Идеальный треугольник

      Сакура шла по Конохе, слегка волнуясь за свой потрёпанный вид. Нет, она не была против и не стыдилась, однако чувствовать на себе чужую неприязнь, да ещё в собственной Деревне… не самое приятное, что она испытывала. Но она же куноичи, так что подтянуть сопли, сделать гордый и неприступный вид, идти так, будто земные заботы её не волнуют…       …и ловить на себе сочувствующие взгляды.       ШТА?!!!       Сакура чуть не запуталась в собственных ногах, когда осознала это.       — Бедняжка, — послышался сочувственный шепоток. — Совсем её эти монстры умотали…       Какого?..       В родном госпитале тоже было всё странно. Вместо презрительных взглядов, игнора — уважение и кое-где даже вина. Не изменилось только отношение бабули-архивариуса, но она ненавидела всё, что не являлось официальной бумажкой и не могло считаться показательным образцом.       Долго удивляться Сакура не стала — поймала одного из стажёров, припёрла к стенке и под угрозой физического насилия спросила, чего это все вдруг такие вежливые.       — П-простите, Сакура-сан… — ответил он, чуть заикаясь. — Что д-думали о вас так плохо…       — Что думали? Что изменилось? — напирала куноичи, внезапно вспомнив техники допроса.       — Ч-что вы неспособная… что только Тсунаде-сама смогла… А вы б-были лучшей ученицей… и даже на экзамене на чунина на все вопросы прав-вильно ответили… Это та-а-ак круто! Вы действительно заслужили учиться у Тсунаде-сама!       От неожиданности Сакура позволила пареньку вырваться, а тот отвесил ей уважительный поклон и скрылся, пока куноичи не «простила» его кулаком.       А в обеденный перерыв заявилась Ино. Заклятая подружка оглядела её «боевые раны», затащила в одну из пустых палат и заявила:       — Ну, рассказывай!       — Чего это я должна тебе рассказывать? — не поняла Сакура.       — Ой, да брось, подруга! Если уж оттяпала себе Учиху, то поделись секретными данными, каково это было!       Харуно замолчала, опустив взгляд. Закусила и без того потрёпанную губу… а потом всё-таки не выдержала, оттянула ворот платья, хвастаясь засосами.       — Вау!.. — Ино в восторге прижала ладони ко рту. — А вылечить?       — Не дал, — с тихой гордостью ответила Сакура.       — А это… правда, что вы втроём… это?.. — переполненная эмоциями Яманака не могла связать и двух слов, но это было и не надо.       — Правда, — с дьявольской скромностью подтвердила Харуно. — И Наруто оказался не так уж плох. Совсем не плох.       — Подробности, подруга, мне нужны подробности!!!       — Чтоб ты их всей Деревне растрепала?       — Что? Как можно?! Я всё-таки куноичи, менталист, я умею хранить секреты.       — Ага. Когда тебе надо, — Сакура скептически приподняла бровь. — Ты точно что-то задумала.       — А я, между прочим, тоже себе кое-кого завела. И получше твоего Учихи.       — Кого?!!       — Ну, ты же не хочешь со мной говорить…       Девушки встретились взглядами. Между ними пробежала яростная молния.       — Ну ладно, слушай… — первой сдалась Сакура. — Дело было так…       Хвасталась она долго, со смаком, едва успев уложиться в обеденный перерыв. Но знание того, с кем встречается Ино, того стоило. Ещё как.       Хе-хе-хе-хе…

* * *

