Stranger

      – Лухан! Просыпайся! – Лили расталкивала меня в кровати, – Там парень на крыльце, думаю, какая-то знаменитость!       Я издал нечто похожее на “отстань”, оттолкнул ее и уткнулся в подушку лицом. Прошлая ночь далась мне не легко: я все время думал о просьбе президента О. Кроме того, теперь я не мог поехать в Пусан к родителям. Это будет очень утомительный день в Ульсане, я был уверен в этом, и мне нужен был мой восьмичасовой сон. Но Лили продолжала будить меня.       – Лухан! Сейчас же бери свой фотик!       – Прекрати, Лили! – сказал я, прежде чем сесть в кровати. На какое-то время в комнате воцарилась тишина, и я подумал, что она сдалась.       – Если ты не проснешься, – начала Лили угрожающим тоном, – я расскажу родителям о том случае с грабежом.       Только не это!       – Ненавижу тебя, – произнес я, вставая с кровати и потирая лицо руками. Она использует угрозы только когда ей действительно что-то нужно, видимо, та знаменитость за дверью действительно ослепила ее. Наших родителей однажды отправили в командировку по работе, когда мы учились в старшей школе, мои друзья как-то узнали об этом, пришли к нам домой и устроили сумасшедшую вечеринку. В конце концов, пара ваз была разбита, кое-какая мебель – сломана, и когда наши родители вернулись, единственное оправдание, которое я смог придумать, что кто-то ограбил наш дом. Они никогда не должны были узнать правду, даже сейчас, потому что среди всех сломанных вещей был и их свадебный снимок.       – Поднимайся, Лухан, иди умойся, – сказала Лили, заталкивая меня в ванную. Но, даже умывшись, я по-прежнему оставался сонным, – Давай же, Лухан, шевелись! – Я продолжал двигаться, как черепаха, что раздражало ее еще больше.       – Господи, Лили. Успокойся уже!       – Вот погоди, увидишь его – поймешь, что спокойствие – не вариант, – сказала она.       Я еще вытирал лицо полотенцем, когда открыл дверь. И Лили оказалась права, спокойствие – не вариант. Сехун стоял, вертя на пальце ключи от машины, улыбаясь своей фирменной улыбкой.       – Доброе утро, – сказал он.       – Оно было добрым, – усмехнулся я, – до того, как ты пришел.       Я почувствовал, как Лили несильно ущипнула меня за бок.       – Не обращайте на него внимания, – сказала она. – Чем мы можем вам помочь?       Я закатил глаза на то, как Сехун влиял на Лили, – как и на всех остальных, в общем-то. Я, разумеется, не был исключением, но что вообще все в нем находят?       – Лили, познакомься, это мой босс, Се… господин Сехун, – я махнул рукой в сторону Лили, – А это моя сестра, Лили.       Я готов был поспорить, что Лили мысленно прыгает от счастья, огромная улыбка застыла на ее лице, когда она жестом пригласила Сехуна войти.       – Пожалуйста, проходите, – Лили усадила его на диван в гостиной, попутно прибирая беспорядок вокруг. Я почти наслаждался тем, как она суетится вокруг него. – Я принесу вам кофе, – сказала Лили и повернулась ко мне, – Лухан будет вас раз-вле-кать.       Как только она ушла, Сехун и я уставились друг на друга. Он осмотрел меня с ног до головы, и до меня вдруг дошло, что я все еще был одет в пижаму, которая осталась у меня со времен старшей школы.       Застрелите меня сейчас же.       – Ты сказал, что позвонишь мне, чтобы сказать, во сколько мы выезжаем, – я скрестил руки на груди, пытаясь скрыть большого плюшевого медведя на рубашке.       – Я внезапно понял, что у меня нет твоего номера, – холодно ответил он.       Ты понял это только сейчас?       – Мне нужно одеться и собраться, так что тебе придется подождать, – вздохнул я.       – Конечно, можешь не торопиться, – ответил он, осматривая наше скромное жилище.       Я пошел на кухню, чтобы убедиться, что Лили все еще в сознании. И главным образом, удостовериться, чтобы она не сказала или не сделала чего-нибудь глупого. Оставить ее наедине с Сехуном, все равно, что оставить мать наедине со своим парнем – очень плохая идея. Когда она увидела, что я вошел, она бросила на меня пронзительный взгляд.       – Кажется, ты забыл мне рассказать, что он настолько красивый, – прошептала Лили, ударяя меня ложкой по лбу.       – Я говорил тебе, – прошептал я в ответ, уклоняясь от удара.       – Да, но я больше ожидала Орландо Блума, нежели самого Ченнинга Татума.       – Успокойся Лили, – твердо сказал я. – Я собираюсь принять душ, так как мы должны вместе ехать в Ульсан, – я прищурил глаза и взял ее за плечи. – Ни в коем случае, не ляпни чего-нибудь странного.       – Хочешь, чтобы я вообще ничего не говорила? – она недоверчиво посмотрела на меня.       – Именно. Обещаешь мне?       Она кивнула.       – Можно хотя бы сфотографировать его?       Я отрицательно покачал головой. Если не Сехун загонит меня в могилу, то это сделает Лили. Я поднялся в свою комнату и схватил первую попавшуюся одежду. Я даже не успел продумать, как вести себя с Сехуном. Плюс был в том, что как только мы доберемся до завода, все будет связано с работой. Но до Ульсана ехать целых пять часов. Пять часов наедине с Сехуном. Но я решил для себя, что буду оставаться совершенно спокойным, или делать вид, что заснул.       После часа беготни по комнате и сборов, я спустился вниз, готовый лицезреть хаос, устроенный Лили. Удивительно, но эти двое просто мило беседовали о чем-то в гостиной. И, к счастью, Сехун был еще жив. Они оба повернулись ко мне, и Лили за спиной Сехуна молча подняла два больших пальца вверх.       – Ты готов? – спросил Сехун, вставая с места. Я вздрогнул от мысли, что это было больше похоже на то, что мы собирались на выпускной вечер.       – Я позвоню, – сказал я к Лили.       Сехун проводил меня до машины и открыл для меня дверь, джентльмен, как и всегда. Я затаил дыхание, когда сел в машину, его аромат продолжал преследовать меня. Он сел на место водителя. Дежавю. В тот раз мы не могли оторвать друг от друга рук, сексуальное напряжение, завладевшее тогда нашими разумами, теперь сменилось враждебностью, по крайней мере, с моей стороны.       – Уверен, что ничего не забыл? – спросил он и, когда я покачал головой, застегнул на мне ремень безопасности. Его волосы легонько щекотали мою шею, такая близость выбивала меня из равновесия.       Это будет весьма напряженная поездочка.       Я думал, что он будет просто говорить со мной, как он делал это последние несколько дней. Но в течение первого часа нашей поездки он молчал. Он заговорил, только когда мы въехали в Тэджон, и его первые слова звучали очень профессионально.       – Завод в Ульсане занимается исследованиями и разработкой. Когда мы приедем туда, проверь финансовую отчетность у их старшего аналитика, я встречусь непосредственно с руководителем.       – Да, – инстинктивно ответил я. Его краткий и серьезный тон заставил меня почувствовать, что я действительно являлся его подчиненным.       – Ты не говорил мне, что у тебя неплохо с математикой, – улыбнулся он мне.       Может это потому, что в тот момент мы были заняты кое-чем другим.       – Я думал, что мой диплом бухгалтера скажет все за себя.       – Да, это так, – он посмотрел на меня, – Но не все бухгалтеры могут видеть детали, как это делаешь ты.       – Спасибо? – неуверенно поблагодарил я.       – Моего отца нелегко впечатлить, и это о чем-то говорит.       Я молчал. Я не понимал, чего он пытался добиться этими, как мне показалось, комплиментами. Я убедил себя, что он просто старается быть милым, как и всегда. Спустя некоторое время он понял, что в салоне стало слишком жарко. Он нажал на кнопку, и крыша автомобиля стала медленно отодвигаться, открывая яркие лучи солнца. Ветер играл с его густыми каштановыми волосами, и он постоянно убирал их назад, когда они падали ему на глаза. По каким-то странным причинам, мне было забавно наблюдать за этим.       – Если продолжишь так смотреть на меня, мы вряд ли доберемся до места назначения, – сказал он.       Я быстро оторвал от него взгляд и стал смотреть на мелькающие мимо фасады домов. Но мысли о том, что он был всего в нескольких сантиметрах от меня, было достаточно, чтобы заставить сердце бешено колотиться об грудь. Он даже сказал ту же фразу, что и при нашей первой встрече, и это по-прежнему вызывало мурашки по всему телу. Стоит ему появиться в поле моего зрения, как я сразу начинаю нервничать. Но, как он и сказал, я был хорош в математике, и вероятность того, что он еще неоднократно причинит мне боль, была 10 из 10.       