Gossip Spyder/Паучий сплетник

Паучий Сплетник

Экстра-новости! Срочно к прочтению! Арья Старк и Якен Х'гар разошлись! Всё верно, народ, Арья и Якен расстались. Мой свидетель утверждает, что слышал, как близкий друг Якена Х'гара говорил о разрыве прошлым вечером на фестивале «Турнирное Поле». Мой источник слышал, что разрыв был «хорошей вещью», учитывая грядущий переезд Безликих в Нью-Йорк в связи с тем, что они подписали контракт со звукозаписывающей компанией «Красный Бог». Вчера вечером я был у центральной сцены и своими ушами слышал, как Якен Х'гар сообщил зрителям эту новость. Со всеми вытекающими не трудно сделать вывод, что разрыв был вызван профессиональными амбициями Якена как рок-звезды. Я слыхал, что отношения на расстоянии — это всегда полный отстой при любом раскладе, однако для Арьи Старк, которая ещё только первокурсница в старшей школе, и Якена, находящегося на пороге известности и славы, поддержание отношений на расстоянии было бы крайне трудной задачей. Я немного покопался и по сарафанному радио местной музыкальной индустрии выяснил, что только два члена группы всё ещё учатся в старшей школе: Якен и Кай. Они пропустят выпускной бал и торжественную часть с вручением аттестатов, чтобы как можно быстрее переехать в Нью-Йорк… к своей музыкальной славе! Сложилось впечатление, что на Турнире Арья и Якен избегали друг друга, хотя было замечено, что Арья тусила в ВИП-зоне с парнями из Братства без знамён , включая её приятеля Джендри Уотерса. Арья и Джендри дали повод для слухов после их «свидания» на аукционе холостяков, и люди задавались вопросом, насколько близки эти близкие друзья на самом деле… однако на виду у всех Джендри флиртовал и мило беседовал с девушками из поп-группы Седьмая Гармония , так что можно с уверенностью сказать, что отношения Арьи и Джендри… разочаровывающе платонические. ЛОЛ! Я живу ради драмы, народ! Из других новостей: большинство колледжей уже разослали приглашения первой волны, и я хотел бы одним из первых поздравить Сандора «Пса» Клигана, который стал первым из Подготовительной школы Королевской Гавани, кому предложили полную футбольную стипендию в Университете Валирии! Поздравляю! Ву-ху! Сандор — один из самых сильных игроков, которых когда-либо выпускала школа, и поступление в столь престижный университет делает его ещё на шаг ближе к профессиональной футбольной карьере. До новых встреч! Паук Сплетник

_________________________

Сандор

По его мнению, остальная часть музыкального фестиваля была полным дерьмом, но это дерьмо сопровождалось потрясающим саундтреком. Музыка была хороша, а вот его настроение и компания могли быть куда лучше. После того, как Санса узнала, что за новость он скрывал от неё, а её секрет тоже выплыл наружу, всё, что он хотел сделать, это схватить Сансу за руку и убраться оттуда. Вместо этого они терпели присутствие друг друга и дискомфорт от грядущей ссоры, которая, как они оба понимали, приближалась… в течение ещё нескольких часов. Ни он, ни Санса не хотели устраивать сцену. Друзья Сансы считали, что она первая узнала о его стипендии. В свою очередь, Сандор должен был знать о новой работе Уилласа в «Stark Industries», потому что предполагалось, что Санса ему всё рассказала. Ситуацию усугубляло ещё и то, что люди вокруг них не спешили менять темы для разговора. Среди них было три футболиста: Лотор, Ренли и Лорас, и они постоянно припоминали какие-то факты о «Повелителях драконов» — знаменитой футбольной команде Университета Валирии. Уиллас также продолжал попытки вовлечь Сансу в разговор о предстоящей ему работе в «Stark Industries», спрашивая совета, как лучше всего работать с Эддардом Старком. Стоит сказать, что долгая поездка в машине домой после и без того непростого дня оказалась невыносимо утомительной для них обоих. Санса сидела, скрестив руки на груди, молча глядя в темнеющий пейзаж за окном. В конце концов Сандор не выдержал. «Как давно ты знаешь?» — задал он вопрос, который и без подробностей был предельно понятен. «С прошлой недели, — после секундного колебания ответила Санса. — А что насчёт тебя?» Сандору тоже не требовалось никаких уточнений: «С начала этой недели. Я получил конверт во вторник». Само собой разумеется, времени у обоих было более чем достаточно, чтобы сообщить друг другу новости. «Почему ты ничего не сказал? — повернулась к нему Санса. — Университет Валирии — это огромное дело, и ты первый студент нашей школы, которому предложили полную футбольную стипендию». «Я собирался сказать тебе после Турнира», — ответил он. «Зачем нужно было ждать, чтобы рассказать мне? Мы могли бы отпраздновать это пораньше». Теперь уже и Сандор недоумевал, зачем он откладывал это, и в его скрипучем голосе сквозило раздражение. «Я считал, что делаю тебе одолжение, — сказал он, — не напоминая о том, что мне придётся уехать в колледж». «Что?» «Ты была в восторге от того, что идёшь на Турнир со своими друзьями… я не хотел портить тебе весь кайф, понимаешь?» «Сандор, я всегда знала, что этот момент настанет, — произнесла Санса с нотой раздражения и недоверия в голосе. — У меня всегда в голове мысль о твоём отъезде в колледж. Тебе незачем было скрывать от меня твоё поступление в Университет Валирии». «Вот так и пытайся сделать что-то хорошее, — раздражённо проворчал он, чувствуя себя глупо. — Я скрывал от тебя, и как выяснилось, зря». Сандор не отводил взгляда от тёмной дороги впереди, но он чувствовал, что Санса неловко ёрзает на своём сидении. Он старался быть деликатным, однако все его усилия оказались напрасными. Да пох*й, раз уж я и так встрял, то и продолжим. «А у тебя какое оправдание? — спросил он. — Почему ты не рассказала мне о Тирелле?» Санса вздохнула: «Я не знала, как тебе сказать, потому что знала, что ты не обрадуешься». «И то, что ты скрывала это от меня… как-то помогло ситуации?» «Ты злишься из-за этого, да?» «Да, я пи*дец как взбешён, — Сандор коротко взглянул на неё, успев заметить, несмотря на сумерки, как сжались её челюсти. — Ненавижу даже думать о том, что Уиллас Тирелл будет где-то рядом с тобой». «Он будет работать с моим отцом, а не со мной», — напомнила ему Санса. «Маргери что-то говорила о том, что по работе он будет наведываться в ваш дом, — Сандор решил поднять ту часть вопроса, которая волновала его больше всего. — Ты хоть собиралась рассказать мне об этом, в конце концов?» «Я не имею права вмешиваться в работу моего отца, — сказала Санса, игнорируя его вопрос, что заставило Сандора скрипнуть зубами. — Ещё меньше влияния у меня на то, кого мой отец нанимает на работу, так что если у тебя нет по-настоящему веской причины, я не буду по этому поводу дёргать отца». «Я по-настоящему ненавижу этого чёртова красавчика, — бросил Сандор. — Я бы сказал, что это достаточно веская причина». «Я просто буду продолжать игнорировать Уилласа…» «Так же, как ты игнорируешь меня прямо сейчас». «…как и всегда. Я просто хочу, чтобы ты мне доверял». «Он собирается бывать в твоём доме… часто. А я никогда не переступал порог твоего дома». «Ты хочешь этого? Потому что я могу пригласить тебя завтра, если…» «Я не об этом». Без сомнения, Сандор вёл себя, как обидчивый и ревнивый парень, но как бы ему самому ни было противно от своего поведения, остановиться у него не получалось. «Ты мне доверяешь?» — спокойно спросила Санса. «Мы это уже проходили, Санса, — проскрежетал он. — Ты знаешь, что тебе я доверяю, так же, как знаешь и о том, что я не доверяю Уилласу Тиреллу». Санса снова вздохнула: «Ты должен продолжать доверять мне, Сандор. Я ничего не могу поделать с тем, что Уиллас будет работать на моего отца. Я смогу с ним справиться, и, кроме того, он не из тех, кто попытается выкинуть какую-нибудь штуку. Он может лить мне в уши любой сладкий сироп, но я глуха к нему, понимаешь?» Без