Stranger

      Мы добрались до Пусана только к пяти вечера. Я допытывал Сехуна снова и снова, чтобы узнать, зачем ему вдруг понадобилось ехать сюда со мной. Но каждый раз он отвечал: «Я хочу». В конце концов я смирился и подумал, что это вовсе не плохая идея, так как мне очень хотелось увидеться с родителями. Все, что нужно было сделать – заставить Сехуна уехать сразу, как мы приедем.       Моя мама крепко обняла меня прямо на пороге дома. Ее взгляд упал на Сехуна, и на ее лице появилась улыбка.       – Кто это у нас здесь?       – Здравствуйте, госпожа Лу, я коллега Лухана, Сехун, – еще до того, как я успел его представить, сказал Сехун.       Я был поражен тому, как уважительно он себя ведет. Он поклонился моей маме, и мне показалось странным все происходящее. Наш дом, наверно, был размером с один его бассейн. На первом этаже, сразу, как заходишь, располагалась гостиная, а за ней – кухня. На втором этаже – три комнаты, расположенные в ряд: спальня моих родителей, Лили и моя. И в конце коридора была ванная. И хотя наш дом был старомоден и прост, он был наполнен уютом. На стенах повсюду висели наши с Лили детские фотографии, фотографии родителей и предков . Когда мы вошли внутрь, Сехун молча осматривал комнату, не пропуская ни единого кадра, как будто он был всецело поглощен ими.       – Малыши, смотрите, кто здесь! – громко сказал отец, и дети буквально облепили меня со всех сторон. Обнимая сразу пятерых из них, я чуть не упал.       – Скучали по мне? – спросил я игриво.       – Да! – отозвались они все. Я услышал, как мама пригласила Сехуна сесть в гостиной.       – А я не скучал по тебе! – Ким обиженно скрестил руки на груди. Я опустился на одно колено, чтобы быть с ним на одном уровне.       – Почему?       – Потому что ты не скучал по нам! – он отвернулся, а я засмеялся и взял его на руки.       – Конечно же я скучал по тебе, – я слегка нажал на кончик его носа. – Лухан просто занят. Ведь он должен хорошо работать, чтобы построить вам новое футбольное поле, – я немного пощекотал его.       – Ладно, хорошо, я прощаю тебя, – сказал он, – но ты поиграешь с нами завтра, ладно?       Я кивнул и опустил его на пол, поцеловав в лоб.       – Обещаю.       – Ладно дети, нужно отвести вас домой, – Мой папа встал и с любовью похлопал меня по спине.       – Я слышал, ты получил свою первую работу, я очень горжусь тобой.       Я благодарно улыбнулся ему и проводил детей до двери. Детский приют находился в пятнадцати минутах ходьбы от нашего дома. Они жили там уже так давно, сколько я мог помнить. И папа и мама стали помогать им, когда мы с Лили переехали в Сеул. Когда я посмотрел на Сехуна, он разговаривал с моей мамой. По какой-то причине он пристально посмотрел на меня, когда я подошел к ним.       – …дети играют с ним в футбол и… – сказала моя мама. – О, Лухан, я просто рассказываю Сехуну о детях… Пойду принесу что-нибудь поесть, – она повернулась к Сехуну. – Вы, наверное, устали с дороги, я приготовлю чай.       Когда моя мама ушла, я сел на противоположный край дивана, как можно дальше от Сехуна.       – Можешь уйти потом, я вернусь электричкой.       – Твоя мама сказала, что мы должны остаться на ночь, – он хитро посмотрел на меня, – так как мы, должно быть, устали.       Это никак не вписывалось в мои планы. Хотя, когда хоть что-нибудь шло по плану после того, как я встретил его?       – Простите, господин, – возразил я ему, – но мне не комфортно в вашем присутствии.       – Жаль, мне вот очень комфортно, – сказал он, выводя меня из себя.       Моя мама вернулась, неся в руках тарелку с фруктами и две чашки чая. Каждый, кто встречает ее, считает, что она очень добрая, и я мог с уверенностью сказать, что Сехун почувствовал то же самое. Я вдруг вспомнил, что у Сехуна не было мамы, и хотя он не рассказывал мне деталей, это должно быть нелегко для него.       – Угощайтесь, – сказала она, ставя поднос перед нами. – Я прибрала в комнате Лухана, ничего, если вы поспите там? – спросила она Сехуна.       – Мама, – прервал я ее, – он не останется здесь.       – Не глупи, Лухан, ему нужно отдохнуть. К тому же, завтра воскресенье.       