Арена Господ

Пузатые домики из тошнотворного бирюзовых кирпичей складывались в путанные кишкообразные улицы, а те, в свою очередь, образовывали город Сераф. Солнце только-только вставало из-за горизонта, и его первые лучи робко играли на тёмно-зелёной черепице, заставив короля Тайрана вспомнить второе название города – Изумрудный. Владыка Севера утёр платочком испарину и щёлкнул пальцами. Следующий по пятам слуга достал из маленького холодильника освежающий напиток и протянул господину. Монарх с удовольствием приложился к бутылке, краешком глаза наблюдая, как бледный худой юноша жадно глотает слюну. В родных северных землях монарх начинал день с зарядки: едва встав с постели, натягивал штаны и сапоги с меховой подкладкой и отправлялся на десятикилометровую пробежку. Не то чтобы Тайран был приверженцем здорового образа жизни, просто таким образом он хоть как-то справлялся со своим хмурым настроением: ежедневный ритуал автоматически делал грядущий день хорошим. Конечно, ведь всё самое худшее оставалось позади! Однако в дни визита в Сераф Тайрану приходилось расстаться с этим обычаем: при такой невыносимой жаре было тошно даже просто пройтись по улицам, не то что заниматься какими-то упражнениями. Не в традиции фон Нордов делать себе поблажки, но тут был особенный случай. - Далеко ещё? – передав пустую бутылку слуге, спросил Тайран. - Резиденция наместника расположена в двух кварталах от гостиницы, в который остановилась в-ваша Милость... - Я спросил не это! – рявкнул монарх, заставляя субтильного юношу дрожать от страха. – Сколько ещё идти? - С-семь минут, ваша Милость... Тайран скорчил недовольную рожу. "Паршивый городишко", – думал он, петляя в бирюзовом лабиринте улиц, переулков, двориков и проходов. – "Когда я покорю эти края, велю сровнять его с землёй! Точннее, с песком, откуда здесь земля?" Конечно, ничего подобного он делать не собирался. Для такого шага Тайран был слишком практичен, и в этом плане отличался от остальных фон Нордов. Сераф являлся крупнейшим портом в Коралловом море, и центром морской торговли всего восточного полушарья. Бездумно его разрушить? Никогда! Спустя обещанные семь минут владыка Севера и его эскорт добрались до резиденции наместника. Не знай Тайран, куда он идёт, он бы прошёл мимо этой четырёхэтажной коробки, не слишком похожей на дворцы привыкших к помпезной роскоши пустынных царей... ...Тем не менее, северный монарх выбрал для своего визита именно Сераф. Как ни крути, а Малика он считал куда как более адекватным, нежели его отца. Шахраман, всю жизнь провоевавший с Хагеном фон Нордом, был абсолютно недоговороспособен. Безнадёжно испорченные отцами дипломатические отношения придётся восстанавливать их сыновьям. - Гранлорд Тайран! – воскликнул крепкий черноволосый мужчина, вышедший встречать делегацию Северного Королевства на парадную лестницу. – Какая честь для нашего города! - Принц Малик! – Тайран одарил его встречным приветсвием. – Я слышал, что вы человек дела, так что давайте обойдёмся без лишнего церемониала. - И то верно, – согласился чернобородый. – Согласно придворному этикету, я должен принимать вас в парадном зале, в присутствии малого двора и верхушки местного купечества, но, если вы настаиваете, поговорим в моём кабинете с глазу на глаз. Разодетые в сине-золотые халаты слуги открыли перед монархами узкие высокие двери причудливой формы. Делегация Северного Королевства попала из огненного ада, в который превратила улицы солнце, в приятную прохладу утопающих в полумраке залов, тщательно поддерживаемую десятком кондиционеров. Тайран следовал за Маликом по извилистым коридорам и украдкой косился на расставленных на каждом углу солдат личной гвардии принца. Крепкие, собранные, в боевых доспехах, в руках – автоматы, на поясе – мечи, на левом предплечье – деактивированные щиты. "Хоть сейчас снимай и посылай в бой", – недовольно подумал Тайран и оглянулся на собственных телохранителей. Те хоть и не уступали песчаной гвардии в плане экипировки, но мало что смогли бы сделать втроём против целого гарнизона. А Малик продолжал водить гостей по резиденции, сворачивая то в один, то в другой коридор. "Всё ясно", – понял Тайран. – "Малыш хочет показать своих пешек во всей красе, чтобы припугнуть. Как это... примитивно". Наконец, наследный принц остановился перед небольшой одностворчатой дверью, у которой дежурила щё пара гвардейцев. - Ваши люди могут подождать вас здесь, – улыбнулся Малик сквозь густую чёрную бороду. – А вы, – обратился он к гвардейцам, – свободны. Ни слова не сказав, телохранители Малика покинули пост и разошлись в противоположные стороны коридора. Дверь тут же обступили люди Тайрана: двое по бокам, и один – у противоположной стены, как раз напротив. - Прошу вас, гранлорд, – мужчина отпер дверь и раскрыл её перед гостем, как радушный хозяин. В Норденхолле у Тайрана тоже был личный кабинет, и он отличался от этого разве что декором: если на севере более актуальны меха и (якобы) открытый огонь, то свой кабинет Малик украсил настенными коврами и тусклыми люминисцентными светильниками. Вместе с раскиданными по углам подушками они создавали атмосферу скорее комнаты для пижамных вечеринок, нежели для места, где будущий царь проводит полуофициальные встречи. - Располагайтесь. Малик указал в сторону тяжёлого письменного стола в форме буквы П. Подобный стол был и у Тайрана, только у того центре "подковы" располагалось кресло работающего за ним хозяина, а не пришедшего на приём гостя. Садясь в мягкое, проваливающееся под его весом сиденье, владыка Севера почувствовал себя зажатым в кузнечные клещи. Наверное, на этот эффект и рассчитывал Малик. "Как же это примитивно, ваше высочество", – улыбнулся про себя Тайран, внешне же не подал виду. - Полагаю, – заговорил Малик, садясь напротив гостя. – вы прибыли обсудить со мной вопросы размещения флота СК в акватории Серафа, гранлорд? - Именно, – согласился монарх, откидываясь на спинку мягчайшего в мире кресла. Жёсткие стулья Норденхолла не шли с ним ни в какое сравнение. – Завтра-послезавтра первые корабли Йормуна фон Гарда уже будут у ваших берегов. Надеюсь, их содержание вас не обременит? - Десять или двенадцать кораблей мы можем разместить без каких-либо затруднений, – Малик, напротив, склонился в сторону гостя и, облокотившись на столешницу, сложил пальцы домиком. – Однако дальнейшее наращивание вашего присутствия в регионе сулит нам определённые убытки... - Вы считаете меня бесчестным человеком, Малик? – Тайран удивлённо приподнял серебряные, с редкими чёрными волосками, брови. – За постой вам заплатят хорошие деньги. - И в мыслях не имел над вами смеяться, гранлорд, – улыбнулся Малик. – Пока что вы не дали повода сомневаться в вашей честности, и я это ценю. Однако и вы меня поймите! Десять-двенадцать военных кораблей не создадут проблем, но уже пятнадцать-двадцать начнут волновать некоторых торговцев, ибо многие, кто заходит в Сераф, не совсем чисты перед Северным Королевством. Тридцать-пятьдесят кораблей отобьют охоту заходить в гавань даже у самых законопослушных коммерсантов. Сераф понесёт колоссальные убытки. А уж восемьдесят-сто кораблей заставят наших граждан думать, что вы объявили войну нам, а не Южной Республике. Тайран фон Норд почесал гладко выбритый подбородок. Очевидно, что принц просто набивает цену, однако его доводы нужно было как-то оспорить, иначе Восточное Царство вообще не пойдёт ни на какие уступки. - Я прекрасно понимаю ваши опасения, принц Малик, – после недолгого размышления кивнул фон Норд. – и понимаю, что они далеко не беспочвенны. Но уверяю вас: флот фон Гарда не будет угрожать Серафу. На что Малик лишь развёл руками: - К сожалению, гранлорд, давно прошли те времена, когда для заключения договора было достаточно честного слова монарха. По сути, в этом кабинете говорят не два человека, а две армии бумажных людей. И если хотя бы один чиновник на местах нарушит соглашение, оно будет считаться нарушенным независимо от того, насколько хорошо его соблюда.