      Но главный сюрприз ожидал Сакуру вечером, после окончания дежурства.       — Здравствуй, Хината, — поздоровалась она с химе Хьюга на улице и хотела уже пройти мимо, как чутьё заставило её остановиться.       — С-сакура-ч-чан… ой, не ч-чан… — залепетала Хината, стремительно заливаясь краской.       Секунда-две, и Хьюга упала в обморок. Сакура, разумеется, успела её подхватить и потащила к ближайшей скамеечке, кляня про себя додзюцу, что делают своих носителей чувствительными и нервными. Правда, странно, чего это Хината так на неё отреагировала? Она раньше только от Наруто прилечь стремилась…       Куноичи уложила жертву стеснения на скамеечку, уселась рядом и начала терпеливо обмахивать её папочкой. С Хинатой такое уже случалось, ничего страшного. Ей просто полежать в тенёчке, расслабиться, и всё пройдёт.       — Ой, Сакура… — Хьюга распахнула свои белые глаза и снова начала заливаться краской. — П-прости, Сакура-чан…       — Ты чего краснеешь, Хината? Раньше ты только на Наруто так реагировала… Стой, подожди-ка… Ты ПОДГЛЯДЫВАЛА?!!       От неминуемой встречи с кулаком Хинату спасло то, что она сразу же начала извиняться:       — Прости-прости-прости, Сакура-чан! Это всё мой бьякуган! Он иногда активируется сам, и я вижу… всякое.       Профессионал в Харуно всё же победил оскорблённую девушку, да и Хината же… Конечно, она тоже была куноичи, но эта её постоянная стеснительность и падения в обмороки заставляли подсознательно считать Хьюга более хрупкой, чем ту же Ино. Вот заклятой подружке за подобные фокусы Сакура врезала бы без малейших сомнений.       — Подожди, как это: сам активируется? Ты что, не контролируешь своё додзюцу?       Хината покраснела ещё больше, опустила голову так, что волосы закрыли лицо, заёрзала. Сакура мысленно закатила глаза, напомнила себе, что с Хьюга нужно быть деликатной, иначе вообще ничего не добьёшься. Положила ладонь на плечо:       — Хината, я ведь не собираюсь насмехаться. Просто, если это действительно так, тебе нужно обратиться в госпиталь или даже к Тсунаде-сама. Неконтролируемое додзюцу очень опасно и может привести к травмам или даже гибели.       Хьюга отчаянно замотала головой:       — Н-нет… То есть то-сама уже проводил обследования, к-когда узнал… Он просто слишком сильный…       — Бьякуган слишком сильный? — Сакура ещё раз напомнила себе, что рявкать на мнущуюся Хьюга нельзя.       — Д-да… Он сильный. И скучает иногда… — еле слышно проговорила Хината.       — Бьякуган? — ещё раз уточнила Сакура.       Хьюга едва заметно кивнула. Харуно недоумённо моргнула. Встряхнула головой. Мимолётно просканировала собственный организм, убедившись, что всё с ним в порядке. И посмотрела на Хинату уже не жалостливым, а оценивающим взглядом.       Кто бы мог подумать, что эта тихоня такая… неожиданная.       Нет, все носители додзюцу немного сумасшедшие. Вон, Какаши-сенсей до сих пор смотрит шаринганом на то, что кажется ему интересным и стоящим внимания, чтобы его умерший друг тоже мог это увидеть.       Но одушевлять само додзюцу не додумался даже Саске.       — И часто он у тебя так? — вполне ровным тоном поинтересовалась куноичи.       Хьюга глянула на неё искоса, как испуганный зверёк.       — Ин-ногда…       — Дай угадаю: бьякуган у тебя тот ещё развратник и в подглядывании эро-сеннину фору даст?       Хината убито кивнула.       — Я не специа-а-ально-о-о… — протянула она с таким глубинным отчаянием, что не поверить ей было невозможно.       А дальше химе Хьюга вообще разревелась. Сакура даже растерялась немного, но обучение у Тсунаде-сама снова подсказало, что надо делать.       Сначала успокоить пациента. Привести в норму, сбить пик эмоций — а потом уже можно продолжать терапию. Харуно вздохнула и приобняла Хинату, размеренно поглаживая по вздрагивающим от всхлипов лопаткам. Представила, каково это: видеть самые пикантные моменты из жизни окружающих. Неудивительно, что Хьюга такая стеснительная: Сакура тоже заливалась бы краской при встрече, доведись ей нечаянно подсмотреть что-то наподобие вчерашнего. Кстати об этом!       — А почему на Наруто ты всегда так реагировала? — подозрительно спросила она. — Ладно сейчас, но когда мы в Академии учились?       — Н-наруто-кун… он просто хороший. Такой смелый! — вдохновлённо проговорила она, но снова смутилась: — И одежду на нём я вижу редко…       Сакура с громким шлепком прихлопнула ладонь к лицу. Она считала, что это у неё жизнь скатывается в безумие? Это она просто к окружающим не приглядывалась. Мгм. Если у всех клановых такие секреты в шкафу, то неудивительно, что им абсолютно всё равно, кто и с кем спит.       — Если Узумаки об этом когда-нибудь узнает, краснеть при встрече вы будете вдвоём… Успокойся, я ему не скажу, — вздохнула Сакура на паникующий взгляд Хьюги. — Но и ты тоже… пообещай не рассказывать. Всё равно, конечно, болтают, но так хотя бы без подробностей.       Конечно, Ино разболтает рассказанное ей сегодня — но Сакура ещё не сошла с ума, чтобы подробно описывать ей свою постельную жизнь.       — С-сакура-чан! — Хьюга даже вскинулась от возмущения. — Как можно! Я бы никогда!..       Ну да, столько лет молчала, может и ещё об одном случае промолчать.       — Слу-у-ушай, а Ино и Сай правда?.. — встрепенулась Харуно.       — Я ничего не скажу, я ничего не знаю! — замотала головой Хината, прикрывая для надёжности уши.       Что само по себе было ответом.       — Ну ладно-ладно, не волнуйся. Простое любопытство. Ты как? Дойдёшь туда, куда там шла? Или проводить?       — Я… я в порядке, Сакура-чан, — проговорила Хьюга, старательно отводя глаза, но вдруг резко вскинула голову: — Спасибо.       Сакура медленно и даже немного торжественно кивнула, чуть сжала ладонь на плече Хинаты: почему-то захотелось хоть так выразить поддержку. В самом деле, жизнь у Хьюга тоже не сахар и своих сложностей хватает. А Наруто… Наруто научил, что иногда даже такая малость может стать очень важной.       — Хорошего дня, Хината-чан.       — Спасибо, Сакура-чан. Хорошего дня, — Хьюга поклонилась и шагнула прочь.       Харуно проводила её задумчивым взглядом. Вроде бы ничего особо важного… но всё равно нужно будет поразмыслить об этом. Но — как-нибудь потом. Сейчас её ждут дома. Саске, по крайней мере, мог уже вернуться, да и Наруто скоро должен быть притащен на плече сенсея.       Так что куноичи выкинула происшествие из головы и заспешила в квартал Учиха.

* * *

      Дома оказался только Саске. Такой родной и домашний, что Сакура удивилась себе, как она могла ещё совсем недавно смотреть на него, как на недостижимого идола, или неловко мяться, не зная, что сказать.       — Привет, отпускной красавчик… как прошёл день?       — Э-э-э, — Учиха секунду вдуплял, как именно его назвали и почему. Ну да, миссия же, заслуженных три дня выходных у него есть. — А. Да как хотелось, в общем-то. Проверил наработки, потренировался, переделал все дела… А… как у тебя?       Вопрос вышел несколько неуверенным, словно Саске не знал, задавать ли его и хочет ли он услышать ответ. Но Сакура не разочаровала.       — О, тут такое было!.. — и начала оживлённо пересказывать события дня.       Насчёт изменения слухов Учиха пояснил: мол, да, Акимичи хорошо делают свою работу. На рассказ про интерес Ино покивал: да, надо сразу пояснить ей, что к чему. А про Хинату Сакура сказала только, что Хьюга упала в обморок, рассказала секрет, но им с Саске она не может поделиться… Учиха на последнее снова кивнул: он и сам терпеть не мог, когда кто-то лез к нему в душу, поэтому чужими тайнами особо не интересовался.       Если это, конечно, были не оперативные сведения — но девичьи секреты к ним вряд ли относились.       