О Боже. Он будет спать в моей комнате – комнате, которая раза в четыре меньше его ванной.       Когда подошло время обеда, мой папа вернулся, и как мама, он настаивал на том, чтобы мы остались на ночь. К тому времени, я уже потерял всякую надежду и смирился с таким странным исходом событий. Моя мама приготовила множество разных блюд, как будто мы собирались что-то праздновать. Сехун расхаживал по дому, и мне пришлось везде ходить за ним. Каждый раз, когда он замечал фотографию меня маленького, он останавливался и изо всех сил старался сдерживать смех, на что я лишь закатывал глаза. Он, очевидно, хотел приехать сюда, чтобы посмеяться надо мной, но ему определенно нравилось здесь.       Около семи вечера, нас позвали ужинать. Мы с Сехуном сели рядом за стол, пока моя мама расставляла посуду. И вот началась худшая часть – разговоры, главной темой которых был я.       – Хорошо, что у вас получилось приехать, – начала моя мама.       – Мы ездили в Ульсан по работе, и я услышал, что Лухан хотел приехать сюда, – объяснил Сехун, наслаждаясь едой, которую приготовила мама. – Это очень вкусно, госпожа Лу.       – Спасибо, – улыбнулась моя мама комплименту Сехуна. Она взяла еще несколько кусочков пулькоги и аккуратно положила их на тарелку Сехуна, и я мог сказать, что он был ошеломлен, – Вот, еще немного, – сказала она. – Так, Сехун, Вы тоже бухгалтер?       – О, нет. Я работаю в управлении, – ответил он.       И говоря это, он имел в виду, что владеет компанией.       – Так как Лухан справляется с работой? – спросил папа. – В старшей школе, он часто прогуливал со своими друзьями и постоянно срывал занятия.       Давай, папа, заставь меня сгореть от стыда.       – У него очень хорошо получается. На самом деле, наш босс даже похвалил его на одном из собраний, – Сехун покосился на меня.       – Ну, у Лухана никогда не было проблем с числами, – он поднял вверх вилку, – чего не скажешь о девушках.       Боже, зачем это нужно было говорить.       Сехун даже подавился от смеха.       – На самом деле, кое-кто в компании пытается привлечь его внимание, – он загадочно посмотрел на меня, – но по какой-то причине, он продолжает отталкивать того человека. И я не совсем его не понимаю. Ведь тот человек очень красив, умен, успешен…       Серьезно, он же не себя имеет в виду?       Мои родители переглянулись.       – Лухан всегда был недоверчивым и расчетливым. Но на самом деле, ему не нужно много времени, чтобы открыться кому-то, – Да, мы это уже прошли, ма. – Так что на счет Вас, Сехун? У Вас есть уже кто-то?       – На данный момент работа является для меня приоритетом, – ответил он, продолжая странно коситься в мою сторону. Я молчал.       – Тогда вы, должно быть, оказываете хорошее влияние на Лухана, – Ты так ошибаешься, папа. – Мин, помнишь, когда Лухан пошел в школу, и забыл надеть свои шта…       – Воу, достаточно, – откашлялся я. Я больше не позволю им смеяться надо мной. – Достаточно обо мне, – я натянуто улыбнулся, – Как у вас дела? Боли в груди больше не беспокоят, папа?       – Не волнуйся, я довольно сильный, – заверил он меня. – Можешь перестать беспокоиться…       – Как я могу не беспокоиться, когда так далеко? – продолжил я.       – Если что-то случится, мы обязательно вам позвоним, – мама мягко коснулась моей руки. – Просто наслаждайся жизнью в Сеуле…       Я оставил этот вопрос, вспомнив, что мы были не одни. После этого мой папа продолжал рассказывать обо всех неловких ситуациях, случившихся со мной, а Сехун каждый раз громко смеялся. Это почти смягчило меня, как будто ему и правда было уютно в обществе моей семьи. И хотя я запер свое сердце на замок, я почувствовал, как ключик медленно поворачивается.       После ужина и многочисленных шуточек обо мне, я думал, что худшая часть сегодняшнего вечера завершена. Мой папа выложил буквально всю мою подноготную, рассказав Сехуну о том, как я в пижаме поплелся к соседям, о выпускном вечере, когда мою пару вырвало прямо на мой костюм… – все то, что я никогда бы никому не рассказал, не говоря уже о каком-то незнакомце, с которым однажды переспал. К счастью, мои родители ложатся спать рано. Поэтому разговор был закончен сразу, как мой отец зевнул и встал из-за стола.       