т все остальные... Наследный принц говорил бы и дальше, опутывая Тайрана паутиной витиеватых словесных конструкций, если бы тот вовремя не поднял раскрытую ладонь, внаглую останавливая речь собеседника. - Я понял, куда вы клоните, принц, – величаво произнёс Тайран. – Вы правы, даже я не смогу уследить за всем Особым флотом... Но вот за экипажи тридцати пяти кораблей могу ручаться спокойно. Малик запрокинул голову и заливисто рассмеялся своим густым, раскатистым, словно гром, басом. - Прошу меня простить, гранлорд! – не переставая смеяться, извинился он, вытирая с уголков глаз показные слезинки. – Но уж очень смешно вы шутите. Тридцать пять кораблей! Умора! - А сколько вы предлагаете? Малик вмиг отбросил все смешки и стал убийственно серьёзным. - Пятнадцать. Тайран мысленно улыбнулся. Этот глупец надеется, думал он, что я буду гонять корабли такими маленькими отрядами! Проще было бы пригнать сюда весь флот, захватить город и не забивать себе голову какими-то ограничениями. - Мой дорогой друг, – Тайран изобразил подобие улыбки. – Если фон Гарден будет заходить в Сераф пятнадцатью кораблями за раз, возникнет затор. Новые и новые соединения Особого флота будут бросать якорь у ваших берегов. А это, как я понимаю, не в ваших же интересах. Получается, принц, что в данном споре прав именно я. Какое-то время Малик молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию. Тайран не умел читать мысли, но мог с лёгкостью угадать, о чём тот думает. Захватив Озёрный Край, Восточное Царство решило бы вековую проблему засухи и нехватки пресной воды, а, оккупировав полуостров Уман, пополнило бы запасы полезных ископаемых. Но вот если взглянуть на историю войн, то Север и Восток воевали друг с другом чаще, чем с другими государствами. Малик не мог решить, стоит ли рисковать, подставляя спину фон Нордам? - Хорошо, – Малик хлопнул ладонью по столешнице, впрочем, не слишком сильно. – Я обдумал ваши доводы, гранлорд, и пришёл к выводу, что в них есть рациональное зерно. Я разрешу квартировать в Серафе до двадцати пяти кораблей и их экипаж. Но мне нужны гарантии… Тайран насторожился. Таким тоном крёстные отцы делают предложения, от которых невозможно отказаться. Вот и владыке Севера придётся согласиться почти на любые условия, кроме разве что совсем анекдотичных. - О каких гарантиях идёт речь? Малик принял расслабленную позу. Он знал, что король Севера у него на крючке, и уже понял, что сам Тайран это прекрасно осознаёт, а поэтому его можно немного помучить. - Кто-то из Северного Королевства, – протянул он. – должен остаться и проконтролировать, чтобы ваши матросы вели себя прилично. - Полагаю, – нахмурился король. – Что этот “кто-то” – из королевской семьи? И кого же вы хотите? Дядюшку Харена? Или моего кузена Кроуфорда? А, может быть, желаете заполучить в заложники лично меня? - Нет-нет, гранлорд, – Малик затряс головой. – Ваша роль в этом деле – обеспечивать соблюдение договора из Норденхолла. Ведь если вы будете вдалеке от столицы слишком долго, то, по возвращению, можете обнаружить, что больше не являетесь королём. В ваше отсутствие знать легко посадит на трон кого-то другого. Того же Кроуфорда, к примеру. - Ближе к делу, принц, – с нажимом потребовал Тайран. – Вы не ответили, кого хотели бы взять в заложники. Может быть, мою жену, Инею? Малик снова рассмеялся, приняв хамство за попытку пошутить. Или сделав вид, что принял. - Я не охотник до чужих жён, гранлорд, у меня есть своя. Но, в отличие от вас, у меня нет дочери. Так! Вот этого следовало ожидать с самого начала! Ни для кого не секрет, что король Северного Королевства чёрств даже по меркам своего народа. Если бы Тайран и затеял предательство, то без раздумий пожертовал бы и дядей, и братом, и женой. Единственной, ради кого он был готов – нет, не отменить свои планы, а, хотя бы, пересмотреть, была... - К сожалению, – с ложным сочувствием поцокал языком Малик. – никто, кроме Изольды, не может гарантировать корректного поведения ваших войск... Мда, будет обидно, если из-за пьяного дебоша ваших матросов пострадает такая славная малышка… Тайран негодовал. Не так, как негодуют простолюдины – круша и ломая всё подряд – негодовал он тихо, молча, про себя. Конечно, желая подыграть собеседнику монарх выкрикнул пару бессвязных гневных реплик, но ничего такого, что могло бы помешать заключению сделки. Владыка Севера хорошо владел собой – иначе никогда бы не занял трон в обход отца и старшего брата. - Сорок, – спокойно озвучил он, откидываясь на спинку стула. В ответ на вопросительный взгляд наследного принца пояснил. – Сорок кораблей и их экипажи будут квартироваться в Серафе. Малик снова улыбнулся в бороду. Ещё бы! Сам Железный Тайран загнан им в угол! Ну-ну, пусть тешится, пока есть возможность. - Сорок военных кораблей – непомерная ноша для бюджета города, – парировал он, почти изящно облокотившись на подлокотник рабочего кресла. – Тридцать. - Тридцать пять, – тоном, не терпящим возражений, отрезал Тайран. – Это минимальное количество, при котором... мы сможем избежать излишней концентрации моих кораблей на в водах Кораллового моря. - Хорошо, хорошо, – вздохнул Малик. – Раз вам нравится эта цифра, пусть будет так. Только инструктируйте своих людей, чтобы вели себя максимально корректно. Проштрафившиеся матросы будут наказаны по законам военного времени! - Само собой. Тайран поднялся с кресла и стал расхаживать по кабинету взад-вперёд. Только что он нащупал лазейку, возможность в перспективе присоединить всё Восточное Царство без единого выстрела. Встав перед окном, Тайран заложил руки за спину. - Если уж моей дочери суждено жить в вашей стране... – заговорил он, негромко, вкрадчиво. – Знаете, в Большом Мире есть такой обычай: при заключении династического брака родители жениха воспитывают невесту как свою родную дочь. Повзрослев, она сразу может войти в курс дела и принять обязанности королевы. Раз мы уже заговорили о переезде Изольды в Восточное Царство, почему бы заодно не заключить династический брак между нашими домами? Малик рассмеялся в третий раз и смеялся дольше обычного, сотрясаясь от хохота и прикрывая лицо ладонью. - Гранлорд Тайран, вы... ха-ха! – говорил он в перерывах между смешками. – вы хотите заключить брак в... ха-ха-ха! в довесок к договору о проходе войск! Ха-ха! Воистину, у Ахура Мазды есть чувство ю-юмора! Отсмеявшись, наследный принц заговорил уже абсолютно серьёзно: - Я уже женат, гранлорд, – голос его стал как-то тише, будто ему было неудобно обсуждать эту тему. – И даже если бы не был, вряд ли бы меня заинтересовали пятилетние девочки, а ждать, пока она повзрослеет… - Вы здесь не при чём, – пожал плечами Тайран. – Я говорю о вашем брате. - О Дастане? Хм… – Малик нахмурился и запустил в густую бороду пальцы. – Ему сейчас двадцать один год, и подождать ещё лет восемь он может… Сегодня вечером он возвращается с Афины, и я обсужу с ним эту тему. Есть ли у вас какое-нибудь изображение вашей дочери, чтобы я мог ему показать? Тайран запустил руку за пазуху и вытащил оттуда небольшой золотой амулет. Сорвав медальон с шеи, он бросил его Малику. Тот поймал украшенье налету и щёлкнул по кнопочке сбоку: маленькая дверца открылась, явив на свет фотографию девочки с остреньким лицом и длинными серебряными волосами, уложенными в высокий хвостик. - Славная у вас дочурка, – похвалил принц, пряча амулет в карман. – Теперь, если у вас больше нет ко мне дел… Тайран покачал головой и уже сделал шаг в сторону двери, как пятиугольник, вычерченный на полу проходящим через окно лучом солнца, ожил. Геометрическая фигура приобрела объём и стала быстро расти. За считанные секунды она превратилась в силуэт высокого блондина с солнечной рыжинкой, одетого по последней военной моде Гелиоса. Отвесив шутовской поклон в сторону Малика, забыв при этом поклониться Тайрану, хоть он и был ближе, уроженец солнечного мира заговорил: - Приветствую достопочтимого наследного принца Восточного Царства! – объявил он высоким смешливым голосом. – Я слышал, что вы – человек дела. Так что предлагаю обойтись без церемониала. Тайран