всякого желания Сандор вынужден был согласиться с тем, что Уиллас Тирелл был слишком джентльменом для того, чтобы использовать по отношению к Сансе какую-нибудь подлую или грязную тактику, и он испытал некоторое облегчение от того, что ему не нужно было беспокоиться, что парень выкинет какую-нибудь непристойность. Однако старший из братьев Тиреллов был искусным собеседником и обладал обаянием настоящего принца, чего так не хватало самому Сандору. Более того, мысль, что Уиллас гораздо лучше подходит Сансе, никогда не покидала его голову, снова и снова издеваясь над его неуверенностью в себе. К сожалению, заверения Сансы мало охладили его пыл, и к тому времени, как они подъехали к воротам «Замка Мейгор», Сандор был всё ещё далёк от того, чтобы успокоиться. «Эм… я позвоню тебе завтра, хорошо? Мне нужно закончить эссе, поэтому я не знаю, когда освобожусь», — сказала Санса перед тем, как выйти из машины. «Пиши своё эссе, — проворчал Сандор. — У меня есть дела. Увидимся в понедельник». «Хорошо, — Санса наклонила голову и поцеловала его в неподвижные, но и не сопротивляющиеся губы. — Доброй ночи, Сандор. Прости, что не рассказала тебе об Уилласе раньше». «И ты прости». Увидев, что Санса вошла в дом, Сандор поехал к себе, довольный, что они расстались мирно, даже если он всё ещё злился насчёт Уилласа Тирелла. У него не было особых дел на завтра, но он не хотел, чтобы Санса торопилась закончить эссе ради встречи с ним, поэтому он придумал этот предлог и провёл большую часть дня, тренируясь и пытаясь прочистить себе мозги. В его мыслях часто возникала улыбающаяся физиономия Уилласа, и каждый раз, как это происходило, он добавлял ещё несколько подходов к упражнению, которое делал в тот момент. На его взгляд, Старки и Тиреллы и так были слишком дружны. Казалось, что и помимо бизнеса семьи Эддарда Старка и Мейса Тирелла довольно регулярно взаимодействовали, а это означало, что Уиллас и Санса будут постоянно пересекаться без присутствия Сандора. Многие из мероприятий, которые они посещали, были закрытыми, а значит, Сандору редко будет позволено сопровождать Сансу, если вообще это будет возможно. Учитывая начало весеннего сезона, в ближайшее время намечалось множество вечеринок. В прошлом Джоффри Баратеон был его пропуском в подобные места, но после того, как Сандор начал встречаться с Сансой, этот вариант был ему больше не доступен. Раньше Джоффри просто говорил Сандору, чтобы тот пришёл на то или иное мероприятие, не спрашивая, хочет ли он этого. И Сандор никогда не задавался вопросом, как его имя попадает в список гостей, пока он мог получать выпивку без удостоверения. Он был уверен, что Санса с радостью пригласит его, если он попросит, но Санса была не из тех, кто запугивает организаторов мероприятия или просит одолжения у хозяев. Баратеоны больше не устраивали столько вечеринок, как раньше, роль хозяев высшего общества взяли на себя Тиреллы, и, разумеется, они были гораздо более избирательны в том, чьи имена попадают в списки гостей. И чёрта с два я буду проситься пойти с ней. После тренировки он принял душ и съел поздний ланч, после чего сел и написал письмо отцу, сообщив ему, наконец, о своём поступлении в Университет Валирии. Ответ пришёл в течение часа, застав его врасплох, так как у отца в это время была середина ночи. Теодору Клигану обычно требовался день или два, чтобы ответить даже на самые простые электронные письма. «Ты не ошибся? Ты действительно поступил в Университет Валирии?» — ответил его отец. «Да. Несомненно, я поступил в Университет Валирии», — подтвердил Сандор, гадая, уж не был ли его отец несколько впечатлён. Его отцу потребовалось двадцать минут, чтобы ответить, и Сандор посчитал это новым рекордом. «Пришли мне все документы, которые я должен подписать. Дай мне знать, когда они придут». От Теодора Клигана не было ни поздравлений, ни выражения родительской гордости. Не то чтобы Сандор ждал чего-то подобного, но всё же он посчитал, что их общение было довольно успешным. Санса позвонила ему ранним вечером, сделав паузу в написании эссе, и стала расспрашивать, как прошёл его день, жалуясь на своего учителя английского языка. «Этот вид эссе самый стрёмный, — стенала Санса, — а хуже всего, что тема ужасно скучная». «Мистер Валгрейв печально известен своими темами для эссе. Он был и на моём курсе. — Сандор вспомнил пожилого учителя, который всегда путал имена своих учеников. — Я думал, он ушёл на пенсию, потому что у него уже появлялись признаки слабоумия». «Это его последний год, — сообщила ему Санса, — в конце учебного года он уходит на пенсию. С памятью у него действительно беда». «Я слышал, что однажды его нашли плачущим в библиотеке, потому что он не мог вспомнить обратную дорогу в свой кабинет». «Кто-то ещё рассказывал, что мистер Валгрейв разводит цыплят и хочет, чтобы когда он умрёт, они его съели. Разве это не безумие?» «Мужик определённо впадает в старческий маразм», — мрачно заметил Сандор. Он был рад, что Санса вроде бы находилась в хорошем настроении, но, хоть он был и доволен продолжением их беседы, он понимал, что они оба стараются не упоминать о вчерашнем инциденте. На какое-то время Уиллас Тирелл стал щекотливой темой. «…Арья целый день ведёт себя необычно», — говорила в это время Санса. «Что там с Арьей?» — нахмурился он, осознав, что не услышал первой части фразы Сансы. «Я сказала, что сегодня утром она была на симпозиуме с Браном, и с того момента, как они вернулись, Арья себя очень странно ведёт». «Симпозиум?» «Да, они ходили на какого-то известного лектора по мотивации. Бран — большой его фанат». «Звучит скучно. Почему Арья пошла на это?» «Ну, мы обе вроде как задолжали Брану услугу, но мне нужно было писать эссе, поэтому с ним пошла Арья». «И в чём проявляется её странность?» «Она очень молчалива, даже молчаливей, чем была после своего расставания, а ты ведь знаешь, что моя сестра никогда не бывает особо подавленной». «Возможно, она всё ещё переживает из-за того, что прошлым вечером видела своего бывшего безликого на сцене, — предположил Сандор. — Она весь день крутилась рядом с Джендри и вдруг увидела бывшего парня, которого бросила ради Джендри…» «Хм… наверное, так оно и есть, — согласилась Санса. — В любом случае, мне стоит вернуться к своему эссе. Я напишу тебе смс перед сном, хорошо?» «Конечно». «О, и ещё, Сандор…» «Да?» «Давай сделаем кое-что на этой неделе». «Хм?» «Ну, знаешь, может, отпразднуем твоё поступление в Университет?» «Если хочешь». «Я хочу, Сандор, — настаивала Санса. — Я горжусь тобой». Её слова звучали искренне, и не то чтобы он ожидал чего-то другого, но он не мог не заметить горько-сладкую нотку в её тоне. Не было никакого спасения от того, что ожидало их обоих после его отъезда в колледж. «Ладно, — в конце концов произнёс он, — что-нибудь придумаем». Вскоре после этого они закончили разговор, и Сандор провёл остаток вечера перед телевизором. Он так часто уходил в свои мысли, что к моменту окончания шоу даже представления не имел, о чём оно было. Было очень необычно, что он так много думает о своём будущем. С ним и вокруг него так много всего произошло, о чём ещё совсем недавно он и подумать не мог. У него была девушка, приглашение в колледж, а его футбольная карьера теперь выглядела более достижимой, чем когда-либо. Трудно было поверить в то, что всё это происходит именно с ним, а не с кем-то другим, и что он действительно живёт своей жизнью. Траектория его будущего шла выше и дальше, чем он мог себе представить. В общем, ему впервые в жизни не терпелось узнать, что его ждёт впереди. И всё же в глубине его сознания притаился тот зловещий голос, которому везде и всегда нужно было вставить своё слово. «А теперь подождём, — мрачно нашёптывал он. — Подождём и посмотрим, как ты всё это прое*ёшь».

