла Юля, вытирая голову ярким махровым полотенцем. И была она совершенно голая. - Нельзя так просто взять и нормально всё сделать, - надула губы бедная Ленка, - тогда теперь моя очередь! И закрылась за дверью. Юля, не зная как на это реагировать, только прокричала напоследок: «А ещё я тебя выше!» Чуть позже, когда солнце над океаном поднялось уже очень высоко, предстояло девочкам выходить в люди. На нижнем этаже, за столиком отельной столовой их уже ждали музыканты, продюсер и стол с горячими тарелками еды. Так как сегодня намечался концерт, то надо было как можно быстрее оказаться на площадке, для репетиций, саунд чека и других тонкостей, которые простому человеку не известны. В общем, все понемногу собирались, Юля не знала, как сушить длинные Ленкины волосы, Лена не знала, что ей можно одеть, что бы это было по Юлиному и ей нравилось. И обе они совершенно понятия не имели, как себя вести. Но что ж, время шло неумолимо, стрелки часов приближались к часу дня, а значит, самое время таки встретится с миром лицом к лицу. Первой спустилась Юля, и как ниндзя, озираясь из-за всяких углов, косяков и арок проверяла помещение. Однако, для всех она была Леной, и так как Лену считали логичным и рассудительным человеком, людям показалось её поведение странным. За ней, спустя минут пять, на лифте приехала уже настоящая Катина,( но кто бы об этом знал?) которой очень тёрли мозоли Юлины туфли. Других не нашли, пришлось ей идти в том, что Волкова носила ещё накануне вечером. Момент осложнялся тем, что тогда она была в чулках, особой боли не чувствовала, сейчас же чулки канули неизвестно куда…. И вот, охая и ахая, в серых туфлях на босу ногу, Лена пыталась пройти хотя бы пару метров нормально. Вместо этого получалась какая-то какофония, которой в Волковском характере не было бы места. Сама же виновница страданий своей подруги стояла напротив столика с музыкантами за белёным стеклом. Они девушку не замечали, а она знала, что там сидят горячие парни, которые с утра уже решили накатить понемногу. Ох, как ей хотелось к ним…. - Волкова! Я тебе шею сверну, поняла! – шипит Лена, которая смогла. Смогла дойти до Юли, не привлекая к себе внимания! Победительница! - Свернёшь ты её, прежде всего себе, - спокойно шептала Юля. - Ничего, ничего, вот это всё, - она описала обеими руками большой круг, - недолго будет длиться, вот станет всё на свои места, сверну обязательно. Теперь под носом у Юли оказался Ленкин маленький кулак. Маленький, от того что тело не её вовсе. Волкова засмеялась, - Ты на злого хомячка сейчас похожа, честно, - и глядя, как снова надулась Ленка, сбавила обороты. В эту самую минуту мимо проходил Борис, который уже заждался двух весёлых особ и решил сходить к ним в номер лично. Завидев Юлю и Лену, он нахмурил брови и жестом указал на столик, за которым сидел. Обе послушно отреагировали и без лишнего шума сели на приготовленные для них места. Поздоровались с музыкантами и провалились каждая в свои мысли. Волкова голодными глазами смотрела на бутылку русской водки «Золоторёвка», которую распивали эти самые горячие ребята, басисты и гитаристы. Даже всюду трезвый Свен немного прихлёбывал так, что бы почти никто не заметил. Катина же пыталась сосредоточиться на том, что говорил ей Борис, но больше думала о репликах, которые ей нужно было сказать, раз уж она Волкова сегодня. Со стороны всё было как раз наоборот. Казалось, Лена вытянула шею, заглядывая в рот музыкантам. А Юля, тем временем, излишне напыжившись, думала о чём-то не о том, потому как обе услышали бедного Ренского только с третьего раза. - Я кому говорю, девочки!? – повысил голос он так, что обернулись посетители с других столиков. - А? – отозвалась Юля. - Вы согласны, спрашиваю? Бутерброды – это не трагедия? – Даже приподнялся он. - Какие бутерброды? – абсолютно не понимая, о чём идёт речь, глуповато спросила Лена. - У организатора денег нет на бутерброды в гримёрку, по райдеру вы имеете право отказаться от выступления. Что решаем? – Совсем уже потерялся бедный продюсер, понимая, насколько рассеяны девушки сегодня. - Чего нам бутерброды, коньяк будет? – Загорелись серые глаза, совсем как Юлины, но только Ленины. Борис поднял брови. С чего это бы Катина интересовалась коньяком в гримёрке? И рыжая в теле чёрной толкает Волкову локтём. - Будет…. – нехотя отвечает Ренский, пытаясь подавить своё негодование и любопытство. - А можно ещё туфли поменять? - Смущается Лена и искоса смотрит на объект всея мучений. - Как скажешь, Юль… - пожимает плечами продюсер и выходит из-за стола. Музыканты, слышавшие каждое слово, нервно переглядывались… Кажется, сегодня будет интересный день.