бросил на своего венценосного коллегу насмешливый взгляд. Тем временем, солнечно-призрачный силуэт продолжал вещать: - Меня попросили передать вам, что твой дражайший брат, находясь на территории племени Аур, повёл себя крайне некрасиво. Мало того, что он приземлил свой корабль прямо на пастбище – единственное, между прочим, в округе – так он ещё покалечил пастухов, упрекнувших его в недостойном принца поведении. Старшему из них было семнадцать лет! Тайран заметил, что Малик ощутимо напрягся. Да что там – он готов был взорваться от гнева, вызванного наглостью непрошенного гостя. Тем не менее, он продолжал его слушать. - Несмотря на крайне неуважительное обращение твоего брата, народ Аур приютил его, дал пищу и кров в надежде, что его семья возместит урон, нанесённый маленькому горному племени, коий они оценивают в триста килограмм алмазов! Глаза Малика буквально налились кровью. Тайран прочитал в них желание схватить со стола что-то тяжёлое и швырнуть его в гелиоссца. Огромная, покрытая чёрными волосами рука уже потянулась к увесистому органайзеру, однако непрошенный гость сделал пальчиком: - А, а, а, – протянул он. – Только без рукоприкладства! Я всего лишь скромный посланник, нанятый, чтобы донести до тебя волю народа Аур! Они ждут тебя через три дня, на том самом пастбище, где набедокурил твой брат! Поспеши, ибо неблагодарный гость совсем объел бедных хозяев, и они сами будут вынуждены объесть его до костей! Светлого дня! Сделав напоследок ручкой, гелиосец стал исчезать, превращаясь обратно в солнечного зайчика. - Ах, вот ещё! – прозвучал его голос. – Не бери с собой много людей, а то… ну, ты понял. Тайран с издевательской ухмылочкой наблюдал, как наследный принц Сирокко буквально закипает от гнева. - Сочувствую вам, – настолько ровным, насколько это было возможно, голосом сказал Тайран, хотя его так и подмывало рассмеяться. – Когда родной человек становится заложником мерзких бандитов… Это больно. Вальяжной походкой владыка Севера направился к двери и взялся за дверную ручку, однако не смог её повернуть. Похоже, что выпускать его явно не собирались. - Как это понимать, принц? - Гранлорд! – Малик напомнил ему дрожащий перед извержением гейзер, готовый в любую секунду выпустить в воздух струю раскалённого пара. Поднявшись из-за стола он стал надвигаться на Тайрана. – Я знаю, вы приложили к этому руку! Монарх смерил собеседника оскорблённо-презрительным взглядом. Наследный принц трона Сирокко, даром, что ростом и телосложением не уступал самому Тайрану, был одет в дорогой сине-золотой халат для неформальных приёмов. В то время, как его оппонент был облачён в боевой доспех. Случись потасовка, и фон Норд задушил бы противника голыми руками. Наверное, это понимал и сам Малик, однако решимости у него не убывало. - Мой дорогой принц, – с фальшивым сочувствием пропел Тайран. – есть ли у вас доказательства для таких серьёзных обвинений? Теперь настал его черёд играть с собеседникам, словно кошка с мышкой. Впрочем, ситуация стремительно накалялась, и "на всякий пожарный" Тайран как бы невзначай положил ладонь на рукоять меча. Аналогичный прибор выскользнул из рукава халата Малика. - Решил подстраховаться на переговорах? – последний церемониал был отброшен: Малик скалился, словно хищный зверь, да и сам фон Норд нахмурился, предвкушая скорую битву. – Это выйдет тебе боком! И всему Королевству! Чернобородый взмахнул рукоятью. Тайран понял, что сейчас будет: лезвие появится лишь в момент самого удара, а значит, у него есть бесконечно малое мгновение, чтобы подставить под атаку собственный клинок. Мужчина выхватил оружие... Полумрак кабинета разлетелся тысячью осколами, разбитый яркой вспышкой соприкоснувшихся силовых лезвий. Ослепительно-золотистый клинок Малика наткнулся на бледно-голубой Тайрана и застыл в десяти сантиметрах у его груди. Конец луча едва касался бронированного наплечника, который уже начал обугливаться и дымиться. Приложив усилие, владыка фон Норд отвёл саблю Малика в сторону. - Полагаю, – от жара работающих мечей на остром бледном лице выступила испарина. – это можно считать объявлением войны? Малик ответил рыком и звериным оскалом, исключающим любые дискуссии. Началось классическое "толкание мечей", с любовной нежностью описанное в бесчисленном множестве легенд и кинофильмов: два воина скрестили мечи и теперь пытаются оттолкнуть друг дружку. Правда, в битве на силовых мечах для этого был резон: предохранитель не позволит включить и выключить лезвие чаще, чем раз в минуту. Вот и приходится ждать, когда появится возможность, деактивировав лезвие, нырнуть под выставленный клинок и активировать его снова, поразив при этом противника. А пока предохранитель откатывается, нужно было чем-то занять себя и противника. "Тридцать девять", – считал про себя Тайран. – "Тридцать восемь. Тредцать семь..." Он был уверен, что и Малик ведёт свой отсчёт. Сейчас самым главным было то, чтобы срок релаксации меча Тайран был короче, чем у сабли Малика. "Пять. Четыре. Три..." Сквозь напор и давление Тайран почувствовал, как дрогнула рука у Малика. "Два..." Теперь дрогнул сам Тайран. "Один!" Два воина одновременно пришли в движение. Сцепившись изогнутыми гардами, они направили "голые" рукояти друг другу в грудь и... Кабинет озарила очередная вспышка. Дерущихся разметало в разные стороны. Малик проехался спиной по столешнице и – словно с обрыва в пропасть – свалился с неё на кресло. Тайран выбил собою дверь и выкатился в коридор. Тройка телохранителей сразу же подбежала к сбитому с ног повелителю. И в том, и в другом конце коридора уже нарисовалась песчаная гвардия. Там, где только что стояли, схлестнувшись, двое воителей, возник зеркально-серебристый шар метра два в диаметре. Прежде, чем Тайран успел разглядеть в нём своё отражение, шар осыпался на пол десятью тысячами цветных огоньков. В кругу из не до конца потухших искр стоял статный пожилой мужчина в чёрной мантии, украшенной жемчужной вышивкой. Круглая лысая голова вращалась на черепашьей шее, глядя то на Малика, то на Тайрана. - Успел в самый последний момент! – изрёк мужчина, выходя из круга. Тайран, которого слуги поставили на ноги, внимательно наблюдал за действиями незванного гостя. Та капелька магии внутри него, которая была во всех без исключения жителях Олимпа, завибрировала, давая понять, что перед владыкой Севера предстал могучий маг и непросто маг, а – судя по одеяниям – сам визирь. - Мастер Зерван! – Тайран скрестил руки на груди. – Признаюсь, не ожидал, что мною займётесь лично вы... Мужчина прервал его жестом утопающей в широком рукаве ладони. - Прошу меня извинить, гранлорд, – проскрипел визирь. – но для начала я бы хотел поговорить со своим племянником. Можете ли вы подождать в комнате для гостей? Тайран повесил свой меч обратно на пояс. - Распорядитесь подать туда хороший обед, – холодно обронил он. – Так уж случилось, что я пропустил завтрак, а от этих упражнений у меня жутко разыгрался аппетит... И я буду признателен, если мне принесут бутылочку кораллового пятидесятилетней выдержки. Визирь выразительно посмотрел на ближайшего гвардейцев Малика. Тот вытянулся по струнке, кивнул и, сделав знак Тайрану следовать за ним, бордо зашагал по коридору. "Твоя выходка дорого тебе обойдётся, Малик", – думал владыка Севера, петляя по резиденции наместника. – "Мы с тобой обязательно закончим..." * * * Внезапное появление визиря поставило точку в минутном противостоянии на мечах. Несмотря на то, что Тайран ушёл безнаказанным – ладно, не ушёл, но получил отсрочку – Малик был рад. Дядя разрешил ту мучительную неопределённость, терзавшую принца все эти шестьдесят секунд: "А вдруг не успею?" Приняв на кресле более удобную позу, Малик достал из выдвижного ящика наполовину начатую бутылку кораллового вина и гранёный стакан на золочёной подставке. Руки до сих пор мелко подрагивали, стоило вспомнить ту самую томительную минуту противостояния. Короткая схватка даже как-то смогла вытеснить новость о похищении Дастана. Осушив один стакан, Малик налил себе ещё. Занятый