Темное счастье

— Боги, Даничка, какой же вы милый! — Касси восхищенно прижал ладонь к щеке, а потом быстренько поменял дислокацию, устраиваясь на соседнее с Даниным место. — Это правда, что моя супруга предложила вам войти в семью, а потом вы… хм… обо всем договорились с Кырши в ванной? — прошептал он Дани на ухо, интимно при этом приобнимая за плечи. — Вы не представляете, как я рад! Дани заледенел — неужели все знают об их неприятной и двусмысленной сцене с Кэрхосом? И… даже Рё? Кроме них с Касси в столовой ошивались лишь двое приглашенных из ресторана официантов (для "катеринга"), и, судя по тому, как напряженно они сочились Тьмой, все их скромные силы были сейчас брошены на подслушивание. — Послушайте, Касси, — возмущенно зашептал Дани, — у нас ничего не было с Кэрхосом в ванной! Более того, сам Кэрхос решительно против наших с Рё кандидатур в мужья! Да и Рё… — Да?! — громким шепотом возмутился Касси. — Вот же тиранищи! Злодеи! Но вы не расстраивайтесь, милый Даничка, мы их уговорим! Вот и Анторчик, например, хоть и тиранище, а наверняка же не будет против, — Касси зарумянился: — Анторчик — он всегда за! Официанты смотрели на них с открытыми ртами. — Признаться, я уже изрядно запутался во всех ваших тиранищах, драгоценный Кассичка, — пробормотал Дани, не зная более, как себя вести в этой ставшей совсем уж нелепой ситуации. Касси захихикал, многозначительно шевеля бровями. — Даничка, Касси, — к ним подошел Рё и, взяв Дани за руку, прикоснулся к его пальцам губами, — вы так очаровательны сегодня, господа. У Дани в ответ поджалось где-то в заднице — и распространилось тепло в паху, напоминая о недавних кувырканьях в машине. Он заглянул Рё в глаза и не заметил там того ледяного выражения, что появлялось каждый раз, когда Рё ревновал или был недоволен. Может, до него не дошли еще сплетни про ванную? Или он просто сразу понял, что все это глупости! — Всегда знал, что бархат вам к лицу, Даничка, — улыбнулся Рё, садясь. — Вы тоже великолепно выглядите, дорогой Рё! — расцвел Дани, любуясь возлюбленным: и его стройной сильной фигурой, и строгими линиями его костюма, темно-серого, как его глаза, и твердой линией его щеки и губ… Рё еле заметно, но очень тепло ему улыбнулся, притрагиваясь к узлу на галстуке — рефлекторное движение, которым, как успел выучить Дани, он всегда прикрывал легкое смущение. — Достопочтенный Даниэль, — мимо них прошел Кэрхос и, потрепав Касси по волосам, сел за стол. — Вы так милы и пушисты на вид, что способны, пожалуй, обмануть любого. — Придержите язык, дорогой брат, — тусклым голосом сказал Рё. — Ах, простите, дорогой брат, я вас не заметил, — тихо, но злобно ответил Кэрхос. Глаза Рё засветились багровым. Официанты с грохотом сбежали из столовой. Кэсси вжал голову в плечи. По полу ползли жирные щупальца Тьмы. "Дуэль до смерти!" — с ужасом вспомнил Дани. Боги, боги, надо как-то их отвлечь! — А вот, господа, занятный анекдот, не знаю, слышали ли вы! — воскликнул он несколько нервно. — Застряли, значит, два урукха в лифте. А лифт оказался с голосовым управлением, и, знаете ли, какая оказия — сделали это управление илюты проклятые! И истинно урукхское произношение понимать балрожья сия отрыжка не хотела… Тут Дани несколько сбился с мысли. Темные смотрели на него так внимательно, как будто слушали эту бородатую байку в первый раз. "Так… что же дальше", думал Дани, нервно облизываясь, но вместо сюжета в голову лезли глупые мысли насчет того, что вот опять он забыл надеть галстук, а у Рё, например, галстук темно-бордовый и булавка из митришшса, а у Кэрхоса галстук черного бархата, а Касси повязал на шею алый шелковый бант, и только Дани, как дурак, с голой шеей! Рядом полыхнул отблеск Пламени, и Тьма расползлась по углам. Дани оглянулся, словно очнувшись от глубокого сна, и обнаружил, что к ужину пришли Эйлина, Антор и Лиссар. Ауры Эйлины и Лиссара посверкивали Пламенем, а у Антора наоборот — переливалась Тьмой. По лицу Лиссара бродила такая блаженная улыбка, что Дани отвел в смущении взгляд. — Мы счастливы вас лицезреть, дорогие родичи, — любезно улыбнулся Рё и, поставив локти на стол, сцепил руки в замок. — Возблагодарим же богов, идущих тропами нашей войны и охоты. Дани сложил руки в замок вслед за всеми и осторожно обвел взглядом присутствующих. Кажется, напряжение ушло из-за стола: Лиссар больше не косился на него испуганно, Кэрхос смотрел