Болтающая Харуно, на удивление, не раздражала. Даже создавала… уют? Куноичи совершенно естественно занялась ужином, между делом продолжая рассказывать, как у неё прошёл день. И это было… здорово? После тишины и темноты базы Орочимару хотелось жмуриться, как выбравшемуся на солнце коту. Там разговаривали мало и редко… Хотя у Саске и до ухода к змеиному саннину львиная доля общения выпадала на команду. В квартале ему разговаривать было не с кем, за его пределами тем более…       А сейчас хотелось свободно откинуться на спинку стула и поощрительно улыбаться уголками губ, слушая рассказ. И тихое, очень серьёзное «спасибо» от Сакуры тоже было приятно. Не хватало только одного шумного белобрысого джинчурики.       Его принесли через полчаса, и Сакуре сразу же стал виден прогресс. Да, Узумаки всё так же висел на плече Какаши, но уже активно нюхал в сторону еды и даже болтал. Зато сам Хатаке выглядел донельзя измученным, и мешки в три ряда под единственным видимым глазом его совсем не красили.       — Сакура-ча-а-ан… — Наруто сполз с одного плеча и переполз на другое. — Я чую еду.       — Какаши-сенсей, может, вас тоже покормить? — неожиданно для себя спросила девушка. Больно уж тот неважно выглядел.       — Ну что вы, не хочу вас стеснять… — сделал «саму няшность» Какаши, отмазываясь.       Но поздно. Узумаки, не глядя, схватил его за плечо. Сакура потащила его на кухню, а за ними, на буксире, пришёл и вяло сопротивляющийся Какаши.       Конечно, девушке было неловко приглашать кого-то в чужой дом. Но прошлую партию продуктов она покупала сама, стряся с Наруто половину стоимости. Да и это же Какаши-сенсей. Измученный…       Саске встретил весёлую компанию поднятием брови.       — Кормить, — лаконично пояснил Наруто, указывая на сенсея. И усадил того силком на стул. Сам рухнул рядом, едва не мордой об стол, но удержался. — Меня тоже. Привет, Саске. Я тебя люблю.       Учиха весело хмыкнул: джинчурики продолжал радовать своей логичностью и последовательностью. Без иронии: Наруто и впрямь по порядку сообщил то, что, по его логике, было достаточно важным, чтобы озвучить. Покормить сенсея: опять о других больше себя печётся, гадёныш, — восстановиться самому, поделиться хорошим. Вот только он мог сообщить о своей влюблённости в кого-то так просто и обыденно, словно между делом и ничуть не смущаясь ни самого факта, ни признания.       И тут до Саске с опозданием дошло. Наруто. Признался ему. В любви. При посторонних. Пусть Хатаке и джонин-наставник их команды, но всё равно… Сердце бухнуло в груди словно в два раза сильнее обычного, горячая волна плеснула вверх.       — Я… мне надо выйти, — Учиха чуть ли не рыбкой выметнулся из-за стола в сторону распахнутого окна.       — М-ма… — проводил его озадаченным взглядом Какаши.       — Чего это он? — не понял Наруто.       А Саске просто нужно было несколько минут побыть одному — чтобы перестало так колотиться в груди, затапливая щёки алым румянцем удовольствия, а губы смогли сложиться хоть во что-то, кроме идиотской улыбки. Наруто — любит! Действительно, по-настоящему: Узумаки же клинически не умеет врать. Лю-бит. То, что всего месяц назад казалось невозможным и даже ненужным — вот оно, на золотой тарелочке доброй воли. Внутри всё шипело и пенилось, бурлило радостью, удивлением, каким-то совершенно детским восторгом. Даже свой родной дуб хотелось не стукнуть лбом в очередной раз, а обнять: не всё же бедному дереву получать от Учихи недоумение и запутанность в себе.       — Саске, долго не гуляй, остынет, — окликнула его Сакура.       — Да… да, сейчас, я пару минут…       Саске подумал, что пробежаться по свежему воздуху — не такая уж плохая идея, сбегал до дуба, обнял, поблагодарил за науку, вернулся. Оказалось, достаточно быстро: рядом с Узумаки стояло всего лишь три пустые миски, а Какаши не расправился со своей порцией даже наполовину.       — Мне, наверное, надо идти… — джонин предпринял ещё одну попытку слинять.       — Сидеть, — скомандовал Наруто, придерживая его за плечо одной рукой.       — Пока не доедите — никуда не пойдёте! — упёрла руки в бока Сакура. — Можно подумать, я трелей вашего желудка не слышала!       Какаши взялся за палочки, смиряясь с судьбой. Принимать заботу от собственных же учеников было ужасно неловко: Хатаке привык быть для них, — да и вообще для всех, — Копи-ниндзя, одним из сильнейших джонинов Конохи. Таким можно свалиться после тяжёлой миссии из-за того, что шаринган истратил слишком много чакры — но уж никак не потому, что его замотал один не в меру активный джинчурики, пусть и в сотне экземпляров. Да ещё и Учиха, так болезненно отреагировавший на его появление… Хатаке не знал, что именно о нём думает бывший ученик, но пара коротких встреч убедила, что общаться с ним Саске отнюдь не рвётся. Поссорятся ещё… не хотелось портить вечер этим троим. Сейчас, когда он почувствовал ту тёплую атмосферу, полную незримой поддержки, которая царила в доме, не хотелось ещё больше.       Но и завидовалось — сильнее.       — Да Фафке не профив, чво вы вдесь, — прошамкал Наруто с набитым ртом, но, перехватив грозный взгляд Сакуры, проглотил всё, что есть во рту, одним мощным глотком. — Говорю, что Саске не против, что вы с нами поедите, иначе бы скорчил рожу, не скрываясь. Опять, наверное, поржать отбегал… эм, ну, в смысле, проверить кое-что…       Наруто смутился и запихал в рот побольше еды, чтобы не сболтнуть ещё каких-нибудь личных секретов.       Лицо Учихи закаменело, застыло, как фарфоровая маска. Хатаке уже почти уверился в том, что таки станет причиной небольшого скандала — но тут плечи Саске чуть опустились, расслабляясь, а лицо вернуло подвижность. И стало понятно, что Учиха просто изо всех сил пытался сдержать смешок, который всё же прорвался через плотно стиснутые губы — или же ему было позволено прорваться.       — Наруто. Никогда не пытайся врать. У тебя это вообще не получается, — сообщил Саске, принимаясь за свою порцию.       Смущённый Узумаки, пытающийся заесть случайно сболтнутую фразу, был забавен — но опасливое поведение Копирующего ниндзя веселило гораздо больше. Тот сидел за столом так, словно не знал, чего ждать в следующий момент: добавки или взрывпечати.       — Внаю, — уныло кивнул Узумаки, проглотил, склонил голову и бросил на Саске хитрый-хитрый взгляд. — Но ради тебя я попытался. Сакура-чан! Ты готовишь просто божественно! А нашему сенсею не хватает добавки… или он считает, что ты невкусно готовишь?       Тот поспешил заверить, что ему всё очень понравилось и он очень даже не против добавки. Зрело подозрение, что ученики над ним просто издеваются, мстя за все опоздания разом, но поделать что-нибудь он не мог. Разве что вспомнить, что он джонин, вырваться и уйти… но это вообще как-то по-скотски.       После седьмой порции Узумаки не выдержал и полетел носом в тарелку. К счастью, Сакура вовремя его перехватила и, как пушинку, подняла на руки.       — Я отнесу его в спальню.       Саске кивнул. Он был не против, что Харуно заботится о Наруто, но раз он здесь, он бы и сам мог… с другой стороны, это прекрасная возможность кое-что уточнить у Какаши.       — Он справляется?       «Я не справляюсь!» — чуть не пожаловался джонин, но вовремя прикусил язык. Не о нём спрашивали.       — М-ма… он очень старается. Думаю, ещё пара дней, и он наконец-то сможет заниматься этими тренировками сам. Спасибо за ужин. Ну, я пойду?..       — Мы можем попросить для вас миссию у Хокаге, — сказал вдруг Учиха с нескрываемой ехидцей. — Через пару дней.       — В Страну Горячих источников? — предположил Хатаке, чувствуя неясное облегчение.       — В Страну Болот.       — М-ма… дожил… Даже тамошние комары начинают казаться приятной компанией, — Какаши тряхнул головой. — Ладно, доброй ночи, Саске. Пошёл я к себе…       — Спокойных снов, Какаши-сенсей.