поглощением вина, он забыл о присутствии дяди. - С вашей стороны было крайне безрассудно нападать на него, – напомнил о себе визирь. – ваше высочество. Малик и сам понимал, как сильно оплошался. Да будь треклятый фон Норд хоть трижды виновен в похищении, напасть на него значило объявить войну Северному Королевству. Основные силы царской армии движутся к юго-востоку, и север остался неприкрыт. Да ещё флот фон Гарда в Коралловом море... Плохо! - Всю жизнь считал себя человеком разумным, – медленно протянул Малик, вращая стаканом и наблюдая, как плещется в нём вино. – и не склонным к необдуманным поступкам... Но стои один раз вспылить, и меня на всю жизнь запомнят как маньяка на троне... Вообще не факт, что Дастан вообще был похищен! Мало ли кто может наколдовать солнцеграмму и наболтать невесть чего! Скорее всего, сейчас младший принц летит себе спокойно в корабле Гильдии сквозь междумирье и даже не в курсе своего похищения! - Раньше надо было это думать! – проворчал визирь, расхаживая по кабинету. Тихий шорох мантии, казалось, раздавался в голове Малика колокольным боем. – То же самое я сказал твоему отцу после того, как нам зачитали это сообщение, чтобы хоть как-то уберечь его от необдуманных действий. Затем я сразу поспешил сюда, зная, что ты сейчас принимаешь у себя владыку Севера и предполагая, что случится нечто подобное. Последним, моим распоряжением перед телепортацией в Сераф было связаться с тайным конвоем, следящим за Дастаном на Афине. Малик отставил стакан. - И что они сообщили? Визирь посмотрел на него как на маленького мальчика и тяжело вздохнул. - Это раньше, когда Квадрос сообщался с другими мирами, можно было разговаривать без задержек. Теперь же пройдёт четыре часа прежде, чем наш запрос дойлёт до агентов, и ещё четыре прежде, чем мы получим от них ответ. И это при условии, что им не потребуется время, чтобы собрать информацию. Всё, что мы хотим знать, мы узнаем не раньше завтрашнего утра. В лучшем случае, сегодняшнего вечера. - Я не могу терять понапрасну время! – бутыль с вином, за ненадобностью, вернулась обратно в стол. – Я должен разузнать всё об этом "народе Аур"! Подготовить боевые ветролёты! Спецназ! Я... Визирь нахмурил безволосые брови. - Ты, – с нажимом проговорил он. – должен замять инцидент с Тайраном! Принести ему извинения, сделай дорогой подарок, всё, что угодно в пределах разумного. Сейчас для тебя это главное. Это главное для нас всех! Малик сжал кулаки. Иди к этому северянскому снобу ему не хотелось. В то же время он прекрасно осознавал, что для его страны значит дальнейшее развитие конфликта с фон Нордом. - Хорошо, – сдавленно проговорил Малик. – Я сделаю это. * * * Тайран ждал в гостевых покоях. Мягкие, обёрнутые в красный бархат сиденье и спинка кресла податливо промялись под весом взрослого мужчины в боевых доспехах, и владыка Севера тонул в них, словно в трясине. Рука, с которой слезла боевая кожа и свернулась топорным браслетом на запястье, сжимала бокал с коралловым вином пятидесятилетней выдержки. Блюдо с изысканным мясом птицы и варёными стручками фасоли, пышущее жаром и источающее восхитительный аромат, так и осталось на кофейном столике нетронутым. "Интересно получается", – рассуждал Тайран, делая маленький глоток из бокала, хотя, после перенесённого напряжения ему хотелось залпом выпить всю пузатую бутыль с извилистым горлышком. – "Кому же всё-таки сдался этот мальчишка? Хм, а если подумать, вариантов наберётся не так уж и мало..." Слуга, вытянувшись по струнке, стоял напротив своего повелителя и безмолвно взирал на него, время от времени подливая в бокал ещё вина. Двое телохранителей дежурили у двери, третий патрулировал комнаты. "Во-первых, самым очевидным вариантом будут республиканки. Вряд ли для них будет секретом, что я и Малик собрались пойти на них войной – уж на что дуры, но даже им хватило бы мозгов! Имея границу только с Восточным Царством, они могли бы похитить кого-нибудь из царской семьи и шантажом заставить не участвовать в войне. В таком случае то, что похищен был самый младший наследный принц, говорит о неспособности республиканской разведки дотянуться до его брата..." Сзади послышались шаги. Тайран меланхолично повернул голову – но глаза-то он скосил практически мгновенно – и увидел своего телохранителя, вернувшегося из спальни в гостиную. На немой вопрос хозяина лейб-гвардеец покачал головой и продолжил патрулирование. "Во-вторых, похищение сопляка мог организовать кто-то из придворных Шахрамана, например, визирь. Малик сказал, что его брат должен был вернуться сегодня вечером, но в солнцеграмме говорилось, что его пленили неделю назад. Как можно было скрыть от охранки досрочное возвращение принца с Афины? Скорее всего, никто ничего и не скрывал – просто всё было известно только правильным людям. Вопрос только – зачем это Зервану? Шахраман, считай, страной уже не управляет, да и Малик после коронации, скорее всего, будет прислушиваться к мнению дяди..." "Штрафное очко за неочевидный мотив!" – сразу же объявил внутренний критик. По требованию Тайрана слуга долил вина в бокал. От владыки Севера не укрылся голодный взгляд, который юноша бросал на остывающее жаркое. Тяжело вздохнув, король махнул рукой, разрешая своему ему поесть. "В-третьих – вариант, конечно, маловероятный, но его исключать нельзя – похищение организовали иномирные спецслужбы. Афина давно стала песочницей, где играются чуть ли не все разведки Олимпа… Тогда не возникает вопроса, как им это удалось – принц был в чужом мире с минимальной охраной – однако что могло понадобиться даже самому захудалому целостному мирку от младшего принца жалкой четвертушки?" "Снова штрафное очко за неочевидный мотив!" – вмешался критик. – "Ещё один за отсутствие чёткого виновника!" "Сообщение передал гелиосец", – вступил в диалог с собой Тайран. – "Вполне возможно, что Гелиос..." "Ха-ха-ха и ещё раз ха!" – наигранно рассмеялся собеседник. – "Гелиос – один из богатейших миров Олимпа! Что ему могло понадобиться от завалявшегося на окраинах Квадроса? А посыльный действительно мог быть просто наёмником". "Убедил", – согласился монарх. – "Версия слабовата, но окончательно её отбрасывать мы не будем". Тайран постучал ногтём по бокалу, и слуга, поедающий мясо, подорвался с дивана, чтобы налить хозяину вина. От выпитого у короля уже покруживалась голова, но, занятый размышлениями, он этого не заметил – предпочёл свалить на умственное перенапряжение. "В четвёртых, это действительно мог быть кто-то из Северного Королевства. Лично я не отдавал такого приказа, но его вполне мог отдать кто-то ещё. Либо не в меру ретивый подчинённый, либо... либо тот, кто рассчитывал, что Малик, узнав о похищении брата, убьёт или посадит меня в темницу. Моя смерть много кому была бы выгодна в Норденхолле. Да и долгое отсутствие, позволившее бы поставить целесообразность моего пребывания на троне под вопрос, тоже. Тогда бы созвали совет аристократии и в судебном порядке сняли бы с меня корону, чтобы примерить её, скажем, на Кроуфорда. Сомневаюсь, что бедный мальчик мог бы быть в корне заговора, но ведь десятилетним королём так легко манипулировать..." В гостиную снова пришёл телохранитель – на этот раз из маленькой кухонки. Подтвердив, что никто в гостевые покои не проник, он снова отправился в спальню. "В пятых, похищение мог инсценировать сам Дастан..." "Штраф за сложность!" – воспротивился критик. "А что? По-моему, вполне логичная версия и в меру интересная! В самый раз для какого-нибудь полудетективного романчика! Младший сын царя, не имеющий права на престол – вполне достаточный повод, чтобы затаить обиду!" "Штраф за неочевидный мотив!" "Мотив есть – привлечь к себе внимание". "Ладно-ладно", – согласился критик, но согласие это больше походило на желание отмахнуться от надоедливого собеседника. – "Тогда полбалла за нелогичный мотив!" "А никто и не ожидал, что сопляк поведёт себя логично! Тем более, есть и более корыстный мотив: имитируя похищение с последующим выкупом, можно относительно легко пополнить бюджет своего клуба