на Эйлину, Касси стрелял глазками, а Антор слушал ритуальные слова Рё с таким кровожадным видом, как будто наяву видел все те зловещие урукхские фантазии, что заменяли в землях темного Севера молитвы. Пламенные есть пламенные. Надо сказать, когда Рё и Дани жили вдвоем, Рё не приходило в голову устраивать подобные церемонии: и на ужин он являлся без галстука, а иногда даже в домашней куртке, и, так сказать, молитвами пренебрегал. Должно быть, сейчас он делал это в угоду своим благовоспитанным родичам. За ужином все оживленно обсуждали Данины достижения в области выращивания фаллосов, хвалили его "пушистый" вид и, внезапно, говорили о детях. Оказывается, в семье Эйлины было целых два выводка! Старшим детям, от Антора, было уже лет около пятнадцати, и сейчас они "познавали жизнь, путешествуя по Империи". Второму выводку, от Кэрхоса, было шесть лет. — Должно быть, детишки уже соскучились по папе, — сказал Кэрхос таким ласковым тоном, что Дани подавился когнитивным диссонансом пополам с чаем и закашлялся. А Кэрхос обратился к супруге: — Мы же возвращаемся завтра домой, дорогая? — Конечно, дорогой, как пожелаешь, — сказала Эйлина, и Дани почувствовал вдруг неимоверное облегчение. Завтра! Уже завтра они снова останутся вдвоем с милым Рё. — Ах, пушистые шарики! — вздохнул рядом Касси и прижал руки к груди. — Жду не дождусь, когда же смогу взять на руки собственный выводок! А вы, Даничка, любите пушистые шарики? — Касси, — сказала Эйлина с непонятным предостережением в голосе, и Касси захлопал ресницами и залепетал: — Ну, то есть, я что? Я ничего, дорогой Даничка, не обращайте на мои слова совершенно никакого внимания! Дани хотел было что-то сказать, но Касси с Лиссаром принялись с такой страстью обсуждать "милые выводки" и "пушистых вылупков", что он не смог вставить и слова. Рё, Эйлина, Антор и Кэрхос завели тихий разговор о каких-то неимоверно скучных делах — цены на сталь, "напряженные и вялотекущие тренды", а также "направления свингов". Свинги! Звучит похабно. Дани положил руку на спинку стула Рё и задумался о приятных вещах. Например, о растениях. И сексе, конечно. С самым первым своим возлюбленным (магом Воды, кстати, лет на десять старше), Дани чуть было не дошел в постели до самого главного. Но в тот вечер, когда Дани уже совсем было решился на взрослую любовь и даже принялся активно целовать возлюбленного и с намеком тянуть его в сторону кровати, тот внезапно решил прочитать ему лекцию. На тему раскладки в постели! "Кто старше и сильнее, тот и сверху" - вот было примерное содержание его получасовой речи. В принципе, конечно, Дани был полностью с этими мыслями согласен и даже и не думал о других вариантах — подобное положение вещей казалось абсолютно естественным. Но почему-то после той речи его возбуждение совсем прошло, и он выставил неудачного любовника за дверь ("что-то мне спать пора, дорогой, спасибо за приятный вечер, до свидания, милый"). А на следующий день он понял, что и великая еще вчера любовь кончилась. Позже у него еще пару раз заводились отношения с ровесниками, но все какие-то нелепые, не заходящие дальше поцелуев и взаимной дрочки. То ли им не хватало решительности, то ли понимания, кто из них сильнее и должен быть сверху, то ли любви… С милым Рё все было, конечно, по-другому, и понимание, и любовь, и решительность развились сразу! Но теперь Дани пришла в голову восхитительная мысль: а что, если… ведь родичи Рё говорили, что Дани такой сильный… вдруг Рё воспримет его сейчас… ну… почти как равного! И позволит, например, приласкать себя там! Пальцем, например, или даже языком! Дани возбужденно поерзал и как бы невзначай уронил руку между спинкой стула и спиной самого Рё. Рука застряла где-то в районе поясницы. Конечно, Рё никогда не откидывался на стуле, без устали демонстрируя безупречную осанку и воспитание, но сидел все же достаточно близко. Дани на мгновение замер, а потом попытался протиснуться вниз. Сердце его колотилось как бешеное! Рё, как раз рассуждавший о "свингах", запнулся, а потом, бросив быстрый взгляд на Дани, слегка пододвинулся. И Данина рука оказалась в непосредственной близости от задницы Рё! Дани осторожно потискал Рё за ягодицу, и дух его свело от восторга — Рё не только не пресек его поползновения, но отнесся к ним, кажется, весьма одобрительно. Во всяком случае, говорить он перестал, а его скулы окрасились румянцем.