_____________________________

Арья

У Брана были странные друзья. Нет, странные — неподходящее слово. Скорее, они были более серьёзными, чем она ожидала: наверняка интеллектуалы, в некоторых аспектах интересные, и они оба были старше их с Браном. То, что у Брана были друзья постарше, не должно было удивлять Арью, поскольку её брат всегда казался намного старше своих двенадцати лет. «Это мои друзья: Жойен и его сестра Мира, — представил их Бран. — А это моя сестра Арья». «Приятно познакомиться», — сказал Жойен, пожимая ей руку. Жойену было пятнадцать, у него были короткие каштановые волосы и необычайно глубокие зелёные глаза, которые Арья нашла почти завораживающими. Казалось, что он ещё окончательно не вырос, так как был ненамного выше Брана. «Мне тоже, — ответила на приветствие Арья. — И с тобой, Мира». «Приятно познакомиться, Арья», — улыбнулась ей Мира, зелёные глаза которой были почти такие же, как и у её брата. Мире исполнилось шестнадцать, и у неё были длинные каштановые волосы. Она тоже была миниатюрной, и хотя на её лице не было косметики, Арья решила, что она хорошенькая. И судя по выражению глаз Брана, её брат считал так же. «Наши отцы вместе учились в колледже, Арья, — сообщил ей Бран. — Папа говорил, что Хоуленд Рид — один из его старых друзей». «Хоуленд Рид… да, это имя мне знакомо», — нахмурилась Арья, не в силах припомнить, чтобы отец когда-нибудь упоминал о детях Хоуленда. «Мы очень рады лично познакомиться с вами обоими, — заявил Жойен. — Мы впервые видимся с Браном в живую. Полагаю, что из-за того, что наши семьи проживают в разных штатах, у нас до сих пор просто не было такой возможности». «Вот почему мы были взволнованы тем, что в этом году симпозиум проходит в Королевской Гавани, — добавила Мира, — потому что у нас появилась возможность встретиться с вами». «Арья, я говорил тебе, что именно от Жойена я узнал о Бриндене Риверсе?» — спросил Бран. «Нет, этого ты мне не рассказывал». «Это правда, — сказал Жойен, — мы с сестрой глубоко восхищаемся Трёхглазым Вороном». Вскоре Арья узнала о том, что Бран и Жойен познакомились в интернете, играя в любимую RPG игру Брана — «Кровавый ворон». Они дружили уже несколько месяцев, прежде чем обменялись личными данными и быстро выяснили, кто они в реальности. Когда они выяснили, что сходятся во вкусах на книги и телевизионные шоу, их разговоры постепенно перешли на более интеллектуальные темы. Как поняла Арья, Бринден Риверс позиционировал себя как своего рода гуру, обучая людей, как полностью раскрыть свой потенциал и тому подобное. Люди вокруг них представляли собой неоднозначную смесь из интеллектуалов типа Брана и Ридов, хипстеров, нового поколения хиппи и обычных людей, выглядящих здесь так же неуместно, как и она сама. Симпозиум проходил в конференц-зале гостиницы «Лес». Это новомодная постройка гордилась тем, что отличается от всех других городских отелей, лишённых индивидуальности. Действительно, гостиница «Лес» была довольно примечательной: повсюду в фойе и конференц-зале сквозила лесная зелёная тема, на стенах вместо картин были живые панно из суккулентов и атмосферных растений, люстры и светильники имитировали корни и растения, пробивающиеся сквозь стены и потолок, а фокусными украшениями помещений служили огромные натуральные скалы и валуны. Жойен повёл их к местам поближе к трибуне, чтобы им ничто не загораживало обзор. «В число приглашённых лекторов сегодня входит Лиф Чаилдс, которая часто гастролирует с Бринденом Риверсом», — услужливо поведала ей Мира. «Эм… я не так уж сильно разбираюсь во всём этом, — призналась Арья. — Я здесь только потому, что меня попросил об этом Бран». Мира улыбнулась: «Тогда это должно открыть тебе глаза». «Третий глаз», — вставил Жойен, на что Мира и Бран ответили смехом. Шутка прошла мимо Арьи, поэтому он сидела, неловко улыбаясь, ещё сильнее чувствуя себя не в своей тарелке в компании подростков, которые были юны лишь с точки зрения физиологического возраста. Пока они ждали начала, Арья слушала дискуссию Брана и Жойена о жизни после смерти. Оба говорили увлечённо, ссылаясь в качестве аргументов на различные религиозные верования и философские рассуждения. Мира выступала в качестве судьи, вмешиваясь, если спор становился слишком жарким. Арья всегда знала, что Бран умнее среднестатистического двенадцатилетнего мальчика, но слушая, как он спорит с более взрослым и при том умным человеком, она вновь прониклась к нему благоговейным трепетом. А ведь ещё даже первый лектор не вышел на сцену! Когда первый из выступающих поднялся на трибуну, Арья сказала себе, что будет непредвзято относиться к тому, что услышит, но большую часть времени она витала в собственных мыслях — просто потому, что эти темы её совершенно не интересовали. Лектор рассказывал о применении и преимуществах лекарственной смеси под названием «паста чардрева». Её бровь лишь удивлённо приподнялась, когда кто-то указал на галлюциногенные свойства этой пасты. Другой лектор обучал их дыхательным упражнениям, которые должны были обострить их чувства. Но всё, что почувствовала Арья после выполнения упражнений, это головокружение. Когда она соглашалась пойти с Браном, то не знала, что все присутствующие будут в обязательном порядке выполнять рекомендации лекторов. Женщина по имени Лиф Чайлдс, о которой ранее упоминала Мира, рассказывала о снах. Смысл сновидений заключался в том, что они были потенциальными порталами в прошлое и будущее. «Нужно только научиться постигать собственные сны, чтобы проходить через этот портал». Арья слушала эту речь со скептически поднятой бровью, хотя ей пришлось быстро принять нейтральное выражение лица, когда Бран случайно взглянул в её сторону. «Разве это не круто, Арья?» — взволнованно спросил у неё брат. «Ага… ещё как», — согласилась Арья. Темой симпозиума в тот день было «Зеленовидение: эзотерическое пробуждение». Когда пришёл черёд выступать Бриндену Риверсу, Арья задалась вопросом, насколько глючной будет его речь в качестве козырного лектора, учитывая всё, что она здесь успела услышать. Она в некотором предвкушении наблюдала за тем, как раздвинулся занавес, и появившийся человек поразил её. Это был альбинос с копной седых волос на голове, его худое тело было обтянуто белой, как молоко, кожей, а один глаз был скрыт повязкой. Второй глаз, которым он оглядывал публику, был красным, и казалось, что он видит им всё и вся перед собой. Кроме того, он был довольно преклонного возраста, возможно, около девяноста лет, и опирался на трость, чтобы подойти к приготовленному для него сиденью под лучом прожектора. Арья уже видела его по телевизору и в социальных сетях, поэтому она знала, чего ожидать, но вот к чему она совершенно не была готова, это к тому, что его окружала аура... мудрости... некая энергия, заставлявшая её хотеть услышать всё, что он скажет. «Доброе утро всем, — начал мужчина, — благодарю вас за то, что пришли послушать старика. Я вижу среди вас как знакомые лица, так и тех, кто пришёл ко мне впервые. Для новичков я хотел бы отметить, что у меня нет каких-то трюков или иллюзий, волшебных зелий и заклинаний, которые способны чудесным образом пробудить ваш третий глаз. Я не буду рассказывать вам о медитации, или пении, или слушании музыки, созданной китами. Вот что я скажу, и пусть это дойдёт до каждого в аудитории: сила, способная пробудить ваш третий глаз, использовать ваше зрение и открыть ваш скрытый потенциал — эта сила находится внутри вас. Сегодня я научу новичков тому, как начать путешествие к раскрытию своего потенциала, а что касается остальных, то надеюсь, что смогу помочь вам продолжить свой путь. Если позволите, я начну с того, что время — величайший учитель. Многие сказали бы, что именно жизнь является величайшим учителем, но на самом деле только в границах времени мы способны жить. Почему я делаю здесь различие? А позвольте спросить вас, что такое жизнь? Для меня жизнь — это проявление времени в его физической форме… когда человек рождается, то ему или ей отведён лишь определённый промежуток времени на этой земле. Когда человек рождается, то становится живым воплощением времени. Опять же многие могут сказать, что сама жизнь — это дар, и я понимаю, почему так считают. Однако, жизнь конечна. Жизнь заканчивается. А время? Ведь время бесконечно. Время ещё долго будет продолжаться после того, как срок нашей жизни истечёт. С