заговорщиков на... сколько там было?... триста килограмм алмазов. Сумма достачная, чтобы организовать переворот". "Ещё один штраф за очевидную некомпетентность исполнителя!" – не унимался критик. – "Дастана всю жизнь растили, затачивая под военное ремесло. Он просто не должен уметь играть в престолы". "Да?" – вино-таки заставило Тайрана улыбнуться, пусть и самому себе. Сидевшему напротив юноши от улыбки хозяина стало не по себе. – "А меня, стало быть, сразу растили интриганом? Я ведь тоже должен был стать военным, но мы оба знаем, что отец и брат не просто так погибли на охоте..." "Ладно, убедил", – сдался критик. – "Пусть версия о самопохищении, с учётом всех факторов, получает половину штрафного очка". "Ну ты и придира!" – Тайран снова улыбнулся. Тем временем слуга доел ужин своего господина и испросил разрешения покинуть гостиную, чтобы помыть посуду. Немного помучив паренька гробовым молчанием, король дал на это согласие. "В-шестых, принца действительно мог похитить кто-то посторонний. Мало, что ли, на материке разбойников? Залётных бандитов-гастролёров тоже никто не отменял. Да и всякие мелкие нечеловеческие народцы никогда не скрывали своей ненависти к людям, особенно к правящим особам". "Подожди", – попросил критик. – "я сейчас посчитаю все штрафы..." "Не утруждай себя. Я и сам знаю, что эта версия самая неправдоподобная. Тем не менее, её мы тоже должны учитывать. Итого, если подсчитать очки..." На этом моменте в комнату ворвался лейб-гвардеец, дежуривший снаружи возле двери. - Ваше Величество! – пробасил он. – К вам прибыл принц Малик! Вслед за солдатом в гостевых покоях появился наследный принц собственной персоной. Пришёл он один, без телохранителей, хотя, учитывая, что в коридорах полно элитной стражи, они и не были нужны. - А-а-а! Принц Малик! – с показным жизнелюбием воскликнул Тайран, с неохотой отрываясь от мягкого кресла. – Пришли снова меня поколотить? Чернобородый молчал, поджав губы. Разыгравшееся от вина воображение Тайрана живо представило мужчину в образе нашкодившего котёнка. От этой мысли хотелось рассмеяться, но король сдержал себя. - Мой дорогой принц, ну не в молчанку же играть вы пришли? - Я хотел бы принести вам свои извинения, – тихо промолвил Малик. Глядя собеседнику прямо в глаза, он протянул ему свёрнутый в трубочку лист дорогой гербовой бумаги. Тайран с любопытством принял документ. В его руках оказалась так называемая "прощалка", обычай чрезвычайно распространённый среди монархов и придворной знати миров Олимпа, перекочевавший на Квадрос и очень пригодившийся в бесконечной гражданской войне. Обладатель "прощалки" мог истребовать всё что угодно у политика, от кого её получил. Конечно же, спектр услуг ограничивался личными просьбами, исполнять услуги политического характера "прощалка" не обязывала. На словах, конечно же: те, кому пожертвовать интересами государства было проще, чем своими собственными, попадались с завидной регулярностью. - Полагаю, – заговорил Малик. – вы захотите воспользоваться правом прощения прямо сейчас. Чего вы хотите, гранлорд? Право на заход в Сераф тридцати пяти кораблей без заложника в качестве гаранта? - Я подумаю над этим позже, принц, – скрутив бумажку в тугой свиток, Тайран передал его слуге и сделал знак своим людям выдвигаться. – Сейчас же я хочу покинуть вашу резиденцию. Надеюсь, для этого не нужно использовать право прощения? - Конечно нет, – Малик сделал шаг в сторону и широким жестом указал ладонью на дверь. Вроде как по этикету, но в то же время читалось желание поскорее спровадить нежеланного гостя. – Прошу! - Тепла и света вам, Малик! - Да озарят ваш путь звёзды! Распрощавшись, северный монарх стремительно покинул гостевые покои и вместе со своей свитой поспешил на выход. "Ну и?" – спросил Тайрана внутренний критик, едва тот покинул резиденцию. "В каком смысле?" "В таком! Весь мозговой штурм был напрасен?" "Вовсе нет!" "Тогда почему ты не думаешь о том, чтобы найти Дастана первым?" "Потому, что в пределах резиденции это может быть опасно. Да и вообще, лучше бы нам помолчать до посадки на наш ветролёт..." * * * «И что же мне делать с этими шакалами?», – думал Зевран, расхаживая по кабинету племянника. В голове у мужчины тикал невидимый таймер, отсчитывая время до момента обмена. На повестке дня стояли два извечных вопроса: «Кто виноват?» и «Что делать?». И если решение первого из них могло и подождать, то второе не терпело отлагательств. Нужно было понять, зачем кому-то похищать Дастана и, исходя из этого, планировать свои действия. Самый очевидный вариант – банальный выкуп, как и было заявлено в послании. Тогда в преступлении следует винить одну из разбойничьих банд, причём, довольно сильную – слабаки бы не решились напасть на члена царской семьи – но в то же время можно было исключить криминальные синдикаты и другую серьёзную преступность – те бы не стали так стараться ради обыкновенного выкупа. Учитывая эти границы, можно существенно сузить круг поиска… Но Зевран не верил, что всё будет настолько просто. Мужчина был готов поклясться своей должностью визиря, что похищение Дастана – лишь первый шаг в каком-то чудовищном плане, и сейчас важно хотя бы в общих чертах раскрыть план похитителей, чтобы придумать, как спутать им карты. Тогда зачем это делать? Подорвать престиж царской династии? Можно замалчивать эту историю, да только уже поздно – фон Норд уже в курсе, и что-то подсказывало Зеврану, что этот молчать не будет. Но в любом случае, удар по престижу – это не так страшно. Что ещё? Похитители неприменным условием ставили то, что обмен должен проводить лично Малик. Зачем? Да чтобы пленить и его! А уж наследник – это побольше, чем младший принц! Имея на руках такой козырь, можно будет самому царю диктовать условия! Да и триста килограммов алмазов – солидный довесок в мошну заговорщиков. Но это легко пресечь, наложив, скажем, обличье Малика на любого гвардейца, а алмазы -- наколдовать. Есть риск, что они почуют волшебство, но ведь Зевран был опытным колдуном, и может наложить заклятие так, что лишь равные по силе волшебними смогут распознать обман. «Нет!» – одёрнул себя Зевран. – «Негоже растекаться мыслями по древу! Нужно исходить из того, что имеем. А имеем мы только бандитов, с которыми будем производить обмен. Значит, начинать нужно с них!» План действий стал предельно ясен. Нужно во что бы то ни стало обменять Дастана, после чего накрыть похитителей и, по возможности, взять их живыми. Малик, конечно же, поднял бы по тревоге всю свою личную гвардию и несколько ветролётов, если не всю царскую армию, и попытался бы спрятать их на месте обмена. Но Зевран привык действовать иначе. - Ишь ты, триста килограмм! – насмешливо фыркнул визирь, готовя портал в свою лабораторию в Сирокко. – Ну, будут, будут вам алмазы, не унесёте! * * * Настал день обмена. Контактная группа во главе с Крией ждали прибытия принца Малика. Девушка нервничала. Ледяная звёзда, которую она наколдовала в руках, то разлеталась на тысячи крупиц, то собиралась вновь. Крия украдкой поглядела на Лето. Тот стоял перед ней на коленях, заложив руки за голову и безучастно взирая на своих “похитителей”. Девушка не могла понять, как её другу удавалось раз за разом сохранить такое невозмутимое спокойствие перед лицом огромного риска. В конце концов, в этом спектакле ему досталась самая опасная роль – роль внедренца во вражеский лагерь! «Железный человек», – подумала Крия, глядя в глаза Лето. – «Нет – стальной! Уж если он спокоен, то зачем дёргаться мне?» Северянка поневоле заразилась от своего друга уверенностью в успехе. В этот момент на плече у Крии пискнула рация. Значит, часовой что-то заметил. - Один ветролёт на четыре часа. Испарив ледяную звезду, девушка стала высматривать в небе царскую делегацию. За спиной раздался шумный вздох. - У тебя всё получится, Крия, – стоящий на коленях парень едва улыбнулся разбитыми губами. Северянка удивлённо обернулась. Похоже, она так и будет удивляться новым голосам своего друга до конца своих дней. - Спасибо. Может быть, Крия