Глава 9. Сплошная неизвестность
15 мая 2015 г., 09:01
Все герои являются вымышленными, все совпадения-случайными. Используемые имена не имеют никакого отношения к реальным людям.
После того разговора я не видел Холмса почти неделю. Он стремительно исчезал из дома, явно намеренно не встречаясь со мной даже в коридоре, появлялся поздно ночью или под утро и запирался в своей лаборатории на третьем этаже. Миссис Хадсон задавала мне вопросы о том, что произошло с её постояльцем, я качал головой, делая вид, что ничего не понимаю, а сам беспрестанно думал обо всем случившемся. Все прокручивал и прокручивал в голове тот разговор, то странное признание. И чертыхался! И злился! На себя, на соседа, на окружающую меня действительность. Причины этой злости я не мог понять, и всеми силами гнал от себя эти совершенно ненужные мне эмоции. Я однозначно решил для себя, что привязанностей в моей жизни больше не будет, а Холмс своим признанием пошатнул мою крепкую веру в это. Отбрасывая докучливые мысли, я жил, по крайней мере, старался жить, как прежде. Работал, ходил за продуктами, читал криминальную хронику и снова работал. И так происходило изо дня в день. Я упорно не признавал, что мне одиноко. Ведь жил же я один, долгое время жил, и что случилось теперь? Отчего я перестал ощущать комфорт от своего одиночества? Когда мне перестало быть интересно с самим собой? Я задавался вопросами, ответы на которые отлично знал. Шерлок. Это и был единственный верный ответ. Я останавливался в полуметре от его дверей и застывал, как вкопанный, не понимая, как там оказался – просто мои ноги принесли меня туда по инерции? Или по привычке… Я топтался некоторое время, глядя на обшарпанную дверь и сбегал вниз. Запирался в своей квартире и варил кофе. Ставил чашки на стол и садился на свой пуф. Смотрел на кофе и вновь не делал ни единого глотка. Переводил взгляд на чашку соседа и резко вставал - выливал обе чашки в мойку и уходил с кухни. Мне не хватало этих ежедневных посиделок у камина, не хватало бесшабашного, сумасшедшего Шерлока, который метался по гостиной и вычислял очередного преступника, не хватало всего того адреналина, того вечного непрерывного движения, который давал мне сосед. Пришлось признать: я подсел на определенный образ жизни и сейчас без своего наркотика все чаще ощущал раздражение и недовольство собой и окружающими. Время шло, и Шерлок вовсе перестал покидать свою лабораторию. Временами оттуда слышались какие-то хлопки, стук и звон разбитого стекла, но чаще наверху стояла пугающая тишина. По прошествии недели я извелся до такой степени, что готов был вынести дверь соседской квартиры, чтобы просто выяснить, жив ли он и не валяется ли которые сутки с апоплексическим ударом. - Джон, что с ним? Я ужасно переживаю… Миссис Хадсон выглядела такой несчастной, что мне пришлось заверить её, что с Шерлоком все в порядке, хотя сам я в этом совершенно не был уверен. Я не знал, захочет ли Шерлок видеть меня, разговаривать со мной, и эти сомнения все больше терзали меня. Когда волнение перешло все допустимые границы, я, наконец, решился. Ступени под моими ногами едва заметно поскрипывали. Шел я медленно, замирая на каждом шаге и прислушиваясь к звукам. В доме стояла такая откровенная, давящая тишина, что было слышно, как мне казалось, стук моего колотящегося сердца. Остановившись на полпути, я тряхнул головой и, чертыхаясь, быстро преодолел последние ступени. Прислушался. За дверью не раздавалось ни единого шороха. Я уже собрался было постучать по дверному белому полотну, когда услышал тихий голос, раздавшийся из-за двери. - Джон… Я возвел глаза к потолку, мысленно отвешивая Шерлоку хорошую затрещину. - Джон? – вопросительно. - Шерлок, значит с тобой все хорошо? За дверью послышался глубокий вздох и короткий смешок. - Не будь идиотом, Джон. Я жив. Что там с погодой? Я положил руку на дверное полотно и улыбнулся. - Ты гребаный эгоист! Мы с миссис Хадсон себе место не находим, думая, что твой хладный труп скоро начнет не совсем приятно пахнуть, а ты, оказывается, жив и здоров? За дверью раздалось что-то, отдаленно напоминающее смех. - Не дождешься, Джон! Я еще тебя переживу. - Да бога ради, Шерлок! А чтобы меня пережить, надо подышать свежим воздухом. Держу пари, ты там скоро превратишься в синюю мумию. - Почему в синюю? И что там все-таки с погодой? - Не почему, забудь, Шерлок. На улице солнечно, но прохладно. Прогуляемся? За дверью послышалась возня, и я почти почувствовал, как детектив опустился на пол и прижался спиной к двери. По крайней мере, мне так показалось. Я тоже сел на пол, прислонился к полотну со своей стороны и откинул назад голову. Мне казалось, что наши затылки расположены как раз друг напротив друга, и это напомнило мне те долгие посиделки с кофе около неразоженного камина, когда еще между нами не случился тот разлом в скальной породе, который Шерлок назвал химическим дефектом. - Не могу, Джон, эксперимент. - Чем