моей точки зрения, именно время — настоящий дар. А то, что мы делаем с тем временем, что нам отведено… это и есть жизнь». Ладно, мозго*б, — подумала Арья, пытаясь осмыслить эту идею, устроившись в кресле поудобнее и слушая дальше. «Время учит нас терпению. Время учит нас наблюдать, открывать для себя различные эмоции, и время позволяет нам выяснить цель нашего рождения. Однако уроки, которые время может преподать нам, зачастую мы можем оценить не сразу, а, так сказать, задним числом. Некоторые люди не осознают, что в каждом моменте, который мы проживаем, есть урок, который нужно выучить. Я хотел бы, чтобы вы все поняли и ушли сегодня домой с тем, что вы должны осознавать каждый момент своей жизни, каждое событие, которое происходит, каждого человека, с которым вы сталкиваетесь… потому что только так мы можем начать учить уроки времени и понять своё место в жизни, которая нам дана. Когда вы осознаете своё положение на собственной уникальной временной шкале, вы начнёте понимать, как ваше существование влияет на окружающих и какую роль вы можете сыграть на временной шкале кого-то ещё. Используя силу взгляда в прошлое, вы можете увеличить способность к предвидению… чтобы видеть сквозь время, если захотите. Вот что значит в самой упрощённой форме пробудить свой третий глаз». С этого момента на взгляд Арьи лекция Бриндена стала более туманной, что мешало ей сосредоточиться, и в конце концов она совершенно перестала следить за её ходом. Бегло оглядев конференц-зал, она увидела, что все остальные всё ещё были поглощены лекцией, поэтому она снова ушла в свои мысли. Её думы неизбежно возвращались к Джендри и Якену. Прошлым вечером вид Якена на сцене и одновременное присутствие рядом с ней Джендри сильно подействовали на неё, и это заставило её испытать такую мешанину чувств, что в результате она впала в глубокую задумчивость до конца вечера. «Арья, ты в порядке? — спросил её Джендри. — Ты вся дрожишь». «Я в порядке, — ответила она. — Со мной всё будет в порядке». Именно в тот момент она решила перестать чувствовать себя виноватой из-за разрыва с Якеном. Она видела, что Якен и даже Джендри начали жить своей жизнью, в то время как она погрязла в эмоциональной трясине, которую сама же и создала. Она не хотела остаться за бортом жизни. Однако это было легче сказать, чем сделать. «Ты уверена, что в порядке? — пальцы Джендри сильнее сжали её локоть. — Ты можешь не смотреть его выступление, если не хочешь». «Всё нормально. Я не против того, чтобы посмотреть, — заверила его Арья. — Кроме того, выбраться из этой толпы будет очень сложно». Джендри смотрел на неё, и на его лице была дружеская обеспокоенность, но больше он не стал её спрашивать. Несколько раз она почувствовала его взгляд на себе во время выступления Безликих и сочла, что это лишнее. Джендри не стоило беспокоиться о ней. Она не хотела, чтобы он волновался за неё, особенно в качестве друга. Неосознанно она оставалась напряжённой во время концерта Якена и смогла расслабиться только после того, как спустя полчаса они покинули сцену. Все друзья подметили её необычное поведение, но никто не сказал ни слова, возможно чувствуя, что происходит что-то очень серьёзное. Пирожок пару раз взглянул на неё во время выступления Якена, но в конечном счёте только спросил, во сколько она хотела бы вернуться домой. Ей не хотелось, чтобы Пирожок слишком рано уехал отсюда и что-то пропустил, поэтому она дала ему как можно больше времени, помня о своём комендантском часе. В перерывах между концертами Джендри не отходил от неё ни на шаг, и впервые за весь день она была счастлива, пока не поняла, что он высматривает Якена. «Тебе не нужно присматривать за мной, — сообщила она ему после того, как он резко взял её за плечи и повёл к другому буфету, когда разглядел в баре примечательную красно-платиновую голову Якена. — Я не пытаюсь избегать его. Я не боюсь столкнуться с ним». Глаза Джендри сузились, опять-таки от дружеской заботы, которая всё больше её раздражала, но он отпустил её плечи и улыбнулся. «Ты права, — сказал он, — у тебя абсолютно нет причин бегать от него». В тот вечер она больше не встречала ни Якена, ни его друзей, но весь остаток дня держалась настороже, и к тому времени, когда они с Пирожком покинули «Турнирное Поле», она была измотана сильнее, чем сама понимала. Воскресное утро застало её ругающейся на телефон, когда она увидела сообщение Паука Сплетника об их с Якеном расставании. Рано или поздно это должно было случиться, и она даже удивилась, что Пауку Сплетнику потребовалось столько недель для того, чтобы рассказать об этой новости. Переезд Якена в Нью-Йорк стал теперь достоянием общественности, и мысленно она уже готовилась к испытанию сплетнями, с которыми придётся столкнуться в школе в понедельник. Однако прямо сейчас она размышляла о том, как её существование влияет на окружающих. Она слишком часто вмешивалась в чужие дела и теперь пребывала в уверенности, что её каким-то образом за это наказывают. Трёхглазый Ворон закончил говорить, а она всё ещё прибывала в собственных мыслях, и только когда зажёгся свет, она поднялась со своего места, заметив, что её спутники начали вставать. «Это было очень поучительно!» — с восхищением на лице отметил Жойен. «И впрямь было, — согласился Бран. — А ты как считаешь, Арья?» «Ну… да, поучительно», — пробормотала Арья. «Может, теперь отправимся в «Пещеру?» — предложила Мира. «Что за «Пещера?» — спросила Арья. «Это ресторан на нижнем этаже отеля, — ответила Мира, — там пройдут дружеские встречи». «Давайте пойдём перекусим, пока очереди не слишком длинные. Бринден скоро спустится», — сказал Жойен и пошёл вперёд. Арья и Бран последовали за Ридами из конференц-зала и вышли в фойе, где толпились посетители, коротая время перед официальным началом дружеских встреч. Они предпочли спуститься по лестнице в ресторан, который демонстрировал такую же индивидуальность, как и весь отель. Освещение в ресторане было приглушённым, светильники напоминали перепутанные корни, а расставленные в уединённых штольнях столики предлагали скромную трапезу для посетителей. Часть ресторана была занята длинным столом для приглашенных лекторов, и рядом с ним было оставлено пространство для очереди. Там также был организован шведский стол с закусками для участников симпозиума. Арья не была особенно голодна, но знала, что станет раздражительной, если не поест, поэтому она откусила кусочек вкусного пирога и взяла немного дыни. Вскоре после этого начали подходить лекторы, поэтому Бран и Риды направились прямиком к Лиф Чайлдс, которая подписывала экземпляры своей новой книги. Арья воспользовалась этой возможностью, чтобы пройтись и освежиться. Прежде чем выйти из ресторана, она сообщила Мире, куда направляется, и отправилась на поиски туалета. Она никогда не могла сидеть без движения слишком долго, поэтому после уборной решила немного размять ноги, исследуя общедоступные зоны этого необычного отеля. Так она оказалась в своего рода галерее, которая тянулась вдоль всего отеля. Располагалась она на третьем этаже, и отсюда можно было видеть находящееся ниже фойе, а также открывался вид на улицу через панорамные окна, обеспечивающие естественный солнечный свет для огромного количества атмосферных растений и суккулентов, которые каскадом спускались с балкона. Оттуда она наблюдала за людьми, которые всё ещё толпились в фойе, задаваясь вопросом, будет ли кто-нибудь из них действительно практиковать учение Трёхглазого Ворона, а не просто считать его просветляющим. «У тебя слишком серьёзное выражение лица для столь юной особы, моя дорогая». Вздрогнув от звука скрипучего голоса, Арья обернулась и обнаружила, что на неё смотрит Трёхглазый Ворон собственной персоной, и его единственный красный глаз видит куда больше, чем многие люди могли видеть двумя. «Мистер Риверс, — вежливо улыбнулась ему Арья. — Я не слышала, как вы подошли». «Обычно люди говорят мне нечто противоположное, — сказал он, постукивая тростью по полированному полу. — Как правило, это выдаёт моё присутствие». «Извините, я не заметила. Я была…» «Глубоко погружена в собственные мысли», — закончил за неё Бринден. «Да, — призналась Арья, любопытствуя, почему этот человек подошёл к ней. — Я задумалась». «Ты — новое лицо, — заметил Бринден. — Как бы мне ни хотелось думать, что моя лекция послужила причиной твоей задумчивости, я полагаю, что