поблагодарила более развёрнуто, может быть, Лето сказал бы что-то ещё, если бы в этот момент над их головами не раздался рёв двигателей. Это был ветролёт царской армии. Описав вокруг площадки широкий круг, машина опустилась на камни неподалёку от контактной группы. В боку железной птицы раскрылась дверь, и наружу высыпались бойцы в элитной броне. Раздутые искусственные мышц, покрытые толстым слоем брони, развешанные по всему телу генераторы защитных полей – два таких бойца пять дней назад уничтожили целую группу захвата. Страшно представить, что могут сделать штук двадцать! Солдаты всё прибывали и прибывали. Пустынники выстраивались полукругом напротив контактной группы, явно для того, чтобы поймать их в огневой капкан. С автоматами, из которых, судя по виду, можно сбивать ветролёты, им бы это легко удалось. Последним на землю спустился боец в сине-золотой броне. Он был выше прочих и, судя по всему, главнее. «Принц Малик», – догадалась Крия. Сине-золотой гигант стремительно приближался. Крия вышла ему навстречу. - Достаточно, ваше высочество! – девушка подняла над головой раскрытую ладонь. – Ни шагу дальше! Она боялась, что воин её не послушается. А ведь случись так, как она сможет на неё повлиять? За её спиной – десяток мальчиков и девочек, хорошо обученных, но слишком неопытных бойцов. Против двух с половиной десятков гвардейцев они ничего не стоят. - Где мой брат, дрянь? – прорычал Малик. - Не надо грубить, принц. Он здесь. Двое крепких ребят подхватили лже-Дастана и вывели его вперёд. Сине-золотой великан скептически скрестил на груди руки. - Как я могу быть уверен, что это он? - Прошу прощения? - Думаешь, ты можешь привести сюда любого проходимца, и я поверю, что это мой брат? Крия не успела заметить, как Малик выхватил пистолет. Громыхнул выстрел, живот девушки сильно обожгло. Вскрикнув, северянка упала на колени и, зажав рану рукой, завалилась на бок. Краем глаза Крия заметила, как солдаты песчаной гвардии открыли по её ребятам огонь. «Нет!», – она хотела кричать, но от боли не могла выдать ничего членораздельного, только бессвязные стоны. – «Уходите, вам не победить!» Мир перед глазами начал рябить. Великан-Малик, рубивший одного бойца за другим, превратился в скопление сине-золотых пикселей. Затем пропали и они. Горная площадка под открытым небом исчезла, вместо неё появился просторный зал. Вместо камня Крия теперь лежала на устланном проводами и усеянном датчиками полу. - Механо! – прокричал один из бойцов, поднимаясь на ноги. – Ты совсем сдурел? Крия была согласна с этим тезисом. Технический директор братства сделал виртуальных бойцов просто непобедимыми. Очередная репетиция сделки проваливалась ещё до совершения обмена. «По крайней мере», – Крия попыталась улыбнуться. – «в этот раз мы зашли дальше, чем в прошлый… Ещё годик-другой, и мы будем готовы встретиться с настоящим Маликом!» Правда, остальные бойцы наигранного оптимизма не разделяли и теперь на чём свет стоит ругали главного техника самыми последними словами. Тот что-то вещал через динамики о том, что надо быть готовым ко всему, что настоящий противник не станет поддаваться и что-то ещё в таком духе. Крия услышала голос. - С тобой всё в порядке? Иллюзия, наложенная Симулятором Реальности, пропала. Теперь Лето принял свой настоящий облик смуглого красноволосого паренька, который протягивал ей сухую ладонь. Северянка осторожно взяла его за руку, и тот помог ей подняться. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Лето, когда Крия твёрдо встала на ноги. – Просто… м-м-м… тебя убивали семь раз, и мне интересно, что ты чувствовала в это время… В смысле, не с каждым это происходит… - Да ерунда это! – махнула рукой Крия. – Это я не понимаю, как это у тебя получается. Я почти ничем не рискую, и то трушу. А ты идёшь прямо в пасть горному троллю, и не боишься! - Почему? Я боюсь. Крия запустила пятерню в волосы. - Но ведь ты такой спокойный и невозмутимый… Лето пожал плечами. - Но разве это значит, что я не боюсь? Крия устало вздохнула. - Всё с тобой ясно. - Так, голубки! – раздался из динамиков голос Бурана. – Жду вас в кабине диспетчера через три минуты. Назрели изменения в плане. Бегом! Крия и Лето переглянулись. - Ну-у-у, – протянула Крия. – Пошли что ли? Парень кивнул. - Идём. * * * - Проведём анализ ваших сегодняшних действий… Вместо Бурана, отбывшего на собственное задание, собрание проводил Механо. - Согласно статистике, – продолжал Механо. – главная наша ошибка заключалась в намерении провести обмен на открытой местности. При численном и техническом превосходстве врага это условие является критическим … Кто-то из бойцов протяжно завыл, другие, хоть не поддержали его голосом, мысленно были на стороне брата. Зевсианец успел всем надоесть своими бесконечными придирками. -…поэтому следующий пробный обмен вы будете проводить из-за какого-нибудь буфера, – под конец своей речи заключил Механо. – Проведя анализ всех возможных точек. Я пришёл к выводу, что наиболее подходящей будет пещера в северо-западу от места запланированной встречи. - Идея, безусловно, хорошая, – протянула Крия, так сильно скрестив на груди руки, что его ладони едва ли не цеплялись за острые лопатки. – Только вот Лайт уже передал врагам координаты посадочной площадки. - И что? – зевсианец явно не видел в этом проблемы. – На старом месте мы оставим ссылку на новое. Если царская делегация приведёт с собой слишком много солдат, то часовые вовремя забьют тревогу, и у контактной группы будет время для отступления. Если же они поступят в соответствии с нашими указаниями, сделка состоится. Лето молча почесал подбородок. Нравилась ли ему идея Механо или нет – оценить было сложно. Даже Крия, знавшая его дольше чем любой из братства, не всегда могла понять его настроение. - Следующим фактором провала является риск распознавания Маликом подлога, – продолжал и.о. лидера. – Заклинание, которое Лето принёс из пустыни, может идеально скопировать внешность, но не характер… - Я уже сталкивался с этой проблемой, – сказал красноволосый. – и уже научился с нею справляться. - Замечание, – Механо уставился на ментального мага немигающим совиным взглядом. – обычно у тебя есть доступ к памяти реципиента. Но сейчас его нет, поэтому успех предприятия полностью зависит от твоей импровизации. А полагаться на случайность – это… - …подвергнуть опасности успех выполнения миссии, – хором закончили за него все присутствующие. - Механо, – взмолилась Крия. – не ищи проблемы там, где её нет! Буран всё предусмотрел, и специально разослал сообщение по кусочкам всей царской семье. Теперь они точно заподозрят, что мы хотим их выманить, и ни за что не явятся на обмен сами. Но техномага нельзя было ни в чём убедить. - Нельзя исключать вероятности, что они раскусили эту уловку, – возразил он. - Хорошо! – Крия не собиралась биться лбом об железную дверь и быстро сдалась. – Что ты предлагаешь? - В целях конспирации нанести Лето реальные, а не иллюзорные увечья, – Механо говорил так буднично, как будто предлагал разделать подстреленного на охоте оленя, а не собственного друга. Впрочем, Лето тоже даже и глазом не моргнул. – Если состояние лже-принца будет критическим, его не станут допрашивать, следовательно, риск разоблачения снижается. Замечание: все странности его поведения будут списаны на плохое самочувствие. - Рискованно, – сдавленно проговорила Крия. Она не собиралась устраивать сцен по поводу “излишней жестокости”, хоть ей и было жалко друга. Девушка понимала, что иногда нужно принимать жёсткие, если не жестокие решения, однако идея Механо решала одну проблему, но порождала новые. – Если “принц” будет при смерти, они потащат его в больницу, а дальше – пара анализов, и всё! Конец конспирации… Наконец, “звезда всего действа”, как его называли приятели, лично взял слово. - Если бы нам нужна была такая дешёвая иллюзия, – Лето спрятал половину лица за сложенными домиком пальцами. – меня бы не отправили за ней так далеко в пустыню. Не беспокойся, Снежинка, я верю в мастерство Асмодеи: пока действуют чары, любой тест