Моя мама проводила нас с Сехуном на второй этаж и открыла дверь моей комнаты.       – Лухан, ничего, если ты поспишь на полу? Я уже постелила матрас, – спросила она, когда я уже было начал думать, что все становится на свои места.       – Я сплю в комнате Лили, мама, – я выставил на нее глаза.       – Она закрыта, а ключ только у Лили, – она протянула мне одеяла и полотенца, которые подготовила. Во-первых, я подумал, что как только вернусь в Сеул, я убью Лили. Во-вторых, что ни за что, ни при каких условиях я не буду спать с Сехуном в одной комнате. Снова.       – Мы не можем взломать замок или выломать дверь? – спросил я в отчаянье, и Сехун усмехнулся.       – Если мы это сделаем, твоя сестра разозлится. А ты знаешь, что бывает, когда она злится, – она зевнула. – Кроме того, я уверена, что Сехун совсем не будет возражать, ведь так? Сехун с силой отобрал у меня одеяла и полотенца, когда я отказался отдать их ему.       – Разумеется, я не против, госпожа Лу, – он указал на коридор. – Вам уже лучше идти спать. Мы сами дальше разберемся. И спасибо за замечательный ужин.       Ах ты, маленький показушник.       Как только моя мама ушла, Сехун вошел в мою комнату и потащил меня за собой. Он бросил одеяло на матрас на полу и лег. Я вопросительно уставился на него.       – Ты же не думал, что я позволю тебе спать на полу?       Я хотел потрясти головой, убеждая себя, что это всего лишь его игра. Но я бы солгал себе, если бы сказал, что это не тронуло меня. Сначала он ведет себя как полный невежественный кретин, а потом он просто привозит меня домой, к моей семье, и ведет себя как лучший парень на свете. Парень? Я мысленно ударил себя. Это то, что он всегда делает, соблазняет тебя, а потом бросает так, будто бы ничего не было, напомнил я себе.       Я перешагнул через матрас и подошел к своей кровати. Закутавшись в одеяло, я закрыл глаза. Это было глупо, но я стал считать овец, чтобы заснуть. Но это не помогало, и я был уверен, что Сехун тоже еще не спал. Я стал вспоминать все, что произошло со мной после встречи с ним. Как будто он сговорился со вселенной, чтобы сделать мою жизнь несчастной. Я посмотрел на потолок и выдохнул, самым сложным было не то, как события разворачиваются, а то, как они подводят меня к нему все ближе и ближе.       – Твоя мама не похожа на твою сестру, – его голос пронзил тишину в маленькой комнате.       – Хочешь сказать, моя мама не похожа на психа? – я повернулся к нему, подпирая голову рукой.       Он рассмеялся.       – Твои родители действительно гордятся тобой, – сказал он.       – Если сравнивать с Лили, то суд не такой уж верховный, – пошутил я.       Он рассмеялся вновь.       – Я считаю, твоя мама очень милая, – сказав это, он молчал так долго, что я успел подумать, что он уснул. – Такая же милая, как ты.       – Ты можешь уехать завтра прямо с утра, – сменил я тему, изрядно краснея.       – Прости, – сказал он. Я предположил, что он извиняется за то, что не связался со мной. И время, каждый удар сердца, каждое движение – все остановилось. И все, что я мог слышать, лишь его глубокое ровное дыхание. – Прости, что сплю здесь, в твоей комнате.       Я засмеялся про себя своей собственной наивности. Он продолжал разочаровывать меня, а я все продолжал надеяться. И это нужно было остановить.       – Можно я посплю с тобой? – спросил он. – Здесь довольно холодно.       – Нет, – сказал я, прочистив горло.       – Мы ведь уже спали в одной пос…       – Ш-ш! – я повернулся к нему и приложил палец к губам.       Одним быстрым движением он потянул меня за запястье на себя, и я упал с кровати прямо на него. У меня перехватило дыхание. Наши лица были слишком близко друг к другу. Все мое тело напряглось, когда он положил одну руку на мою шею, а второй стал поглаживать мою спину. Он, не отрываясь, смотрел на меня глазами, полными томной страсти с оттенком сожаления. Я снова попался, и прекрасно понимал, что если он сдвинется хоть на миллиметр, я потеряю контроль.       У меня пересохло во рту.       – Что, черт возьми, ты…       – Я скучал по тебе, – прошептал он, но я еще никогда не слышал ничего более громкого.