потерял твоё внимание минут через пять после того, как начал говорить, не так ли?» Внутренне Арья вся съёжилась, однако внешне неловко улыбнулась: «Прошу прощения… а как вы…» «Я очень наблюдателен», — ответил Бринден, совсем не выглядя обиженным. «Мне очень жаль, что вы заметили моё невнимание. Я пыталась сосредоточиться на том, что вы говорили, но весь этот образ мышления для меня в новинку…» Бринден поднял руку, чтобы остановить её: «Я здесь не по этому поводу». «Ох, — Арья не могла понять, что ему от неё нужно. — Я чем-то могу помочь вам?» «Надеюсь, что это я смогу помочь тебе, — ответил Бринден. — Как я уже сказал, ты выглядишь чрезмерно серьёзной, и я бы даже осмелился сказать… смятенной». Арья гадала, как много этот человек способен видеть. Он был необычайно наблюдателен. «Ничего серьёзного, мистер Риверс. Я действительно не хочу беспокоить вас подробностями. Это обычные проблемы девочки-подростка». «Ах, проблемы девочки-подростка… это одни из самых уникальных проблем. Теперь ты и вправду меня заинтересовала». «Мистер Риверс, — снова попыталась Арья. — Вы ведь меня совершенно не знаете, зачем вам помогать мне?» «Назовём это эксцентричностью старика, — с улыбкой сказал Бринден. — Даже если я не смогу помочь тебе решить твои проблемы, по крайней мере, я надеюсь поделиться своей мудростью, и, возможно, подвести тебя к тем ответам, которые ты ищешь». Арья не понимала, почему ей вдруг захотелось излить душу этому пожилому человеку, но уже спустя пару секунд она это сделала. «Я рассталась со своим парнем, потому что осознала, что всё это время была влюблена в другого. Теперь я чувствую себя виноватой, потому что мой бывший парень не сделал ничего плохого, но всё же я принесла ему так много боли. Мне невыносимо думать, что я причинила ему боль, и что я ничего не могла сделать, чтобы избежать этого. Я видела его вчера вечером и поняла, что с ним и без меня всё будет в порядке, поэтому я хочу перестать испытывать чувство вины, но не могу понять, как это сделать». Арья выложила всё одним махом, и после того, как она выговорилась, Бринден ещё некоторое время смотрел на неё, обдумывая всё, что она ему сказала, и Арья почувствовала, что он услышал намного больше, чем просто её слова. «Ты должна научиться прощать и перестать наказывать себя, живя вещами, которые не можешь изменить, — наконец произнёс Бринден. — Отпусти прошлое, потому что только так ты сможешь освободиться от вины и сожаления, которые несёшь в себе». «Отпустить прошлое? — растерянно повторила Арья. — Разве не вы на лекции говорили о том, что взгляд в прошлое — это ключ к раскрытию третьего глаза или что-то вроде того?» Бринден покачал головой: «Я сказал отпустить, а не забыть. Я также говорил, что взгляд в прошлое может приподнести нам много уроков. В твоём случае это уроки, преподанные чувством вины и сожаления. Обе эти негативные эмоции сильны, и легко могут затмить любые положительные уроки, которые можно извлечь из расставания. Мне кажется, ты чувствуешь себя виноватой из-за того, что невольно ввела в заблуждение человека, в которого когда-то считала себя влюблённой, верно?» «Да. Я действительно никогда и не помышляла о том, чтобы вводить его в заблуждение, — опустила голову Арья. — Мне очень жаль, что всё так обернулось». «Совершенно ясно, что ты сожалеешь о том, как всё это произошло, но ещё яснее для меня то, что ты полна раскаяния. На мой взгляд, раскаяние намного важнее сожаления. Видишь ли, не все, кто сожалеет, испытывают угрызения совести». «Так что же мне делать с чувством вины и раскаянием?» «Возьми свою вину и используй её, чтобы лучше понять себя, моя дорогая. Возможно, причина, по которой ты считаешь, что ввела мальчика в заблуждение, заключалась в том, что ты не поняла собственное сердце. Воспользуйся этим шансом, чтобы выяснить, почему ты чувствовала любовь к кому-то другому, и, надеюсь, в будущем ты с большей уверенностью распознаешь это романтическое чувство. Что же касается раскаяния… ну, кажется, теперь ты понимаешь последствия своих действий. По-настоящему раскаявшийся человек будет делать всё возможное, чтобы избежать и не повторить столь болезненных поступков». Арье показалось, будто у неё в голове щёлкнул выключатель, потому что мысли её внезапно прояснились. «Я не должна чувствовать себя плохо из-за того, что не знаю своих собственных чувств? Я не должна чувствовать себя виноватой из-за своей неуверенности?» — с надеждой спросила она. «Это тебе решать. В жизни, моя дорогая, ты должна понимать, что иногда события должны происходить по какой-то причине, несмотря на все наши усилия повлиять на их итог. Иногда никто не виноват, потому что любовь — это таинственная игра, в которой часто нет победителей или проигравших… только уроки». «Это касается тех временных рамок, о которых вы упоминали, и того, как наши собственные временные линии переплетаются и пересекаются с линиями других людей? — нахмурилась Арья. — Потому что, боюсь, что я слышала далеко не всё из этого». Бринден хмыкнул: «Я верю, что ты достаточно хорошо выслушала то, что относится именно к тебе. Однако я вижу, что дал тебе много пищи для размышления». «Спасибо, мистер Риверс, — на удивление благодарно произнесла Арья. — Думаю, что вы действительно помогли мне». «Это чудесно, — морщинистое лицо Бриндена расплылось в улыбке. — Я очень рад это слышать. А теперь, если ты будешь столь добра и поможешь старику спуститься в ресторан, я буду тебе очень признателен». «Разумеется, с удовольствием», — Арья сразу протянула руку, чтобы он мог опереться на неё. «Благодарю, — сказал Бринден, когда они пошли по галерее к эскалатору. Я сказал своему помощнику, что пока отдохну в своём номере, и что позову его, когда буду готов спуститься вниз. Но потом я случайно заметил, как ты бродишь по галерее, и не смог проигнорировать это… моя дорогая, как я могу к тебе обращаться?» «Арья, — ответила она. — Арья Старк. Мой младший брат Брандон, или Бран, как мы все его называем, — ваш большой поклонник, и он ждёт внизу, чтобы встретиться с вами». «Старк? Хмм, — Бринден приподнял бровь над единственным красным глазом. — Мне будет приятно с встретиться также и с ним». Бран и Риды с удивлением смотрели на то, как Арья провожает Трёхглазого Ворона к его месту напротив ожидающих поклонников. «Что произошло?» — спросил Бран, когда она присоединилась к нему в очереди. Арья пожала плечами: «Я помогла ему спуститься по эскалатору». Она решила, что никому не будет рассказывать о своей встрече с Бринденом Риверсом. Это был очень неожиданный урок от неожиданного учителя, и она чувствовала, что его слова останутся с ней навсегда.

_____________________________

Джендри

На фотографиях он смеялся и флиртовал с девушками из Седьмой Гармонии за кулисами на Турнире. Снимки были сделаны профессиональным фотографом, приглашённым на мероприятие, и размещены на странице фестиваля «Турнирное Поле» в Facebook. Кто-то из знакомых с Джендри увидел их и поделился с ним, это повторилось ещё несколько раз прежде чем об этом не стало известно всем от Паука Сплетника в понедельник утром. К тому времени, как он сел за парту, его спросили об этом не меньше дюжины раз. Он по этому поводу улыбался и даже шутил, в то время как ему хотелось сказать им заткнуться и уйти. Он никогда даже не слышал об этой поп-группе, пока Эдрик не начал фанатеть по ним, когда заметил девушек в ВИП-зоне. А теперь ходили слухи, что Джендри подцепил одну из них после Турнира. «Нет, Пирожок», — сказал Джендри, стоило его другу с горящими глазами опуститься за парту рядом с ним. «Ты даже вопроса моего ещё не слышал», — нахмурился Пирожок. «Неважно, потому что ответ нет, — повторил Джендри. — Я не подцеплял никого из этих девушек и не собираюсь встречаться ни с кем из них». «Но они ведь дали тебе свои телефоны?» — с надеждой посмотрел на него Пирожок. «Две из них дали», — признался Джендри. — Но я не позвоню ни по одному из них». «Что с тобой не так?» — вопросил Пирожок. «Какого чёрта все так хотят, чтобы я стал с кем-то встречаться?» «Потому что ты слишком долго был одержим одной девушкой, и тебе нужно двигаться дальше, — ответил Пирожок. — К тому же все вроде как хотят знать, с кем же в итоге ты замутишь, потому что ты довольно горячий паренёк и всё такое». Джендри вздохнул: «Я не собираюсь встречаться с кем попало. Как я смогу поверить в то, что они хотят