Broken

      Я решил дать Брайану неделю. Одну гребанную неделю, чтобы разобраться со всем этим дерьмом и позвонить мне с объяснениями. Я был на грани. Хотел вылезти из собственной кожи. Я кидался на людей и был недоволен каждым мазком кисти. Спустя три дня после того злополучного звонка я сдался, отложил картину и спустился в кофейню на первом этаже, чтобы отвлечься. Возможно, буравить взглядом телефон в кофейне будет менее болезненно, чем в собственной квартире.       Была половина одиннадцатого вечера, так что маленькая закусочная, не знавшая ремонта с 1962 года, оказалась наполовину пуста. Я скользнул в кабинку у окна, скинув темно-синее, шерстяное пальто, и положил телефон прямо перед собой. Джейк улыбнувшись, кивнул мне и направился в мою сторону, захватив кофейник и чашку.       Джейку было 19. Он учился на хореографическом отделении в Нью-Йоркском Университете при полной стипендии, но подрабатывал в закусочной, чтобы иметь деньги на карманные расходы. Его родители-гомофобы, владельцы ранчо в Монтане, не приняли его ориентацию и отказались финансово поддерживать. И Джейка, похоже, это совершенно не беспокоило. Я бывал тут сотни раз, с тех пор, как переехал в свою небольшую студию пятнадцать месяцев назад, и он всегда был здесь, так мы и познакомились. Он улыбнулся и налил мне кофе: - Выглядишь так, будто у тебя большие проблемы с картиной. У меня такой же вид, когда не могу запомнить движения в танце. - Не угадал - я улыбнулся ему и взглянул на телефон,- проблемы с бойфрендом. - Господи, серьезно? - Джейк выглядел удивленным. Он скользнул в кабинку, рядом со мной, - Ты и эта сексуальная сука, которого ты приводил сюда? Зеленоглазый Бог? Я ухмыльнулся и мысленно пометил не забыть заставить Джейка назвать Брайана сукой, в следующий раз, когда он приедет, чтобы увидеть его реакцию. - Ага. Единственный и неповторимый. - Как правило, я не увлекаюсь парнями старше двадцати пяти, но он… Он стоит того, чтобы нарушить любые правила,- сказал Джейк, мечтательно вздохнув. - И что эта сексуальная сука сделала? - Скорее дело в том, чего он не сделал, - объяснил я и добавил в кофе сахарозаменитель. – Он не позвонил. Обычно мы разговариваем хотя бы раз в неделю, ну это долгая история. Но я думаю, что с ним что-то происходит и он отстраняется от меня. - И совершенно очевидно, что ты пытался дозвониться до него, - Джейк кивнул, наблюдая, как я помешиваю кофе. - Я дозвонился, но он сказал, что ему нужно немного свободы. Так что я ему ее предоставил. - Сделав по ходу дела несчастным себя, - справедливо заметил Джейк. - Я должен был догадаться, что он из капризных. Красавчики всегда такие. Я невольно засмеялся. И Джейк сочувственно сжал мое плечо: -Он вернется.       Я смотрел, как Джейк возвращается к стойке странной, легкой, пружинистой походкой, едва касаясь, пола. Я подумал о Брайане и его характерной походке. Длинные, медленные шаги. Ленивые, но четкие движения. Он словно лев или пантера на охоте. И если бы я был оленем, то с удовольствием позволил бы ему поймать меня.       Я уставился на молчащий телефон. Черт бы побрал Брайана. Тяжело вздохнув и глотнув кофе, я усиленно боролся с разочарованием, растущем в сердце. Я думал, что мы оставили все это дерьмо в прошлом. Я думал, что мы больше не будем закрываться друг от друга…. или игнорировать. После взрыва казалось, что он, наконец – то, полностью открылся. Никакого больше дерьма. Никаких игр. Даже секс стал другим. Лучше, хотя мне казалось, что это уже невозможно. Но каким-то неведомым образом мы с Брайаном довели его до совершенства. Теперь, когда мы занимались сексом – это была настоящая близость, каждый раз. Даже в задних комнатах Вавилона и Оксигена (местный гей-бар, куда мы иногда ходили) он держал мое лицо, глядя мне прямо в глаза. Хватал за волосы, скользя внутри меня, притягивал голову так, чтобы он мог сказать, что любит меня. Неужели я ошибался? Неужели никаких изменений не произошло?       