ДНК подтвердит, что я – настоящий Дастан. Крия слабо улыбнулась и принялась изучать носки своих ботинок. Не мешало бы почистить, думала она, будет чем занять себя перед миссией. - Э-э-э, мэтр, – заговорил кто-то из бойцов. – что же это? Нам, что, придётся его бить? - Ответ отрицательный, Зефир, – будь зевсианец нормальным человеком, он бы покачал головой, однако вместо этого Механо лишь моргнул совиными глазами. – Механической обработкой Лето займусь я, чтобы не травмировать вашу детскую психику. Фыркнув, боец, взявший слово, ретировался. Проглотив смешок, Крия подняла взгляд на своего друга. Красноволосый парень сидел на диванчике и неотрывно смотрел куда-то вдаль. Лишь однажды он скосился на соседку, но тут же снова вернулся к созерцанию стены. Девушка поймала себя на мысли, что слишком часто его жалеет. Сколько его ни помнила Крия, Лето никогда не брал на себя больше, чем смог бы унести. И если лезет прямо в объятия пурги, значит, он знает, что сможет вынести любой мрак и холод… * * * Визирь засиделся в кабинете допоздна. Как бы он не беспокоился за судьбу племянника, государственных дел это не отменяло. Прежде, чем лечь спать, Зерван должен был подписать – или не подписать, это уже зависит от документа – целую кипу бумаг. Часы уже близились к отметке «23:00», когда в лицо мужчине ударил мощный воздушный поток, что было весьма странно, учитывая, что ни окон, ни вентилятора в кабинете не было, а сам себе он ветерок не наколдовывал. С опаской переловив подлетевшие в воздух документы, визирь посмотрел на дверь. Сквозь плотно прилегающие друг к другу створки в кабинет просачивался невесть откуда взявшийся песок. Изогнувшись, будто змея, поток ударил в пол и тут же принял человеческую форму. Песчаный человек превратился в настоящего. Обликом он не походил на обычного гвардейца: вместо тяжёлых доспехов с грудой искусственных мышц на нём был бронированный комбинезон и “четырёхглазые” очки. - Вызывали, Ваше Мудрейшество? - Да, Суддаф, – визирь привстал с кресла и жестом приказал гостю подойти ближе. Мужчина сделал шаг в сторону своего повелителя. Ступив на ковёр, тяжёлый ботинок моментально окрасился в красно-золотой. По мере движения Судаффа его комбинезон изменял цвет, сливая своего хозяина с местностью. Остановившись перед самым столом, мужчина спросил: - Зачем вы взывали к Ордену Тени? - У меня есть для вас работа, – Зевран расстелил по столешнице карту мира и ткнул в гористую область в середине материка. – Завтра состоится встреча с негодяями, похитившими моего племянника. Ты и твои люди должны быть там! - Ваше Мудрейшество желает провести спасательную операцию? - Нет, – в ярко-голубых глазах сверкнули искры. – Нельзя рисковать Дастаном. Обменом займутся другие. Твоя задача – наблюдение и слежка. Впрочем, ты и сам знаешь, что делать. По результатам наблюдений получишь дальнейшие указания. Кивнув, Судафф выпрямился по струнке и стал падать назад. Едва коснувшись пола, мужчина превратился в обратно в песок. Закружились в хороводе и вытянувшись змейкой, Судафф устремился к двери. Протиснувшись в едва существующую щель между створками, песок вытек из кабинета, не оставив после себя ни единой песчинки, будто его и не было вовсе. * * * Маленький Гвидо не понимал, что взрослые тоже иногда хотят спать, поэтому мог голосить даже посреди ночи, нисколько не беспокоясь о спящих рядом родителях. В очередной зашедшись визгливым плачем, мальчик добился того, что его мать проснулась. Оторвав кудрявую голову от подушки, Ламия сонными глазами оглядела комнату в поисках источника шума. Невидящий взгляд скользил вдоль прикроватных тумбочек, пузатых шкафов, ажурных диванов и табуреток, кофейных столиков и огромного телевизора напротив кровати. Наконец, её глаза остановились на колыбели в виде старинной лодки с закрученными в спираль носами. Крик доносился оттуда – а откуда же ещё? Свесив босые ноги над полом, Ламия соскользнула с кровати и зашлёпала по холодному каменному полу. Красться она не пыталась – муж всё равно спал как убитый: если уж детскими криками его не пронять, то и шаги лёгкой изящной женщины ему нипочём. Добравшись до детской кроватки, молодая мать взяла ребёнка на руки. Пелёнки были чистыми, грудь его мало интересовала, а попытки укачать малыша оканчивались ничем. «Ну что же ты плачешь, сынок?» – ломала голову Ламия. – «Зачем мамочке спать не даёшь?» Чуткое ухо женщины даже сквозь плачь различила чьи-то шаги за спиной. Повернув голову, Ламия увидела в дверях огромного мужчину метра два ростом и полтора шириной с кожей сине-золотого цвета. Лишь когда он дошёл до середины спальни, в тускло-бирюзовом люминесцентном свете жена узнала боевые доспехи мужа. - Я не слышала, как ты встал, Малик, – тревога, вызванная появлением незнакомца, исчезла, и Ламия перестала заслонять Гвидо своим телом. – Когда ты успел одеться? - Я и не ложился. Услышав голос отца, малыш перестал плакать. Раскрасневшееся детское личико просияло, и он стал тянуть ручки туда, откуда раздавался низкий раскатистый голос. Малик откинул забрало шлема. Тонкая металлическая кожа, покрывающая кисти, отступила к запястьям, обнажив огромные шероховатые ладони. Приняв сына на руки, мужчина прижался к нему щекой. Почувствовав на животе отцовскую бороду, мягкую и совершенно не колючую, малыш рассмеялся от щекотки. Гвидо больше не плакал. Положив его обратно в колыбель и дождавшись, пока он заснёт, Малик поманил жену пальцем. Ламия накинула поверх ночной рубашки домашний халат, и супруги вышли в небольшую комнатку перед спальней. - Где стража? – спросила жена принца, оглядывая по сторонам. Закутки, в которых дежурили гвардейцы Малика, пустовали. - Я попросил их подождать снаружи, – пояснил мужчина, махнув в сторону высокой узкой двери. – Это не займёт много времени. Только сейчас Ламия задалась вопросом, зачем же её муж на ночь глядя облачился во всё боевое. В животе у неё похолодело. - Это из-за случая на переговорах? – боязливо спросила она. – Фон Норды объявили нам войну? - Нет, любовь моя, – Малик поспешил утешить жену, нежно взяв её вытянутое правильное личико в свои ладони. – Я еду в Нейтральные Земли, спасать брата. Ламия в ответ погладила его лицо костяшками пальцев. - Почему не твои люди? – к горлу её подступил ком. – Почему обязательно ты? Малик поймал её руку и сжал, но не слишком крепко – чтобы не сломать по-птичьему тонкие кости. - Любимая, пойми, – проговорил он. – Эти… собаки не просто похитили младшего принца. Они отвесили пощёчину всему царскому роду. Это дело чести… Ламия затрясла копной чёрных волос. - Ты можешь обманывать послов, – всхлипнула она. – можешь обманывать придворных, даже можешь обманывать самого себя, но твоя жена чувствует, что на самом деле движет тобой. Я же вижу, что ты рвёшься спасать Дастана потому, что тебе хочется сделать это самому. Несмотрч на то, что это неразумно… - На моём месте он поступил бы точно так же. Поцеловав на прощанье жену в пухлые губы, Малик отстранился от неё и зашагал к выходу. Не успела затвориться за ним дверь, как в комнату зашли гвардейцы и заняли свои привычные посты. Ламия поспешила вернуться в спальню – негоже простым солдатам лицезреть свою госпожу почти голышом. Завернувшись в тонкие шали, что в Восточном Царстве были вместо одеял, женщина долго лежала, глядя в потолок, прежде чем заснуть. Её никак не отпускали мысли о Малике. Что ждёт его в Нейтральных Землях? – этот вопрос не давал ей покоя. Лишь когда в саду запели радужные птицы, Ламия провалилась в зыбкий, словно песок, сон. * * * Несмотря на выгодное расположение Нейтральных Земель в центре материка и наличии общих границ со всеми государствами, за прошедшие со времён Раскола четыреста лет ни один правитель не пытался взять над ними контроль. И то, что большая часть этой территории представляла собой сплошной камень, не играло большой роли – в конце концов, жить здесь никто не собирался. Важнее то, что Гильдия, отрезав Квадрос от Сети, не позаботилась о грамотном закрытии тоннеля к Перекрёстку, захлопнув Врата только со своей