именно меня, а не потому что я теперь один из Баратеонов?» «Тогда как насчёт того, чтобы встречаться с кем-нибудь из твоего вида?» — предложил Пирожок. «Моего вида?» — вопросительно посмотрел на него Джендри. «Ага, — кивнул Пирожок. — Например, как Маргери Тирелл. Кажется, вы двое в последнее время немного сблизились». «Однозначно нет, — яростно замотал головой Джендри. — Эта девушка — пожирательница мужчин и, по-моему, всегда имеет какой-то скрытый план. К тому же её бабушка, вероятно, глава какой-то мафии или чего-то в этом роде». «А что насчёт Жасмин Цой?» Джендри снова покачал головой: «Искры нет. Поверь мне, она практически сидела у меня на коленях, прижималась ко мне…а я ничего не почувствовал». «Ты что чёртова статуя? Чувак, твой член вообще работает?» Джендри врезал Пирожку по затылку прежде, чем тот успел увернуться. «Всё работает нормально, благодарю за заботу». «Держу пари ему одиноко, — с дразнящей усмешкой произнёс Пирожок. — У него совсем нет друзей, разве что кроме твоей правой руки... ауч!» Джендри вскочил со своего места и в считанные секунды скрутил его: «Не оскорбляй его лучшего друга, чувак». «Ха-ха-ха-ха!... Я уверен, что они отлично ладят… ой!» Из Пирожка начали вытрясать душу, когда в класс зашёл учитель, и к его огромному облегчению Джендри пришлось отпустить его. Джендри знал, что друг желает ему добра, но он просто не хотел встречаться с девушкой до тех пор, пока полностью не отойдёт от Арьи. Её реакция на присутствие Якена на Турнире пробудила в нём инстинкт защитника, особенно когда он заметил, как она не отрываясь глядит на своего бывшего парня, пока тот был на сцене. Он не был уверен, чем было вызвано его желание защитить её, романтическими чувствами или искренней заботой друга. Пирожок рассказал ему, что уговорил Арью пойти на Турнир, чтобы подбодрить её и отвлечь от мыслей о Якене. Джендри знал, что он попытался бы помешать Арье встретиться с её бывшим парнем, если бы знал, что там будут Безликие. Стоя рядом с ней в толпе, он чувствовал напряжение, исходившее от неё на протяжении всего времени, пока выступал Якен. К тому же они стояли очень близко к сцене, так что не было ничего удивительного в том, что Якен заметил их в толпе. Всё это время Джендри наблюдал за Арьей, и он не пропустил безмолвного обмена репликами между ней и её бывшим парнем. На Арью это сильно подействовало, хотя она и старалась притворятся весь оставшийся вечер. Арья с Пирожком уехали около десяти вечера, чтобы Арья успела вернуться до комендантского часа. А Джендри с остальными друзьями смотрел остальные выступления, не покидая вип-зону, откуда они тоже могли видеть сцену. Якену и его группе пришла в голову та же самая мысль, хотя они и сидели от них в противоположном конце. Какое-то время Джендри наблюдал за бывшим Арьи, видел, как тот смеётся, общается с поклонниками и другими исполнителями, и в целом отлично проводит время. И пока он наблюдал за ним, Джендри начал злиться. Этот парень разбил Арье сердце, променяв её на славу. После того, как ты украл её у меня, после того, как ты влюбил её в себя, ты просто рвёшь с ней в погоне за славой и богатством где-то в другом месте. Джендри и без того был невысокого мнения о Якене, и его гнев по поводу сложившейся ситуации не утихал до конца выходных, особенно после того, как воскресным утро Паук Сплетник сообщил о разрыве. Несмотря на маску, которую носила Арья, расставание ей тяжело далось, а теперь ей к тому же придется терпеть сплетни в школе. Одним из поводов раздражения Джендри в то утро стал подслушанный разговор об этом, пока он шёл со стоянки, и то, о чём люди болтали, было не особо добрым. «Якен Х'гар изначально был не из её лиги, несмотря на то, что она Старк». «Вполне логично, что он порвал с ней, — сказал кто-то ещё, — зачем ему быть связанным с подружкой-школьницей, когда у него есть такой выбор? Как только он станет известным, на него будут набрасываться самые гламурные женщины». «Вы заметили, что Арье Старк ужасно не везёт с парнями? Я имею ввиду, что с Сандором Клиганом всё кончилось тем, что он замутил с её старшей сестрой, а теперь и Якен предпочёл ей свою группу. Это просто доказывает, что ни деньги, внешность или имя в действительности не гарантируют счастья». Ему казалось, что перерыв на ланч никогда не наступит, но он едва успел с облегчением перевести дух, как рядом с ним нарисовалась Маргери. «Привет, Джендри, — поприветствовала его темноволосая пожирательница мужчин. — Я смотрела твоё выступление на Турнире. Жаль, что мы там не встретились». «О. Привет, Маргери, — улыбнулся ей в ответ Джендри. — Спасибо, что приходила посмотреть на нас. Турнир был очень важным делом, так что это здорово, что так много людей со школы были там». «Ты сейчас популярен, как никогда». «На самом деле?» — приподнял бровь Джендри, его тон оставался безразличным. «Равнодушие — часть твоей привлекательности, — рассмеялась Маргери. — Ты идёшь в кафетерий?» «Да, иду». «Какое совпадение! И я иду туда же. Не возражаешь, если я пойду с тобой?» — спросила Маргери, взяв его под локоть. «Буду рад компании», — ответил Джендри, у которого просто не осталось другого выбора. Маргери Тирелл была одной из немногих знакомых ему девушек, которые могли позволить себе подобную дерзкую выходку. Кафетерий находился в противоположном конце школы от здания, из которого они только что вышли. Со стороны могло показаться, что это Джендри её ведёт, но на самом деле всё держала под контролем Маргери. Он следовал за ней, пока она вела его по крытым переходам и проулкам, которые просто кишели учениками. Он понимал, что выбранный маршрут гарантировал наибольшее количество свидетелей их прогулки, это заставило Джендри задастся вопросом, каковы её планы были на этот раз. «Берик говорил что-нибудь по поводу выступления на «Весеннем балу»?» -спросил он у неё. «Вообще-то да. Я разговаривала с ним сегодня утром. – Подняла на него взгляд Маргери. – Разве он не сообщил тебе новости?» «Какие новости?» Маргери вздохнула: «Берик решил, что Братство всё-таки не будет выступать». «Ах, вот как, - отреагировал на новые сведения Джендри. – У Берика должна быть веская причина, чтобы отказаться». «У него есть. – Маргери сильнее прижалась к его руке, и он постарался не обращать внимания на то, что она нарочно коснулась его грудью с боку. – Он утверждает, что они с Аллирией хотят спокойно насладиться своими последними танцами, не заморачиваясь с концертом, и я могу это понять. Конечно, это печально, потому что Братство с таким успехом выступило на Турнире, а до этого ваш концерт в Огненном Сердце наделал много шуму. Я считаю, что «Весенний бал» в этом году стал бы намного более запоминающимся, если бы на нём выступили вы, ребята». Джендри был нейтральным в этом вопросе, но похоже Маргери довольно серьёзно относилась к своим обязанностям главы комитета и была искренне разочарована решением Берика. «Не унывай, - сказал он ей. – Я уверен, что даже без нас всё пройдёт просто фантастически. Ты возглавляешь комитет, и я сомневаюсь, что ты позволишь этому событию стать чем-то заурядным». «Спасибо, Джендри! – снова прижалась к его руке Маргери. – Это очень любезно с твоей стороны». Джендри ничего не мог поделать с тем, что они привлекают к себе внимание, и он точно знал, что Маргери делает это специально. Он просто не мог понять зачем. «Итак, а чем ещё ты занимаешься помимо посещения музыкальных фестивалей и курирования самых важных танцев в этом году?» - поинтересовался он, надеясь, что она просто скажет ему, чего хочет. «О, ну знаешь… просто занимаюсь делами при дворе, держу своенравных принцев в узде… и всё в таком духе», - бросила на него взгляд Маргери. «Подходит ли для него термин своенравный?» - процедил сквозь зубы Джендри. Взгляд Маргери забегал, словно проверяя, не подслушивает ли их кто-нибудь, а её голос стал на порядок тише, когда она заговорила: «Правление нашего принца спортплощадки, если верить слухам, похоже, подходит к концу. Я могла бы по-разному описать его, но «своенравный» - это одно из самых вежливых слов, которое я могу подобрать». Джендри прищёлкнул языком: «Другими словами ты так же, как и я, считаешь его большим засранцем. Почему ты с ним общаешься?» Выражение лица Маргери осталось приветливым, но по тому, как сжались её губы, а взгляд стал слишком пристальным, он осознал, насколько незнакома была ему эта