Словно отвечая на мои вопросы мобильник засветился, и звонок зазвенел на все кафе. Я схватил его, когда Джейк с клиентом взглянули в мою сторону. И старался не завизжать от радости, увидев, что звонит Брайан. - Привет. - Извини, я был недоступен. - Ну, зато теперь ты доступен. Все в порядке, - улыбнулся я в трубку. - Не совсем, - не согласился он низким и безжизненным голосом. Что-то все еще было не так. – Ты не заслуживаешь всего этого дерьма. - Просто скажи мне, что происходит, и мы справимся с этим вместе. На долгую минуту повисло молчание. Я ждал, слушая его тяжелое, медленное дыхание. - Брайан…. ну же. - Я звоню, чтобы сказать, что какое-то время не смогу звонить тебе часто. И не смогу приезжать к тебе или встретиться, если ты приедешь …. Ничего из этого. Какое-то время. - Что такое? Почему? - И прошу тебя, не названивай Майклу или Дэбб, или кому-то еще. Просто смирись с этим, – он говорил все это, но его голос был не резким и не жестким, это было больше похоже на мольбу. - Брайан, ты должен сказать мне почему. Что случилось? Я что-то не так сделал? - Джастин, иногда дело не касается нас с тобой, - раздражаясь, упрекнул Брайан, - иногда другое дерьмо куда важнее нашей глупой, междугородней возни. Сражаясь с болью, я задержал дыхание. Он услышал это и его тон тут же изменился, как и слова: - Я люблю тебя. Правда. Но мне нужно время для чего-то еще. - Кого-то еще? – услышал я свой вопрос и тут же пожалел об этом. - Что именно во фразе «дело не в нас с тобой» так сложно понять? – настойчиво спросил он. – Мне жаль, что так происходит. Действительно жаль, но ты должен уже повзрослеть и просто смириться с происходящим. - Это тебе нужно повзрослеть и сказать, наконец, с чем, блядь, мне нужно мириться?! - Я позвоню тебе, когда все придет в норму. Просто знай, что я все время думаю о тебе. Пока.       Какого. Хуя?       Джейк снова наполнил мою чашку, и я взглянул на него. - Сдается мне, что, либо это была сексуальная сука, либо твоя мама позвонила тебе, чтобы сказать, что твоя кошка умерла. - Ага, это был Брайан. И он позвонил сообщить мне, что не будет звонить какое-то время. Джейк снова скользнул в кабинку потрясенно глядя на меня: - Я видел этого парня здесь с тобой. Очевидно, что он влюблен в тебя. Знаешь, такая глупая, щенячья любовь, за которую натуралы убили бы. - Он говорит, что все еще любит меня, - подтвердил я, изо всех сил веря в это, - он любит меня, но ему нужно с чем-то разобраться. С чем-то, что не связано с нами. И он не скажет мне, в чем дело. Я размешал еще один сахарозаменитель в кофе и поднес дымящуюся чашку к губам. - Он всегда так игнорирует тебя? - Раньше да. Он делал так часто, - признал я, пока в голове мелькали сцены из прошлого, - но он сильно изменился с тех пор.       Я снова глотнул кофе. - Я хочу сказать, что последний раз, когда он так вел себя … Джейк пристально смотрел на меня своими большими голубыми глазами. И очень испугался, когда моя рука затряслась, расплескивая горячий кофе. Он потянулся к ней, успокаивая. - Джастин… Джастин, приятель, в чем дело? – он забрал из моих рук чашку и вытер фартуком разлитый кофе, не переставая смотреть на меня. - О Боже. Нет. Этого, блядь, не может быть. Нет. Пожалуйста. Нет… - я говорил вслух, не осознавая этого, потому что меня заполнял страх. - Джастин, ответь мне, - настаивал Джейк. Я взглянул на него, а паника и ужас поднимались во мне так быстро, что я чувствовал желчь в горле: - Рак. - Что?! - Последний раз, когда он вел себя так, у него был рак.