стороны. Вследствие топорности работы гильдийцев, Нейтральные Земли превратились в магически нестабильный регион, где происходят всякого рода волшебные аномалии. Простейшие заклинания переставали работать или, наоборот, отзывались катастрофой на самую невинную просьбу. Неловко шагнув в сгусток Силы, путник мог себя поджечь, растворить, поразить молнией или порвать на маленькие кусочки. Несколько регионов, свободных от аномалий, продолжали использоваться в качестве Врат в другие миры, но никто не хотел оставаться здесь слишком долго: прилетели, отправили принцев и принцесс на Афину и улетели восвояси. И словно вишня на троте, Нейтральные Земли стали пристанищем самого широкого спектра негодяев и мерзавцев со всего материка, которых даже пираты Западной Империи, не особенно щепетильные в вопросах морали и этики, отказывались принимать к себе. Время от времени они совершали набеги на обитаемые земли, грабя, насилуя и убивая. Беря во внимание все эти факты, вполне может статься, что опасения Ламии были далеко не беспочвенны… Малик оторвался от размышлений и посмотрел в иллюминатор. За три-четыре часа полёта пески Сковородки давно уже сменились предгорьями Нейтральных Земель, значит, скоро ветролёт достигнет места обмена. Поднявшись с пассажирского кресла, Малик ухватился рукой за толстую трубу, играющую роль поручня, и направился в хвост ветролёта. Едва принц появился в грузовом отсеке, четверо солдат, охраняющие сундук с выкупом, вытянулись по струнке. - Вольно! Скомандовав, Малик приблизился к большому металлическому ящику со множеством замков и заклёпок. Набрав на миниатюрной консоли специальный код, воин сделал ёмкость абсолютно прозрачным – лишь его контуры да некоторые детали всё ещё оставались стальными. Сундук распирало от алмазов. «Это же сколько дорог можно на эти деньги построить!» – Малик сжал от злости зубы. – «Сколько заводов! И всё достанется каким-то шакалам! Не-ет, я убью их, это дело чести!» Вернув сундуку первоначальную (не)прозрачность, наследный принц посетил с визитом кабину управления ветролёта. - Юсуф, – спросил он у пилота. – сколько у нас ракет «воздух-земля»? - Ни одной, господин, – честно ответил пилот. – Его Мудрейшество приказал демонтировать всё наступательное вооружение, – немного подумав, Юсуф добавил. – Он сказал, чтобы у вас не было дурного соблазна, господин. Малик со злости саданул кулаком по дверному проёму, заставив пилота втянуть голову в плечи. Ну ладно принц мог погорячиться и ввязаться в драку, но что делать, если бандиты сами начнут стрелять? Улепётывать, что ли? «Ну ничего!» – думал принц. – «вернусь в Сирокко, дядя, и откручу вам уши!» - Хорошо, – спокойно проговорил Малик, хотя смирение далось ему нелегко. – Продолжай полёт. Спустя ещё полчаса ветролёт достиг места, которое Восточным Царством используется как точка перехода в иные миры. Ровная площадка, обнесённая горными хребтами, походила на чашку, из которой ручьями разбегались извилистые дороги. Малик помнил, как четыре года назад он и вся царская семья провожали Дастана, и позавчера должны были встретить юного офицера, прошедшего обучение в лучшей школе Афины… «Я найду этих уродов!» – обещал себе Малик. – «Найду и уничтожу!» Однако найти их оказалось непросто. Едва ветролёт завис над площадью, внизу появилась новая солнцеграмма. Наглый гелиосец жестами, принятыми у механиков палубной авиации, наказал держать путь на северо-запад. Переглянувшись с принцем, Юсуф изменил курс. Пролетев ещё пару километров, машина приземлилась на небольшой утёс, ровно на солнечную отметину в виде креста. Все, кто находился в это время на борту, за исключением пилота, выскочили наружу и построились полукругом. Припав на одно, гвардейцы стали выцеливать в скалах врага. Последним на землю спустился Малик. Поигрывая дезактивированным мечом, он почти прогулочным шагов вышел в центр формации и, сделав ладонь рупором, прокричал: - Где вы, подонки! – горы содрогнулись от его могучего голоса. – Вот он я! Покажитесь! Зов пришлось повторять несколько раз до тех пор, пока из наполовину заваленного хода в пещеру не вышел человек с поднятыми руками. По мере приближения стало очевидно, что это была девушка, причём, молодая. Мышиного цвета волосы и слабая магическая аура выдавали в ней дочку какой-нибудь северянской колдуньи, взятой местным авторитетом в гарем. Впрочем, шла и держалась девушка по-военному, значит, в бандитской иерархии занимала не последнее место. - Где Дастан? – спросил Малик, как только полукровка подошла достаточно близко, чтобы не кричать. - А где алмазы? – вопросом на вопрос ответила та. Судя по наглому выражению лица, стоять перед десятком вооружённых человек ей было ни капельки не страшно. - Послушай, ты!… Мужчина сделал шаг в сторону полукровки, но та предупредительно вскинула ладонь, и тут же на груди у Малика заплясало несколько лазерных “зайчиков”. Засели ли в пещере снайперы или это были обычные игрушечные указки, сказать было трудно. «В любом случае, дядя велел слушаться». Подняв руку на уровень головы, Малик щёлкнул пальцами. Двое солдат тут же поднялись на борт ветролёта и спустя пару минут выкатили из грузового отсека огромный сундук. Набрав на консоли специальный код, принц Сирокко доказал, что внутри действительно алмазы, а не, скажем, боеголовка. Хотя, от боеголовки бандиты бы точно не отказались. - Вот твои алмазы, видишь? – прорычал Малик. – Теперь отдавай моего брата! Полукровка хлопнула в ладоши, и через валун, заслоняющий вход в пещеру, перелезли трое. Два бугая дощили под локти избитого в кровь человека до своей предводительницы и поставили его перед Маликом. Серая огрубевшая рука схватила пленника за слипшиеся от крови волосы. - Посмотри, – издевательски улыбнулась полукровка. – это он? А-а-а! Можешь не говорить, вижу! Малик со злости скрипнул зубами и сжал кулаки. С каким бы удовольствие он сомкнул бы их на шее этой мерзавки! На лице Дастана не осталось живого места: заплывшие глаза, выбитые зубы, открытый перелом носа – и это не самое страшное! Принц в который раз повторил, что лично вырежет “племя Аур” под корень. По команде девчонки два бугая уцепились за сундук с алмазами и потащили его в сторону пещеры. Как только подельники с выкупом скрылись во мраке, полукровка поставила ногу между лопатками пленника и с силой пихнула его в сторону освободителей. - Пожалуйста, – кровожадно-издевательски прохихикала она. – сохраните чек! Иначе деньги за товар вам не вернём! Малик успел поймать Дастана до того, как тот рухнет на камни. От того пахло кровью, подземной сыростью и недельной грязью. Каждое прикосновение заставляло парня вздрагивать и стонать от боли. - Я с тобой ещё поквитаюсь, – прошептал чернобородый принц, оттаскивая Дастана к ветролёту. – собака безродная! Девушка отвесила шутовской поклон. - Честь имею! – отсалютовала полукровка и бегом бросилась к укрытию. Малик внёс Дастана в ветролёт. Следом за ними на борт стали подниматься солдаты. Юсуф снова завёл двигатели, и уже спустя минуту машина поднималась в воздух. - Я никак не пойму, господин, – спросил один из гвардейцев, помогавших Малику обрабатывать Дастану раны. – как мы можем их так просто отпустить? Эти псы оскорбили царскую семью, сотворив такое с принцем! Малик проглотил подступивший к горлу ком. - Приказ визиря, – выговорил он и добавил, но уже тише. – Надеюсь, он знает, что делает… * * * - Любопытно… Тайран лежал на животе за горным хребтом и наблюдал за сделкой через бинокль. Впрочем, его интересовал не сам обмен, а личность переговорщицы со стороны бандитов. Владыка Севера посмотрел на флакончик с острыми рёбрами, похожий на те, в котором обычно хранятся духи. Правда, на этот раз в нём были собраны бледно-бледно голубые крупицы концентрированной магии, найденные лейб-гвардейцами на посадочной площадке. - Это определённо та же ведьма, которая схватила Дастана, – заключил Тайран, поднимаясь на ноги и сделав своим людям жест делать то же самое. – Нам здесь больше делать нечего. Возвращаемся в Норденхолл и поищем совпадения по эпизодам…