девушка. «Ты не первый, кто задаёт мне этот вопрос, и хотя я могу назвать множество причин для этого, боюсь, ты сочтёшь это довольно замысловатым». «Достаточно честно, - понял намёк Джендри. – У тебя есть резоны торчать рядом с этим блондином-придурком». «Я не хотела, чтобы так вышло, - быстро произнесла Маргери, и улыбка снова вернулась на её лицо. – Скажем так, я пекусь о собственных интересах, пойдёт?» Джендри пожал плечами: «Это твоё дело». «Вот именно! – воскликнула Маргери. – Будущее «Reach & Marches Holdings» в моих руках, и я не позволю чему-либо поставить его под удар. Даже своенравному принцу». «Что? – нахмурился Джендри, понимая, что она говорит о компании своей семьи. – Нет, не важно. Меня это не касается». «Касается, - поправила его Маргери, ещё больше сбивая столку. – Грядут перемены, Джендри, и колёса завертелись в тот момент, когда признали твоё существование. Вопрос в том, будешь ли ты готов к этим переменам?» «Не совсем понимаю, что ты хочешь сказать». «Ты никогда не задумывался, почему на аукционе холостяков я давала ставку за тебя, а не за Джоффри?» «Я решил, что ты уже нахлебалась от него говна, - снова пожал плечами Джендри. – Но в итоге Арья Старк перебила твою ставку». Улыбка Маргери стала насмешливой, так взрослый человек улыбается ребёнку, который сказал что-то забавное: «Мы оба знаем, что я легко могла выиграть торги, если бы продолжила в них участвовать». «Вот только ты этого не сделала». «Действительно не сделала, - согласилась Маргери. – Я подумала, как же прелестно, что Арья так отчаянно хочет победить, так что я позволила им с Жасмин Цой продолжить разборку. К тому же моей целью было просто послать сообщение всем присутствующим в зале, и, кажется, оно было услышано». «Что за сообщение?» «Разве ты не слышал, Джендри? – улыбнулась ему Маргери. – В Подготовительной школе Королевской Гавани наконец-то появился король!» Джендри молча пялился на неё, пытаясь осмыслить, что король, о котором она говорит был он, в то время как другая часть его мозга застряла на упоминании о том, что Арья отчаянно хотела выиграть его на аукционе. Если бы он не впал в такое рассеянное состояние, то смог бы заметить, что они уже были неподалёку от кафетерия, и что в тот момент они шли прямо по центру двора, а за ними наблюдала большая часть школы. Но он этого не заметил, как и не заметил приближения нежелательного лица, пока прямо перед ними не возник Джоффри Баратеон собственно персоной. «Ну, что тут у нас?» - спросил Джоффри с презрительной усмешкой на губах. Джендри оторвался от своих размышлений и мгновенно насторожился. Столкновения с Джоффри никогда не были приятными, но у него было нехорошее предчувствие, что эта встреча будет особенно мерзкой. Как всегда, Джоффри был в сопровождении Транта и Блаунта. Он выглядел особенно раздражающе со своими светлыми волосами, зализанными назад с помощью слишком большого количества геля, а его белый кожаный пиджак делал его ещё более похожим на жалкого двойника Джастина Бибера. «Здорово, братец, - поприветствовал его Джендри, и слово «братец» прозвучало как оскорбление. – Чем обязан твоему присутствию сегодня?» «С чего ты взял, что я хочу с тобой разговаривать? – бросил Джоффри. – Я хочу поговорить с дорогой Маргери». В глазах Джоффри блеснул огонёк, который совсем не понравился Джендри, и он понял, что уже видел этот взгляд раньше. Джоффри всегда именно так смотрел на Сансу Старк, когда был ею недоволен. Он вдруг припомнил ссору Джоффри и Сансы прямо здесь во дворе несколько месяцев назад, во время которой Джоффри так сильно сжал запястья Сансы, что у неё остались синяки. Арья тогда хотела вмешаться, но Джендри остановил её. Позже он пожалел об этом, когда узнал, что случилось с Сансой. На самом деле, если бы тогда он знал то, что знает сейчас, то сам бы пошёл и вмешался в ту ссору. Вспоминая об этом, Джендри обнаружил, что тянет Маргери себе за спину, пряча её от опасного блеска в глазах Джоффри. «Мы с Маргери собирались вместе пообедать, так что прошу нас извинить. Прости, что не сможем остаться и поболтать», - Джендри взял Маргери за руку, намереваясь уйти и тем самым предотвратить скандал. «Трусы всегда убегают, братец,- стал насмехаться над ним Джоффри. – А у тебя отлично получается убегать, не так ли? Ты убегаешь каждый раз, как я пытаюсь поговорить с тобой. Это ведь не очень по-братски?» Джендри замер и обернулся, чтобы взглянуть на белокурого придурка, злясь, что идёт на поводу у Джоффри. «Ты отстойный собеседник, Джоффри, - издеваясь, произнёс Джендри. – Всё что ты делаешь, так это ноешь о том, насколько у тебя реально маленький член, кому это интересно слушать?» После реплики Джендри послышались смешки и хихиканье, и лицо Джендри моментально стало красным. «Ты действительно предпочла вместо меня вот это, Маргери? – обратился с вопросом к ней Джоффри, не сводя взгляда с Джендри. – Я всегда считал, что у тебя безупречный вкус, но твой вкус оказался помойным… прям как он». «Зачем ты её втягиваешь во всё это? – потребовал ответа Джендри. – У тебя проблемы со мной, так что оставь её в покое». «Она создала себе проблемы, когда решила унизить меня перед всеми на аукционе». «Слушай, Джоффри. Я никогда не говорила, что буду торговаться за тебя…», - попыталась заговорить Маргери, но Джоффри быстро её оборвал. «Ты говорила мне, что собираешься поднимать ставки за парня, который достоин быть твоим королём», - сердито рявкнул Джоффри. «И это был не ты, - язвительно заметил Джендри, следя за тем, как Джоффри изменил позу. – Насколько я знаю, Маргери никогда не была твоей девушкой, так что она могла участвовать в торгах за кого угодно». «Ты не король и никогда им не будешь, - прошипел Джоффри угрожающим тоном. – Ты ублюдок и всегда им будешь». Джендри пожал плечами: «И все всегда будут знать, что твой дорогой папаша обманывал твою мамашу… причём неоднократно». «Пойдём, Джендри, - потянула его за руку Маргери. – Мы привлекаем много внимания». Джоффри снова перевёл взгляд на Маргери: «Я сказал, что хочу поговорить с тобой, Маргери». Вопреки ожиданиям Джендри Маргери не дрогнула, услышав его тон, и она спокойно посмотрела на Джоффри. «Я поговорю с тобой, когда ты успокоишься, хорошо? – попыталась задобрить его улыбкой Маргери. – Я понимаю, почему ты расстроен, и я искренне сожалею за возникшее между нами недопонимание, но, как и сказал Джендри, я с тобой не встречаюсь». «Недопонимание? – казалось, что у Джоффри изо рта пойдёт пена. – Все эти месяцы ты увивалась за мной, выставляя свои сиськи напоказ, и ты называешь это недопониманием?» «Не стоит, Джоффри», - тихим голосом предостерёг его Джендри, чувствуя, как стремительно портиться настроение Джоффри. «Ты ё*анная давалка, Маргери, - продолжал Джоффри, игнорируя предупреждение Джендри. – Вот ты кто». «Джоффри, не надо…» - начала Маргери только для того, чтобы её снова оборвали. «Не надо… что? Не надо позволять всем этим людям узнать, какая ты на самом деле дешёвка? Не надо позволять им узнать, что ты всего лишь обычная групи*, которая гоняется за моим незаконнорождённым братом по отцу только потому, что он состоит в группе. И ты думаешь, что это делает его лучше меня? Какая сраная шутка!» «Я не буду стоять здесь и выслушивать всё это», - холодно заявила Маргери. «Ну, тебе придётся выслушать, - ухмыльнулся Джоффри. – В конце концов ты тоже станешь посмешищем, если будешь продолжать ошиваться около таких отбросов, как он. Но, эй… раз уж тебя так тянет к трущобам, может тебе стоит переехать вместе с ним в Блошиный Конец? Держу пари, тебе будет очень комфортно среди всех этих крыс и тараканов». Джоффри был в ударе и, казалось, только начал расходиться. Джендри видел, что этому придурку было всё равно, кто на него смотрит и слушает всё, что он несёт. Джоффри много всего хотел сказать Маргери, и это было вызвано его очевидным унижением и недопониманием, в котором, вероятно, была виновата Маргери. Маргери было не так легко запугать, как Сансу, так что Джоффри слишком быстро перешёл от запугивания к оскорблениям. Чем больше он говорил, тем холоднее становилось выражение лица Маргери. Лёд в её глазах говорил Джендри о том, что Джоффри никогда больше не добьётся её расположения. К тому же с каждой секундой в Джендри усиливалось раздражение, и пока он дожидался возможности выбраться вместе с Маргери из этого замеса, какая-то часть его просто ждала, что