* * *

      — А что, сегодня массажика не будет? — разочарованно протянул Наруто, когда его усадили на край ванны. Руками и ногами он шевелил вполне бодро, но задница оказалась слишком тяжёлой и стремилась к земле.       — Раздеться сам можешь? — строго спросила Сакура.       — Могу, — уныло признался Узумаки и начал неловко дёргать «молнию».       С третьей попытки замок расстегнулся. Перед Наруто встала проблема: как бы вывернуться из куртки, не навернувшись в ванну. Чакрой зацепившись за пол, парень начал дёргаться… и остановился, услышав звонкий шлепок.       — Ну и зачем я спрашивала? — простонала Сакура, прижимая руку ко лбу. — Ты ведь и на вопрос: «Идти можешь?» ответишь: «Да, конечно!» — и бодро поползёшь.       Куноичи в несколько движений освободила джинчурики от костюма, запихнула в ванну. И явно привычными движениями приступила к помывке. Наруто сопел: одно дело, когда тебя так обихаживают, когда ты без сознания, и совсем другое, если тебя моет красивая девушка, когда ты вроде как можешь шевелить руками сам. Правда, отвоевать мочалку Узумаки не пытался: у Сакуры и в полном сил состоянии отобрать что-то затруднительно, а уж сейчас она его даже бить не будет. Сам от лёгкого шлепка опрокинется.       Да и приятно было, что ни говори… Раньше о нём так не заботились. Вообще не заботились, если уж быть точным.       — Вы здесь не заснули? — в ванную заглянул Саске, успевший проводить Хатаке и запихнуть остатки еды в холодильник. — Помочь?       — М-м-м… — Наруто смотрел со смешанными чувствами. Представать перед извечным противником настолько беспомощным… не в силах даже отвоевать мочалку. — Я сам справлюсь!       Сакура молча шлёпнула его мочалкой по лбу.       — Я не тебя спрашивал, — хмыкнул Саске, протягивая руку к мочалке. Вариант, что его не подпустят к «пациенту», даже не рассматривался. — Купание, массаж, сон? Массаж с чакростимуляцией?       — Верно, — кивнула Сакура, взглянув на него с уважением. — Особенно грудной и поясной отделы кейракукей.       — Но я!.. — вякнул Узумаки.       Теперь его по лбу мочалкой шлёпнул уже Саске.       Наруто скорчил удивлённую мордочку и облизнулся. Мыло было с какой-то очень вкусной отдушкой, то ли ваниль, то ли корица… пирогом, в общем, пахло. Не сильно, но очень хотелось попробовать… хотя опыт робко намекал, что, несмотря на запах, мыло обычно очень неприятное на вкус, но кто его слушает?       Однако попробовать пену и в очередной раз убедиться, что она отчаянно невкусная, Наруто не успел. Сосредоточенно орудующий мочалкой Саске вдруг наклонился ещё чуть-чуть и коснулся губ — легко, так непохоже на его обычные жадно-собственнические поцелуи. Взгляд у Учихи при этом был серьёзный-серьёзный, как будто он выполнял очень важное задание или осваивал новую технику. Сакура за спиной невольно охнула: столько невинного эротизма было в этом жесте. Учиха вообще становился ходячим соблазном, стоило ему хоть немного выпасть из модуса «убью за то, что дышал рядом».       Наруто совершенно непроизвольно качнулся вперёд, тянясь вслед за губами, желая продолжить. Центр тяжести сместился, равновесие сделало ручкой, и Узумаки пришлось опираться мокрыми руками на так удачно подставленные плечи.       — А? — во взгляде не было совершенно никакой разумной мысли, только невинное, почти детское удивление.       — Не вертись, — проворчал слегка смущённый Учиха. Ему всё ещё было очень трудно открываться, но он старался. — Тебе нужно восстановиться до завтрашней тренировки, а если ты сейчас расшибёшь лоб, это будет сложно. Посочувствуй Сакуре.       — А? — осознанности во взгляде не добавилось.       — Ба-ака, — вздохнул Саске. Но так нежно, что впору было напрашиваться на повторение теоретически обидного слова.       Впрочем, лопатки парня слегка напряглись, выдавая, что Саске чувствует себя в этот момент очень неуверенно. Подобное поведение никак не соответствовало наследнику клана — и биджу бы с ним. Но ещё оно слишком отличалось от привычного Учихе… а эти двое всё-таки умудрились влюбиться в него именно как в засранца. Вдруг такое… ну, не понравится?       Узумаки его сомнений не заметил, продолжая тянуться вперёд.       — Да поцелуй ты его уже! Он же сейчас из ванны вывалится! — воскликнула Сакура. Она вполне понимала, почему Наруто отшибло и без того не самую сильную соображалку.       