Следующие два часа прошли как в тумане. Я в основном думал о событиях последних недель в моей жизни, в то время как он слушал радио, наслаждаясь хорошей погодой. Когда мы добрались до Тэгу, он остановился возле небольшого продуктового магазина. Я остался ждать на стоянке. Он вернулся, неся в руках две банки с содовой и шоколадный батончик. Он оперся на дверь автомобиля с моей стороны, открыл обе банки и дал одну мне.       – Пока только шоколад, мы поедим позже в ресторане, – сказал он, протягивая мне шоколадный батончик.       Какое-то время наши взгляды были прикованы к дороге и проезжающим по ней автомобилям, как будто мы оба обдумывали, что сказать       – У тебя довольно милая сестра, – сказал он ни с того, ни с сего.       – Нет, если приходится жить с ней, – пошутил я.       Он засмеялся и поднес банку к губам, а затем повернулся ко мне.       – Она ведь знает, что мое имя Сехун?       – Она называла тебя Сынхун? – я вспомнил паникующее лицо Лили и не смог сдержать улыбки.       – Да. И, кажется, ей очень интересно было узнать, почему я не связался с тобой после того, как привез домой.       Я напрягся. Он так небрежно затронул в этом разговоре вопрос, который волновал меня всю предыдущую неделю, как будто это ничего не значило. От волнения я быстрыми глотками допил колу, изо всех сил стараясь остановить себя, чтобы не задать ему этот вопрос, ответ на который мне очень хотелось бы знать. Может у него была причина или он просто был очень занят. Я бы принял любое оправдание, сказанное им тогда. Я сделал глубокий вдох.       – Так…       – Думаю, что через час мы уже будем в Ульсане, – он обошел машину и сел на место водителя. – Ты что-то хотел сказать?       – Как раз хотел спросить, когда мы приедем , – ответил я, мысленно насмехаясь тому, насколько я жалок.       Когда мы прибыли, несколько сотрудников уже ожидали нашего приезда. Все официально поклонились Сехуну, и он представил меня всем и каждому. Он попросил старшего аналитика показать мне нужные документы, и объяснить, как работает система, прежде чем уйти на встречу с руководителем. После просмотра отчетов о финансовом состоянии филиала, я понял, что с документами было что-то не то. Я попросил старшего аналитика сделать для меня копии, чтобы я мог изучить все более подробно и сделать вывод, есть ли здесь место денежным махинациям.       Когда я закончил, Сехун еще разговаривал с руководителем. Я решил подождать его в машине, и через несколько минут, от нечего делать, я достал телефон и набрал номер нашего дома.       – Мама? – я стал говорить громче, услышав бряканье кастрюль, – Все в порядке?       Я услышал приглушенный смех моего отца: “Довольно, дети, дайте тете Мин поговорить по телефону.”       – Лухан, милый, – проговорила она сладким голосом. – Прости, здесь дети. Они думали, что вы вот-вот приедете.       Я слышал детские крики, вероятно прямо сейчас они разрушали дом.       – Прости, мам, я сейчас в Ульсане по работе… Лили уже там?       – О, она сказала мне, что вы оба не можете приехать, – я слышал удивление в ее голосе.       Лили сказала мне обратное. Она наверняка опять что-то задумала.       – Ладно, мам, передай детишкам, что я приеду повидать их на следующей неделе. И скажи папе, чтобы он не кормил их чем попало.       – Хорошо, дорогой. Береги себя. Я рада, что ты усердно работаешь, – она сделала паузу. – Я люблю тебя.       – Я тоже тебя люблю, мама, – сказал я.       Я посмотрел на небо и вздохнул. После того, как я переехал в Сеул, я не мог часто навещать своих родителей и детей. И я ужасно по ним скучал.       – Ты в порядке? – Сехун подошел ко мне, и я быстро убрал телефон в карман.       – Да. Уже едем? – спросил я, когда он открыл для меня дверь машины.       – Да. Навестим твоих родителей, – ответил он, после того, как застегнул оба наших ремня безопасности. Я дважды взглянул на него, в ожидании какой-то шутки.       – Зачем? – паникуя, спросил я. – Мы не можем поехать туда, мой дом в Пусане, мы не сможем вернуться домой рано, и даже если так, то зачем вообще это нужно? Встречаться с моими родителями? Тебе не кажется это странным? Я имею в виду, что они подумают, когда я приведу своего босса…       – Успокойся Лухан, – он засмеялся, явно наслаждаясь тем, как я схожу с ума. – Я просто хочу познакомиться с твоими родителями.       Что, блять, это значит?