Джоффри сделает что-то (что угодно!), что заставило бы врезать ему по лицу. «Я никогда не говорила о том, что собираюсь встречаться с тобой, Джоффри, - произнесла Маргери, - ещё раз я приношу свои извинения, если я каким-то образом обнадёжила тебя, но этого не произойдёт. Честно говоря, после этого представления твои шансы встречаться со мной упали от никогда до когда ад замёрзнет». Это был сигнал к отходу, но стоило Маргери повернуться, чтобы уйти, как Джоффри неожиданно схватил её за локоть с такой силой, что заставило её развернуться назад. «Я не договорил с тобой, сука!» - прошипел Джоффри. Джендри быстро обхватил запястье Джоффри, и в следующую секунду уже оттащил от него Маргери: «Разговор окончен, - рыкнул Джендри, - только посмей её ещё раз тронуть». Джоффри сильно толкнул его плечом в грудь, вынуждая Джендри отступить назад, чтобы сохранить равновесие. «Ты кто, бл*дь, такой, чтобы указывать мне что делать?» - лицо Джоффри исказилось от ярости. Вокруг них послышались испуганные вдохи и бормотания, но Джендри едва обратил на них внимание. Он не ответил на вопрос Джоффри. Вместо этого он уставился на блондина с издевательской насмешкой, провоцируя его на дальнейшие действия. Ну же, думал он. Чего ты ждёшь? Иди ко мне! Просто дай мне повод. Единственным предупреждением для Джендри стали раздутые ноздри Джоффри, и в следующие секунду ему в лицо полетел кулак Джоффри. «Сотри эту ухмылку с лица, ублюдок!» - выкрикнул Джоффри. Джендри попытался увернуться, но с Маргери за спиной он был ограничен в движениях, поэтом удар пришёлся ему в челюсть. От потрясения Маргери громко вскрикнула, как и находившиеся поблизости свидетели ссоры. Крики стали ещё громче, когда Джендри с кулаками набросился на Джоффри. «Большая ошибка, Джоффри!» - зарычал Джендри и зарядил Джоффри кулаком по щеке. Он почувствовал рукой всю силу удара, но адреналин бурлил в крови, поэтому не ощущал боли. Всё о чём он думал, так это о том, как закончить драку и побыстрее. Он шагнул к Джоффри, который пошатнулся от удара в лицо, но Джоффри всё же заметил его приближение и прежде, чем Джендри смог снова ударить, Джоффри пригнулся и бросился на него с явным намерением свалить его вниз. Джоффри играл в футбол, поэтому привык валить соперников на землю. Джендри упал и ударился. Воздух мгновенно покинул его лёгкие, а сам он оказался прижатым к земле. Джендри схватил Джоффри за воротник пиджака и начал перебирать руками пока не схватил его за голову, прижимаясь торсом к блондину, чтобы тот не смог вложить реальную силу в удары, которые наносил по рёбрам Джендри. Джендри ожидал, что имея преимущество, в любой момент Джоффри вывернется из его хватки, но шли секунды, а Джоффри не мог освободить голову от захвата. Вскоре до Джендри дошло, что Джоффри никогда не дрался по-настоящему, и понял, что он победил. Он поднял колени и упёрся ступнями в землю под собой прежде, чем взбрыкнуть бёдрами, и навалившись всем весом на Джоффри, он перевернул их обоих. Теперь они поменялись местами, и уже Джоффри в уязвимом положении валялся на земле. Джендри ударил его разок… другой… хорошенько приложил, а затем поднялся и приготовился ко второму раунду на случай, если Джоффри ещё не хватило. «Вставай, Джоффри! – рявкнул Джендри блондину, который пытался подняться. – Ты хотел драки, и ты её получил. Вставай и покончим с этим!» Блаунт помог Джоффри подняться, но придурочный блондин лишь отмахнулся от него. У Джоффри на лице была кровь из ссадины на щеке и разбитой губы. «Мне не нужна твоя помощь! – прошипел Джоффри Блаунту, после чего повернул лицо к Джендри. – Тебе просто повезло!» Джендри пожал плечами: «Ты повалился на землю. Не моя вина в том, что ты не знаешь, как закончить драку. Не так-то просто драться с кем-то примерно таких же габаритов, да? Это тебе не девчонок доставать, которые меньше тебя». В толпе послышалось громкое оханье, и Джендри видел, как в глазах Джоффри закипает бешенство, но там же и притаилась опаска, потому что Джендри сказал правду. «Я не буду больше тратить на тебя своё время, - фыркнул Джоффри, отказываясь признать своё поражение. – В следующий раз тебе не повезёт так, козёл». «Это было не везение, - рассмеялся Джендри. – И ты это знаешь». «Можешь оставить эту стерву себе, - сердито глядя на Маргери продолжил Джоффри, будто не слыша слов Джендри. – И впредь держись от меня подальше». «Учитель идёт, Джофф! – из-за угла выкрикнул Трант. – Пошли отсюда». Упоминания об учителе заставило всех разбежаться в разные стороны. Маргери потянула его за рукав, и он последовал за ней мимо кафетерия, который они прошли в поисках места, где можно было бы перевести дух. «Спасибо тебе, - сказала Маргери, направляясь с ним в сад. – Спасибо, что заступился за меня. Я не ожидала, что ты будешь драться за меня». «Это было не только из-за тебя, - сказал ей Джендри, - его физиономия давно напрашивалась на это». Маргери подвела его к скамейке в тихом уголке школьного сада, и с тяжёлым вздохом Джендри опустился на неё, проведя рукой по растрёпанным волосам. Маргери молча присела с ним рядом, и несколько минут они провели в полной тишине. Он едва успел отдышаться, как вдруг она ахнула и указала рукой на его свитер с капюшоном. «Джендри, у тебя идёт кровь!» «У меня? – Джендри бегло оглядел себя, но не нашёл никакой ранки. – Это не моя кровь». Он быстро стянул с себя свитер и грубо отшвырнул его на скамейку рядом с собой. «Это кровь Джоффри?» - Маргери показала рукой на окровавленный свитер. «Ага, - кивнул Джендри, которому было противно, что рядом с ним есть что-то, что принадлежит Джоффри. – Вероятно запачкался, когда разбил ему лицо». «Я прикажу его почистить, - Маргери взяла его и аккуратно сложила. – Это я виновата, что ты с ним подрался. Это меньшее, что я могу сделать». «Просто выбрось его в мусорку, - сказал ей Джендри. – Я больше не буду это носить». «Если ты этого хочешь, - Маргери вздохнула и посмотрела ему в лицо. – Ты в порядке?» «Да, я в порядке, - Джендри не хотел признаваться в том, что теперь, когда адреналин схлынул, у него начала болеть челюсть и ныть рёбра. – А что насчёт тебя? Он ведь не сделал тебе больно?» Маргери покачала головой: «Я немного потрясена, но в остальном совершенно невредима благодаря тебе. Мне жаль, что ты оказался втянут в мои проблемы с Джоффри». Джендри испытывающе посмотрел на неё, прежде чем выложил то, что у него было на уме: «Я не понимаю, чего ты хочешь от меня». «Что ты имеешь ввиду?» «Вот только не прикидывайся дурочкой. Я получил кулаком в челюсть, и мои рёбра пострадали за тебя, так что я заслужил от тебя правды. Чего ты от меня хочешь?» Похоже на Маргери произвела впечатление его прямота, и он ещё никогда не видел у неё такого беззащитного выражения лица. «Мне нужно, чтобы ты оставался тем, кто ты есть, - ответила она, - не только сейчас, но и в будущем. Бабушка говорит, что предвидит твоё достойное будущее, и теперь я ей верю». «Мне следовало знать, что я не добьюсь честного ответа, - посетовал Джендри и, потеряв терпение, встал со скамейки. – Слушай, Маргери. Не думай, что меня будет так же легко очаровать, как и всех остальных парней вокруг тебя. Я вырос в среде, которую ты даже представить себе не можешь, поэтому поверь мне, что потребуется гораздо большее, чем лесть, чтобы завоевать моё расположение. Чего бы ты там не хотела добиться от меня, лучше всего тебе быть честной со мной. А теперь, если позволишь, я пойду». Джендри было двинулся прочь, но стоило ему сделать несколько шагов, как Маргери начала смеяться. «Джендри Уотерс, - позвала его Маргери. – Кажется, ты мне нравишься». «О, и прекрати лгать мне, ладно? – ответил на это Джендри, качая головой и слегка улыбаясь. – Будь осторожна с Джоффри и не забудь выбросить этот свитер». Пока он шёл к своему шкафчику, на телефон пришло уведомление. В «Паучьем Сплетнике» появился подробный отчёт о драке в школьном дворике, а также сенсация о возможном романе между ним и Маргери Тирелл. Джендри покачал головой и приготовился встретить новую волну сплетен. Групи* - (англ. Groupie) — поклонница поп- или рок-группы, сопровождающая своих кумиров во время гастролей. Термин имеет и более широкий (как правило, иронический) смысл, однако, начиная с середины 1960-х годов, употребляется почти исключительно в отношении молодых женщин, активно стремящихся оказывать своим кумирам сексуальные услуги.