Саске метнул на неё косой взгляд, но совету последовал. Второй поцелуй вышел более продолжительным, и только присутствие Сакуры помогло Саске не забыть, чем он тут вообще занимается. Мочалка… ах да, мочалка. И мыло. Вот так, стараясь не дотрагиваться до кожи рукой, чтобы снова не отвлечься… Агр-рх! Как Сакура справляется-то?       Наруто задачу не облегчал, всё норовил коснуться, перехватить взгляд, потянуться за поцелуем… Сакура захихикала:       — Я его в полубессознательном виде отмывала. Кто ж знал, что в сознании он будет таким активным?       Учиха снова оглянулся через плечо, на этот раз уже озадаченно — не могла же куноичи прочитать его мысли? Нет, точно не могла!       — Я тебя сейчас Райтоном стукну, — пригрозил он снова норовящему вывалиться из ванны Наруто. — Как раз сойдёт за стимуляцию мышц с эффектом паралича.       Наруто одной мимикой выдал обиженно-удивлённое «За что?!» так, что у Учихи едва не самозародилась совесть. Однако поздно, Узумаки уже опустил голову и встал спокойно, послушно давая себя домыть. Саске честно выдержал до конца водных процедур, замотал джинчурики в большое пушистое полотенце и почти извиняясь заметил:       — Вообще-то, так действительно делают. Напрашиваться на массаж к Орочимару было немного… слишком даже для меня, а мышцы как-то приводить в порядок приходилось.       Наруто захихикал:       — Что-то мне подсказывает, что змеиный саннин был бы вовсе не против… И сделал бы его тебе… языком. Издеваясь, не затыкаясь, чтоб напрочь отбить охоту напрашиваться ещё.       — Вот поэтому я и не просил, — буркнул Саске, дотаскивая Наруто до футона. Немного посомневался, но решил, что райтоностимуляции Узумаки всё-таки не заслужил, а значит, лучше уступить массаж профессиональному медику.       Наруто ещё похихикал, в красках представляя подробности сцены, а потом спохватился:       — Эй! А мне показать эту чудо-технику? И вообще, куда отошёл… мне тебя мало.       — А меня тебе, значит, не мало? — возмутилась куноичи. — Хоть бы спасибо сказал!       — А я не говорил? Спасибо, Сакура, ты самая замечательная. Такая крутая… и как только на меня терпения хватило?.. — Узумаки бросил на неё полностью влюблённый взгляд и тут же потянулся к Саске всем телом, не меняя положения лёжа. — Ну Саске, ну покажи-и-и!..       Сопротивляться строящему умоляющие глазки Узумаки было решительно невозможно. Саске и не пытался — только бросил короткий взгляд на Сакуру в поисках подтверждения, что электростимуляция ничего этакого у Наруто не спровоцирует. И, не дождавшись возражений: куноичи тоже было интересно, что он там придумал, — выпустил через ладони Чидори Нагаши, только порядком ослабленную. Вернее, это боевая версия техники создавалась уже на основе этой: когда Учиха научился проводить через собственное тело слабые разряды без вреда для него, разработка усиленной версии стала делом времени.       А ещё Саске с каким-то отстранённым любопытством отслеживал реакцию: и Наруто, и Сакура видели Чидори Нагаши в действии, а Узумаки так и на себе испытал. Сам он в таком случае если не шарахнулся бы, то как минимум потребовал объяснений.       — С-саске… Это т-то, что я думаю? — поразилась Харуно. — А ты уверен, что…       Но Наруто не был бы Наруто, если бы реагировал стандартно. Он посмотрел с бесконечным доверием и задал ровно один вопрос:       — А ощущения прикольные?       Рука к лицу взлетела просто непроизвольно.       — Наруто…       Ну, зато Сакура ответ на свой вопрос частично получила: если уж Саске так спокойно не просто касается себя, а с размаху шлёпает по лбу, где, на минуточку, рядом мозг, то вреда техника причинить не должна. Уж точно не джинчурики, с его-то выносливостью и болевым порогом, прокачанным чакрой Кьюби. Конечно, можно было бы предположить, что Учиха просто заранее запитал нужный участок чакрой молнии и ему собственная техника в любом случае не повредит…       Но Сакура тоже доверяла.       — Кому как. Покалывает, — лаконично сообщил Саске, припечатывая ладони к спине джинчурики.       Задержал их на несколько секунд — а потом словно бы даже слегка неуверенно начал разминать плечи и шею.       — М-м-м… Щиплет, — поделился впечатлением Узумаки. Он жалел только о том, что его руки не гнутся в обратную сторону и он не может погладить Саске в ответ.       «Хотя, — размышлял Наруто, — если его ладони гладят мою спину, значит, и моя спина гладит в ответ его ладони».       — Точно всё в порядке? — спросила Сакура, присаживаясь рядом.       — Классная техника. Но её лучше бы с утра. Бодри-и-ит, — словно в подтверждении этого Наруто зевнул. — А так… Са-а-аске, что случилось? Какаши-сенсей опять что-то ляпнул?       — Ты о чём? — не понял Учиха, как раз добравшийся до поясницы, где чужая чакра ответно покалывала руки остаточным напряжением.       — Не знаю. Чувство такое тревожное. Что-то не так. Будто пытаюсь дотянуться, а ответа получаю слишком мало. Ты ведь никуда не сорвёшься без предупреждения? Я…       Он беспомощно посмотрел на Сакуру, не зная, как выразить словами то щемящее чувство, что затопило ещё там, в ванной. Чувство, которое бы заставило его, будь он в лучшей форме, прижать Учиху к любой поверхности, вцепиться всеми конечностями и сбивчиво шептать: «Мало-мало-мало, слишком мало!»       Но девушка, увы, его метаний не разделяла, думая, какой Саске молодец, создал и боевую, и целительскую технику, да такую эффективную! А как его ладони оглаживают мускулистую спину, м-м-м…       — Не сорвусь, — задумчиво то ли ответил, то ли просто повторил Саске. Потом встряхнул головой: — Какаши-тайчо просто предупредил, что, может быть, скоро уйдёт на миссию, поэтому ты будешь тренироваться самостоятельно.       — Ну бли-и-ин… — расстроился Наруто.       Учиха не сразу понял, в чём дело: он-то высказываний джинчурики про «слабака» не слышал. Поэтому ляпнул первое, что в голову пришло:       — Зато Сакуру на свидание спокойно сводишь.       — О, — озадачился Узумаки. — Сакура-чан, а ты пойдёшь?       — Конечно, пойду, что за глупые вопросы?       — Кру-у-уто…       Взгляд Наруто затуманился, а в следующую секунду он перекатился, заваливая слишком сосредоточившегося Саске на спину.       — Говорю же, молнии слишком бодрят, — пояснил он.       — Наруто, ты не хочешь поспать? — зевнула Сакура.       — Не-а.       — Саске?       Учиха неожиданно ответил почти затравленным взглядом. Он не пытался вырваться, да и реакция тела была достаточно красноречивой — но очередной затык мешал просто расслабиться и получить удовольствие. Заботиться о напрочь вымотавшемся Наруто он мог. А вот признаться, что сам порядком устал и больше всего сейчас хочет раскинуться по кровати и чтобы его почесали за ухом, как кота — уже нет.       — Саске? — ещё раз переспросил Наруто, внимательно его разглядывая. — Ну Саске, я же не телепа-а-ат…       — Наруто, сегодня было тяжёлое утро, — вздохнула Сакура. — И тяжёлый день. Саске просто устал. С нами, простыми смертными не-джинчурики, такое случается.       Хотя ей самой было дико признавать, что Саске может уставать, но… он же тоже тренировался весь день, пусть и не настолько выматывающе.       — А-а-а… — разочарованно протянул Узумаки, чуть отстраняясь. — Ясно. Я просто… Да, не подумал как-то, извините. Вас совсем-совсем не трогать? Или можно ласково и нежно, в комбинации с массажиком?       — Наруто! — возмутилась Харуно. Что в лоб, что по лбу!       — Почеши за ухом, а? — вдруг попросил Учиха.       Просто вспомнил про «говорите, если чего-то хочется». И язык сработал чуть-чуть быстрее мозга. Но стирать память окружающим Саске не умел, так что оставалось просто зажмуриться и сделать вид, что ничего он не говорил. Показалось всем. По-ка-за-лось!       — С радостью! — согласился Наруто и запустил руку в волосы. — Так? Или с обеих сторон? Или повыше? А ты мурлыкать умеешь?       — Не умею, — проворчал Учиха, пристраивая голову на живот джинчурики. Было хорошо и спокойно, не хотелось шевелиться, да и подушка из Наруто вышла замечательная. — Сакура, а тебе что, особое приглашение?       — Можно… почесать? — со священным ужасом спросила девушка.       Будь Саске настоящим котом — раздражённо дёрнул бы ухом на глупых двуногих. А так пришлось ограничиться только выразительным взглядом. И с чистой совестью расслабляться под ласкающими его руками.       Всё-таки Узумаки оказался прав: если озвучивать свои желания, всё намного проще…       К слову, тот-то и засопел самым первым. Видимо, бодрящий эффект от молний был очень уж временным. А Сакура тихонько улыбалась, устроив черноволосой буйной головушке настоящий расслабляющий массаж.       И Саске ни за что бы не признался, что в какой-то момент на грани полусна и в самом деле непроизвольно мурлыкнул под ласковыми пальцами.       В конце концов, он ведь не кот, что бы там ни болтали про второй клановый Призыв Учиха.