занимаешься? - Искореняю химический дефект… Я вновь про себя чертыхнулся, очень желая избежать этого разговора, но понимал, что окончательно прояснить ситуации жизненно необходимо. - Шерлок, я… - Нет, Джон! Не вини себя. Всё хорошо. В его голосе слышалась такая тоска, что непроизвольно все внутри меня сжалось в тугой ком. Я громко вдохнул и решился: - Ты меня избегаешь, а я, и миссис Хадсон тоже, волнуемся за тебя. Что ты ешь и ешь ли вообще, спишь или извел себя окончательно. Посинел или побледнел? Я прислушался к звукам за дверью и, не услышав ничего в ответ, продолжил: - Я варю кофе. Каждый день. Две чашки и ставлю их на стол. Хочешь кофе? И вновь весь я превратился в слух. Из-за двери снова не раздалось ни единого шороха. - Молоко в моём холодильнике постоянно киснет. - Почему? - наконец раздался тихий, чуть охрипший голос. - Потому что меня бросил кот - он перестал пить моё молоко литрами. Шерлок, скажи мне сейчас, только честно скажи - мне съехать? За дверью что-то зашуршало - Холмс поднялся на ноги, как мне показалось, и долго молчал. Я все также сидел на полу и с замиранием сердца ждал ответа. А он все молчал и молчал, будто решив выжать из меня все силы, выпить моё терпение до последней капли. - Без тебя у меня ничего не получится. Как же я жалею о том, что сказал тогда, Джон, ты не представляешь, как я жалею обо всем… Я слушал этот грустный, потерянный голос и думал только о том, какой же я урод! За много лет впервые я начал получать настоящее удовольствие от жизни, от общения с другим человеческим существом. И снова все испортил. Но ведь я не мог поступить иначе, я не мог ему врать, не мог обманывать о том, чего на самом деле нет! - Шерлок, я прокаженный, я не умею чувствовать, больше не умею… Когда у меня впервые... Ну, ты понимаешь, когда я не смог, то пытался оправдать это усталостью, стрессом. Но шло время, а ничего не получалось. Раз за разом я расписывался в собственной несостоятельности. Еще до развода, когда отношения с женой уже были лишь формальностью, я пытался завести романы на стороне. Все они заканчивались моим полным фиаско. Стимуляторы не помогали, психотерапевта я послал нахер с его идиотскими методами, сексолог лишь пожимал плечами. И тогда в один из дней я понял, что больше не желаю даже думать о своей проблеме, я просто забил на все это! Живут же люди без интима, никто еще без этого не умирал, и я не умру. Ты понимаешь меня, Шерлок? - Почему у вас не было детей? Ведь вы состояли в браке довольно долго? Тело предало меня. Снова. Меня бросило в дрожь, и я сильно стиснул зубы, не желая отвечать на этот вопрос. - Не получилось. Я не готов был обсуждать еще и это. - Ясно... - Я веду себя, как недоделанный придурок! Шерлок, скажи мне, что нужно сделать, чтобы все вернулось на круги своя? Скажи мне ты, потому что я не знаю, как сейчас должен вести себя. С тобой... - Джон, прекрати изводить себя чувством вины. Как я уже говорил, химический дефект будет устранен. Только... Ты позволишь мне и над твоей проблемой поработать? - То есть... Ты хочешь сказать, что способен... - Я хочу сказать лишь то, что твоя несостоятельность - это лишь психологический барьер, и если мы найдем причины, заблокировавшие твое либидо, то проблема отпадет сама собой. - Слушай, Шерлок, это все так странно. Мы сидим на полу по разные стороны двери и обсуждаем мою импотенцию так, будто это выбор булочек к чаю. - В этом нет ничего странного. Ну, разве что совсем немного… - Шерлок говорил быстро и четко. - Дай мне время, Джон, совсем немного осталось. Всё вернется очень скоро, просто поверь мне на слово. - Уверен? - Да… Мне нужна твоя помощь, Джон. - Конечно, Шерлок, я помогу тебе. Что необходимо сделать? Я быстро поднялся на ноги и прислонился щекой к двери. - Список препаратов, которые ты должен будешь мне достать. Посмотри под ноги. Я опустил глаза и поднял с пола лист бумаги, где было написано двенадцать пунктов того, что требовалось Холмсу. - И это все надо купить? Я смотрел на названия химических препаратов, прокручивая в голове, где же можно будет их достать. - Я отправлю тебе сообщением адрес моего поставщика, и ты к нему поедешь. Мне нужно все в чистом виде, без примесей, слышишь, Джон, без малейшей капли примесей. В черепе возьми деньги, бери все и принеси мне все по списку. Мне это нужно сегодня к десяти вечера. Сможешь? - Не сомневайся, все будет! И горячий ужин в придачу. - Я не голоден. - Ты голоден, и если ты не возьмешь пакет с едой, то я вынесу к чертовой матери эту дверь и заставлю съесть всю еду при мне! Короткий смешок за дверью стал сигналом того, что еду все же взять будет нужно. - Договорились. И Джон, все чистое, слышишь? Без примесей! Я скатился с лестницы и ворвался в дверь к соседу. В черепе обнаружилась внушительная пачка банкнот. - Да тут же целое состояние! И я пустился на поиски препаратов из списка.***
В конце марта Джона Ватсона арестовали. По подозрению в убийстве Софи Хантер.
